Глава 12 · В темном туннеле

Я начала говорить с Гансом и Эми о какой-то чепухе, стараясь не думать о том, что принца нет слишком долго.

Что они там сказали? Триста метров? Чтобы добежать туда и обратно, не нужно столько времени!

Крын, стоя спиной к нам, не проявлял ни тени беспокойства. Он по-военному чётко выполнял приказ. Сказали стоять? Значит стою. Ни одного лишнего движения, ни тени суеты…

Наконец, в глубине коридора послышалось эхо приближающихся шагов, а ещё появился свет от факела. Только одного…

Я первой вскочила на ноги. Ганс за мной, а Эми осталась на полу. Мне кажется, девочка так переволновалась, что сейчас просто не воспринимала новую информацию.

Переглянувшись с Крыном, я взяла за плечи Ганса и, подчиняясь молчаливому приказу мужчины, отошла за его спину. Он же, перекинув топор с руки на руку, приготовился, если что, атаковать.

Но устраивать бойню не понадобилось, потому как идущие нам навстречу оказались принцем и Филаром.

— Ну что⁈ — бросилась я к Щелкунчику, краем глаза оценивая, насколько они с помощником грязные и пыльные.

— Клара… — мужчина обвёл меня и детей взглядом и вздохнул, — боюсь, вам придётся идти с нами в столицу. Я постараюсь найти безопасное место, но…

— Мы не можем вернуться в Розебург⁈ — перебила я, не в силах поверить, как такое возможно.

Он покачал головой.

— Проход завален. Это значит, что и мыши не смогут из столицы добраться до города, и это — хорошо. Но то, что вернуться нет возможности — это плохо. Я не рискну сейчас вести вас по открытой местности. Нас очень мало для должной защиты. И просто очень повезло, что вы не наткнулись ни на один мышиный отряд, когда бежали за пределы городских стен. Но могу предположить, что это было спланировано…

— А Роберт? — подал голос Ганс. — А солдаты?

Я прикрыла глаза. Мы будто специально не говорили о самом главном, обсуждая последствия того, что случилось. Но вопрос в лоб принц не мог проигнорировать.

— Хоппер с большей частью отряда живы, — осторожно ответил он, — они успели пробежать вперёд от места завала, до того, как всё обрушилось. Правда, Хоппер немного повредил руку, но ему повезло, что она деревянная и её легко поставят наши мастера обратно…

Мне чуть плохо не стало от подробностей. Поставят… Обратно… Руку!

— Мы до них смогли докричаться через завал. Они вернутся в Розебург и займутся тем, чем и должны. Завал этот убирать не будут, чтобы не открывать Розебург неприятелю. Прокопать до нас землю тоже невозможно — мы спустились очень глубоко и над нами до самой столицы пролегает подземный поток, который, если его начать копать, затопит нас прежде, чем сможем выбраться наружу. Так что даже удивительно, как мыши смогли найти вход в лесу и не нарушить целостность воды.

— Значит, армия не сможет перебраться в столицу⁈

— Через этот туннель — нет. Но это и не страшно. Тем более, что проход уже известен мышам. Вместо этого Хоппер с собранными солдатами постараются прибыть в столицу через город Пряников или Желездорн — проходы туда пока содержатся в тайне и находятся в прекрасном состоянии.

— Хорошо, что сеть туннелей связывает все крупные города Конфетии, — вставил Филар, подкручивая рыжий ус, — у нас осталась масса скрытых дорог. Феи в своё время прекрасно постарались. И это мы лишь знаем о тех проходах, которые находятся внутри Конфетии. А говорят, что ими соединены все страны нашего континента!

— Зачем? — удивился Ганс.

— Мы не знаем, — пожал плечами воин. — Кто-то говорит, что феи пользовались туннелями, чтобы беспрепятственно ходить друг другу в гости. Но, как по мне — это полная чушь! Я скорее поверю, что где-то в их глубине скрыты проходы к волшебным источникам!

— Ух ты! — у мальчика засветились глаза, но их беседа была прервана предупреждающим покашливанием принца.

Филар немедленно вытянулся в струнку, принимая отстранённый холодный вид, а Щелкунчик продолжил свой рассказ.

— А Роберт убежал. Так что не думаю, что вы его скоро увидите, ребята. Зато вы сможете посмотреть на город Трюфелей!

Дети переглянулись, несмело улыбаясь, а я встретилась глазами с Щелкунчиком.

И от его взгляда у меня похолодели внутренности. Он подал детям историю лишь с лучшей стороны. «Больше половины отряда выжили», «Роберт убежал»… Боюсь, он так убежал, как до этого несчастный деревянный конь, который привез нас в Конфетию.

Я обхватила себя руками, ещё раз осознавая, что попала не только в сказочный мир, где растут на деревьях сладости, а пришла в разгар трагедии, которую переживают жители. И, учитывая, что у меня начали расти крылья, я оказалась здесь не случайно…

Идти в столицу решили сразу же.

К счастью, никто из нас не пострадал, так что шли довольно быстро.

Судя по переглядыванию мужчин, можно было догадаться, что их беспокоит постепенное угасание наших факелов.

— Если дойдём до следующего поста, где подготовлены бочки с порохом, то возьмём там новый факел, — попытался приободрить нас Щелкунчик, предлагая Эми залезть ему на спину. Девочка довольно быстро сориентировалась в ситуации и послушно оказалась на шее принца.

— Если, конечно, мыши со стороны столицы не пойдут нам навстречу и не взорвут проход перед нашими носами, — проворчал Крын, но, после гневного взгляда с моей стороны, решил больше не злить фею подобными предположениями.

— На то ты и несёшь свой топор, друг, — парировал Филар, возле которого пристроился Ганс, задумчиво копируя шаг мужчины. Судя по лицу мальчика, он либо не поверил словам принца о Роберте, либо думал о чём-то столь же неприятном.

Я же старалась одновременно держать край своей юбки, чтобы не подметать им землю, и поспевать за мужчинами. На разговоры времени просто не было.

Остановились мы лишь через несколько часов. К сожалению, в тёмных проходах было совершенно непонятно, сколько прошло времени наверху.

Мужчины, возможно, могли бы идти дальше, но мы с детьми очень устали. Учитывая, что нас ещё ночью разбудили, а потом тащили через весь город, неудивительно, что ребята еле на ногах стояли, несмотря на то, что их последние часы несли на руках мужчины.

Я очень не хотела всех тормозить, но ничего не могла поделать — ноги просто подгибались от усталости.

Так что было решено расположиться на отдых.

Мы расстелили прямо на земле многострадальное покрывало, на которое сразу же свалились Ганс и Эми, заснув прежде, чем их головы коснулись поверхности ткани.

У меня также сильно слезились глаза, но было жутко неловко просто ложиться и спать перед тремя взрослыми мужчинами.

Будто понимая моё затруднение, Щелкунчик снял с себя чёрный плащ и протянул мне, чтобы можно было укрыться и от сырости подземелья, которую я иррационально чувствовала, в отличие от всех остальных, и от чужих глаз. Конечно, он думал лишь о последней причине, не подозревая, что один из них может уже чувствовать и боль, и прикосновения, но меня всё равно тронула его предусмотрительность. Краем глаза увидела, как Филар, последовав примеру принца, укрывает своим плащом спящих детей.

— Спасибо, — несмело улыбнулась Щелкунчику. — А вы спать разве не будете?

Он покачал головой.

— Велик риск, что Мышиный король, не дождавшись отряда мышей, который был отправлен по туннелю, пришлёт сюда подкрепление. Нам нужно быть готовыми ко всему.

— Не лучше ли было остаться рядом с Розебургом? — передёрнула я плечами, не желая даже думать о том, что может произойти, если мыши нас найдут.

— Завал разбирать было очень опасно, — покачал он головой, — мог обвалиться потолок, да и нам всё равно нужно в столицу. Если мы дойдём дотуда меньше чем за день, то встретить мышей риск очень маленький. Обычно этим отрядам дают два-три дня на возвращение и только потом поднимают панику. Нам повезло, что дорога до Трюфельного города совсем не долгая.

— Тогда, может… — я уже хотела встать и побежать вперёд, не смотря на то, что глаза просто закрывались, но широкая ладонь деревянного человека меня удержала.

— Не нужно, Клара. Пока у нас всё под контролем. Поспи, прошу тебя. Силы тебе понадобятся в столице.

Пусть его рука была деревянной и холодной, но мне всё равно стало горячо от его прикосновения.

Я сглотнула и уточнила:

— Ты же не уйдёшь никуда? Нет?

— Я буду тут, — твёрдо пообещал он. И внимательный взгляд деревянных, но таких человеческих глаз говорил, что он не врёт.

Я послушно легла на покрывало, рядом с детьми и до самого подбородка укуталась в чёрный плащ. Мне казалось, не сделай я этого, и все увидят мои горящие румянцем щёки. Хоть и понимала, что это невозможно.

Щелкунчик же отошёл к своим товарищам и тихо начал с ними переговариваться.

Глаза сами собой закрылись, и я, вопреки всем опасениям, заснула крепким сном без сновидений.

Через пару часов нас всё же разбудили. Пора было продолжать путь.

Мне было очень жалко детей, но, так как опоздать в столицу и столкнуться с мышами было еще страшнее, я без разговоров помогла подсадить их на мужчин, чтобы отправиться в путь. На этот раз Эми досталась Крыну, который взял её на руки, а Ганса подсадили на спину к Филару. В отличие от подруги, он уже не спал, вдобавок, так у воина были свободны руки, и он мог, в случае чего, отразить любую атаку.

Щелкунчик ободряюще кивнул, и мы пошли вперёд, освещая себе путь лишь одним оставшимся факелом.

— Где-то через километр должны добраться до точки, где сможем сменить факел, — прикинул принц.

Я ускорилась, боясь, что еле теплящийся огонёк погаснет и нам придётся идти в кромешной тьме, не видя ничего и никого перед собой. И это было… страшно. Потому что тогда никто бы нас не защитил от мышей, вздумай они на нас напасть из темноты…

Какое-то время мы тихо шли по проходу, а потом Ганс негромко спросил:

— Клара… А Роберт нас предал, потому что он сражается за короля мышей? Он считает нас врагами?

Филар на секунду сбился с шага, и, по выражению, на секунду мелькнувшему на его лице, я поняла, насколько он счастлив, что ребёнок задал вопрос не ему.

Удостоверившись в том, что Эми спит на руках Крына, я постаралась ответить максимально честно, но при этом смягчить суровую реальность.

— Ганс, это сложный вопрос. Мне кажется, что Роберт просто запутался… Он боялся за родных, переживал за них…

— Но он был нашим другом! — в глазах мальчика заблестели слёзы. — Он учил нас с друзьями пускать лягушек по воде!

— Я понимаю, милый. Просто взрослые иногда тоже ошибаются. Они боятся и делают неправильные вещи.

— Он нас предал, — хмуро повторил мальчик и замкнулся, молча уставившись в одну точку.

Я беспомощно посмотрела на Щелкунчика, потому что не знала, как правильно общаться с детьми. У меня никогда их не было. Да и у него тоже, но вдруг он сможет найти те самые слова, которые помогут мальчику?

Принц поймал мой взгляд и подошёл ближе к Филару и сидящему за его спиной Гансу.

— Знаешь, — отстранённо проговорил он, — друг моего отца однажды предал его. Они дружили с детства. Вместе учились, вместе строили планы, но потом их пути разошлись. Его друг стал тем, кем должен был, и его сердце ожесточилось. Так же, как его родители, он хотел больше денег, больше славы и больше власти. И ради этого был готов пожертвовать дружбой.

— И что случилось? — Ганс вытянул шею, не в силах не слушать слова принца.

— Этот друг убил моего отца.

— Убил⁈ Но…

— Да, это был Мышиный король, — подтвердил принц Теодор. — Но знаешь, почему я тебе это рассказываю?

— Почему?

— Я думал, что после этого никогда не смогу никому доверять, ведь моего отца предал его друг, — Щелкунчик положил ладонь на голову мальчика и аккуратно погладил. — Но потом я понял — то, что сделал Мышиный король — это был его выбор. А я каждый день делаю свой. И я никогда не буду предавать друзей. И знаешь, что после этого произошло?

— Что?

— У меня снова начали появляться друзья, — судя по голосу, принц улыбнулся. — Я поверил себе и снова смог поверить людям вокруг. Ведь если я могу не быть предателем, то и другие это могут. Понимаешь? Это выбор каждого человека.

— Я не буду предателем! — уверенно заявил Ганс.

Щелкунчик серьёзно кивнул.

— Тогда Эми, Кларе и нам всем очень повезло с тобой.

И в этот момент последний факел погас, и мы погрузились в кромешную тьму.

Остановились мы лишь через несколько часов. К сожалению, в тёмных проходах было совершенно непонятно, сколько прошло времени наверху.

Мужчины, возможно, могли бы идти дальше, но мы с детьми очень устали. Учитывая, что нас ещё ночью разбудили, а потом тащили через весь город, неудивительно, что ребята еле на ногах стояли, несмотря на то, что их последние часы несли на руках мужчины.

Я очень не хотела всех тормозить, но ничего не могла поделать — ноги просто подгибались от усталости.

Так что было решено расположиться на отдых.

Мы расстелили прямо на земле многострадальное покрывало, на которое сразу же свалились Ганс и Эми, заснув прежде, чем их головы коснулись поверхности ткани.

У меня также сильно слезились глаза, но было жутко неловко просто ложиться и спать перед тремя взрослыми мужчинами.

Будто понимая моё затруднение, Щелкунчик снял с себя чёрный плащ и протянул мне, чтобы можно было укрыться и от сырости подземелья, которую я иррационально чувствовала, в отличие от всех остальных, и от чужих глаз. Конечно, он думал лишь о последней причине, не подозревая, что один из них может уже чувствовать и боль, и прикосновения, но меня всё равно тронула его предусмотрительность. Краем глаза увидела, как Филар, последовав примеру принца, укрывает своим плащом спящих детей.

— Спасибо, — несмело улыбнулась Щелкунчику. — А вы спать разве не будете?

Он покачал головой.

— Велик риск, что Мышиный король, не дождавшись отряда мышей, который был отправлен по туннелю, пришлёт сюда подкрепление. Нам нужно быть готовыми ко всему.

— Не лучше ли было остаться рядом с Розебургом? — передёрнула я плечами, не желая даже думать о том, что может произойти, если мыши нас найдут.

— Завал разбирать было очень опасно, — покачал он головой, — мог обвалиться потолок, да и нам всё равно нужно в столицу. Если мы дойдём дотуда меньше чем за день, то встретить мышей риск очень маленький. Обычно этим отрядам дают два-три дня на возвращение и только потом поднимают панику. Нам повезло, что дорога до Трюфельного города совсем не долгая.

— Тогда, может… — я уже хотела встать и побежать вперёд, не смотря на то, что глаза просто закрывались, но широкая ладонь деревянного человека меня удержала.

— Не нужно, Клара. Пока у нас всё под контролем. Поспи, прошу тебя. Силы тебе понадобятся в столице.

Пусть его рука была деревянной и холодной, но мне всё равно стало горячо от его прикосновения.

Я сглотнула и уточнила:

— Ты же не уйдёшь никуда? Нет?

— Я буду тут, — твёрдо пообещал он. И внимательный взгляд деревянных, но таких человеческих глаз говорил, что он не врёт.

Я послушно легла на покрывало, рядом с детьми и до самого подбородка укуталась в чёрный плащ. Мне казалось, не сделай я этого, и все увидят мои горящие румянцем щёки. Хоть и понимала, что это невозможно.

Щелкунчик же отошёл к своим товарищам и тихо начал с ними переговариваться.

Глаза сами собой закрылись, и я, вопреки всем опасениям, заснула крепким сном без сновидений.

Через пару часов нас всё же разбудили. Пора было продолжать путь.

Мне было очень жалко детей, но, так как опоздать в столицу и столкнуться с мышами было еще страшнее, я без разговоров помогла подсадить их на мужчин, чтобы отправиться в путь. На этот раз Эми досталась Крыну, который взял её на руки, а Ганса подсадили на спину к Филару. В отличие от подруги, он уже не спал, вдобавок, так у воина были свободны руки, и он мог, в случае чего, отразить любую атаку.

Щелкунчик ободряюще кивнул, и мы пошли вперёд, освещая себе путь лишь одним оставшимся факелом.

— Где-то через километр должны добраться до точки, где сможем сменить факел, — прикинул принц.

Я ускорилась, боясь, что еле теплящийся огонёк погаснет и нам придётся идти в кромешной тьме, не видя ничего и никого перед собой. И это было… страшно. Потому что тогда никто бы нас не защитил от мышей, вздумай они на нас напасть из темноты…

Какое-то время мы тихо шли по проходу, а потом Ганс негромко спросил:

— Клара… А Роберт нас предал, потому что он сражается за короля мышей? Он считает нас врагами?

Филар на секунду сбился с шага, и, по выражению, на секунду мелькнувшему на его лице, я поняла, насколько он счастлив, что ребёнок задал вопрос не ему.

Удостоверившись в том, что Эми спит на руках Крына, я постаралась ответить максимально честно, но при этом смягчить суровую реальность.

— Ганс, это сложный вопрос. Мне кажется, что Роберт просто запутался… Он боялся за родных, переживал за них…

— Но он был нашим другом! — в глазах мальчика заблестели слёзы. — Он учил нас с друзьями пускать лягушек по воде!

— Я понимаю, милый. Просто взрослые иногда тоже ошибаются. Они боятся и делают неправильные вещи.

— Он нас предал, — хмуро повторил мальчик и замкнулся, молча уставившись в одну точку.

Я беспомощно посмотрела на Щелкунчика, потому что не знала, как правильно общаться с детьми. У меня никогда их не было. Да и у него тоже, но вдруг он сможет найти те самые слова, которые помогут мальчику?

Принц поймал мой взгляд и подошёл ближе к Филару и сидящему за его спиной Гансу.

— Знаешь, — отстранённо проговорил он, — друг моего отца однажды предал его. Они дружили с детства. Вместе учились, вместе строили планы, но потом их пути разошлись. Его друг стал тем, кем должен был, и его сердце ожесточилось. Так же, как его родители, он хотел больше денег, больше славы и больше власти. И ради этого был готов пожертвовать дружбой.

— И что случилось? — Ганс вытянул шею, не в силах не слушать слова принца.

— Этот друг убил моего отца.

— Убил⁈ Но…

— Да, это был Мышиный король, — подтвердил принц Теодор. — Но знаешь, почему я тебе это рассказываю?

— Почему?

— Я думал, что после этого никогда не смогу никому доверять, ведь моего отца предал его друг, — Щелкунчик положил ладонь на голову мальчика и аккуратно погладил. — Но потом я понял — то, что сделал Мышиный король — это был его выбор. А я каждый день делаю свой. И я никогда не буду предавать друзей. И знаешь, что после этого произошло?

— Что?

— У меня снова начали появляться друзья, — судя по голосу, принц улыбнулся. — Я поверил себе и снова смог поверить людям вокруг. Ведь если я могу не быть предателем, то и другие это могут. Понимаешь? Это выбор каждого человека.

— Я не буду предателем! — уверенно заявил Ганс.

Щелкунчик серьёзно кивнул.

— Тогда Эми, Кларе и нам всем очень повезло с тобой.

И в этот момент последний факел погас, и мы погрузились в кромешную тьму.