Глава 32

Талария Блэкрок, мастер чудовищ, этали серебряного дракона

Вихрь создался неожиданно легко. Словно все это время поджидал в засаде и только и думал, когда же вырваться на волю. Он мгновенно развеял черноту и принялся носиться по поляне, точно бешеный. Не слишком большой, всего лишь с двухэтажный дом, но какой-то агрессивный, шустрый и неуправляемый.

Может быть потому, что я впервые и не старалась его удержать?

Разметав все, что так тщательно готовила Лесса, он окончательно поставил в ритуале точку и, ломая деревья, принялся гонять по кромке леса колдуний и призванных Аной волков. Моя кровная подруга тоже обнаружилась на дереве. Когда и как только успела туда забраться? Оно одиноко торчало среди бурелома, и каким-то непостижимым образом вихрь его игнорировал.

С другой стороны поляны под кустом обнаружились Элина с Миррэ. Сестренка была в сознании и не похоже, что страдала от боли. Значит, рана и правда оказалась пустяковой. Хвала Матери Всего Сущего!

Но больше всего меня порадовало, что они живы и даже здоровы, чего нельзя было сказать о герцоге.

Я нашла взглядом отца. Колония грибов, которая его пленила, убежала с остальными, и он сумел защитить младшую дочку. А теперь лежал лицом вниз, из его спины торчал острый кончик шипа, и мне стало не по себе от одного его вида. Как бы я не относилась к нему, но не желал гибели.

Осторожно подошла и присела рядом, тронув за плечо. Позвала:

– П-папа? Пап, ответь!

Герцог молчал, и у меня в носу противно закололо. Я беспомощно обернулась и позвала:

– Элина!

– Папа! – Миррэ первой вылезла из-под куста и решительно бросилась к нам.

Она не заметила, что сбоку приближается созданный мной вихрь, и очутилась прямо на его пути! Еще мгновение, и…

Я перестала дышать, а перед глазами возникла картинка, как воронка затягивает сестренку и выбрасывает, изломанной куклой прямо на деревья. Показалось, что я вот-вот ее потеряю!

Вспомнив все, чему меня учил дядя Алан на лодке за миг, я выбросила вперед руку. Набирая силу, воронка сменила траекторию и унеслась куда-то в лес. Почувствовав резкую слабость, я села прямо на землю, прикрыв веки и пытаясь отдышаться. Получилось!

– С-спасибо! – всхлипнула подошедшая сестренка.

– Не за что… – выдохнула я, а затем просто притянула ее к себе и крепко обняла, почувствовав, как она дрожит.

Подоспела целительница и, охнув, осторожно прощупала края раны магией.

– Папа… Он… Он… – Миррэ так и не решалась произнести вслух страшные слова.

– Задеты жизненно важные органы. Одной мне не справиться. Но если подоспеет помощь, шансы у герцога Блэкрока есть, – сухо отрапортовала Элина.

Но расслабляться было слишком рано. Мы еще не выбрались, лишь выстояли битву. Вихрь, который внес сумятицу в ряды приспешниц Лессы, был далеко. Волчью стаю они разогнали и потихоньку приходили в себя, выручая пострадавших из-под поваленных стволов. А вот их предводительница куда-то пропала.

– Тали, а куда делась Лесса? – неожиданно спросила Миррэ.

– Хотела бы и я это знать…

С каждым мигом нарастала тревога. Колдунья могла нанести очередной удар в любой момент. Отпускать нас она не собиралась.

Анатрана, ловко спрыгнув с ветки, тоже подбежала к нам.

– Цела? – поинтересовалась она у Миррэ. Сестренка кивнула, сжимая безвольную руку отца. – Что с герцогом? – задавая вопрос, кровная подруга принялась оттирать знаки с моих висков, о которых я совсем позабыла.

– Опасно ранен, но шансы есть, – отозвалась целительница. – Помогите мне его приподнять. Шип нужно извлечь, на нем какая-то враждебная магия.

– Говори, что делать!

Ана закатала рукава рубашки, один из которых был разорван в ленты, и мы тут же позабыли о герцоге, уставившись на ее правую руку. Там огнем полыхала метка истинности!

– Девочки, это то, о чем я думаю? – спросила дрогнувшим голосом Анатрана, подняв на нас взгляд широко распахнутых глаз, наполненных влагой.

Татуировка в виде золотого браслета, украшала ее руку от запястья до локтя. Она отличалась от наших, но все равно ее невозможно было ни с чем перепутать.

– Если ты не сама это изобразила, то Мать Всего Сущего над вами с Ёрни сжалилась. Решила, что такие придур… то есть, неординарные личности, как вы, отличная пара! – поддела Ану целительница.

Анатрана не обиделась. Напротив, просияла:

– А я говорила, что Аудбьёрн меня любит, а вы мне не верили! Спасибо! – Сложив перед собой руки, она подняла глаза к небу, благодаря богиню, да так и застыла.

Мы все проследили за ее взглядом и увидели в просветлевшей вышине три темные точки. Сердце застучало быстрее.

– Там… Там Ренгольд с побратимами! – взвизгнула я от счастья.

Радуясь, мы потеряли бдительность, в этот момент и напала Лесса.

Из земли вырвались коренья и лозы, оплетая нас по рукам и ногам. Эта участь постигла и едва живого герцога – колдунья перестраховалась.

Девочки задергались, Анатрана сыпала ругательствами, виртуозно совмещая грубости с наименованиями растений. А тем временем круг колдуний-предательницей сузился. Капюшоны у всех были откинуты, и на левой щеке каждой девушки красовалось по похожему знаку. Они хищно улыбались, глядя на нас.

Как и остальные, я снова оказалась в ловушке, и как бы быстры ни были драконы, Лесса успела бы нас уничтожить несколько раз…

– А-а-а-а-а-а-а! – закричала я во всю мощь легких, а затем мой крик переродился в магическую песню: А-а-А-а-А-А-а!

Я вкладывала в пение всю ту боль, что пережила сейчас и даже в прошлом. Раздирая связки, издавала невообразимые звуки, наполняя их таким количеством магии, на которое никогда раньше не была способна…

– Заткнись!

Удар по лицу заставил захлебнуться воздухом и закашляться.

Во рту образовался солоноватый привкус.

– Думаешь, это поможет? – Лесса приставила кривой нож к моему горлу.

– Какая разница? Ты-то все равно сдохнешь! – огрызнулась Анатрана. – Драконы тебя не простят!

– Лучше сдайся и освободи нас! И, может, мы уговорим их тебя пощадить, – высокомерно пообещала Элина.

– Если они пощадят, я все равно рано или поздно найду способ тебя уничтожить! – неожиданно твердо припечатала Миррэ. – Из-за тебя Тали не знала свою маму, не могла жить с отцом! А теперь ты и меня его почти лишила. Ненавижу!

Она попыталась вырваться, но не вышло.

– Услышу от вас еще один лишний звук, и драконы разобьются! От Напасти их защищает только связь с вами, и то пока вы дышите! Ясно?

В лесу что-то подозрительно треснуло. Да так громко, будто разряд молнии расколол дерево.

– Что это? – спросила одна из колдуний, и все присутствующие повернули головы в ту сторону.

Треснуло снова. На этот раз где-то далеко. И почти тут же в третий раз – сзади.

И вдруг землю ощутимо тряхнуло.

– Кого же ты разбудила, девонька?

– Надеюсь, твою смерть! – выплюнула я.

Лесса протянула руку, стиснув мое горло.

– Шутишь? Ну шути. Думаете, что все испортили? Нарушили ритуал! Но я и так получила достаточно, чтобы сразиться хоть с самой Тайганой. Осталось только заполучить предсмертную магию ее дочери. Такая магия – особенная, она поможет победить твою мать!

– Так давай побеждай! Вот она я, – раздалось справа.

Мятежница, отпустив меня, повернулась, но тут же две лозы обвили мою шею, почти лишив способности дышать. В глазах потемнело, и я захрипела, царапая ногтями покрытые корой побеги. И вдруг все разом прекратилось, и я упала на подстилку из листьев и хвои. Лесса тут же схватила меня за волосы, подтянула к себе и прижала нож к горлу. Тот самый, которым чуть раньше пыталась порезать Миррэ.

Но я вдруг забыла о клинке в опасной близости, ведь впервые увидела маму!

Она шла босая, в простом льняном платье, расшитом по подолу лиственным узором и подвязанном бечевкой. На шее красовались бусы из сухих красных ягод и какой-то кулон на грубой веревке. Мы с ней оказались ужасно похожи. Вьющиеся каштановые волосы – у нее длиннее… Дерзко вздернутые носы, одинаковые скулы. Глаза цвета хвои, влажные от слез…

– Мама… – вырвалось у меня само по себе.

– Я здесь, доченька, я пришла!

Она подалась ко мне, протягивая руки, но Лесса отпрянула назад, увлекая меня за собой. Клинок поцарапал кожу у ключицы.

– Отпусти ее. Девочка ничего не сделала! – потребовала Тайгана.

– Схватить верховную! – скомандовала мятежница своим помощницам.

Но раньше, чем те успели хоть что-нибудь сделать, сверкнуло колдовское пламя в глазах Тайганы, и почти два десятка колдуний повалились на месте. Лесса вздрогнула, снова коснувшись холодным клинком моей кожи.

– Ты их убила? – выдохнула она, как будто глазам не поверила.

Я слышала ее встревоженно дыхание над ухом, она занервничала. Самое время подгадать момент и попробовать применить один из приемов. Мои мышцы напряглись, готовясь к рывку, и Лесса это мгновенно почувствовала.

– Не смей! Я успею тебя прикончить! – шепнула она мне.

В том, что она не менее искусна в бою, а то и более, чем я, я не сомневалась. Помнила наш танец в черноте.

На поляну один за другим приземлились драконы. Их очертания смазались, и перед нами предстали трое рассерженных мужчин. Ана тут же вскочила с земли, со сдавленным криком бросаясь в могучие объятия Ёрни. Они молча принялись целоваться, ощупывать друг друга, гладить, и никаких слова им было не нужно.

– Ярти, скорее! – потребовала Элина, потратив лишь миг на объятия с туманным. – Герцогу Блэкроку нужна помощь!

– Рен… – выдохнула я, предчувствуя беду.

– Стоп-стоп-стоп! А ну, все замерли! – рыкнула Лесса.

Одновременно оглушительный грохот и рев сотряс мироздание, и земля под ногами снова вздрогнула.

– Ты же не можешь убивать, так? Ничего ведь не поменялось? – издевательски поинтересовалась мятежница. – Они просто спят. – Кивком головы она указала на приспешниц.

Тайгана молчала, глядя на нее с укоризной.

– Я могу. И сделаю это, если ты ее не отпустишь, – спокойно пообещал Лессе Рен.

Его лицо не отражало ни одной эмоции, но я чувствовала, что внутри он максимально собран.

– Если хоть один из вас попробует применить магию, я убью девчонку раньше, чем вы успеете об этом подумать, – буднично пригрозила мятежница. – Поверьте, тут каждая травинка и камень мне помогут. Я почувствую малейшую попытку, Тайгана подтвердит.

По виду верховной было ясно, Лесса не лжет.

Земля под ногами дрожала не останавливаясь. В лесу что-то скрипело и грохотало, каждый раз с разной стороны, но из-за вековых деревьев ничего видно не было. Что же там происходит?

– Холлвард, ты знаешь, что девчонка, которую ты выбрал, дочь Блэкрока? – спросила вдруг Лесса, и сама же ответила: – Ах, да! Знаешь, конечно! И тебя ничего не смутило?

Самообладание подвело Рена, он шевельнул желваками, а я затаила дыхание. Кажется, я вот-вот раскрою эту тайну!

– И что меня должно было смутить? – спросил серебряный.

– Тебе нельзя на ней жениться, ведь из-за Блэкроков появилась Напасть. Что будет, когда ты привезешь ее в Седые Пики, и твои любимые драконы начнут гибнуть пачками? Потомки тебя проклянут, если выживут!

Слова Лессы стали ударом под дых. Даже ноги ослабли, и пришлось на нее облокотиться. В ужасе я уставилась на серебряного, но тот смотрел не на меня, а ей в глаза, как будто намеренно избегая контакта со мной.

– Тайгана, поэтому ты просила свою дочь держаться от драконов подальше? – поинтересовался вдруг он, не глядя на верховную.

Мама промолчала.

Значит, все это правда? Напасть случилась из-за Блэкроков? Вот почему все драконы избегали нас несколько веков! Но что теперь, когда мы друг для друга истинные? Выходит, я не смогу помочь народу Рена. Напротив!

За что, Мать Всего Сущего? За что ты так меня не любишь?

Земля снова затряслась, в лесу что-то непрерывно стонало и ворочалось. Что-то гигантское. Невообразимое! Заставив всех инстинктивно пригнуться, над головами разнесся низкий рев, и над вершинами деревьев один за одним восстали три каменных гиганта, покрытых сияющими рунами. Они продирались в нашу сторону, и самые высокие кроны доставали им едва ли по грудь. Гиганты шли сквозь тайгу, точно через заросшее травой поле, безжалостно ломая деревья в десять обхватов…

– Видите, что она натворила? От твоей дочери одни беды, Тайгана, и это только начало! Помнишь, пророчество? Дитя верховной принесет в Древнелесье смерть и хаос! На что ты нас всех обрекла? – стыдила Лесса мою маму.

– О чем ты? – потребовала я ответа. – Мама, о чем она говорит?

– О пророчестве… – выдохнула Тайгана.

– Дура блаженная! Как была идиоткой, так и осталась! Говорила я тебе вытравить плод, но ты не послушала!

– Лесса, пожалуйста, не трогай Таларию. Я сама отрекусь от Лесного Колодца, и вы сможете выбрать достойную…

– Я не желаю ни с кем соревноваться! – перебила маму мятежница. – Я хочу получить то, что должно было принадлежать мне по праву рождения. То, что ты отняла хитростью! Лесной Колодец мой! И твоя дочурка поможет его заполучить!

Она надавила клинком, оставив на моей шее очередную царапину.

Великаны заметили друг друга, и над нашими головами просвистел камень размером с небольшую гору. Грохнулся где-то рядом с одним из них. Тот заревел обиженно и швырнул ответку, но тоже промахнулся. Кажется, мы оказались в эпицентре давней ссоры, не иначе!

– Допелась? – рыкнула Лесса. – Ну ничего, скоро ты не сможешь ни звука издать!

– Этали, ты мне веришь? – неожиданно спросил Рен.

– Да! – ответила я без раздумий.

– Прости меня!

Его силуэт размазался в воздухе, одновременно грудь обожгло огнем. Боль была столь сильной, что я завизжала. Потом зарычала и вдруг оказалась на руках у серебряного.

– Прости, прости, прости! – шептал он и тут же позвал громко: – Тайгана!

– Клади ее сюда! Рубашка! – уже суетилась рядом мама.

Ренгольд присел, не выпуская меня из рук. Его пальцы впивались в мое тело так сильно, что это даже отвлекало от обжигающего холодом жара.

Раздался треск ткани

– Убери серебро! Можешь?

– Конечно!

Рен поводил рукой надо мной, и стало полегче, а затем подключилась и мама с лечением.

– Ожог не слишком сильный, шрама не останется, – сказала она. – Как ты детка?

От нежности в ее взгляде захотелось плакать.

– Хорошо. Что это было?

– Клинок был серебряным, я расплавил его своей магией, чтобы Лесса не смогла нанести смертельную рану. Прости, что сделал тебе больно. Действовать надо было быстро, а лучшего ничего не пришло в голову. Но теперь все кончено, милая.

Рен прижал меня к груди и погладил по голове, поцеловал в макушку. Я слышала, как бьется его сердце, и мне хотела плакать.

– Где Лесса? – задала я еще один важный вопрос.

– Она больше никому не навредит, – ответила мама.

Но я должна была убедиться в этом лично.

 Высвободившись из объятий Рена, я поднялась, и тут землю снова тряхнуло, да так сильно, что я уселась обратно.

– Помогите! Я больше не могу держать герцога! – прокричала Элина.

Все это время целительница не давала погибнуть герцогу Блэкроку. Рядом с ней расположились Миррэ, туманный и железный с Анатраной.

– Там отец, он сильно ранен! – вспомнила я.

Тайгана поторопилась на помощь, а я… Я так боялась получить новый удар в спину, что должна была лично убедиться, что мятежница больше не опасна. Рен придержал меня за запястье.

– Не ходи туда, этали. Это… Это плохо выглядит. – Серебряный как будто даже смутился.

– Ничего, как-нибудь справлюсь. Ты еще сосальщиков не видел. Вот что выглядит действительно плохо!

Тень накрыла внезапно. Грохнуло прямо над нами – в воздухе столкнулись две скалы, брошенные великанами друг в друга. Осколки разного размера полетели вниз. Драконы среагировали мгновенно – накрыли поляну защитным куполом.

Вовремя! Если бы они не успели, нас бы размазало!

– Нужно убираться! – встревожился Ренгольд. – Что с герцогом?

Пока он разговаривал с Тайганой, я как завороженная направилась к мятежнице с удивлением обнаружив, что ее тело валяется отдельно, а в сторонке – оторванная голова. Сейчас Лесса была, как никогда, безопасна, но даже в таком раздельном виде вызывала подспудную тревогу.

С этой пельтандры станется прирастить башку обратно, восстать и продолжить творить зло в качестве живого трупа или какого-нибудь лича. Тем более, в ней сейчас столько магии, что и страшно подумать.

Было неясно, почему она не применила ее против нас, но, может, просто пока не могла? Может, не справлялась, например, как я со стихиями?

В таких вещах куда лучше разбирались целители, а у меня была отличная идея, как нас всех окончательно обезопасить.

– Грибо-о-чки-грибы, я да-а-а-м вам еды, иди-и-ите… сюды!

Рифма была откровенное дерьмо, слова тоже, но заложенная в них магия подействовала.

Вокруг царила полная разруха, которую усугубляла драка великанов. Я спела еще дважды, прежде чем из-под кучи бурелома показались сбежавшие сосальщики. Похожая на гигантского заплесневевшего слизня колония опасливо приблизилась, паря низко над землей при помощи магии. Не в силах справиться с омерзением, я отступила, указав рукой на Лессу:

– Угощайтесь! Вам ее надолго хватит.

Сосальщики не стали раздумывать, и вскоре колдунья и ее голова скрылись под «грибными одеялами». Теперь пусть хоть сто раз оживает, будет такой же беспомощной, как и мы раньше.

Вздохнув с облегчением, я переключилась на спящих помощниц, раздумывая, не поступить ли с ними так же? Жестоко, конечно, но… Хотя, нет. Пусть Тайгана решает их судьбу. Она у них тут главная, вообще-то.

Повернувшись, я оказалась в объятиях Рена. Серебряный прижал меня к себе.

– Этали, я… Я едва не опоздал!

– Все хорошо, – успокоила его я, но сердце стиснули тиски. – Как отец?

Вместо серебряного ответила Тайгана.

– С твоим отцом все будет в порядке. Элина просто умница, прекрасный целитель, моя помощь ей почти не понадобилась. Тали, ты поможешь мне угомонить великанов, а то все деревья здесь вытопчут?

– Конечно! – согласилась я сразу, хотя понятия не имела, что делать с такими громилами.

Тайгана тут же принялась порхать по поляне, делая руками пассы, как будто подыскивала место. Затем остановилась и вынула из кармана юбки две сухие травинки.

– Снимите защитный купол, иначе возникнет конфликт магий, – попросила она драконов.

Мерцающая над нашими головами полусфера исчезла, и мама положила травинки крест-накрест. Сверху откуда-то из воздуха прямо на них спланировал древесный лист, и все вокруг преобразилось. Мы очутились в красивейшем месте на берегу круглого озера.

– Не может быть! – ахнула я, осененная догадкой.

– Это Лесной Колодец, детка. Я так мечтала его тебе показать. А теперь за работу! Просто повторяй за мной слова песни, остальное я сама сделаю.

Мама плавно повела руками, и по водной глади пошли перламутровые завихрения. Когда они покрыли все озеро, она запела. Слов я не понимала, это был какой-то древний язык, но столь прекрасный, что слезы наворачивались. Когда куплеты стали повторяться, я присоединилась к ней. Наши голоса слились в единую мелодию, понеслись над деревьями, все вокруг стало меняться. Срастались поломанные стволы и стебельки травинок. Поднялся волк с перебитым хребтом. Отряхнулся и совершенно здоровым убежал в лес. Вернулись на ветки упавшие гнезда. Жизнь возрождалась, и это было прекрасно. В моей душе все трепетало от подспудного счастья. От того, что и я приложила к этому… голос.

Великаны угомонились, оживившие их руны погасли. Прекратив швыряться скалами, гиганты прилегли на землю, превратившись в груды поросших мхом и деревьями скал.

– Уснули наконец! Теперь точно все.

Мама улыбнулась и трясущейся рукой вытерла со лба испарину. Похоже, все это далось ей не так уж легко. Завихрения на озере пропали, поплыла перламутровая дымка. Зачирикали птички. Одна, вторая…

– А давайте попьем чаю? У меня есть травяной, очень вкусный! И пирожки с ягодами. Правда, вчерашние, не ждала я гостей, – предложила Тайгана по-простому, и рядом с ней возник низенький столик, уже накрытый.

В этот момент откуда-то из-за деревьев вырвался мой вихрь. Он сильно потерял в росте и весе, и уже не напоминал воронку с дом, но и такой представлял серьезную опасность. На бешеной скорости он летел прямиком на Тайгану. Все случилось так неожиданно, что я едва успела открыть рот.