Глава 18

Я тут же бросилась к борту, собираясь прыгнуть следом, но меня опередил железный дракон. Отстав от Аны всего-то на мгновение, он сиганул в реку, а Рен принялся разворачивать лодку. Но теперь идти приходилось против течения, и наши друзья отдалялись слишком быстро.

– Не получается! – беспомощно крикнула я, обернувшись к серебряному.

– Ничего страшного, подхватим их на берегу.

Лодка стала смещаться, и через несколько мучительных для меня минут, я увидела под килем дно. Не дожидаясь, пока мы пришвартуемся, я сиганула за борт и побежала обратно вдоль берега, стараясь не терять из виду барахтающуюся в воде парочку.

Течение Старшей Сестры было не слишком бурное, но кто знает, что скрывалось в глубине темных вод? Водяные чудовища – одна из самых сложных тем, которую мне доводилось изучать.

– Лира, постой! – не сразу меня нагнал Рен и принялся отчитывать: – Куда ты так торопишься? Я ведь предупреждал, чтобы от меня ни на шаг!

– Ты и в туалет со мной теперь будешь ходить? – вспылила я.

– Уже ходил! И если понадобится снова, пойду! – в тон мне рявкнул серебряный.

Кажется, он по-настоящему злился. Но и я тоже!

– Ты не понимаешь? Моя подруга в опасности! Я должна ей помочь! – выкрикнула я на ходу.

– Не спорю, твой порыв обусловлен добрыми побуждениями, и все же нужно думать, а потом делать.

Дракон меня обогнал и теперь шел спиной вперед, не давая себя обойти. Я остановилась, захлебнувшись от негодования.

– Думать? Ты сказал: «Думать»? Это же из-за тебя Ана оказалась за бортом! Ты правил лодкой! Так что это я должна спросить, о чем ты думал?

– В воде ничего не было, клянусь! Да ты и сама видела, мы спокойно пошли дальше, не сели на мель. Возможно, это была подводная коряга, которую я действительно не заметил. Бывают такие плавни…

– Вот именно! Не заметил! А знаешь, почему? Ты пялился на прелести Аны! – перебила я его.

– А до того я пялился на тебя. Уж больно интересно вы танцевали. Повторишь как-нибудь для меня, м? – попросил Рен уже совершенно спокойным голосом. – Ты такая милая, когда ревнуешь. Мне нравится. – Дракон обворожительно улыбнулся.

Смотреть на него такого и не улыбаться в ответ, было почти невозможно. Поэтому я просто отвернулась, не справившись с собственным лицом. Я ведь все еще злюсь на него, разве нет?

И тут я спохватилась. Я же бежала помогать Ане, а сама стою тут и треплюсь неизвестно о чем. Дракон на этот раз не стал меня задерживать, но, когда я подбежала к берегу, Аудбьёрн с Анатраной на руках уже выбрались из воды.

Видок у обоих был тот еще. Белая рубашка Аны оказалась вымокшей насквозь и почти прозрачной. Ну а Ёрни так и не оделся, и по его могучему торсу, расписанному шрамами, стекали струйки воды. Мне стало неловко на них смотреть, и я отвернулась.

– Рен, все в порядке. Они здесь, – сообщила я зачем-то серебряному.

– Вижу! – отозвался со смехом тот и, подойдя ближе, шепнул недовольно: – Мне кажется, или ты сейчас пялилась на Ёрни, м?

– Дурак! – ответила я ему также шепотом.

А Ренгольд вдруг стянул с себя рубаху и бросил другу. При этом он так многозначительно шевельнул бровями и поиграл грудными мускулами, что мне показалось, на меня вылили ведро красной краски. Горячей красной краски, иначе почему так полыхнуло лицо? Почему так жарко и внутри, и снаружи?

Вот же! Почему-то на него мне смотреть еще более неловко, чем на Ану и Ёрни?

– Спасибо! – поблагодарил железный дракон побратима, завернув в рубашку Анатрану.

Мне показалось, что при этом он с облегчением выдохнул. Хм?

– Нужно ее согреть. Разведем костер? – предложил Ёрни.

– Не нужно задерживаться из-за меня! – запротестовала Ана. – Мы опоздаем к месту встречи с Ярти и Элиной. Будет достаточно, если ты просто обнимешь меня в лодке. Исключительно в целях экономии времени! – тут же поспешно и строго добавила моя подруга, хитро зыркнув в мою сторону. – И… Простите. Я вела себя глупо и самонадеянно. Лодка не место для баловства, – заранее покаялась она.

Я закатила глаза, наперечет зная все уловки кровной подруги. Точно так же Ана оправдывалась перед преподавателями, нашкодив в очередной раз.

– Не делай так больше! Я ужасно испугалась! – набросилась на нее я.

– А я-то как испугалась! Ты же знаешь, я почти не умею плавать. Если бы не Ёрни… – Она бросила на дракона взгляд полный благодарности.

А я едва не поперхнулась, потому что Ана могла дать фору иной рыбе. Другими словами, плавала моя подруга великолепно!

Позже в лодке Рен стал к рулю, а Ёрни отошел, чтобы переодеть штаны. Я же прикрывала Ану полотенцем, пока она меняла промокшую одежду.

– Чего ты добиваешься? – поинтересовалась я у подруги.

– О чем ты? – Невинно захлопала она ресницами.

– Ты знаешь, о чем!

– Он мне нравится! Очень нравится, Лира. И, кажется, я ему тоже нравлюсь…

– Я знаю, но ты ведь понимаешь, что Ёрни еще предстоит выбрать истинную?

– Может… Может, ему не придется этого делать? Может, чтобы справиться с Напастью хватит тебя и Элины, а мы сможем быть вместе просто так? Прости… Я веду себя как эгоистка. – Сникла подруга, отметив, как меняется мое лицо по мере сказанного.

Я глядела с неодобрением, но, если Ана что-то задумала, заставить свернуть ее с пути почти невозможно. А сейчас она во что бы то ни стало решила влюбить в себя железного дракона.

– Я, как никто, желаю тебе счастья, Ана. Но будь осторожна. Не пожалей потом о собственном решении.

– Не пожалею. Никогда! – горячечно ответила она.

В этот момент вернулся Ёрни.

– Готов обнимать! – отрекомендовался он.

– Кажется… Кажется, в этом нет необходимости, – ответила поникшая Ана, зыркнув на меня коротко. – Я уже переоделась, и мне совсем не холодно. Спасибо.

Возникла неловкая пауза, и я ощутила себя виноватой. Словно бы своими нотациями украла у подруги кусочек счастья.

– Ладно… Пойду проверю, что там с Камешком.

Я поспешила оставить друзей одних и отошла на корму, где попробовала сосредоточиться и почувствовать магический поводок серокаменного. Но у меня ничего не вышло!

– Так, без паники! – пробормотала я себе под нос.

Нужно было попробовать снова, расширив границы поиска. На этот раз получилось, я уловила магический отклик, но такой слабый, что не смогла даже понять, в каком настроении мой мишка.

В общем-то, вода и расстояние глушили магию, и все равно я встревожилась. В тщетных попытках дотянуться до медведя, я провела еще примерно час, после чего решила сообщить об этом Рену.

Серебряный уже оделся, и я решила сделать вид, что ничего такого не было, хоть это и не избавило меня от неловкости полностью. К счастью, мой дракон был серьезен и выслушал меня внимательно.

– Может, я надумываю? Просто раньше у меня не было возможности проверить, насколько далеко дотягивается мой магический поводок. Опять же многое зависит от существа… – пыталась я привести аргументы в свое оправдание.

Почему-то я себя ощущала, как адептка не подготовившаяся к уроку, и это угнетало.

– Лира, я тебе верю! – сказал серебряный успокаивающим тоном и взял меня за плечи, заглянув в глаза. – Я чувствую твою тревогу, этали. У самого на душе неспокойно последнее время. Причаливаем! – сообщил он остальным и повернул к берегу.

Я же испытала странное чувство оттого, что он снова назвал меня этим словом. Эффект оно производило такой, будто бы меня закутали в бархатную ткань. Или об меня потерлись мягкой шерсткой сразу с десяток ласковых кошек. Приятно…

Ана и Ёрни сидели рядом и о чем-то тихонько разговаривали. Лица обоих выглядели очень серьезными.

– Что-то случилось? – тут же насторожился железный.

– Лира беспокоится за Камешка, – ответил Рен.

– Сколько еще до места встречи? – поинтересовалась Ана.

– Уже недолго, но, мне кажется, нам не стоит тянуть. Высадимся здесь. Как раз место подходящее. Удобное.

Мы быстро причалили, и я выбралась на крутой берег. Лес здесь не подступал к воде, но до него было рукой подать. Я пошла вперед, пытаясь нащупать хоть отголоски магического поводка Камешка. За мной тенью следовал Ренгольд, не отставая ни на шаг.

– Будьте возле лодки! – бросил он товарищам, которые собрались идти с нами.

– Уверен, что моя помощь не понадобится? – поинтересовался вслед железный.

– Кто-то же должен охранять наше судно? Вот оно нам еще точно понадобится, – ответил Ренгольд.

– Тракт давно отвернул в сторону по направлению к Струне. Здесь только лес, и ни одной деревни до самого устья. Не думаю, что лодку украдут, – принялся было спорить с ним Ёрни.

– Побратим, просто останься, пожалуйста!

– Ладно, я понял. Будьте осторожны! – донеслось в спину.

– Ты так его уговаривал. Зачем? – поинтересовалась я.

– Может, я хотел побыть с тобой вдвоем? А тебе разве этого не хочется?

Признаться, и мне этого хотелось. И еще больше хотелось, чтобы дракон взял меня за руку. Но он не взял, а сама я так и не решилась это сделать.

– Кстати, а куда мы идем? – поинтересовался Ренгольд, когда мы с ним углубились в лес.

– Ищем проводник, – отозвалась я, сосредоточенно разглядывая деревья вокруг.

– Что за проводник?

– Усилитель магии. Я теперь чувствую поводок Камешка, но лишь изредка. Слишком слабый отголосок, никак не удается его ухватить, – пожаловалась я.

– Понял. И какой он должен быть, этот твой проводник?

– Дерево. Достаточно высокое, но не слишком старое. И… Хорошо бы, если одиноко стоящее.

– Понял.

Минут через пятнадцать мы нашли подходящее дерево. Высокий стройный клен, словно отбившийся от стаи, рос на самой вершине холма, доминируя над местностью.

– Только не говори, что полезешь на него? – с легкой тревогой предположил Рен.

Я только рассмеялась.

– Не полезу. Мне это не нужно.

– Жаль. А я уже представил, как стану тебя подсаживать… – с сожалением протянул мой дракон.

Я неодобрительно посмотрела на него и покачала головой. А затем обхватила ствол руками, прижавшись к дереву всем телом.

– Эль ялло атолле, муалло ми тано, антьеро вуарте… – зашептала слова заклинания и позволила потоку магии холмов беспрепятственно струиться сквозь меня.

Она наполнила меня, свободно, смешиваясь с тем, что дала мне природа. Я растворилась сама в этом потоке и вскоре ощутила каждую впадинку на коре дерева, каждую веточку и листок, точно свои собственные. На миг я даже почувствовала ветер, играющий в моей кроне. Лапки пташек, живущих среди моей листвы. Соки земли, которые тянут мои корни…

Стоп. Хватит!

Я сосредоточилась и отделила свое я, пока не стало слишком поздно, и сосредоточилась на поисках магического поводка. Он обнаружился почти сразу. Теперь ощущался отчетливо, но все равно его отклик был слишком слабым. Мишка меня не слышал, а я не слышала его, но зато теперь четко знала, в какой стороне его искать.

Я оттолкнулась от дерева и заморгала, пытаясь вернуть себе человеческое зрение.

– Лира, ты в порядке? В обморок будешь падать? – серебряный стоял наготове.

– Не в этот раз!

– Знаешь. Я немного завидую этому дереву. Ты его так обнимала…

Мое воображение тут же нарисовало, как я обнимаю не клен, а дракона. Как тянусь к его губам…

Совершенно лишние и несвоевременные мысли!

– Ты издеваешься? Не время думать от таких вещах! Или ты забыл, что мы ищем Камешка? – отчитала я Рена.

Но тот только улыбался, и снова делал это так, что я совершенно не могла на него злиться.

– Да не забыл я о Камешке, и по твоему виду вижу, что у тебя есть новости.

– Я нашла его, Рен! Мишка по-прежнему не отзывается, но он где-то там!

Я указала на северо-запад.

– Далеко уйти медведь не мог. И знаешь, что странно? – сказал Рен.

– Что?

– С той стороны Ярти. Я чувствую побратима.

– Тогда идем скорее! – я заторопилась вниз по склону.

Шли мы около двух часов, пробираясь через поросшие лиственными лесами холмы. Я постоянно проверяла поводок, который ощущался все четче и четче.

– Рен, Камешек спит, поэтому и не откликается на мой зов. Но этот сон какой-то нездоровый. У меня не получается его разбудить и пообщаться. Я уже много раз пыталась.

– Знаешь, а это даже хорошо, – заметил серебряный.

– Чего же в этом хорошего? – Нахмурилась я.

– Если медведь спит, то, по крайней мере, он не двигается. Значит, нам не придется много бегать по лесу, чтобы его догнать.

С одной стороны, дракон был прав, но я не разделяла его оптимизма. Напротив, на душе стало только тревожней.

В какой-то момент мы услышали шаги и голоса.

– Там кто-то есть, Рен!

– Это Ярти. Я уже какое-то время его слышу. И Элину тоже. – Поразил он меня своим слухом. – Давай подождем здесь.

Наши друзья вышли прямо на тропу перед нами спустя всего несколько минут. Увидев нас, Элина вздрогнула от неожиданности и приложила ладошку к груди, а туманный дракон, похоже, уже знал, что мы здесь.

– Вы все-таки нас нашли, – виновато выдал он без предисловий и вздохнул.

– Дагбьярт, что-то случилось? – потребовал ответа Ренгольд.

Точно защищая туманного, вперед выступила Элина:

Оказывается, Элина и Ярти уже несколько часов искали сбежавшего Камешка.

– Сначала все было хорошо, а потом медведь что-то увидел среди деревьев и рванул напрямик через лес, – рассказывал туманный.

– Он убежал так внезапно, мы ничего не успели сделать. Пытались его остановить. Звали… – оправдывалась целительница.

– Я не мог оставить Элину, чтобы погнаться за ним. Целитель для нас важнее медведя. Надеюсь, никто не станет со мной спорить? – Слова Ярти прозвучали будто с вызовом.

– Ну, конечно, Элина важнее! А Камешка я сама отыщу. В конце концов, это я за него отвечаю, – прервала я поток оправданий и поинтересовалась у подруги: – Как ты себя чувствуешь?

– Намного лучше, чем утром. – Улыбнулась та. – Отсутствие качки и прогулка сотворили чудо. Похоже, я не рождена для того, чтобы плавать.

– Он тебя не обижал? – тихонько спросила я, указав глазами на туманного.

– Нет, конечно! Ты чего? – вытаращилась Элина на меня и, смутившись, добавила: – Мы чудесно пообщались. Наедине Ярти не такой заносчивый.

Дальше мы отправились вместе, обсуждая по пути ситуацию. Случившееся нам все меньше нравилось, и теперь мы начали волноваться за оставшихся на берегу Ёрни и Ану.

– Подозрительно все это… – То и дело Хмурился туманный, осматриваясь по сторонам.

Его ворчание заставляло меня тревожиться еще больше.

К счастью, поводок Камешка ощущался лучше и лучше, и вскоре мы вышли к поляне, сплошь покрытой мелкими белыми цветами. Впереди почти по центру возвышался поросший такими же цветами небольшой холм. Запах от этих цветов был такой сладкий, что легко скрывал что-то еще, что не сразу получилось вычленить. Драконы тоже это почувствовали и не спешили идти дальше.

– Лира, стой здесь, я сам проверю, – скомандовал Ренгольд, и я не стала противиться.

Пока драконы осторожно приближались к кромке поляны, я пыталась сообразить, чем же опасен этот запах. О чем он не желает рассказать?

«Тухлятина!» – Внезапно догадалась я.

Цветочный аромат отлично маскировал запах мертвечины! Вот что здесь было не так.

– Это же Камешек! Вон он! Спит там! – радостно взвизгнула Элина и бросилась к медведю напрямик по белым цветам.

– Нет, стой! Это ведьмин табак!

Но мой окрик опоздал. Целительница уже потревожила то, что скрывала цветочная поляна, и в воздух поднялось облако спор, смешанных с пыльцой. Ярти не растерялся. Нагнал ее в три шага и, подхватив на руки, вынес из ядовитого облака.

– Не дышите! – крикнула я, закрыв нос и рот ладонью.

Схватив Рена за руку, потянула его прочь подальше от убийственного места.

Мы наткнулись на ведьмин табак, или даже на целую грибницу, которая разрослась до гигантских размеров. От безобидных сородичей этот гриб-монстр отличался тем, что заманивал добычу, вызывая у нее видения своими спорами. Оказавшись на ложной цветочной поляне, жертва засыпала и потихоньку погибала, не приходя в себя. А ненасытный гриб получал питание.

Как это часто бывает, у хищного гриба был напарник – те самые белые цветы под названием «сонник лютый» или лже-медовка сладкая. Именно они издавали тот самый приторный аромат, маскирующий запах самого гриба и тухлятины.

Все это пронеслось в моей голове за секунды, в течение которых я старалась увести друзей подальше. Наконец, я рискнула глотнуть воздуха и, не обнаружив в нем примеси спор, сладкого запахи или еще чего-нибудь подозрительного, остановилась.

– Все. Кажется, мы в безопасности!

Но это мне только почудилась. Опасность была. Прямо здесь передо мной в виде двух драконов. Они стояли куда ближе к грибнице в момент, когда все случилось, и успели надышаться. Как именно ведьмин табак подействует на драконов, я не знала, но, кажется, засыпать или бежать обратно, они не собирались.

– Элина… – позвала я тихонько подругу.

– Я в порядке! В порядке! – поспешно отозвалась целительница и затараторила, будто оправдываясь: – Я успела задержать дыхание. Сообразила сразу. Точнее, не сразу. Простите! Кажется, я немного вдохнула, и меня прямо потянуло туда! Но потом я тебя услышала, и… А потом сработало заклинание. На мне было особенное заклинание, – пояснила она. – Ярти пытался вылечить меня от качки, но оно же помогло нейтрализовать эффект от ядовитых спор. В общем, я в порядке. Теперь точно в порядке.

Я ее почти не слушала, наблюдая, как меняются глаза драконов. Их зрачки пульсировали, то становясь вертикальным, то снова человеческим, выдавая внутреннюю борьбу.

Туманный стоял рядом с целительницей и буравил ее таким взглядом, как будто собирался сожрать, но моя подруга этого не видела. А если бы увидела, уверена, и ей бы это не понравилось.

– Элина, иди ко мне! – позвала я подругу тихонько и, дотянувшись, взяла за руку.

Но Ярти тут же схватил целительницу за плечо, вынуждая остаться на месте.

– Ярти, что происходит? – Повернулась к нему Элина, и вдруг дракон прижал ее к дереву и принялся неистово целовать.

Это не выглядело нежно, и, кажется, он попытался разорвать на ней платье. Элина что-то бормотала в панике, пытаясь уговорить его прекратить, но в ответ раздался лишь резкий треск ткани.

– Рен, помоги! – обратилась я к серебряному, не зная, что делать, и тут же поняла, что с ним происходит примерно то же самое.

Ренгольд боролся, как только мог. Вены на его шее вздулись, челюсти были плотно стиснуты, по виску стекала струйка пота, а кулаки сжимались и разжимались. Зрачки по-прежнему пульсировали, стремительно меняясь, и это пугало едва ли не больше, чем все остальное. Казалось, он едва держится, чтобы не наброситься!

– Рен, что происходит?

В моем голосе проклюнулась паника.

– Беги! – прорычал мой дракон.

Ярти с Элиной уже лежали на земле. Дракон подмял под себя целительницу, целуя ее шею. Та отбивалась молча и безуспешно. Мне показалось, что вот-вот случится что-то ужасное. Необратимое. То, о чем мы не сумеем забыть, но я так и не сдвинулась с места, пытаясь придумать, что же делать.

Ничего, кроме как использовать способности, мне так и не пришло в голову. А как еще бороться с чудовищами во власти инстинкта размножения?

Я запела.

Запела успокаивающую песню. Я пела, даже когда Ренгольд окончательно сорвался с катушек и подался ко мне. Мою песню он прервал поцелуем. Миг, и я тоже оказалась на мягкой, усыпанной прелой листвой земле, придавленная тяжелым мужским телом. Губы дракона обожгли мою шею, а руки, казалось, были везде одновременно. Оставалось совсем немного времени до того, как затрещит моя одежда…

Не знаю, что бы произошло дальше, но я ответила на его поцелуй. Как ни странно, это сработало. Дракон стал действовать нежнее, ослабил напор. Воспользовавшись этим, я нащупала в кармане его куртки что-то твердое и круглое. Средоточие!

Выудив артефакт на свет, бросила его в сторону и, пользуясь тем, что мой рот был свободным, крикнула:

– Дар! Помоги, Дар!

Дракон-предок был единственной моей надеждой на спасение. Не знаю, что случилось бы потом, когда действие спор ослабло, но вряд ли мы с серебряным смогли бы сохранить добрые отношения. Это бы перечеркнуло все наше будущее, превратив в кошмар грядущий брак.

В следующий же миг Ренгольда с меня точно ветром сдуло. Я торопливо села, озираясь вокруг. Рядом, стягивая на груди разорванное платье, поднималась с земли заплаканная Элина, которую колотило крупной дрожью.

Полупрозрачный серебряный дракон приличных размеров парил прямо перед нами на небольшой высоте. Я видела сквозь него деревья, но это не главное. Главное, что он держал за шкирки Рена и Ярти. Да так, что их ноги болтались над землей.

– Что это вы творите, хулиганье, а? Отдохнуть старику не даете! – отчитывал драконов Видар Алластар Холлвард Третий, ОчешуЕнный. – Я едва силенок подкопил, и на тебе! Ни на миг вас невозможно оставить! Чего это вы насильничать вздумали?! Хорошо хоть стоеросового с собой не взяли. На троих бы меня не хватило, – пожаловался Дар по-стариковски.

– Они спор надышались. Там ведьмин табак рос, – пояснила я.

Странно, но обиды на Рена у меня не было. Неизвестно, как я бы себя повела, окажись на месте дракона. Хотя… Скорее всего, я бы просто отправилась к центру поляны и прилегла бы там мирно. Но ведь страшного не случилось, а значит можно забыть этот миг, как страшный сон.

– Табак там, или не табак, а что мне-то с ними делать? – злился Видар Алластар Третий.

По телам драконов проскочили две синие молнии, но они никак не отреагировали.

– Я помогу! – Элина поднялась и, вытирая слезы, подошла к мужчинам.

Из ее выставленной вперед руки ударил мощный столб золотого света прямо Ярти в лицо. На миг мне показалось, что она сейчас спалит туманному голову, но дракон вдруг перестал дергаться, расслабился, а его взгляд наконец стал осмысленным.

– Я в норме. В норме! Отпустите, пожалуйста! – потребовал он у Видара.

Тем временем Элина перевела взгляд на Рена и… опустила руку.

– Ему не требуется лечение, – пояснила она в ответ на мой вопросительный взгляд.

– Ему не лечение, ему дедушкина трепка требуется! – проворчал Дар и выпустил обоих.

После чего вдруг уменьшился до размеров шара и неровными зигзагами полетел ко мне. Плюхнулся в вовремя подставленные ладони, тяжело дыша.

– Ох, как же я устал! Утомили вы меня своими выходками, дети! – пожаловался он.

– Спасибо вам большое! – Я погладила маленького ворчливого дракончика по спинке.

– Лира… – Рядом на почтительном расстоянии остановился Ренгольд. Он развел виновато руками, не в силах подыскать нужные слова. – Прости меня. Я не справился… Даже не знаю, что сказать…

Вид у него был крайне виноватый.

– Все закончилось хорошо, благодаря Дару. – Невольно я коснулась пальцами своих губ. Они ощущались опухшими. На дракона я старалась не смотреть. Просто пока не могла. – Постарайся быть осторожнее в будущем.

– Элина, я… – рядом пытался оправдаться туманный и точно так же не находил себе места.

– Я понимаю, ты не хотел… – продолжила за него целительница, отвернувшись в сторону.

Она стояла, обхватив себя руками несчастная и прекрасная одновременно.

– Ну что, Мутный, попробуй теперь оправдайся, – хихикая, злорадствовал Видар у меня на руках. – А еще, помнится мне, ты клялся ничего такого не делать…

Дагбьярт бросил на предка серебряного неприязненный взгляд и снова посмотрел на целительницу.

– Нет, я хотел. Очень хотел! Но не так, – вдруг выдал он неожиданно. – Не знаю, что на меня нашло…

– Это все поляна, – снова подсказала я. – Ведьмин табак! – Кажется, высказанное мной ранее объяснение не достигло отравленного спорами сознания дракона. И тут я испугалась: – Ой! Дар, а как же быть с клятвой? Что будет с Ярти?

– И мне интересно посмотреть, как он после такого вывернется, – нисколько не переживал дракончик.

– Элина… – туманный повесил блондинистую голову, вынуждая залюбоваться его идеальным даже после схватки волосами.

В этом они с целительницей были чем-то похожи.

– Мать Всего Сущего, да не оправдывайся ты! Как же неловко! – вдруг взмолилась обычно спокойная и рассудительная Элина, повысив голос до уровня, который сама бы назвала неприличным.

– Момент и правда неловкий. Хуже было бы только если бы вы баб перепутали! – продолжал гнусно хихикать Дар.

– Дед! – рыкнул на него Рен и, выхватив из моих ладоней Средоточие, бесцеремонно сунул его в карман.

При этом мы встретились взглядами, и я невольно улыбнулась. Видимо, меня накрывала истерика, раз было смешно в подобный момент.

Тем временем Дагбьярт посмотрел на нас поочередно, а затем снова уставился на Элину и вдруг выдал:

– Да пошло оно все! Пора поставить точку!

С этими словами выудил из собственного кармана еще один «женильный шар» и вытянул руку. Шар тут же взмыл с его ладони и по кратчайшей траектории направился прямиком к Элине. Ренгольд инстинктивно приобнял меня за плечи, словно охраняя. Я не отстранилась, затаив дыхание наблюдая за таинством, что разворачивалось перед нами.

Сфера, внутри которой клубился туман, зависла перед целительницей, словно чего-то ждала. Ждал и Ярти. Его грудь поднималась и опадала от частого дыхания. Он смотрел на девушку, не отводя глаз, и с такой надеждой, что я закусила губу, испытывая странную, почти болезненную, смесь чувств.

Элина сглотнула и посмотрела на шар. Она не двигалась какое-то время, а затем подняла голову и подарила дракону долгий взгляд. Такой долгий, словно они успели пообщаться мысленно, а затем спросила:

– Ты уверен?

– В том, что ты моя истинная? С первой встречи! – ответил Ярти.

– Что будет, если я откажусь?

– Ни одна женщина не доставит мне радости, а род Димма не получит своего продолжения, – без заминки ответил туманный. – А еще я нарушил клятву, так что моя участь незавидна…

Я подняла голову и посмотрел на Ренгольда. Тот серьезно кивнул, подтверждая серьезность слов побратима.

Пауза затягивалась. Шар туманного так и висел, указывая выбор, а эти двое просто стояли и смотрели друг на друга. И когда мне почудилось, что продолжения не случится, Элина заговорила:

– Я приняла непростое решение. Я пошла поперек воли отца и отказалась от того, что было мне уготовано по праву рождения. Надеюсь, ты не заставишь меня пожалеть об этом, Дагбьярт Димма? Надеюсь, я не замерзну от холода и тоски в твоих северных землях?

– Я не допущу этого, клянусь! – с горячностью откликнулся туманный дракон.

Тогда Элина, еще немного помедлив, протянула руку и взяла Средоточие. В тот же миг по ее запястью проскочила голубая молния.

– Ой! – Вздрогнула целительница, выронив шар.

Но тот не упал, так и завис в воздухе. А предплечье подруги стремительно покрывал красивый магический узор, словно невидимый художник тщательно прорисовывал завиток за завитком прямо у нас на глазах.

Ярти медленно приблизился и продемонстрировал собственное предплечье, с которым творилось то же самое. Как завороженные мы с Реном наблюдали за ними, и у меня по коже бежали мурашки.

Камешек явился к нам сам внезапно. Выскочил из-за деревьев, чихая и отфыркиваясь. Мы все как один шарахнулись от него сторону, боясь, чтобы он не принес на себе новую порцию спор.

– Нет! Нет! Не смей! – предупредила я. – Бежим!

И мы, хохоча, все вместе припустили прочь от отряхивающегося, точно мокрая собака, медведя.