Глава 20

— Сынок, здесь все документы для Японии. Вылет через шесть часов, мой водитель отвезет тебя. Заскочи домой, соберись. Получилось небыстро, но как смог… Кто же знал, что у тебя паспорт просрочен.

Дядя Мурат встретил Костю прямо у порога. Он позвонил племяннику еще утром, сообщил — бумаги готовы. После полудня Константин примчался к особняку.

— Я не собирался за рубеж, — пожал плечами Костя.

Он и сам понимал, времени потеряно много. Хотя четкого плана действий у него по-прежнему не было. Костя не терял энергетическую связь с Соней, питая девушку на расстоянии своими силами. Фактический диалог с ней оставался односторонним, хотя Костя неутомимо слал ей послания. Отчего-то он был уверен, это необходимо. Да и по-другому просто не мог. Иначе он бы разорвался от невысказанной нежности.

Более земным и достоверным источником знаний о Соне служила Аля. Костя созванивался с девочкой как минимум два раза в день — утром и вечером. Каждую беседу она рассказывала о сестре примерно одно и то же — на сообщения отвечает, говорит, все в порядке. В очередной раз связаться с Алей Константин решил, когда ждал шофера Мурата уже перед собранным чемоданом.

— Да, Соня на связи, она даже звонила маме, — осторожно начала Аля, — только знаете, это очень странно…

— Что?! — нетерпеливо воскликнул мужчина.

— Соня перевела деньги на счет тех знакомых папы, которым мы должны. Большая сумма, около полумиллиона рублей. Она сказала маме — Миша помог. Та конечно в шоке от его щедрости, но ничего не заподозрила. Костя, откуда у нее такие деньги? За что ей их дали?

«За жизнь…» — вздохнул Костя.

— Я разберусь, — ответил он Але, — сегодня я вылетаю туда. Береги маму, я тебе еще позвоню.

***

Акира проделал привычный путь через ухоженную территорию частного владения. Он чуть заметно кивнул Мэдоке, которая стояла у кухонной зоны и вытирала белой салфеткой крупные ярко-зеленые яблоки. Через короткий узкий коридор мужчина прошел к комнатам хозяина. Тот стоял у окна в гостиной.

— Отличная погода, да, Акира?

На тощем старике вместо извечного в последние месяцы халата был тренировочный костюм. Он повернулся к своему помощнику, в глазах блестел восторг.

— Я выходил сегодня утром в сад, пока все спали. Давно ты встречал рассвет на улице, Акира?

Тот лишь пожал плечами.

— Вот и я давно.

— Девица оказалась умной, — медленно проговорил Акира, — кто бы мог подумать, что она на второй неделе попросит погасить часть долга семьи и потребует карманных денег?..

— Ее воспитал бордель, — усмехнулся босс, — да дьявол с этими деньгами. Зато она подписала бумаги. Она очень мощная, я ни от кого не ощущал такой сильной энергетики.

— Когда я смогу повезти ее к…

— Акира, ты меня утомил! — хозяин перебил собеседника. — Зря ты пришел сегодня, ты мне не нужен. Вели Мэдоке угостить тебя ужином и ступай домой к жене.

Акира выдохнул, плотно сомкнул челюсть, но послушался.

***

Константин уже бывал в Японии, и ему здесь нравилось. Упорядоченная действительность в ультрасовременном воплощении. Он чувствовал себя посреди игрушечного мегаполиса или компьютерного квеста — настолько здесь было чисто, благополучно, ярко. Хотя в настоящий момент у Кости не было времени глазеть вокруг.

В аэропорту он взял такси и отправился в квартиру приятеля дяди Мурата. Слава встретил его как родного, они уже столько раз созванивались за последнюю неделю. Друг Сониного отца пытался сам найти девушку, подключал знакомых, которые могли что-то слышать о бывшем директоре «Кичи». Но зацепок не появилось вообще.

Вячеслав не обладал выдающимися экстрасенсорными способностями, но тоже предпринял попытки почувствовать Соню. Ведь географически он был ближе к ней, чем Константин. Но подключиться не получалось совсем, мешала защита.

— Послушай, Костя, — начал разговор Слава, когда они пообедали и сели на жесткий угловой диван в небольшой гостиной, — у вас ведь с Соней близкие отношения? Если ты понимаешь, о чем я.

— Да, — Константин ответил честно и без тени смущения.

— На Соне сильнейшая защита, — продолжил хозяин квартиры, — но в некоторых случаях через нее можно пробиться. Например, если она вступит в связь с человеком с сильной энергетикой. В такие моменты пара может ощущать движение потоков энергии шквалом, вплоть до поломки электричества. При систематических контактах мужчина входит в ее поле, и блоки для него слабеют.

— А если нет постоянной близости? — спросил Костя.

— Тогда барьер возвращается.

Константин опустил голову.

— Правда, иногда защита вообще может быть снята.

— Это как?

— Есть у меня определенные догадки, — задумчиво произнес Слава, — впрочем, это не мое дело. Сейчас мы должны попробовать поработать с картой. Мы поедем в мой центр, и ты будешь искать импульс от Сони на схеме городов. А я и моя команда постараемся тебя усилить.

— У меня нет поискового опыта, — напрягся Константин.

— Все когда-то бывает впервые. Идем, я чувствую, шанс есть.

Мэдока сидела на светлом стуле для посетителей и с тревогой смотрела вперед, где просторный коридор клиники переходил в прямоугольный холл. Туда-сюда сновали люди, кто-то выходил, получив консультацию доктора, кто-то только намеревался пройти к кабинетам.

Медперсонал в небесно-голубой форме был полностью сосредоточен на своей работе. Их движения были четкими и выверенными, все действия, общение строго по делу. Пациентки с разной величины животиками выглядели куда более эмоционально. С широкими улыбками или наоборот со слезами они подходили к ждущим их мужчинами, родителям.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Наконец Мэдока увидела вдалеке знакомую фигурку. Она встала и помахала русоволосой девушке. Соня заметила ее и кивнула, в руках она сжимала прозрачную папку с бумагами. Горничная прошла ей навстречу до выхода, вместе они покинули здание.

— Что сказал доктор? — осторожно спросила Мэдока, пока они шли по широкой дорожке к воротам.

— Все хорошо, — Соня не сдержала улыбку.

Пожилая женщина выдохнула, хотя напряжение не отпустило ее окончательно. Пока все в порядке, а дальше? Соне сейчас самой нужны ресурсы, чтобы выносить малыша, а из нее каждый миг их высасывает больной старик.

— Соня, постой, — Мэдока посмотрела в зеленые глаза девушки, — прости, а ты сообщила отцу ребенка? Он вообще где?

Софья отвела взгляд.

— Нет, я ему не говорила. У нас сложные отношения, мы не так долго знакомы…

— Но ведь каждый имеет право знать о своих детях, — приподняла брови горничная. Она меньше всего хотела лезть к Софье в душу, но возможно у нее получится убедить ту связаться со своим мужчиной. А он уговорит девушку уехать.

— Д-да… — пробормотала Соня. — Я скажу ему потом! В России. Через полгода, когда закончится договор, я вернусь домой. И всё будет хорошо.

Соня опять заулыбалась и пошагала вперед, слегка поглаживая живот рукой. Мэдока нахмурилась и последовала за ней.

***

Костя часто сглатывал, пытаясь избавиться от шума в ушах. Перед ним на большом круглом столе лежала бумажная карта Японии. Из некоторых ее частей торчали разноцветные кнопки. Их воткнул он сам, находясь в полутрансовом состоянии. Слава наблюдал за ним из глубокого кожаного кресла, стоящего чуть поодаль сбоку.

— Откуда был самый сильный импульс?

Слава встал со своего места и приблизился к Константину.

— Сейчас, подожди минуту.

Костя пытался вспомнить свои недавние ощущения. Он еще никогда не переживал подобного опыта. Сразу несколько людей со сверхспособностями направляли на него свою энергию. Прежде ему не удавался поиск, да он и не брался за него. Но сейчас другого выхода не было, и он почувствовал кое-какие вибрации.

— Вот эта синяя.

— Кумамото, — констатировал Слава, — ну что ж, он не забрался далеко, осел на юге.

— Я вылечу туда ближайшим рейсом, — сказал Костя.

— Останемся на связи, — кивнул Слава, — у нас послезавтра сбор общины перед зимой, пропустить никак нельзя. А потом я, если что, прилечу к тебе.

Костя отошел к маленькому квадратному окну и взялся за виски.

— Я чувствую, ей плохо. Успею ли я?.. — он поморщился словно от боли. — Может, мне попробовать поставить ей блок? Пока наша связь еще сильна.

Слава округлил глаза.

— А это идея. Он наверняка уже напитался от нее, и может сразу не заметить. Ей сейчас и самой нужна энергия, — он замялся, — давайте пробовать.

Соня не вышла к ужину. Обеспокоенная Мэдока налила в большую круглую чашку белый чай и осторожно зашагала наверх по лестнице. Руки пожилой женщины подрагивали, она боялась увидеть в комнате девушки что-то страшное. Но Софья спокойно лежала, обнимая подушку. Правда, личико ее было напряжено.

— Нездоровится? — спросила горничная. — Я принесла чай, попьешь?

— Спасибо, Мэдока, — слегка улыбнулась Соня, — я чувствую себя хорошо. Наверное, акклиматизация проходит. Я хотела спуститься…

Она как будто решалась о чем-то рассказать.

— Что же тебе помешало? — Мэдока тоже улыбнулась Соне.

Женщина старалась меньше скрывать теплое отношение к гостье своего хозяина. Так у Сони будет больше доверия, и, возможно, она даже поверит в ее рассказ. Мэдока уже почти решилась открыть девушке правду, медлить было некуда.

— Костя… Помнишь, ты спрашивала про отца моего ребенка? Он прилетел в Японию. Я даже не думала, что он способен на такое ради меня. Вот, он написал!

Соня показала женщине экран, словно та понимала написанное по-русски. Видимо, ее так переполняли эмоции, что она не задумывалась ни о чем.

— Почему бы вам не встретиться? — уцепилась за новость Мэдока. — Напиши ему, где ты.

Но Соня только опустила глаза и прикусила губу.

Костя смотрел на схему города и ощущал Соню везде. Большей подставы от своей чувствительности он ожидать не мог. То ли так действовала территориальная близость, то ли, делая блок, он уж очень сильно подключился к ней. В отчаянии он написал ей, что находится в одной с ней стране. Просил назвать адрес. Но снова без толку.

Соня читала и молчала. Внутри Константина клокотали эмоции, это еще больше сбивало. Ей грозит смертельная опасность, а она вредничает! Сколько же можно… Только небеса знали, чего стоило Косте не написать возлюбленной пару «ласковых». На Кумамото опустилась ночь, и изможденный мужчина забылся тревожным сном в гостиничном номере.

***

Шеф не вызывал Акиру три дня, и утром четвертого мужчина вознамерился сам пойти к хозяину за разговором. В конце концов, по счетам нужно платить и договоренности выполнять. Тем более для Акиры они мели огромное значение. Но он уже оделся, как старик позвонил сам.

Он не нашел босса в гостиной, а заглянув в спальню, словно вернулся на несколько недель назад. Его хозяин лежал в кровати и сипло дышал. Акира вздрогнул и сделал шаг назад, но больной уже увидел его.

— Ты забрал ее?! — голос хозяина звучал слабо, но был полон возмущения.

— Кого? — отшатнулся Акира.

— Софью, кого же еще! Почему я ее здесь не чувствую?! Вы с Мэдокой вывезли ее за моей спиной.

— Что за бред? — в свою очередь спросил Акира. — Девица завтракает внизу.

— Врешь! Веди ее сюда.

Акира покачал головой и направился в гостиную. Соня уже поела и лежала на диване с книгой. Он сообщил девушке, что ее хочет видеть хозяин.

— Убери ее.

Старик кивнул на дрожащую Софью, и та быстро вышла. Акира остался в комнате больного.

— Я не чувствую ее! — хозяин повторялся. — Ее кто-то заблочил.

— Кто мог? — пожал плечами Акира. — Может, это вы… больше не способны?

— Заткнись, — прохрипел старик, — когда она приехала, я был в еще худшем состоянии. Последние дни я не ощущаю ее энергию, значит, ей поставили защиту. Ты знаешь отца ее ребенка?

— Она служила проституткой, — усмехнулся Акира, — им может оказаться каждый.

— Клиент не будет о ней печься! Не глупи, Акира, вспоминай ее русского любовника.

Взгляд брюнета описал круг по потолку.

— А если это… Константин! Племянник Мурата, к которому я приезжал. Кавказец говорил, его родственник экстрасенс.

— Идиот же ты! — разозлился хозяин. — Почему сразу не сказал? Он ставит ей блоки, скорее всего, он где-то рядом.

— Но как он пробил защиту школы?

— Она носит его ребенка! — проскрипел старик. — Нужно было сразу избавляться от плода. А теперь девчонка узнала о беременности, и на аборт не собирается. А все ты! Повез ее в обычную клинику.

— Как теперь будем действовать? — тихо спросил Акира.

— Ты будешь устранять свои ошибки. Накачаешь ее снотворным и отвезешь в больницу к Ичиро. Потом скажешь, она потеряла сознание, началось кровотечение.

— И тогда я смогу?..

— Делай, что тебе говорят.

Хозяин, обессилев, прикрыл веки.