Глава 44. Зов долга

Воздух в бутике был густым и сладким, как засахаренные фиалки. Мари, сияя, крутилась перед зеркалом в облаке нежно-голубого шелка, в то время как Лира, откинувшись в кресле, смотрела на нее с теплой улыбкой. В эти минуты она могла почти забыть — про кланы, про Чака, про сложный клубок своих отношений с Теодором. Она была просто старшей сестрой, помогающей младшей выбрать платье.

— Ну как? — Мари сделала изящный пируэт, и шелк взметнулся вокруг нее. — Я похожа на ту самую принцессу из сказки, что ждет принца?

— Похожа, — честно ответила Лира. — Только эта принцесса, если что, может сама отбить у принца охоту к плохим поступкам. Каблуком. В незащищенное место.

Мари рассмеялась, и ее смех, как колокольчик, звонко отозвался в тишине пустого бутика. Это был миг идеального, хрупкого спокойствия. И, как это часто бывает, он был разрушен резким, безжалостным вибрацией телефона в кармане Лиры.

Она вздохнула, предчувствуя недоброе. На экране горел служебный номер, который использовался только в экстренных случаях. Улыбка сошла с ее лица мгновенно, сменившись привычной маской собранности и готовности к действию.

— Слушаю, — ее голос прозвучал тихо, но так, что сестра тут же замолкла, насторожившись.

— Госпожа Стилл, — донесся из трубки голос Бориса, ровный, но с заметной напряженной ноткой. — Проблема на главном складе. Незапланированная «проверка» городских властей. С инспекторами пришли люди, которых мы опознали как связанных с Пратчеттом. Ищут несуществующее. Могут устроить провокацию. Нужно ваше присутствие.

Лира закрыла глаза на секунду. «Проверка». Старейший трюк. Под шумок можно подбросить оружие, наркотики, устроить пожар. Чак действовал нагло и предсказуемо, но от этого не менее эффективно.

— Я выезжаю, — коротко бросила она. — Поднимите всех, кто на связи. Готовьте документы. Никаких конфликтов до моего приезда. Понял?

— Так точно.

Она отключилась и подняла взгляд на Мари. Та смотрела на нее с разочарованием и пониманием.

— Опять? — тихо спросила она.

— Опять, — кивнула Лира, поднимаясь. Она достала из сумочки черную кредитку и положила ее на стойку консультанту. — Платье мы берем. И то красное, что я примерила первой, тоже. Заверните.

Она повернулась к сестре, и ее взгляд стал другим — твердым, отстраненным. Она снова была главой «Серебряного Льва».

— Мне жаль, малышка. Насчет ужина…

— Я знаю, — Мари махнула рукой, пытаясь улыбнуться, но это получилось не очень убедительно. — Иди. Разберись с этими идиотами. Будь осторожна.

Лира крепко обняла ее на прощание и почти бегом вышла из бутика. На улице ее уже ждала машина с работающим двигателем. Сев на заднее сиденье, она первым делом набрала номер Теодора.

Он ответил почти сразу, его голос был низким и ленивым, словно он только что проснулся или был погружен в приятные мысли.

— Львица, — в его интонации сквозила легкая улыбка. — Скучаю. Когда возвращаешься?

Его тон на мгновение растопил ледяную скорлупу, в которую она начала оборачиваться. Но ненадолго.

— Теодор, слушай, — ее голос был деловым и быстрым. — Чак устроил вылазку на мой главный склад. Пришли «проверяющие». Мне нужно быть там, разобраться, проконтролировать. Это может затянуться.

На той стороне провода повисла короткая, но красноречивая пауза. Ленивая нежность в его голосе испарилась, сменившись настороженностью.

— Где именно? Я пришлю своих людей.

— Нет, — твердо ответила Лира. — Это моя территория, мой клан. Я сама. Я буду ночевать сегодня в своем особняке. Возможно, завтра тоже. Нужно быть на связи.

— Ты шутишь? — его голос стал резче. — После всего, что было? После его посылки? Ты идешь одна на провокацию, которую он явно для тебя и затеял?

— Я не одна! Со мной мои люди! — парировала она, чувствуя, как по спине пробегают мурашки раздражения. — И я не пойду, а уже еду. Я должна это сделать. Ты же понимаешь.

— Я понимаю, что это ловушка! — он почти рявкнул в трубку. — И ты лезешь в нее с гордо поднятой головой! Где твоя знаменитая осторожность, Лира?

— Она там, где мой долг! — повысила голос и она. — Я не могу прятаться за твоей спиной каждый раз, когда он дергает за ниточку! Мой клан должен видеть, что я контролирую ситуацию! Или ты хочешь, чтобы они решили, что их лидер переложил все проблемы на «Черную Розу»?

— Я хочу, чтобы ты была жива! — прорычал он. — Черт возьми, почему ты всегда должна все делать сама?!

— Потому что я могу! — выдохнула она. Спор заходил по кругу, и времени на него не было. — Слушай, у меня нет времени спорить. Я позавтракаю с Мари, решу вопросы и вернусь. Максимум — пару дней.

— Лира… — в его голосе прозвучало нечто среднее между предупреждением и мольбой.

— Всё будет хорошо, Теодор. Я обещаю. Мне нужно ехать.

Она не стала ждать ответа, отключив вызов. Сердце бешено колотилось. Он был прав, и она это знала. Это могла быть ловушка. Но он был неправ в главном — она не могла позволить себе выглядеть слабой. Не сейчас. Не когда Чак активизировался.

Она откинулась на сиденье, глядя на проплывающие за окном огни города. Предвкушение возвращения домой сменилось тяжелым, знакомым чувством одиночества и грузом ответственности. И горьким осадком от того, что его забота снова ощущалась как попытка контроля.

«Он просто беспокоится», — сказала она себе. Но другой голос, более тихий и ранимый, шептал: «А если он прав?»

Машина мчалась по ночному городу, увозя ее от возможного счастья к неизбежной войне. А в особняке «Черной Розы» Теодор Винсент швырнул телефон в стену так, что стекло экрана разлетелось на тысячу мелких осколков. Тишина в его кабинете была громче любого взрыва. Она была полна ярости, страха и горького осознания: несмотря на всю их близость, она все еще уходила в свою крепость, захлопывая за собой тяжелые двери. И на этот раз у нее для этого был веский повод.