Глава 13

Остаток дня мы с девочками провели в сборах. Бегали друг к другу с тем или иным вопросом, перекрикивались из бунгало, раздражая Найдару своей суетой.

– Я так рада, что вы все съезжаете пораньше. Какое счастье пожить хоть пару недель в одиночестве, – то и дело повторяла она.

Но счастливой наша соседка не выглядела. Скорее расстроенной и взволнованной.

Драконы сегодня не появлялись. Наверное, тоже были заняты сборами. Улучив момент, когда мы решили поужинать на террасе, Ана сбегала к ним в бунгало, чтобы проверить, но вернулась ни с чем.

– Их там нет. Совсем никого! – сообщила она.

– Наверное, тоже собираются, пожала я плечами. На них ведь все, что пригодится в дороге. Разработка маршрута, транспорт. Это вам не саквояжик упаковать.

К слову, у всех нас было собрано по внушительной сумке, хоть мы и старались обойтись самым необходимым в дороге. А у Элины таких было целых две! Один с вещами, а второй – вдвое больше размером и полностью набитый книгами.

– Мать Всего Сущего! Девочки, вы не представляете, как я счастлива! Это ведь такое приключение! – не умолкала Анатрана.

– Я бы на вашем месте не радовалась так сильно, – заметила Найдара. – Что вы знаете об этих мужчинах? Не думали, что они могут быть опасны?

– О чем это ты? – Насторожилась Элина.

Я не донесла до рта бутерброд с колбасой и кружками помидорок, и один упал на тарелку.

Как всегда, против Найдары выступила Ана:

– Они благородные драконы. Благороднее некуда. Что еще нам нужно о них знать?

– А какие у них привычки? Что они любят? Какие грешки за ними водятся? Может, тот со шрамом и дурацким именем младенцев ест по четвергам. А у Даг… Дагрб… Дагбьярта, – выговорила она с трудом, – десятка два бастардов подрастает по пути в Долину?

Мы с девочками переглянулись, а Найдара продолжила:

– Вам предстоит несколько недель пробыть наедине со взрослыми мужчинами. Делить ночлег где-нибудь в лесу, бегать в кустики, а вы так радуетесь! Неужели совсем нестрашно? Ну ладно, Лира. Ей деться уже некуда, она истинная серебряного. Он защитит ее от посягательств остальных, но кто заступится за вас? Или, полагаете, что против воли с вами ничего не сделают? Да и Лире не избежать внимания серебряного, но ей остается лишь смириться.

Я покраснела. Элина пискнула, прижав руки ко рту, и в ее голубых глазах отразился настоящий ужас. Анатрану и ту проняло. Похоже, об этой стороне вопроса девочки даже не задумывались. Ну а я… Я просто верила серебряному, ведь он уже пообещал не торопить события, и с тех пор мы даже ни разу не поцеловались.

Признаться, иногда я хотела этого во время наших прогулок, но Ренгольд старательно избегал подобных ситуаций. И чем больше он их избегал, тем больше я думала о том, что хочу снова почувствовать его губы на своих…

– Вам совершенно не стоит опасаться за подруг, уважаемая эшшери Найдара. – Раздался голос серебряного, и в пятно света у нашего крыльца из темноты выступили трое мужчин. – Мы, драконы, очень внимательно относимся к потомству. И я могу клятвенно заверить, что у эшшера Димма нет ни одного бастарда на сей момент. Ни по пути в долину, ни даже в его собственных землях. А рацион эшшера Страйка не слишком отличается от моего или вашего.

– Никаких младенцев я не ем! Ужас какой! – обиженно скривился железный дракон.

– Но, чтобы вам было спокойнее, каждый из нас сейчас же поклянется в том, что вашей чести ничего не будет грозить в этом походе.

– Клянусь предками железного дракона, что и пальцем этих девушек не трону! Изверг я, что ли, какой-то? – тут же выпалил хмурый Аудбьёрн.

– А если я в пропасть упаду? – Спохватилась Анатрана. – Как ты меня будешь вытаскивать?

– А он не пальцами! – съехидничал Дагбьярт и, в свою очередь, пафосно поклялся: – Клянусь предками туманного дракона, что не сделаю ничего такого, что заденет честь или достоинство наших спутниц.

Оба дракона исполнили ритуальный жест, призывая Мать Всего Сущего подтвердить клятву. В воздухе тут же проявились две сияющие и сверкающие магические печати – одна слегка размытая, точно сгусток тумана, вторая будто сплетенная из металлической проволоки. Каждая легла на лицо мужчины, образуя маску дракона. На миг их глаза сверкнули, а затем маски впитались в кожу.

– Клянусь предками сере… – начал было Ренгольд.

Вот сейчас поклянется и точно больше меня не поцелует! Как же тогда развивать и укреплять отношения?

Такого я допустить не могла. Быстро подошла и положила ладонь на его руку:

– Не нужно клятв, Ренгольд. Ты и так уже обещал не делать ничего против моей воли. Этого довольно.

Мы внимательно посмотрели друг на друга, и от взгляда дракона меня теплом обдало. Чуть помедлив, он согласно кивнул:

– Хорошо. Остальным переживать на мой счет не стоит. Дракон, который обрел истинную пару, ни на одну женщину больше не посмотрит.

Элина кивнула, подтверждая. Видимо, это не расходилось с тем, о чем ей доводилось читать.

– Ну все, теперь я спокойна, – едко заметила Найдара.

– Ты чего такая злая? Весь день ко всем цепляешься! – возмутилась Ана, высказав то, о чем думала и я.

– Не знаю… Завидую, наверное. Вы вот, уезжаете, у вас что-то интересное наметилось. – Найдара стрельнула глазами в сторону мужчин. – А я остаюсь… Буду завтракать в тишине и одиночестве…

Ее большие выразительные глаза наполнились слезами. Не сговариваясь, мы втроем подались к соседке, заключив ее в объятия.

– Жалко, что Цветана тебя с нами не отправила, – искренне посетовала Ана.

– Не переживай, ты обязательно встретишь своего дракона! – Успокоила ее Элина.

– Удачно тебе защититься. Уверена, высший балл твой, – пожелала я отличного диплома.

– Приятных снов, эшшери! Не засиживайтесь, выходим рано, – напомнили драконы, о которых мы ненадолго забыли.

– Доброй ночи, эшшеры!

Мы вчетвером проводили взглядами широкие спины мужчин.

Утро наступило слишком быстро и рано.

Накануне мы долго не могли уснуть, пока не выползли на террасу одновременно с Аной и не взмолились, чтобы Элина помогла нам немного сонной магией. Поворчав, та согласилась, и…

И, как я уже сказала, утро наступило слишком быстро. Я закрыла глаза, и вдруг пришла пора вставать.

Сегодня все здесь мне казалось особенно дорогим сердцу: и утренний щебет птиц, и легкий ветерок, запутавшийся в ветвях деревьев, и старенькое бунгало, утонувшее в цветочных кустах…

Завтракали молча. Не знаю, о чем в этот момент думали девочки, но, уверена, в одном мы сходились даже мысленно: академия и время, проведенное здесь, останутся в наших сердцах навечно.

Позавтракав, мы оделись по-походному. Каждая так, как она это себе представляла. Я – примерно так же, как если бы выходила на задание, разве что без маскировочного костюма. Вместо него я прихватила теплую куртку. Все-таки в моих родных краях в это время еще не так тепло, как на юге и в Долине. А какая весна на севере, сложно и представить.

Ана нарядилась по тому же принципу, что и я, а вот Элина надела красивое дорожное платье глубокого синего цвета. Прихватила теплые чулки и плащ, подбитый мехом на случай прохладной погоды. Я так и не поняла, откуда у нее здесь взялись все эти вещи, совершенно ненужные в Долине.

Едва мы собрались, как за нами явились драконы.

– Доброе утро, эшшери! Вы готовы? – поздоровался Ренгольд.

– Кажется, да… – не слишком уверенно откликнулись мы.

– Это багаж? – поинтересовался Дагбьярт, поднимаясь на террасу. Хмуро уставившись на кучку наших сумок, он заявил: – Считаю, нужно проверить и перепаковать. Наверняка там…

– Ярти, не стоит! – осадил его серебряный. – Уверен, девушки отнеслись к сборам со всей серьезностью. Ведь так?

Он внимательно посмотрел на меня, но я лишь пожала плечами. Не так уж и часто я выбиралась за пределы академии, так что собиралась, как в гости к Анатране. Разве что пришлось взять учебные принадлежности и теплую одежду, какая нашлась.

Драконы, больше не споря, подхватили наши сумки, и так случилось, что вещи Элины достались Дагбьярту.

– Что здесь? Почему сумок две? Мы же сказали, что обеспечим вас всем необходимым, – разворчался тот.

Признаться, саквояж Элины, – тот, что с книгами, – был почти неподъемным. Наша лекарка забрала едва ли не всю свою библиотеку. Но с виду не выглядело, что дракону так уж и тяжело, хоть он и возмущался.

– А если на вас нападет ушной червь, или случится чесучая болезнь, у вас есть с собой снадобье, которое поможет? – вкрадчиво поинтересовалась Элина.

– Драконы не болеют! – опрометчиво заявил Ярти.

– Что, и животом не маются? – простодушно поинтересовалась Анатрана.

Ёрни прыснул, и Ярти удостоил ее надменным взглядом.

– Нужно забрать Камешка, – напомнила я Ренгольду.

– Хорошо. Парни, отправляйтесь сразу в порт. Мы с Лирой вас догоним. Ёрни, возьми багаж. – Он передал железному свою и мою сумки, которые железный безропотно подхватил.

Впрочем, я уверена, этот громила смог бы унести еще с десяток таких, а то и больше, и не поморщился бы.

Лекарки расставались с мишкой, как с родным. Двое даже залились слезами. Серокаменный тоже как будто загрустил и вдруг неожиданно лизнул одной из плачущих девушек руку, чем вызвал новый поток слез. Растроганная девушка даже его обняла, о чем и подумать было невозможно еще несколько дней назад.

Надо же! А как они его раньше боялись!

После двух недель на выгуле, где мы еще и тренировались, мишка ко мне так привык, что больше не приходилось гипнотизировать его пением. И специальный безопасный коридор мы тоже не стали выстраивать. Накануне я просто провела особый ритуал, создав магический поводок. Поводок тянул из меня магию, но незначительно. Моих сил вполне хватало, чтобы его постоянно поддерживать.

К парому на Бутон-озере мы опоздали минут на тридцать. Наша компания ждала в тени в сторонке от дороги. К поклаже прибавились три приличных размеров походных рюкзака, на фоне которых наши саквояжи показались дамскими сумочками. Даже переносной книжный шкаф Элины уже не так внушал.

Анатрана о чем-то спорила с Ярти. Ёрни и Элина над ними посмеивались, но, завидев нас, спорщики замолчали, и все уставились на медведя. Мужчины с интересом, а девушки настороженно.

– Ну наконец-то! – Обрадовался туманный, а затем поглядел на меня со скепсисом. – Ты уверена, что сможешь им управлять?

– Я не управляю Камешком. У нас договоренность. Я ему обещала доставку домой, он мне – не жрать моих спутников, – сообщила я на полном серьезе.

На деле все, кончено, же было не так, но мне захотелось поддеть надменного дракона.

– Ничего себе «камешек»! Да он здоровее меня будет! – прогрохотал Аудбьёрн, на что серокаменный только презрительно фыркнул.

Определенно здоровее всех мишка считал себя самого.

На самом деле я немного опасалась, как Камешек воспримет наших спутников, но зверь был спокоен. Видимо, привык уже к Ренгольду, считая его главным, поэтому в остальных не чуял конкурентов. Я отлично ощущала его эмоции через незримый поводок.

За время, что пробыл со мной, мишка сильно изменился. Он и правда стал разумней. Больше он не проявлял агрессию. Возможно, в день нашей встречи с Реном он не знал, что происходит, потому и боялся, а теперь, когда я объяснила, что он едет домой, Камешек старался вести себя прилично.

– Ну раз все в сборе, грузимся на паром. И это… Мы поплывем не одни. Их твой Булыжник тоже обещал не жрать? – Ярти указал на группу пассажиров у парома.

Человек десять-одиннадцать, которым тоже требовалось на ту сторону озера в Малахитовые Холмы настороженно глядели в нашу сторону.

«Камешек, веди себя дружелюбно», – попросила я мишку мысленно.

Тот шумно выдохнул и ткнулся носом мне в шею. Это походило на согласие, и я почесала его под подбородком.

– А что, если Камешек понесет наши вещи? – предложила Анатрана. – Хоть какая-то будет польза. Опять же, так он будет выглядеть почти ручным, и его станут меньше бояться.

Медведь издал такой потешный звук, в котором только ленивый не расслышал бы удивленно-вопросительные нотки.

– Прекрасная идея! – неожиданно поддержал Ану Ярти, чем вызвал негодующее ворчание медведя.

– Камешек, они правы! К тому же тебе будет полезно потренироваться. Ты засиделся в долине, а на севере много сильных самцов. Груз поможет укрепить твои мускулы, – подыграла я товарищам.

Наивный мишка тут же успокоился и стоял смирно, пока мы пристраивали рюкзаки и сумки ему на спину. К тому времени почти все пассажиры уже погрузились на паром. Стоило поторопиться, ведь до отправления осталось несколько минут.

– Девушки, в походе у нас есть одно правило, – на ходу инструктировал Ренгольд. – Обращаемся друг к другу по-простому. Окружающим не обязательно знать, кто мы такие.

– Зачем скрывать, что вы владыка драконов? Это ведь даст нашему отряду привилегии, – недоумевала Ана.

– Полагаю, это еще и опасно. У власть имущих всегда много врагов, – предположила я, чем заслужила одобрительные взгляды мужчин.

– Верно. Поэтому отныне я для вас – просто Рен, Дагбьярт – Ярти, Аудбьёрн – Ёрни. И никаких эшшеров, пожалуйста.

– И просим не оскорбляться на обращение к вам по имени, – добавил туманный.

– Заметано, дружище Ярти! Так даже проще, – легко согласилась Ана, и туманный привычно скривился.

– Ну если надо… – сомневалась Элина. – С медведем мы и без того привлекаем лишнее внимание. Если кто-то задастся целью, то без труда вычислит, кто мы…

– Хорошо, – просто согласилась я.

Мы двинулись к парому, где нас поджидал сюрприз.

– Вы с ума сошли? Я – пока нет! – возмущался приземистый усатый мужичок, выпучив глаза на медведя. – Я энту зверюгу к себе на борт не пущу, хоть убейте!

– Уважаемый, мы с вами еще вчера обо всем договорились, и вы получили доплату, – на удивление терпеливо увещевал его Ёрни.

– О чем? О чем мы с вами договорились, уважаемый? Что с вами будет животное? Домашняя зверюшка! Я и взял с вас как за домашнюю зверюшку, а не вот за это! – Паромщик красноречиво указал на Камешка обеими руками.

– Ну да! – Улыбнулся железный дракон. – Это и есть наш питомец. Видите, он носит наши вещи.

– Так вот, уважаемый, я вам скажу, что это… – Паромщик снова указал на Камешка обеими руками. – Никакая не домашняя зверюшка, чтобы вы знали! А я не могу своих пассажиров подвергать опасности быть съеденными или растерзанными!

Я протиснулась между Реном и Ярти и выглянула я из-за Ёрни.

– Простите, господин паромщик. Я – мастер чудовищ, и этот медведь полностью под моим контролем. Если вы так боитесь, могу усыпить его на время путешествия.

Я погладила мишку и успокоила его мысленно: «Не переживай, Камешек. Мы можем просто притвориться, что ты спишь».

– Даже не уговаривайте! Да и не поверю я, что такая хрупкая адепточка справится с энтим громилой. Вы ему на один зуб!

– А вы, видать, на второй? – не выдержала Анатрана, и у них с паромщиком завязалась перепалка, после которой нас и вовсе могли не пустить на борт.

Камешек начал волноваться, и я отошла с ним в сторону, дав возможность мужчинам договариваться самостоятельно. В конце концов это они должны были продумать наш маршрут и обо всем позаботиться.

И тут я увидела пожилую женщину с клюкой, одетую во все черное, которая тащила приличных размеров мешок на спине. Она торопливо ковыляла к парому и не успевала из-за больных ног, тяжелой ноши и возраста.

Женщина остановилась, сбросив на землю поклажу. Устало оперлась на клюку и, подслеповато присмотревшись, замахала руками, привлекая внимание.

– Лира, идем! – позвал меня Ренгольд.

Похоже, вопрос с медведем был решен, и мужчины грузились на паром. Я потрепала мишку по загривку.

– Пора, Камешек. Постарайся вести себя тихо.

– Подождите! Сейчас принесут другой трап для особо тяжелых грузов, – остановил нас паромщик в последний момент. – Боюсь, что обычный вашу животину не выдержит.

Нам с мишкой и Реном пришлось ждать на берегу, пока четверо дюжих парней с трудом уложили новый трап, обшитый листами металла. Я обернулась. Старушка все еще была далеко и уже точно не успевала на борт. Нужно было помочь пожилой женщине.

– Камешек, будь здесь, я сейчас.

Бегом я поспешила к бабушке.

– Спасибо тебе, деточка! Спасибо, милая! – заахала-заохала страшная, как ведьма, старушенция. – Да что бы я без тебя делала! А меня ведь внучки на той стороне ждут. Я им и подарков набрала целый мешок. Думала уже все, опоздала, карга старая! – нелестно отозвалась бабушка о самой себе. – Следующий паром-то только через два дня. Где мне его дожидаться? Назад дойти уже и сил нет. Думала, придется тут ночевать – на берегу. А мои старые кости совсем не переносят сырости…

Она монотонно бормотала что-то еще, но как только я прикоснулась к ее мешку, чтобы помочь его донести, то словно впала в транс. Не получалось ни слова вымолвить, ни пошевелиться. На какое-то время я даже забыла, кто я такая…