Глава 34. Соблазн

Ночь прошла беспокойно. Я никак не могла уснуть, ворочалась в кровати. Сходила до сумки, включила ноутбук, но из-за того, что он был очень старый, батарея разрядилась за полчаса. Сложно жить без электричества.

Утром в дверь постучали.

– Настюш, это я. Злых волчар в округе нет, – слышу голос Алины.

– Заходи, – вздыхаю я. Сил на ссоры уже не осталось.

Княгиня входит с лицом, полным энтузиазма. Светлые волосы собраны в высокий хвост. Обтягивающая майка с принтом аниме-девочки и короткие джинсовые шортики делали её похожей на мою ровесницу.

– Как прошла ночь? – она плюхается на кровать, но почти сразу встаёт. – Стой, давай притащу завтрак. Я сегодня пирожков нажарила и отбивнушек. Сколько тебе взять? Ну, и конфеты само собой. Или ты по мороженому?

– Мне не хочется есть.

– Что? В смысле? – Алина, кажется, удивляется этому уже не первый раз.

– И вообще, я на диете, – выдаю просто, чтоб к этой теме мы не возвращались.

Княгиня смеётся.

– Зачем тебе диета? Ты что, триста килограмм весишь?

– Это вообще и про здоровье в целом. Всякие солёности-сладости на организм очень влияют.

Алина смотрит на меня круглыми глазами.

– Думаешь, мне тоже надо?

Пожимаю плечами.

– Ну… учитывая твой рацион… наверное, да… Здоровой еды в нём мало, так? Пока это может быть незаметно в плане самочувствия, но не значит, что в сосудах не накапливается ничего вредного и токсичного. У тебя явно быстрый метаболизм, но шлаки и прочая гадость всё равно задерживаются, а это риски очень большого списка заболеваний.

Она смотрит на меня с ужасом, потом опускает взгляд на свой живот и сглатывает.

– Пожалуй, мне теперь тоже не хочется есть. Тогда чай? Можно?

– Да, – я рассеянно киваю. – Но без сахара.

– Поняла.

Алина уходит, а я снова погружаюсь в пустоту и неопределённость – что делать и что вообще ждёт меня в будущем. Может, книг попросить? Хотя не уверена, что способна сейчас воспринять сюжет.

Спустя какое-то время невольно настораживаюсь. До меня доносится сначала разговор, после спор, а потом вообще крик. Успеваю нахмуриться, прежде чем в комнату влетает Алина, а следом Марк. Бледный как стена.

– Настя, ну скажи ему, что я вот-вот могу умереть!

– Ты не умрёшь, – осторожно начинаю я. – Просто если будешь питаться правильнее, самочувствие улучшится, энергии станет больше.

Марк смотрит на неё, потом на меня. Потом опять на неё и почти рычит:

– Алина, говори как есть. Почему ты отказалась пирожка. Я выдержу.

– Диета же. Ди-е-та, – по слогам выговаривает Алина. – Чтоб стать здоровой.

– Ты будешь есть траву? Никаких баварских сосисок? – Марк почему-то расстраивается больше, чем Алина.

– Марик, это же для здоровья!

А князь грустнеет ещё больше.

– А что у нас… с демонической проблемой? – я попыталась сменить тему. – Что будем делать?

– Я думаю, что рисковать лишний раз не стоит, – Марк смотрит мимо меня. – Раз твой отец несёт угрозу, его надо убрать.

– Вы бы ответили так же, если бы речь шла про родителей Алины? – решаюсь возразить я. – Или дело в том, что папа изгнан? Марк, я понимаю, не вы принимали решение, но и вы поймите. Какой вариант был? У папы нет шикарного дома в безопасном мире. Он выживал среди людей, а его единственная поддержка и опора сбежала. Не мог пойти за ней из-за меня, потому что я была слишком маленькая. И получается, что в его несчастье всегда была и буду виновата я.

Марк опускает подбородок.

– Во-первых, никогда не сравнивай себя и свою семью с Алиной. Во-вторых…

– Приведи мне маму Насти, – княгиня встаёт между нами, загораживая меня от волчьего альфы. – Марик, я хочу с ней поговорить и всё улажу. Ну, пожалуйста, – она складывает ладони в умоляющем жесте. – Ради меня.

Я качаю головой и отворачиваюсь. Как же я разочарована!

Нет, эти оборотни – невозможные идиоты.

В чём, собственно, разница между мной и Алиной? Только в том, что она княгиня? Я тоже истинная потенциального князя и что? Моя семья привилегированная, выходит?

Ах, ну да. Это же проблема Эрика, не Марка. Князь выбрал свет в окошке, и ему нет дела ни до кого больше. Уверена, если Алина возьмёт и убьёт десять человек, он скажет, что сами виноваты, так и надо.

Мерзко от всего этого. Возмутительное лицемерие.

К Алине у меня никаких претензий, но вот от оборотней я совершенно точно хочу держаться подальше. Мне Марк и его политика поперёк горла встали.

Для него существует только Алина. А папу он ненавидит потому, что тот посмел выступить против его друзей. Князь ужасен! Начинаю понимать папу. Впрочем, у меня есть другие варианты.

Марк тем временем снова волшебным образом успокаивается.

– Ладно, хорошо. Диму на тренировку закину.

Отворачиваюсь, чтобы не вызвать новой вспышки гнева. Горло жгут слёзы, но я умею держать себя в руках.

– Сейчас, Насть, я своего волчару провожу, и нормально обсудим план, – Алина меня обняла и после умчалась вслед за Марком.

Странно так. Бегает за ним. Это же как надо себя не уважать?

Я подождала немного и выглянула в коридор. Никого.

Бреду по коридору, вглядываясь в таблички. Эрик сказал, сам вырезал. Старательный, много чего умеет.

Подбегаю к двери и стучу. Только бы никуда не свалил.

– Малышка, привет, – поворачиваю голову на голос и вижу Эрика с Дарком. – А мы тут в лес гоняли на охоту. Ему понравилось, да, дружище? – Эрик потрепал моего пса за ухом, и он радостно завилял хвостом. – Ты уже завтракала?

– Нет…

В горле першит. Чувствую, как по спине проносится холодок, ладони кажутся влажными и липкими. Что я делаю, боже мой?

– Пойдём тогда? Я сейчас переоденусь только… – он подходит к двери и смотрит на меня. – Зайдёшь? Даю слово, приставать не буду.

Я шагаю к нему и кладу ладони на его грудь. Сердце грохочет в висках. Я и сама себя боюсь.

Эрик поднимает брови.

– Ого, это ты сразу решила проверить, насколько я держу слово? Жестоко.

– Лучше заверю, что и я держу, – обнимаю Эрика за шею.

Голова кружится. Вижу, как вытягивается лицо оборотня, в синих глазах недоумение. Он даже не сразу отвечает, когда я целую.

Все эти движения получаются немного заторможенными, но скованность быстро отступает. Волна желания поднимается во мне горячим дымом и движения становятся плавнее, гибче, будто согреваясь. Я рассчитывала, что так и будет. Эрик ни о чём не догадается.

– Мне становится всё труднее держаться, – выдыхает он. – Практически невозможно.

Притягивает меня в поцелуе снова, и я даже не понимаю, в какой момент мы оказываемся в комнате.

Едва дверь захлопывается, я упираюсь ладонями ему в грудь. Эрик останавливается. Надо отдать ему должное.

– Что-то не так?

– Почему же? Всё так, – я снова тянусь к нему за поцелуем. – Как и должно быть. Эрик… Ты не врёшь, когда говоришь, что я твоя истинная?

– Что? – он не сдерживает смешка. – Конечно, нет. О таком не врут. Да и зачем мне? Конечно, ты моя истинная. Не представляешь, как я счастлив, что нашёл тебя. Далеко не всем так везёт. Арс вон, до сих пор не встретил. Я очень счастлив, что ты есть. Просто существуешь, – он берёт мою ладонь и целует пальцы.

Я улыбаюсь и глажу его по волосам. Обнимаю свободной рукой и строю глазки.

– И ты сделаешь для меня всё, что в твоих силах?

– Разве я об этом не твердил тебе с момента встречи? – оборотень распалялся всё больше. Глаза из синих стали тёмно-фиолетовыми от нахлынувшего желания.

Чувствую себя мерзко, но я не вижу другого способа спасти свою семью.

– Знаешь, а я ведь тоже могу сделать для тебя всё, что ты захочешь, если это будет в моих силах, – снова целую его и чувствую, как мы смещаемся в сторону кровати. – Скажи только, чего ты хочешь, Эрик?

Он, кажется, замирает, даже перестаёт дышать, но при этом прижимает к себе теснее:

– Как будто не знаешь? Я хочу тебя. В смысле, чтоб ты стала моей навсегда. Вышла замуж!

– Выйду. Чего ещё, – улыбаюсь я и добавляю, – мой истинный?

Эрик снова моргает, явно не веря в то, что происходит, а после просто улыбается и крепко обнимает меня.

– Ничего. Больше ничего. Это главное для меня.

– Совсем? – глажу его и забираюсь рукой под футболку. – А детей? Сколько хочешь?

– Настя, – Эрик то ли рычит, то ли стонет. – Ты понимаешь, что провоцируешь меня? Нам нельзя. Волкам запрещено до свадьбы, а я тебя хочу так, что в глазах темнеет.

Сглатываю. Прижимаюсь к нему щекой и тихо говорю:

– А знаешь, чего хочется мне?

Только б не сорвался… Пусть правильно поймёт…

– Хочу, чтобы никто не был нам указом. Когда, как и прочее. Чтобы ты сам решал, что нужно, и делал то, что хочешь.

– А нам и так никто не указ, – Эрик зарывается в мои волосы носом, вдыхая полной грудью, и прижимает к себе. – Мы поженимся. Будем делать что хотим.

– Нам могут мешать. Постоянно будут. Семья, обстоятельства. Другие волки ненавидят меня. Твой Князь особенно. Только отец вроде бы принял твой выбор, но ему я тоже не нравлюсь.

– Глупости, малышка, глупости, – Эрик плохо соображает, что вообще говорит. – Ты моя. Как только Марк нас объявит парой, поженит, в смысле, то всё. Никто ничего не скажет.

– Не думаю, что он когда-то это сделает, – снова тянусь за поцелуем. – Вспомни, Марк вынудил нас сидеть с детьми. Учиться. Мы удобные. Будем делать, что он скажет, лишь бы получить благосклонность. Ты же сам понимаешь, мы не продержимся. Эрик…

В этот момент мы падаем на кровать. Я переворачиваюсь и сажусь на его бёдра. Плавно скольжу ладонями, задирая футболку оборотня. Что бы ни было дальше, фигура у него шикарная. С таким не стыдно.

– Эрик, – я медленно ложусь на него и выдыхаю в губы. – Я хочу, чтобы ты стал альфой.

Глава 35. Укрощение строптивой

Эрик смотрит на меня, и понемногу на его губах тает восторженная счастливая улыбка, а в глазах меркнут влюблённые огоньки, возвращая в осознанность. Я понимаю, что проиграла, и начинаю думать, как его успокоить.

– Милый, – глажу по волосам, – ты что?

Эрик резко садится и сжимает мои плечи. Сильно и даже грубо. В этом жесте нет и намёка на прежнюю нежность. Мы молчим и смотрим друг на друга. Я с натянутой улыбкой, он пронзительно. Огонёк теплоты и влюблённости гаснет окончательно.

– Скажи, Настя, я, по-твоему, кто? Дурак? Домашний пёсик, которого можно подразнить лакомством, и он послушно завиляет хвостиком и станцует на задних лапках?

Чувство контроля ситуации ускользает из моих пальцев.

– Нет… с чего ты так решил? – нервно улыбаюсь я.

Эрик опускает подбородок, и в его лице проскальзывают звериные и пугающие черты. Мне даже кажется, что он вот-вот обернётся.

– Значит, считаешь послушной собачкой, – говорит низко, и от этого голос походит на рычание. – Что ж, пора возвращать тебя с небес на землю.

Эрик хватает меня за предплечья и опрокидывает на кровать, наваливаясь сверху. – Ты вздумала дразнить оборотня, маленькая глупая девочка, и не понимаешь, насколько зря. Что ж, сейчас поймёшь.

Он срывает с меня футболку, оставляя в одном бюстгальтере, после ловит руки, которыми я пытаюсь оттолкнуть его. Снова фиксирует над моей головой.

– Знаешь, что я сейчас могу с тобой сделать? – хищный оскал на губах, я вижу, клыки у него будто бы стали длиннее. – Всё. А знаешь, что остальные в доме предпримут, чтобы помочь тебе? Ничего.

Мне становится по-настоящему страшно. Дышу часто и прерывисто, тело бьёт мелкая дрожь. Против воли в глазах собираются слёзы.

– Эрик… не надо…

– Я здесь решаю, – рявкнул он. – Закрыла рот. Хватит. Я уже нанянчился и науступался тебе. Носился как с принцессой, но тебе так неинтересно, да? Что ж. Будем играть по моим правилам. Джинсы снимай! Хотя нет. Не просто так.

Он отталкивается с кровати и рывком ставит меня на ноги. Стаскивает с подиума и тащит в центр комнаты. Потом достаёт из кармана телефон и включает какую-то песню.

– Под музыку снимай. И чтоб мне понравилось!

– Эрик, ты с ума сошёл?! – у меня начинается истерика. – Так ты обращаешься с истинной, да?

– Я сказал закрыть рот и танцевать. – шагает на меня, и я сжимаюсь с тихим визгом. – Делай!

Голова кружится. Кажется, я сейчас упаду в обморок. Закрыв лицо руками, я начинаю плакать. Песня гремит в ушах бессмысленным набором звуков. Мне страшно, я очень хочу сбежать отсюда, но не могу пошевелиться. Будто кто-то другой управляет моим телом и блокирует порыв.

– Я хочу домой. Хочу домой. Домой…

– Куда? К поехавшему отцу, который отдаст тебя демонам? – Эрик фыркнул. – В этом ты вся, Настя: хочу, хочу, хочу, а на последствия плевать. На окружающих тем более, поэтому хватит. Ты сама всё испортила. Просила альфу? Ему надо подчиняться. Делай, что сказал!

– Нет. Я больше ничего не хочу, – сажусь на корточки и обнимаю себя за плечи. – Я хочу, чтобы всё закончилось. Вернулось как было!

Эрик рывком ставит на ноги. Он не сделал больно, но я вспомнила о его чудовищной силе. Эрик не человек. Он может сломать руку в пяти местах, если захочет.

– Делай, – оборотень собирает мои волосы на затылке и медленно тянет назад, вынуждая запрокинуть голову и смотреть в его лицо. – Привыкай выполнять, что тебе говорят. То, что я тебе говорю. Делай!

Я вздрагиваю. Передо мной высокий и страшный оборотень. Я как-то позабыла об этом, пока играла с ним. Похоже, я действительно его разозлила.

Эрик кивает сам себе, будто отмечая, что я правильно поняла и отступает. Швыряет играющий телефон на кресло и медленно произносит:

– Я жду.

Со мной творится что-то странное. Сознательно я парализована от ужаса, но моё тело начинает двигаться. Не думаю, что это можно назвать танцем, скорее, конвульсиями или судорогой. Почему я подчиняюсь? Я не хочу!

С кем я связалась? Да лучше бы меня убили демоны. Сделали жертвой ради счастья родителей. Может, в этом и был смысл моей жизни?

Как же унизительно!

В голову лезет глупая идея разозлить его ещё сильнее, чтобы он бросился на меня, обернулся волком и разгрыз горло.

Можно попытаться снова сбежать в лес. Вдруг мне повезёт наткнуться на какого-нибудь монстра. Уже понятно ведь, что живой из этой передряги я не выберусь.

Но Эрику, похоже, всё нравится. Он садится на кровать и нагло ухмыляется:

– Джинсы снимай. Плавно и красиво.

– Может, просто сорвёшь их? – зачем-то предлагаю я. – Какая разница?

– Может, закроешь рот? Или тебя заткнуть другим способом? – рычит оборотень. – Снимай. Сама. Медленно и красиво, как я сказал.

Я наконец додумала, почему моё тело двигается. Его голос. В нём есть что-то гипнотическое. Низкая рычащая вибрация проникает в мозг и вынуждает делать то, что он сказал.

Вот и сейчас мои ладони медленно скользят по животу, а потом и вовсе расстёгивают пуговицу.

Я бы не назвала это красивым. Щёки мокрые от слёз, тело бьёт мелкой дрожью. Да, я сама собиралась сделать то, что заставляет Эрик, но тогда это было на моих условиях, а теперь… чувствую себя слабой, униженной и уязвимой.

Когда же джинсы оказываются на полу, он хлопает по правому колену.

– Иди сюда, малыш.

Я мотаю головой, а тело делает шаг. Затем второй. Поднимаюсь на подиум и подхожу к кровати.

Боже, эта музыка сведёт меня с ума! Какого чёрта? Почему я подчиняюсь? Не могу сопротивляться. Я хочу сбежать…

Эрик отводит ногу чуть в сторону и заставляет меня сесть на неё верхом лицом к нему.

– А теперь смотри мне в глаза и не смей жмуриться, – гипнотически произносит Эрик, кладёт ладони мне на таз, вжимая в своё колено и одновременно приподнимает ногу.

– Нет, Эрик, не надо!

Я пытаюсь оттолкнуть его, но вопреки всему, в нижней части живота вспыхивает тянущее… желание? Последнее слово превращается в стон.