Глава 15

В таверне было людно и шумно. Вкусно пахло чесноком, мясом и травами. Желудок мгновенно напомнил, что пора бы в него что-нибудь положить. Наша компания заняла столик в отдельном кабинете, отгороженном от остального зала красивой резной ширмой. Все-таки драконы решили обеспечить нашей компании кое-какой комфорт, а заодно избавились от любопытных взглядов.

– Потерпите немного, я только закончу обследование! – Элина не позволяла мужчинам приступить к еде.

Она стояла позади Ёрни и водила руками над его головой под ревнивым взглядом Анатраны.

– Почему мы не можем сначала поесть? – ворчал тот и, закатив глаза наверх, с подозрением следил за руками целительницы.

– Потому что на голодный желудок аура лучше просматривается. Ой… – Элина замерла, делая медленные круговые движения у правого виска громилы. – Хмм… Как интересно! Никогда такого не видела.

– Что такое? – спросил Ёрни настороженно.

Его лицо в этот момент приобрело неподражаемое выражение. Как будто лютоволк испугался колючего куста.

– Наверное, обнаружила необратимое искривление мозга. Жить тебе осталось лет эдак… – Ярти изобразил крайнюю задумчивость.

– Да заткнись ты! – рыкнул на него Ёрни.

Элина, не обращая внимания на их перепалку, схватила тетрадь в красивом кожаном переплете с тиснением и принялась туда что-то записывать. Железный, хмурясь, заглянул ей через плечо, но целительница тут же вскочила, и легко, точно фея, перепорхнула к Ярти.

– Не двигайтесь, уважаемый Дагбьярт.

Туманный традиционно кисло скривился. Попробовал запротестовать:

– Может, не надо мне этих ваших экс…

– Тише! – бесцеремонно прервала его Элина, производя все те же манипуляции, что до того с Аудбьёрном. – Ооо!.. Ух ты! Не может быть!

Элина очерчивала контуры тела дракона от макушки до плеч, задерживаясь то там, то здесь и комментируя что-то видимое ею одной. Туманный больше не сопротивлялся. Напротив, сидел гордый и с превосходством поглядывал на железного дракона.

– Что у него там такого, чего нет у меня? – поинтересовался Ёрни, почему-то раздраженным шепотом.

– Полагаю, моя аура на порядок сложнее устроена, вот и представляет наибольший интерес для науки, – пояснил гордый собой Ярти.

– Пф! – выразил все, что думает о побратиме, железный и отвернулся к окну, за которым виднелся загон с Камешком.

Какой-то слуга осторожно подбирался к медведю, держа на вилах приличный кусок мяса. Боязливо сбросив его в кормушку, которая больше годилась для лошадей, чем для медведей, он поторопился ретироваться. Сидевший смирно мишка дождался, пока тот повернется спиной, и оглушительно рявкнул, напугав беднягу до полусмерти.

Слуга аж споткнулся от неожиданности и, едва не полетев на землю, засеменил, спеша убраться.

– Вот хулиган! – Я с нежностью улыбнулась.

– Элина, заканчивай издеваться над людьми! Все хотят есть! – не вытерпела Анатрана.

– Подожди, еще Лира и Ренгольд остались.

Целительница как будто нехотя отошла от Дагбьярта. При этом она невзначай положила руку на его плечо, вроде как оперлась ненадолго. Я улыбнулась, заметив, как туманный замер, уставившись на ее пальцы.

– Эшшер Ренгольд, позволите вас обследовать? Ничего такого. Я только взгляну на ауру, а то без ваших показателей, статистика будет не полной.

– Пожалуйста, – разрешил серебряный.

Элина действовала быстро и на этот раз никак не комментировала свои действия, только однажды удовлетворенно кивнула, словно обнаружив то, что искала. Затем она повернулась ко мне:

– Лира, хоть ты на меня и обижена, но как целитель группы я обязана…

– Ладно тебе, Элина! Давай уже обследуй и меня, да приступим к обеду. После мы с Ренгольдом расскажем вам кое-что важное. Когда мы закончили этот труд взял на себя серебряный.

Перед тем как приступить к рассказу, он снял с шеи какой-то амулет и активировал, пояснив:

– Дальнейший разговор не предназначен для чужих ушей.

Драконы хмурились, слушая про морок. Анатрана сидела красная и прижимала ладони к щекам, виновато поглядывая в мою сторону, а Элина постукивала себя по губам указательным пальцем, о чем-то сосредоточенно размышляя.

– Значит, вы полагаете, что угроза исходит из Древнелесья? – дослушав рассказ, предположил Аудбьёрн.

– Или кто-то хочет, чтобы мы так считали, – добавил Дагбьярт.

– Кто? – спросила Анатрана, глядя на каждого из нас по очереди.

– А вот это неплохо бы выяснить, – откликнулся Ренгольд.

– Судя по записке, которую Лира получила якобы от матери, кто-то знал о вашем появлении в Долине загодя и не желал, чтобы вы с Лирой встретилась, – предположила Анатрана.

Элина подвергла сомнениям эту теорию:

– Но ведь в Долине были и другие драконы!

– Но откуда тот, кто подбросил записку, мог знать, что Дар выберет именно меня?

– А он и не знал! – воскликнула Ана. – Лира, он не знал, что выбор будет сделан по старинному обычаю! Кто бы это ни был, он надеялся, что ты послушаешься и будешь избегать драконов.

– То есть мне достаточно было не попадаться никому из них на глаза, и все? – удивилась я.

– Может, и так. – Пожала плечами Ана.

– Хорошая версия, – похвалил меня Ренгольд. – Мы и правда держали свои планы в тайне до встречи с Цветаной в день Бала Весенних Первоцветов. Никто не мог заподозрить, что выбор невесты состоится по старинному обычаю.

– Но то, что неизвестный нам враг стремился не допустить, все же случилось. Выходит, теперь он пытается разлучить Лиру и Рена? – сделал вывод Ёрни.

– Значит, он идиот! Невозможно разлучить дракона с истинной парой! – вспылил Ярти.

– Возможно. Если ее убить.

Повисла пауза, и все уставились на целительницу.

– А девочка-то права! – с уважением протянул Дагбьярт, поднимаясь со стула.

За ним последовал и Ренгольд.

– Этали, я сделаю все, чтобы тебя защитить! – пообещал он.

Дракон извлек из внутреннего кармана карту, остальные понятливо принялись освобождать стол, сдвигая утварь к одному краю.

– Ух ты! Это же артефакт руки знаменитого Ландо! – восхитилась Анатрана.

– Откуда знаешь? – удивилась я.

– У отца есть одна такая. Он ее бережет пуще зеницы ока. Но только там не вся Балария нарисована. Лишь Долина, Холмы и Пески. Отец с ее помощью торговые маршруты планирует. Они с партнерами собираются, выгоняют всех из кабинета, и тогда он достает эту карту из сейфа.

Ана рассказывала с благоговением и трепетом, а в конце еще и многозначительную паузу сделала.

– И что потом? – Не выдержала Элина, глядя на подругу широко распахнутыми глазами.

– Потом? – С недоумением посмотрела на нее Анатрана. – А! – Махнула она рукой и закончила совершенно буднично: – Потом они много и неприлично ругаются, разве что до драки дело не доходит. В итоге маршрут утверждают, и отец снова прячет карту в сейф.

– Откуда ты все это знаешь, если всех выгоняют? – Улыбнулся Ёрни.

Ана не ответила, только многозначительно хмыкнула, а я едва не рассмеялась. Надо было знать Ану лучше, чтобы понять, что это загадочное хмыканье значит. Дело в том, что для Анатраны Лис не существовало закрытых дверей. А уж дома так и подавно. Рыжая хулиганка с нежным личиком феи всегда утверждала, что информация – это самый ценный товар, и не считала зазорным подслушать или подсмотреть что-нибудь интересненькое.

«Другое дело, как ты воспользуешься тем, что увидишь или услышишь», – любила повторять кровная подруга, когда я пыталась призвать ее к порядку. Особенно эта тема становилась животрепещущей, когда Ана в очередной раз оказывалась в кабинете ректора.

– Верно. Это карта руки Ландо. В свое время великий артефактор и картограф расплатился ею с моим прадедом. Тот спас ему жизнь, выручив из весьма щекотливой ситуации, а вот теперь она досталась мне по наследству, – поведал нам Ренгольд.

Он бережно развернул сложенный вчетверо не такой уж и большой лист, и мы с жадным интересом уставились на тщательно прорисованную до мельчайших деталей местность.

Ландо учился в Академии Ветра и Штормов, и проявил недюжинные способности к картографии. Говорят то, что артефактор изображал, он видел лично, хотя я и не понимала, как можно увидеть весь мир? На это ведь и жизни не хватит. И тут во мне снова заговорил ученый, аж душу защемило от желания сделать что-нибудь подобное и прославиться в веках.

– Ой! Наша академия. Какая красивая! – Восхитилась Элина, разглядывая узнаваемый комплекс из маленьких зданий.

– А вот таверна, где мы находимся.

Ана ткнула пальцем в нужное место почти на самом берегу Бутон-озера.

А Ренгольд продолжил:

– Изначально наш план был таким: на пароме мы перебираемся из Долины в Малахитовые Холмы. Отсюда отправляемся к порту Край Востока, где садимся на корабль и идем морем в Тихую Гавань, что в землях туманных драконов.

Он как-то хитро коснулся карты пальцами, и изображение приблизилось. Заколыхалась нарисованная на озере вода, зашевелили ветками деревья Древнелесья, а по морской глади побежали барашки. Дракон пальцем показывал маршрут, оставляя на карте мерцающую серебром пунктирную линию. Там, где путь пролегал по суше, вдоль этой линии на карте катилось изображение маленькой повозки, а на море плыл кораблик.

– Но как же послание моего отца? – осторожно спросила я.

Признаться, в душе́ я надеялась, что дракон сейчас скажет, что в Блэкрок мы не потащимся, а моего отца он видел там, куда не каждый некромант дотянется, но моим надеждам не суждено было сбыться.

– Надеюсь, недоброжелатель, который навел морок, будет сбит с толку, если мы изменим маршрут и отправимся совсем в другую сторону, чем собирались. Нам нужно вот сюда, – Рен указал на герцогство Блэкрок в Ониксовых Скалах.

– Боюсь даже представить, когда мы доберемся до дома такими темпами, – осторожно заметил Ярти.

Лицо туманного стало хмурым.

– Да, получится дольше, – согласился Ренгольд. – Но я обязан исполнить «Заветы». Такое простое желание отца невесты глупо игнорировать. Тем более что у Блэкрока не останется права требовать что-то еще.

– Дольше?! – Железный возмущенно подскочил.

Он был разгневан, даже зрачки стали вертикальными, что говорило о плохо сдерживаемой трансформации. Мне показалось, что еще немного, и у него пойдет пар из ноздрей!

А для меня стало сюрпризом, что побратимы серебряного не знали об изменении планов.

Ёрни, продолжая гневно сопеть вдруг посмотрел на Ану, снова на Ренгольда и неожиданно смиренно выдал совершенно спокойным тоном:

– Ну дольше так дольше. Что уж теперь… – И сел на свое место.

Мы с девочками только переглянулись.

– Ладно. Мы пойдем вдоль реки… Нет! Мы купим лодку и поплывем по Старшей Сестре до впадения в Струну. – Не теряя времени, Дагбьярт стал планировать новый маршрут. – Точно! До Струны лодка пойдет по течению, это сыграет нам на руку. А вот потом… – Туманный начал приближать разные участки пути, рассматривая их.

Старшей Сестрой называли реку, которая вытекала из Бутон-озера и впадала в самую большую реку Баларии – Струну. Струна походила на ось, разделяющую карту нашего мира на две почти равные части. Как водится, границы между землями проходили по речным берегам. Так что слева от Старшей сестры раскинулась Долина Весенних Первоцветов, а справа – Малахитовые Холмы, где безраздельно правили изумрудные и малахитовые драконы.

– Да. Так и поступим, – продолжал Ярти. – Сначала переправимся через Струну и только потом продадим лодку.

– Зачем продавать такую хорошую лодку? – поинтересовался Ёрни. – Мы можем и дальше на ней плыть почти до самого герцогства, – крупным пальцем он проследил по синей нитке почти до ее истока в Ониксовых Скалах.

При этом маленькая лодчонка трогательно завихляла, а ближе к концу нового маршрута вдруг разлетелась в щепки и исчезла.

– Грести против течения? Нет уж! – Скривился Дагбьярт. – К тому же хорошая лодка стоит денег. Не бросать же ее просто так.

– Против течения тоже плавают. Если понадобится, я буду грести, раз ты такой хилый, – принялся спорить с ним Ёрни.

Настало время и мне блеснуть познаниями в географии:

– Младшая Сестра может и не такая широкая, как Старшая, но она бурная и извилистая. Особенно в горах. По ней в своем уме никто не плавает. Зато вдоль ее берега идет тракт, по которому едут все путешественники

– Отлично. Значит, переправимся через Струну и купим повозку, – подвел черту Рен, убирая карту в карман. – Ярти, займись тогда лодкой, а я пока отправлюсь в Край Востока. Нужно отдать должное и навестить правителя Малахитовых Холмов, иначе обида получится. Заодно найму в порту судно, которое якобы доставит нас в Туманные Земли. Ёрни, ты останешься в таверне охранять девушек. Смотри в оба. Эшшери, выходим с рассветом, чтобы сбить с толку того, кто сегодня наслал на нас морок. Надеюсь, нам удастся его обмануть. А если нет, то на воде будет проще вычислить слежку, если таковая случится.

– А я вечерком туман пущу, может, получится вычислить гада, если он где-то поблизости, – не слишком понятно заявил Ярти.

– Хорошо. Девушки, ложитесь пораньше. Выходи́ть будем до рассвета, – предупредил Ренгольд.

– Я хоть сейчас готова. И не спала этой ночью толком от волнения. Глаза слипаются! – пожаловалась Ана.

От сытости нас всех разморило, и я сама едва сдерживала зевоту.

Позже в комнате, которую сняли для нас драконы, Ана и Элина просили у меня прощения. Не в моих правилах было долго обижаться по пустякам, и я сразу их простила. Только поддела немного, чтобы не зазнавались:

– Раз уж даже драконы поддались мороку, куда уж вам!

– Ну ладно, Ана, но я-то целительница! Я должна была почуять неладное! – сокрушалась Элина. – Я ведь знаю все признаки морока и умею определять чужое воздействие, но у меня и мысли не возникло проверить!

– А я твоя кровная подруга и должна была тебе доверять! Но я почему-то так расстроилась, что у тебя есть от нас секреты, что ужасно обиделась, – корила себя Анатрана.

– Магия Древнелесья не такая, как наша. Тот, кто навел этот морок, очень силен. Он не просто показал нам картинку, он воздействовал на наши чувства. Вызвал у Ренгольда ревность, которая заглушила здравый смысл. У Ёрни и Ярти – сочувствие и мужскую солидарность. Они осудили меня, не задумываясь. То же самое у всех, кто был на пароме. Эти люди меня совершенно не знали, но тут же записали в вертихвостки и порочные женщины. А в вас взыграла обида за то, что я якобы не доверила вам такой важный секрет. Все ваши чувства были направлены исключительно на меня, и всем было плевать, что за парня вы видели. Верно?

– Так и есть, – согласилась Анатрана. – А тебе она показала другое и сыграла на том, что ты всегда готова прийти на помощь, даже рискуя собой.

– Она? – переспросили мы с Элиной хором.

– Ну… Если это магия Древнелесья, то, скорее всего, это была колдунья. Логично?

– По крайней мере, я никогда не слышала о колдунах Древнелесья, – осторожно заметила Элина.

– Мне кажется, что вы правы. Оба раза я видела женщину. Сначала старуху с мешком, а потом другую – моложе и с зонтом, – согласилась с подругами я.

– Я обязана изучить этот феномен! Разработать средство защиты! – Элина бросилась к своему саквояжу и принялась вынимать оттуда книгу за книгой, складывая их в две разные стопки.

Ана подошла и взяла одну:

– «Тень дракона. Княжна», – прочитала она название на обложке и покосилась на меня: – Хи-хи!

– Отдай! – Элина попыталась сцапать книгу, но Ана увернулась.

– Дай почитать. Жалко тебе, что ли?

– Ты такое не любишь. Там кровищи мало!

– А я, может, хочу о драконах побольше узнать! – Не сдавалась Анатрана.

– Тогда тебе лучше вот это прочесть. – Углядев в одной из стопок подходящий томик, на обложке которого был изображен крылатый ящер, я бросила его Ане.

Та, в свою очередь, перебросила роман Элине и ловко поймала предложенную мной книгу.

– Эй! Разве можно так обращаться с книжечками! – возмутилась целительница.

Тем временем Ана распахнула учебник на произвольной странице и покраснела.

– О, да! – протянула она и смущенно хихикнула: – Пожалуй, лучше ознакомлюсь с этой книгой. Элина, какие интересные у тебя, однако, учебники. Тут, хм… Драконы без одежды нарисованы. В человеческом обличии.

– Мать Всего Сущего! Девочки, это всего лишь учебник анатомии! Там еще драконы, без кожи, и без мяса есть. И даже голый скелет! Как вам такое?

Скорчив многозначительную гримасу, Элина отняла у подруги и эту книгу тоже.

– Жадина! – Ана показала Элине язык.

– Лучше делом займитесь, пока время есть! – парировала целительница.

– Точно! – спохватилась я и тоже полезла в сумку за тетрадкой, в которой собиралась вести записи.

Мы с Элиной оккупировали стол, а Ана, устроившись на подоконнике, уставилась в окно.

– Тебе что, нечем заняться? – Неодобрительно покосилась на нее Элина. – Между прочим, мы уже в Малахитовых Холмах, а у тебя тоже есть задание.

– Вокруг нет ни одного дикого зверя. Ни магического, ни обычного. Не про куриц же мне писать, что по двору бродят? Или считаешь, я должна упомянуть печных кракозявок и магокваков с берега озера?

– Да хотя бы и магокваков. Они уж точно не домашние. Просто перечисли всех, кого чувствуешь в этой местности, и все. Уже будет толк. После сможешь сделать сравнительные таблицы, к примеру, – подсказала Элина.

Ана со вздохом спрыгнула с подоконника и поплелась к своей сумке.

Я же прилежно переписала все, что с нами сегодня случилось, делая акцент на поведении серокаменного медведя на пароме и его реакции на морок. Подумала и описала, как он подшутил позже над слугой.

Зачаточное чувство юмора, это ли не признак интеллекта?

На удивление получилось объемно, а я вошла в раж и решила сходить во двор и проведать мишку. Магия малахитовых холмов неуловимо отличалась от магии Долины. Это влияло на всех нас и на медведя тоже.

– Я с тобой! – Увязалась следом Анатрана. – Поищу подходящий материал для изучения, а тебе не стоит выходить одной, после того, что случилось.

Ана была права. И хоть Элина не обнаружила никакой зловредной магии на мне, я не стала отказываться от ее компании. Днем в таверне было много посетителей, но большинство после обеда разъехались, и двор опустел.

Стоял мягкий весенний вечер, косые солнечные лучи пробивали деревянный забор, рисуя на утоптанной земле полоски. Летали пылинки. Что-то в этом во всем было такое, от чего немного щемило на душе. Одновременно хотелось улыбаться, и плакать. Странное чувство…

– Здесь прохладнее, чем в Долине, – заметила Анатрана, ежась.

– Угу, – согласилась я, обхватив себя за плечи.

Днем было тепло, и я вышла в одной тонкой рубашке, которой сейчас оказалось недостаточно. Впрочем, не так уж и холодно, чтобы возвращаться в комнату за курткой.

– Лира, а можно я тоже буду изучать Камешка? – робко попросила Ана. – Ну, он же вроде как дикий, как раз мой профиль…

Изначально мы учились на одной специальности, но у меня открылись особые способности, потому я не стала жадничать. Все равно задания у нас с Аной разные.

– Конечно! О чем разговор?

Мы обе зашли к Камешку и какое-то время с ним возились. Мишка даже разрешил Ане себя погладить. Занимаясь наукой, мы болтали: сначала о серокаменных медведях, потом сравнивали их с обычными, чтобы наработать материал для Анатраны. А потом просто болтали, и вдруг услышали мужские голоса.

– Лира, там наши драконы! – позвала Ана шепотом.

У загона, в котором сидел Камешек, одна стенка была глухой дощатой, чтобы скрыть животных от общего двора и избавить животину от лишнего беспокойства. Сейчас она спрятала и нас с Аной тоже.

Подруга приникла к ней и подсматривала в щелку.

– Тссс! – Приложила она палец к губам и махнула, подзывая меня ближе.

Я тоже выглянула в щель между плохо подогнанными досками, и мне открылась такая картина: у крыльца стояли Ёрни и Ярти. Туманный уже вернулся, но серебряного рядом с ним не было.

– Та подавальщица на тебя тааак смотрела. Хорошо, что через стенку у тебя ночует Рен, а не я, – рассмеялся Ёрни.

– Меня не интересуют подавальщицы, – сухо отрезал Ярти.

– Ну как же! Ты две недели в Долине не прикасался к женщине. Признаться, я не верил, что выдержишь, – осклабился Ёрни. – А сегодня у тебя редкий шанс. Впереди нас ждет длительное воздержание…

– Отвали, железяка! Сказал же, мне это не интересно! – злобно огрызнулся Ярти.

– Дружище! – искренне удивился Аудбьёрн. – Ты же ни одну юбку обычно не пропускаешь, а тут такая краля… – он руками изобразил контуры фигуристой женщины.

– Так забирай ее себе, раз нравится! – буркнул Ярти, направляясь к крыльцу.

Мы с Аной переглянулись с неодобрением, и каждая из нас припомнила слова Найдары.

– Я тебя не узнаю, ты не заболел случаем? – не унимался Ёрни.

– Повторяю, меня не интересуют подавальщицы! Ни хорошенькие, ни страшные, как драконья задница твоей прабабки! – развернувшись, зло огрызнулся Ярти.

– С каких это пор? – поинтересовался было Ёрни, и тут до него с запозданием дошло: – Что ты там вякнул про мою прабабушку, мутный?! – использовал он словечко Дара.

Сграбастав побратима за плечо, Ёрни дернул его к себе, и ловко подхватив под колени, швырнул прямо в корыто с водой, предназначенное, чтобы поить лошадей. Мокрый и злой, как тысяча ядовитых ос, Ярти выбрался из корыта и с рычанием набросился на побратима. Завязалась самая настоящая драка. Драконы щедро раздавали друг другу тумаки. Кулаки без жалости врезались то под дых, то по печени. Один раз Ярти даже прилетело в челюсть, и там налился пока еще красный ушиб.

– Они такие придурки! – с неподдельным восхищением прошептала Ана.

Она привычная к дракам братьев не реагировала на подобное остро.

– Ой! – вздрогнула я и болезненно сморщилась, когда оба дракона вдруг повалились и покатились по земле прямиком в нашу сторону.

– А ну, извинись! – требовал Ёрни, скрутив побратима каким-то хитрым захватом и методично стукая лбом об утоптанную землю.

– Да пошел ты!

Туманный все-таки умудрился вывернуться и несколько раз ответил побратиму тяжелыми ударами кулака и локтя, разбив нос и губу. Отпихнув железного, он вскочил на ноги и остановился почти у стенки загона. Мы с Анатраной в прямом смысле перестали дышать.

– Плохо, когда нельзя обратиться, – как-то неожиданно беззлобно заметил Ёрни.

Он тоже поднялся, но и не думал снова бросаться в драку, словно бы у него запал иссяк. Вместо этого принялся отряхиваться.

– Ага. Накапливается… – непонятно откликнулся Ярти. – Интересно, как там Рен справляется?

– А у него теперь истинная появилась, она его уравновешивает. – Ёрни размял шею и повел плечом, поморщившись.

– Точно! Хм… А почему тогда я… – туманный вдруг осекся.

– Что ты? – С подозрением уставился на него железный, подходя ближе.

Теперь драконы стояли рядом друг с другом и в каких-то пяти шагах от нас.

– Тааак, и что ты от меня скрываешь! – Погрозил ему пальцем Ёрни.

Признаться, я думала, туманный сейчас его пошлет в своей обычной надменной манере, но Ярти вдруг замялся и словно бы растерялся на миг. Это настолько не вязалось с его образом, что мы с Анатраной снова переглянулись.

– Как бы тебе сказать… – он посмотрел по сторонам и вдруг выдал шепотом: – Кажется, я знаю, кто моя истинная.

– Истинная?! Ты тоже нашел истинную? – выпучил глаза Ёрни уставился на побратима, а затем сгреб его в охапку, и мне показалось, что у туманного кости захрустели. – Поздравляю, друг! Какое счастье! И кто она?

– Не скажу! – сдавленно просипел тот, освобождаясь от драконьих объятий побратима.

Неодобрительно покосившись на друга, туманный попросил:

– Не делай так больше, ладно?

– Хорошо. Так что насчет…

– Болтай поменьше, Ёрни! Мы и так в опасности. Что будет, если тот, кто навел на нас морок, узнает?

– Мы не знаем, что ему нужно, но ты прав! – Согласно закивал железный. – А мне вот Анатрана нравится, но я боюсь ее обнадеживать своим вниманием. Что, если она влюбится, а мне тоже придется искать истинную.

Тут Ана пихнула меня в бок. Не знаю, как я только не вскрикнула. Обернулась возмущенно и стала свидетельницей безмолвного победного танца подруги. Танцевала она в основном руками и лицом, чтобы не шуметь, и при этом корчила такие забавные рожи, что я едва удержалась от смеха. В этот момент у меня возникла мысль, что они с Ёрни отличная пара.

Дождавшись, пока драконы уйдут, мы снова переглянулись.

– Уиии! – тихонько затянула Ана и заскакала, приговаривая: – Я ему нравлюсь! Я ему нравлюсь! Нравлюсь! Нравлюсь! Нравлюсь! Нравлюсь!

При этом она совершенно позабыла о медведе, который внезапно возник прямо на ее пути. Анатрана как раз повернулась в очередной раз вокруг собственной оси и встретилась с каменным боком мишки лбом.

– Ай!

На идеальном лбу моей кровной подруги прямо на глазах наливалась знатная шишка!