Глава 14

– Рассказывайте! – слово упало тяжелой глыбой.

Мы переглянулись, и вперед вышла Лисэль. Поклонилась коротко, но уважительно и спросила:

– Простите, эшшер Шварц, мне начать с инцидента с водными элементалями, или сразу с пожара?

– Какого еще инцидента?!

Взгляд ректора метнулся к Эстелле Кригер. Та заметно побледнела и поджала губы.

– Эшшери декан, вы знаете что-нибудь об этом? – вкрадчиво поинтересовался Фелсен Шварц.

– Д-да, эшшер ректор. Я в курсе. Конечно…

– А почему тогда я не в курсе? – рыкнул дракон.

– Я-а-а-а не ду-у-мала, что это в-важно. – Деканша от волнения начала растягивать гласные и запинаться, словно слова не сразу шли на язык. – Я-а-а… Я помогла д-девочкам устранить последствия. Когда я уходила, в-все уже было в порядке. А вы отлучались в столицу, ну я и подумала, что не стоит вас беспокоить…

Ректор поморщился и снова обратился к Лисэль.

– Рассказывайте с самого начала, адептка Конрадайн. Только быстро.

Лисэль описала все, что произошло до нашего похода на чердак. Когда она закончила, эшшер Шварц поинтересовался:

– Эшшери Кригер, позвольте спросить, откуда в корпусе адепток взялись дикие водные сущности? Вы уже выяснили это?

– П-простите, эшшер ректор. Я-а-а… Я не успела. Когда я пришла, адептки уже справились с элементалями своими силами. Я лишь помогла с последствиями и подсказала, как им использовать магию, чтобы просушить помещение. Проследила, чтобы все было сделано верно. Девочки это подтвердят. – Она обратилась к нам в надежде, что мы встанем на ее сторону.

– А после вашего ухода нас едва не прибило отвалившейся от потолка глыбой! – неожиданно заявила Виллдэ.

Моя кузина пережила настоящий шок, думая, что это она натворила, а сейчас у нее, похоже, сдали нервы.

– Что?! – Уставилась на нее деканша.

– Что вы сказали, адептка? – Прищурился ректор. – Подробности! Немедленно!

Я заметила, как зрачки Фелсена Шварца стали вертикальными – верный признак того, что дракон вне себя. Он пристально взглянул на эшшери Кригер, потом на Виллдэ. Моя кузина стушевалась под этим взглядом, и вместо нее ответила Хвояна:

– Часть потолка над местом отдыха в холле обрушилась прямо нам на головы. Если бы адепт Димма не поставил своевременно щит, кто-то мог серьезно пострадать, – заявила она, глядя прямо на Фелсена Шварца.

– Убило бы насмерть! – невозмутимо добавила Адальбёрг.

– Вышел бы ужасный скандал! Адептка погибла в день прибытия в академию… – рассматривая что-то на потолке, добавила Беата.

– А Зикки? Что, если она умрет? – пискнула Юми и всхлипнула, спрятав лицо в ладонях.

– Это неправильно! – вынесла вердикт бледная Волдэ.

Называется, хотел подробностей, получай!

Ректор покосился на деканшу, лицо которой шло красными пятнами, но ничего не сказал. Только нервно забарабанил пальцами по полированной столешнице антикварного стола. Стол, кстати, у него был роскошный – из темно-бордового драгонтара, что произрастал только далеко на юге Пылающей Пустыни.

– Что было дальше, адептка Конрадайн? И побыстрее, пожалуйста, – потребовал Фелсен Шварц.

Лисэль рассказала о том, как начался пожар на чердаке, и о том, как старшекурсники помогли нам выбраться из горящего здания. После ректор дал слово Итану и его друзьям:

– А вы, что скажете, эшшеры?

– Все, как говорит адептка Конрадайн. Нам почти нечего добавить.

– Разве что я могу подробно рассказать обо всем, что касается огненных элементалей на чердаке и о характере распространения огня. И о случившемся с адепткой Зиккаэрой, – предложил Джед Фламмер.

– Об этом мы непременно поговорим с вами во время расследования. Сейчас это лишнее. Адепт Дерберг, скажите-ка мне другое. Зачем вам понадобилось посещать девушек в такое время? – Фелсен Шварц уставился на Итана.

– Эшшер ректор, я встретил адептку Блэкрок в столовой и захотел с ней познакомиться. Подумал, если наладить отношения с дочкой декана, он перестанет ко мне придираться. Вы же знаете эшшера Блэкрока? – заявил этот хам с невинной улыбкой!

Да еще и на меня покосился так, что я залилась краской против воли, не выдержала и фыркнула. Послышались смешки. Ректор же выслушал Итана с каменным лицом, но мне почудилось, что он тоже прячет улыбку. Ощущение такое, что эти двое что-то недоговаривают. Да что между ними происходит?

Деканы и несколько преподавателей, которые тушили пожар, стояли в сторонке у стены и вели себя так тихо, что я почти про них и забыла. А теперь вспомнила и вдруг поняла, что за все это время ни разу не видела отца. Его не было среди тех, кто тушил наш корпус. Он не прибежал в целительскую. И здесь тоже отсутствовал. Удивительное дело!

Отчасти я даже была этому рада. Узнай папа, что случилось, развел бы настоящую панику и уже вез бы меня на ближайшую станцию «Бюро путешествий». Но все равно странно, что его нет.

Отчего-то я разволновалась.

– Ладно. – Ректор тяжело вздохнул и спросил: – У кого-то есть что добавить?

Я подняла руку, но, получив разрешение, замялась.

– Эшшер ректор, когда обрушился потолок, там был магический символ…

– Какой еще символ, адептка Блэкрок? – поторопил меня Фелсен Шварц.

Бросив быстрый взгляд на Итана и компанию, я решилась:

– Эшшер ректор, я могу обсудить это с вами наедине?

– Адептка Блэкрок, что еще за тайны? – рассердился Фелсен Шварц.

– Это не только моя тайна. Дело государственной важности, – заявила я, понизив голос.

Ну правда, не обсуждать же догадки при такой-то толпе?

– М-да… – эшшер Шварц поднялся и, ни на кого не глядя, приказал: – Адептка Блэкрок, у вас будет ровно минута. Эшшери Кригер, головой отвечаете за каждую подопечную, и чтобы ни один волосок с их голов не упал! Если вы не справляетесь со своими обязанностями, лучше скажите сразу, я подберу вам замену. Как устроите девочек на ночлег, немедленно ко мне. Насколько я помню, в вашем корпусе достаточно свободных комнат.

– Но ведь время уже позднее… – начала было деканша и тут же сникла под драконьим взглядом.

Фелсен Шварц обратился к нам:

– Эшшери, от лица академии и от себя лично приношу искренние извинения за случившееся. Обещаю, это больше не повторится. Доброй ночи! Адептка Блэкрок, подождите в коридоре, я вас вызову.

Это был жирный намек, что нам пора. Мы его поняли и потянулись к выходу, где остановились, ожидая эшшери Кригер.

– А почему здание, вообще, загорелось? – спросил вдруг один из присутствующих здесь преподавателей, молодой и стильно одетый.

Встретив его на улице, я бы подумала, что это один из адептов старшего курса.

– Да! Раньше ведь ничего подобного не случалось! Все здания академии защищены от пожаров, ураганов и иных бед. Также в каждом жилом помещении есть дух-хранитель и несколько бытовых элементалей для уборки и прочих нужд, чтобы высвободить адептам время на учебу, поддержал молодого седой профессор благообразного вида, в классическом камзоле и позолоченных окулярах. Их внимательно слушал мужчина средних лет и неприметной внешности.

– Что скажете, эшшери Кригер? – обратился он к деканше.

– А и верно! Это вы принимали отремонтированное здание, Эстелла, как же вышло, что мы так опозорились? – поддержал его профессор.

– Да я, эшшер Кроуг! И я же накладывала защитные чары! – рассердилась декан. – Но у меня сейчас нет ответа на ваш вопрос. Для этого требуется провести расследование, которым я планировала заняться завтра с утра, потому что девочки вымотались и должны были отдыхать. К тому же против водяных элементалей обычная защита все равно не сработала бы. Как и против огненных. Вам это известно.

– Именно! Нужны духи-хранители, – назидательно воздел к потолку палец профессор.

– Но где были духи хранители? Почему они не предотвратили проникновение недоброжелателей в здание? – не успокаивался тот же самый неприметный преподаватель.

Похоже, он не слишком-то любил эшшери Кригер.

– Моя вина, – склонила та голову. – В свое оправдание могу сказать, что здание еще весной готовили под снос, поэтому духов освободили. А для того, чтобы привязать новых, нужно провести особый ритуал. Я хотела привлечь к этому адепток. Тем более, что это есть в составленной мной для них программе. Я ведь… Тоже не ожидала ничего подобного, – признала она. – Простите, эшшер ректор.

Деканша виновато понурилась.

– Ладно. Обсудим это позже на собрании, не расходитесь. Нам нужно срочно пересмотреть все меры безопасности, а сейчас небольшой перерыв, пока я приватно побеседую с адепткой Блэкрок, адептом Фламмером и адептом Дербергом. Остальные могут отдыхать.

Бурно обсуждая случившееся, все устремились на выход. Проходя мимо меня, Итан подмигнул. Я не поняла, зачем он это сделал, но почувствовала, что снова краснею. Да что же это такое?

Меня ректор вызвал первой из всех. Он снова сидел за столом и устало тер виски. Похоже, у него выдался непростой день. А если он и правда успел побывать сегодня в столице, то серьезно выложился магически. Иначе ни за что не обернулся бы так скоро.

– Что вы хотели мне сказать, Миррэ? Только, пожалуйста, побыстрей. Мне предстоит бессонная ночь.

Я обернулась, убеждаясь, что дверь в кабинет плотно закрыта и подошла ближе, присев на краешек кресла для посетителей. Но задумалась, о чем сначала рассказать? О Средоточии, которое осталось в сгоревшем доме, или о знаке, что я видела на потолке и у Итана?

Нет! Средоточие точно отдавать пока нельзя!

Эта мысль осенила так внезапно, что я даже испугалась, ведь именно о нем я и хотела говорить, когда сказала, что дело государственной важности. Но тогда Итан мгновенно узнает, кто его истинная. Что-то такое говорила сестра, да я уже не помню подробностей. Или ректор меня как-нибудь выдаст.

Вообще, вся эта история с выбором истинной у драконов дело довольно интимное, и мелкие подробности никто не раскрывает. Надо будет написать Тали письмо. Она точно подскажет, как мне быть.

– Эшшер ректор, когда потолок на нас обрушился, я увидела магический символ. Он вспыхнул, но быстро исчез.

Я подробно описала все, что удалось разглядеть. О том, что такой же символ есть среди татуировок Итана, нарочно говорить не стала. Пусть ректор сам разбирается, а мне ни к чему лишние вопросы.

– Сможешь его нарисовать?

Я кивнула, и Фелсен Шварц подвинул ко мне лист бумаги. Взяв старинное перо, обмакнула его в чернильницу и изобразила треугольник с пробитым стрелой основанием.

– Вот. – Протянула лист ректору.

Тот долго его рассматривал, затем кивнул.

– Это все?

– Не совсем, – я замялась. – Эшшер Ректор. Моего отца не было на пожаре… Я волнуюсь.

– Действительно. Это странно, – согласился со мной ректор. – Я отправлю людей, выяснить, что с ним происходит, а вы идите отдыхать, Миррэ.

– Спасибо, что выслушали, эшшер ректор.

Я благодарно кивнула Фелсену Шварцу и покинула кабинет.

– Миррэ, пригласи, пожалуйста, адепта Дерберга! – Просьба ректора настигла меня уже на пороге.

Меньше всего я сейчас хотела пересекаться с Итаном. Уж очень неоднозначные чувства он во мне будил, но, кажется, темные духи решили отыграться на мне по полной. Как будто мало мне других приключений!

Едва за мной закрылась дверь кабинета, как я оказалась прижатой к стене?

– О чем ты говорила с ректором?

Итан навис, облокотившись левым предплечьем на стену прямо над моей головой, а правой рукой уперевшись над моим плечом, закрыв меня собой от остальных, и я очутилась в своеобразной ловушке.

– Тебя ректор зовет. Поторопись! – пискнула, попытавшись поднырнуть под его рукой.

Просчитав мою попытку, парень не дал, оказавшись ко мне намного ближе, чем я бы хотела. Чересчур близко, чтобы это можно было считать приличным!

Замерла, уставившись прямо на его губы. И снова мне почудилось, что он вот-вот меня поцелует!

Отстраняться было некуда, и я вжалась затылком в стену. Сглотнула, облизнув враз пересохшие губы. Вдохнула резко и глубоко и оказалась во власти запаха. Дорогой парфюм ударил в ноздри, перебив вонь копоти. Вскружил голову, заворожил, заставив прикрыть веки от мгновенного удовольствия.

Чего это со мной? И как такое возможно? Итан что быстренько сбегал и духами побрызгался?

Нет, он не успел бы…

Не может быть! Он что, носит их с собой?!

Представив картину, где этот надменный, знающий себе цену, дракон тайком брызгается духами, я, едва не прыснув, встрепенулась и распахнула ресницы, взглянув на него прямо. Действительно стало чуть легче, я даже попыталась улыбнуться, но улыбка стерлась с моего лица, когда Итан вдруг шепнул мне на ухо, щекоча теплым дыханием кожу:В пансионе нас учили с достоинством выходить из разных щекотливых ситуаций, и сейчас мне вспомнился совет: представить собеседника, который пытается вас намеренно смутить, смешным. Похоже, я неосознанно попыталась это сделать.

– Где Средоточие, Миррэ? Оно ведь у тебя, верно?

– Эй, Дерберг. Чего тебе нужно от моей кьяри! – Раздался рядом голос Ады.

Северянка не ушла, а дождалась меня, за что я ей была очень благодарна.

– Кьяри? – переспросил Итан, выпрямляясь и заодно выпуская меня из западни.

Он внимательно посмотрел на Адальбьёрг, потом снова на меня. Я поспешно отошла и встала так, чтобы, если что, юркнуть за подругу.

– Да. Миррэ Блэкрок – моя кьяри, – с вызовом ответила ему Адальбёрг. – Какие-то вопросы?

Итан покачал головой и непонятно заметил:

– И когда вы успели?

– Не заставляй ректора ждать, – напомнила я, не дав развить этот разговор, и указала глазами, куда именно ему следует идти.

Нехотя дракон послушался, но так и не сводил с меня пристального многообещающего взгляда, пока дверь кабинета за ним не затворилась.

– Бежим! – скомандовала я, схватив Аду за руку.

– Куда? – удивилась северянка.

– Куда угодно, только бы он не застал нас здесь.

Адальбьёрг понятливо вытаращила глаза и потянула меня к выходу. Когда мы оказались на улице, она свистнула, и из-за пожухлой клумбы выглянул Симка.

– Веди! – коротко скомандовала Ада, и мой симуран, попрыгав вокруг меня в попытках облизать лицо, потрусил по улице.

– Гляжу, у вас полное взаимопонимание? – заметила я с некоторой ревностью.

– Не хотела тебя оставлять. Когда вышли, попросила Симку проследить за девочками, и вернуться, – пояснила Ада. – Надо же знать, где мы все-таки будем ночевать.

– И то верно.

Теперь было ясно: сообразительный Симка старался ради меня.

– Спасибо, что не оставила меня там одну, – поблагодарила я подругу.

И правда, у меня не было уверенности, что эшшери Кригер вернется за мной, а с ректора сталось бы попросить Итана меня проводить до нового места проживания.

Я представила: ночь, темные аллеи парка, мрачные здания академии, зловещая луна на небосводе, и мы только вдвоем…

Нет уж! После всего мне не желательно так близко к нему находиться и тем более оставаться наедине. Теперь я это знаю точно.

Мы уже преодолели часть пути, когда я резко остановилась.

– Ада, мне нужно увидеть папу!

– И… Где нам следует его искать? – резонно поинтересовалась Адальбьёрг.

– Отец рассказывал, что живет в гостевом крыле замка. С тех пор как это место превратили в академию, его отвели для преподавателей. У них даже есть отдельный вход. Думаю, будет не слишком сложно отыскать его комнату.

Я с сомнением посмотрела на темную громадину здания. В окнах что-то зловеще мерцало и полыхало то голубым, то зеленым, то бледно-розовым. Если бы не рассказы отца, то я, наверное, даже испугалась бы.

– Что там такое? – настороженно поинтересовалась Ада.

Похоже, северянка не была осведомлена о происходящем, в отличие от меня.

– Уборка. Духи и элементали приводят аудитории и кабинеты в порядок. Те, что пустуют. Внушает, правда?

– Угу.

Позвав Симку, мы принялись обходить здание по кругу и вскоре обнаружили то, что нам нужно. И правда, оказалось не так уж и сложно найти гостевое крыло, ведь вдоль мощеной дорожки стояли вычурные старинные указатели с соответствующими надписями.

Уже на подходе, я поняла, что-то неладно.

Несмотря на позднее время и преподавателей почти полным составом находящихся в кабинете у ректора, в одном из окон второго этажа горел свет, и входная дверь была нараспашку, а рядом стояли несколько целителей. В том числе уже знакомый нам по лазарету парень, имени которого я не знала.

– Что здесь произошло? – Подбежала я к нему.

– Что вы здесь делаете? В ночное время адептам следует находиться в кампусе и желательно в своем корпусе! – не слишком удачно пошутил второй, сделав акцент на слове свой.

– Напоминаю, наш корпус сгорел! – рявкнула я и рванула внутрь.

Взбежала по освещенной магическими огнями лестнице на второй этаж. На миг замерла, вспоминая, с какой стороны находится комната отца, но заминка была излишней, ведь только возле одной из дверей толпились люди. И, кажется, она совпадала по расположению с тем самым освещенным окном!

Сердце дрогнуло, и я сорвалась с места.

– Пустите, это мой папа!

Растолкав удивленных мужчин, я прорвалась внутрь и остановилась, точно наткнувшись на стену. Герцог Блэкрок в старомодном ночном колпаке лежал на кровати, совершенно не обращая внимания, на суетящихся вокруг людей и на старшего целителя, производящего диагностику. Покосившись на меня, он недовольно скривился, но ничего не сказал.

Папа всегда спал чутко, поэтому предпочитал делать это в полной тишине и темноте. Даже слуги ходили мимо его покоев на цыпочках, когда он изволил отдыхать. И тем более он бы не потерпел такого безобразия ночью в собственной комнате, а значит…

На мгновение мне почудилось худшее. Однажды я едва не потеряла его там в Древнелесье, было бы так странно потерять сейчас, когда ничего не предвещало…

Мои губы задрожали, кулаки стиснулись до побелевших костяшек.

– Отвечайте, что здесь произошло! – потребовала я дрожащим голосом, не в силах отвести взгляда от отца и не в состоянии подойти ближе, чтобы окончательно убедиться в том, какая случилась беда.

– Миррэ, Миррэ, успокойся. Герцог спит. Просто спит!

Ко мне подскочил дядя Алан. Накинул на плечи теплый плед, увлекая в сторону. Меня колотило крупной дрожью, зуб на зуб не попадал. Я внимательно посмотрела на обеспокоенное лицо Алана Нетта и переспросила недоверчиво:

– Просто спит?

Дядя Алан помялся, вздохнул и признался:

– Не просто, Миррэ. Но он жив.