Глава 16

Миррэ Блэкрок, стихийный маг, адептка Академии ветра и штормов, граница Ониксовых Скал и Степи Семнадцати Ветров.

– Эшшери Кригер, передаю вам ваших воспитанниц, – сообщил Аластар Кор, после того как дверь дома, в котором нам предстояло ночевать, отворилась.

Деканша смотрела на нашего провожатого с неудовольствием. Оно и не удивительно, ведь именно этот молодой преподаватель задавал ей неудобные вопросы в кабинете у ректора.

Смерив его неприязненным взглядом, она обратилась к нам:

– Адептки, почему задержались?

– Только не ругайте их, эшшери! – Тут же вмешался наш провожатый. – Просто с деканом Блэкроком случилась беда, и адептка Блэкрок не могла оставить отца. А адептка Хедвин не могла оставить подругу одну, когда такое творится…

– Беда с деканом Блэкроком? – перебила его деканша. Ее брови удивленно взлетели, и она вопросительно уставилась на меня: – Миррэ, что это значит?

– Папа уснул, и никто не может его разбудить, эшшери декан, – ответила я ровным голосом.

Истерика уже прошла, успокоительные подействовали, а еще навалились усталость и апатия. День выдался слишком сложным, длинным и чересчур богатым на потрясения.

– Миррэ нужно отдохнуть, эшшери, – со свойственной ей простотой намекнула Ада.

– Верно. Адептка Блэкрок многое пережила. Сначала сама едва не погибла в пожаре, а теперь чуть не потеряла отца. Не будьте так строги к ней, – поддержал северянку Аластар Кор. – Присмотрите за адептками, эшшери Кригер и никуда из дома не выходите до утра, – напутствовал он и, попрощавшись, закрыл за собой входную дверь.

Эшшери Кригер тут же заперла ее, а затем несколькими пассами наложила защитные чары и повернулась к нам. Ее губы сжались в тонкую полоску, брови сошлись к переносице. Кажется, она была весьма недовольна.

– Что же такое происходит, а? Вот это год начался! – пробормотала она, всплеснув руками. – Так и знала, что девушки в академии – плохая идея.

– И в чем же мы виноваты? – с вызовом поинтересовалась Ада.

– Да ни в чем. – Скривилась деканша. – Вы тут, вообще, ни при чем, девочки. – Она тяжело вздохнула. – Ладно, уже поздно. Поднимайтесь к себе, адептки. Ваша комната в самом конце коридора справа. Жить будете вместе. Тут не так много свободных спален, а утром что-нибудь придумаем. Ваши подруги должны были оставить вам свежие пижамы. Не уверена, что они придутся вам по размеру… – Она скептично окинула нас взглядом и, явно не желая продолжать этот разговор, поставила в нем точку: – Доброй ночи!

Мы с Адой пожелали ей того же и поднялись на второй этаж.

Выделенная нам комната была не хуже, тех, что в сгоревшем корпусе. Я бы даже сказала – уютнее. Чуть более просторная, но оно и понятно, рассчитана-то на двоих. Тут стояли две кровати, на этот раз даже застеленные. Имелся небольшой, накрытый скатертью стол у окна. Милые занавески в цветочек добавляли уюта. Но комната ничем не напоминала жилье для адептов. Стол был скорее обеденный, чем письменный, да и полок для книг не наблюдалось. Оно и понятно, предназначалась-то жилье для слуг.

Я остановилась посередине и спросила у подруги:

– Какая твоя?

– Без разницы. Я так спать хочу, что готова уснуть хоть на коврике под дверью, – сонно откликнулась Ада.

Я присела на краешек той кровати, что слева, а моя подруга повалилась на свободную.

– Подушечка! – протянула она с улыбкой. – Хоть что-то хорошее сегодня…

– Да уж… – Кивнула я, погрузившись в собственные раздумья.

Что происходит в академии? Неужели это связано с нашим приездом, или просто так совпало? Очнется ли папа? Главный целитель сказал, что сон наведенный, но пока у него не получилось его снять. Он же отправил меня домой. Вышел из палаты для особых пациентов, присел на корточки передо мной и, заглянув в глаза, неожиданно по-доброму сказал:

– Девочка, мы обязательно справимся и вытащим твоего отца. Обещаю. Ты мне веришь?

Почему-то я ему поверила. Он как будто почувствовал это и удовлетворенно кивнул.

– Вот и молодец. А теперь иди к себе, пожалуйста. Выспись и приходи сюда завтра. Возможно, твое присутствие нам поможет. Но только ты должна быть сильной, поняла?

– Поняла, – согласно кивнула я.

– Тогда вот, держи. – Он протянул мне пузырек зеленого стекла и половину стакана воды. – Это успокоительное, оно поможет тебе выспаться. Добавляй по одной капле по мере необходимости, а не все сразу. Прими сейчас две капли.

Я капнула ровно две, как было сказано, и выпила, на что целитель только удовлетворенно кивнул и протянул мне еще один флакон, на этот раз синий.

– А это укрепляющее, если завтра с утра будешь чувствовать себя разбитой, примешь. Схема та же. – Он неожиданно подмигнул мне и улыбнулся.

– Спасибо! – Я накрыла его крепкую руку своей и чуть сжала. – Спасибо вам за то, что вы делаете.

– Не за что. Это просто моя работа. Эй, Аластар, проводи девушек и передай в руки эшшери Кригер, понял? А потом иди спать. Ты здесь больше не нужен.

– Будет сделано! – Козырнул преподаватель. Тот самый, больше похожий на адепта, и позвал: – Ну что, идемте, эшшери?

По пути он пытался нас разговорить, но быстро отстал, заметив, как неохотно мы поддерживаем беседу. И правда, мы слишком сильно устали, чтобы болтать ни о чем. К тому же на меня подействовало успокоительное, а Ада без того не отличалась красноречием и не особенно любила откровенничать с незнакомцами.

Немного придя в себя, я встала и подошла к окну. Подняла раму.

– Симка! – позвала негромко.

Симуран услышал и тут же влетел внутрь. Принялся радоваться тому, что его позвали. Я обняла друга, наслаждаясь мягкостью его шерстки и жаром тела. Симка всегда был очень теплым.

– Не хочу, чтобы он ночевал на улице, – пожаловалась я Аде.

– Да я разве против? Пусть тут спит. Псиной от него не пахнет, он достаточно чистоплотный и сообразительный, чтобы не гадить и не грызть вещи.

Симка, радуясь, что его хвалят, уделил внимание и северянке тоже.

– Слушай, пойду-ка я ванну приму. Нет сил больше эту гарь нюхать. – Она демонстративно приложилась носом к рукаву и сморщила нос. – Декан сказала, тут есть чистые пижамы.

Осмотревшись, она сразу нашла стопку вещей в изножье своей кровати и, развернув явно мужскую пижаму, приложила к себе.

– Надо же! По размеру!

Я развернула свою, и мы прыснули. Вторая пижама была такой же по виду и по размеру. Вот только я была куда миниатюрней Ады.

– Зато чистая! – успокоила меня подруга.

– И не поспоришь, – согласилась я, аккуратно сворачивая пижаму.

– Ладно, я тогда пойду мыться, если ты не против?

Я только кивнула, и подруга скрылась за дверью ванной комнаты.

Гарь…

Да уж. Гарь пропитала мою одежду, волосы. Даже Симка пах гарью… Наверное, пройдет еще какое-то время, пока она выветрится из моих легких, из его шерсти и отстирается с вещей.

Гарь…

Там в сгоревшей комнате остался величайший артефакт Ониксовых Скал, и я несла за него полную ответственность! Ректор, конечно, хитер! Так ловко переложил ее на меня! А если его хватятся во дворце, с кого будет спрос?

Эта мысль ударила словно тараном, заставив меня вскочить и заметаться по комнате.

Что здесь происходит? А вдруг все события – звенья одной цепи? Средоточие оказалось у меня, когда ректор говорил речь. И потом, когда я попыталась его ему вернуть, он отказался забирать артефакт! Хотя это было бы правильно. Кто, как не ректор несет ответственность за подобные вещи на территории академии? Но стоило Средоточию оказаться у меня, как все началось! Потоп, пожар, происшествие с отцом!

Все больно походило на какую-то подставу. Проклятье!

Я стиснула голову руками, желая завизжать от накатившего вдруг ужаса. Но заставила себя выровнять дыхание. Вытащила два пузырька из кармана пижамы, намереваясь принять еще успокоительное, но передумала и вместо этого глотнула укрепляющего. Прямо так, не добавляя в воду. Силы мне сегодня еще понадобятся для того, что я собиралась сделать.

Времени было в обрез. Ада меня не пустит или чего хуже увяжется следом, а я не хотела ее подставлять лишний раз.

– Симка, иди сюда, скорей! – позвала я Симурана и подняла оконную раму, выглянув наружу.

Окно выходила не на улицу, а на тропинку с торца здания. Под ним располагался палисадничек с увядшими клумбами. Удачно! Еще большая удача заключалась в том, что все окна в доме напротив были темными. Похоже, там уже все спали.

Симуран высунул морду в окно, принюхался и вопросительно заскулил, уставившись на меня умными глазами.

– Нет, я должна пойти одна. Ада меня не пустит, а ты останешься здесь, чтобы помочь мне подняться. Да и прикроешь, если вдруг эшшери Кригер придет проверять. Понял?

Я дохнула на оконное стекло, и добавив толику магии, вывела послание подруге: «Прикрой меня! Я скоро!»

Теперь надпись продержится чуть дольше, и северянка ее увидит.

Симуран виновато прижал уши и забил хвостом, тихонько поскуливая.

– Нет, Симка. Я должна это сделать сама. Я быстро. Туда и обратно, только заберу Средоточие.

Забравшись на подоконник, свесила ноги наружу и обхватила Симку за шею.

– Давай!

Мы вместе прыгнули вперед, и я едва удержала вскрик, но симуран справился, смог замедлить мое приземление.

– Спасибо, мой хороший. А теперь, давай-ка наверх. Если деканша придет с проверкой, изображай, что я в ванной и не впускай ее туда. – Я чмокнула Симку в мокрый нос и шлепнула по крупу. – А теперь возвращайся. Ну же!

Нехотя симуран меня послушался. А я, оставшись одна, вдруг почувствовала себя совсем беззащитной. К тому же на улице было холодно, а я по-прежнему в одной пропахшей дымом пижаме. Пальто осталось в сгоревшем корпусе, как и все вещи, а плед, которым меня укутал дядя Алан, я не догадалась прихватить – разнервничалась и забыла его на кровати.

Тем лучше. Взбодрюсь и не будет времени мешкать, успокоила я себя.

Решительно выбралась на дорожку и, сориентировавшись, направилась к парку. Было страшно ступать под сень деревьев, но, к счастью, небо очистилось, светила луна, и тропинка стелилась под ноги светло-серой полосой. По пути мне не встретилось ни души, и я, плюнув на все, перешла на бег.

Самым сложным оказался участок от парка до корпуса. Открытая местность, редкие посадки и… патрули. К счастью, ходили они в стороне кампуса, но все равно маячить на дороге было бы плохой идеей. Пришлось обогнуть местность по широкой дуге, пригибаясь и прячась за редкими деревьями. То и дело останавливаясь и пережидая.

Ох и натерпелась я страху! Боялась быть обнаруженной до того, как успею найти Средоточие. И боялась, что не найду его вовсе. Боялась, что здание охраняют, и меня туда не пустят. И что если удастся проникнуть и найти Средоточие, то потом меня с ним и застукают – тоже боялась…

Дом никто не охранял, но я, прячась за мусорным контейнером, долго не решалась войти внутрь. Но когда начала замерзать, погнала туда себя силой.

Черная обгоревшая громадина на фоне более светлого неба выглядела как голова чудовища, взирающего на меня пустыми провалами окон. Едва ли не с закрытыми глазами я преодолела оставшееся до входа расстояние, только чтобы не струсить и в последний момент и не передумать.

Гарь снова ударила в ноздри. Ею пахло еще на подходе, но в холле воняло совсем невыносимо. Находиться здесь было не по себе, и я, создав малюсенького светляка, осторожно прокралась к лестнице, прислушиваясь к непонятным звукам и шорохам. Казалось, что наверху кто-то тихонько ходит. А может, это просто гуляли сквозняки?

Всматриваясь в сумрак, едва разгоняемый тусклым светом, я стала подниматься. Шла, не отрывая глаз от верха лестницы, поэтому споткнулась в какой-то момент. Стиснув зубы и судорожно цепляясь за перила, кое-как удержалась на ногах и остановилась, чтобы отдышаться.

Я даже не поняла, громко это вышло или нет? Мог ли услышать кто-то снаружи? Там вроде бы никого не было, когда я пробиралась в дом, но мало ли…

Прошла минута, но никаких признаков того, что меня заметили, я не обнаружила. Списав все на нервы, заставила себя расслабиться. На втором этаже с освещением было получше из-за отсутствия кровли, и я, подозвав светляка, зажала его в кулаке, чтобы потом не тратить силы, создавая нового.

Быстро, насколько возможно преодолела коридор, пригибаясь под балками и перешагивая через препятствия – весь пол был завален каким-то хламом и обломками, вот тут-то я и порадовалась, что на мне все еще брючная пижама, а не приличный эшшери наряд с длинными юбками.

В свою комнату я заскочила с колотящимся сердцем. Дверь висела на одной петле, окна были выбиты взрывной волной, зато целый и невредимый саквояж стоял на прежнем месте – на кровати. Чудо какое-то!

Бросившись к нему, сунула руку внутрь и, обнаружив нечто круглое, едва не рассмеялась от облегчения, но сдержалась, позволив себе только резкий выдох и улыбку.

Саквояж мог бы выдать меня с головой, подтвердив, что я пробиралась в этот дом, но нести артефакт в руке было бы не менее опасно, да и неудобно. Опять споткнусь на лестнице, да как уроню!

Карманы пижамы для этих целей тоже не годились – чересчур маленькие, чтобы засунуть туда шар размером с мою ладонь. Покрутившись, я не обнаружила в пустой комнате ничего подходящего и подхватила саквояж. В конце концов, в нем мои немногочисленные вещи – несколько пар белья, чулочки, косметичка, деньги, прочие мелочи. В общем, все нужное и, можно сказать, дорогое сердцу.

Хотела было прихватить и пальто, в нем будет намного теплее возвращаться. От холода у меня уже онемели пальцы, а ног я и вовсе не чувствовала. Но только я хотела его взять, как снаружи послышался резкий звук, и меня жаром обдало от неожиданности. , и с перепугу в голове помутилось, и я зачем-то выглянула в коридор, вместо того, чтобы затаиться:

– Кто здесь? – Я всмотрелась в сумрак.

Может, просто что-то сломалось. Прогоревшее дерево не выдержало веса и треснуло? Ой! А что, если все здание сейчас рухнет?

В голове промелькнули сотни вариантов развития событий, и при любом из них мне хотелось оказаться отсюда подальше. Ну или хотя бы стать невидимой. Поэтому я инстинктивно стиснула кулак, загасив светляка. Потребовалось мгновение на то, чтобы использовать то, что я оставляла на самый крайний случай. Сунув руку за пазуху, я коснулась амулета, подаренного Грымзой, и представила деканшу.

Амулет сработал. Я это поняла по тому, как он высосал из меня приличную порцию магии. Голова закружилась, конечности ослабли, и я едва не выронила саквояж. Сегодня я уже столько раз была вынуждена применять магические способности, что даже восстанавливающие эликсиры, которые я приняла, не справлялись. И все же я устояла на ногах, смогла собраться, ведь я должна была сделать все, чтобы выйти из этой передряги сухой.

Поднапрягшись, снова зажгла светляка, ведь декану Кригер не было смысла прятаться. Сделав строгое лицо, приказала:

– Я знаю, что вы здесь! Покажитесь, немедленно!

С большой вероятностью я была в здании одна, просто сдали нервы, и все же… Береженого Мать Всего Сущего бережет.

Того, что случилось дальше, я никак не ожидала. Ко мне метнулось сразу две тени – одна выскочила откуда-то сбоку, я ее едва зафиксировала боковым зрением, а вторая – навстречу, сшибая все препятствия на своем пути. Произошло это так стремительно, что я даже вскрикнуть не успела.

Ни вскрикнуть, ни поставить какой-то мало-мальский щит, потому что на него у меня не осталось магии. Я даже с места не успела сдвинуться, настолько быстро все произошло. Обхватив за талию, меня рванули в сторону так резко, что воздух вырвался из легких, да пальцы разжались, и я уронила саквояж.

– Ах!

Что-то свистнуло, с треском разлетевшись на осколки. С удивлением и некоторым запозданием я осознала, что это палка. Палка, которая разбилась об… Руку адепта Дерберга!

Именно он все еще держал меня за талию, встав преградой между мной и… И кем-то в плаще с низко надвинутым капюшоном!

Неизвестно чем бы дело кончилось, но нападавший вдруг уставился на выпавший из моих рук саквояж. Снова на меня. Я не видела его лица, но чувствовала это. А затем он подхватил мое имущество и, не раздумывая, сиганул в окно так, будто бы умел летать и совсем не боялся переломать себе ноги!

– Нет!

Я попыталась его преследовать, но меня опередил Итан. Правда, все, что он смог, это сорвать с вора балахон. Я оказалась рядом миг спустя. Уставилась в окно, но снаружи уже никого не было.

– Где он?

– Ушел… – разочарованно ответил Итан.

Ну почему? Почему мне так не везет? Мать Всего Сущего, чем я тебя так прогневила?

– Давай за ним! Чего стоишь? Надо отнять саквояж! – возмутилась я от отчаянья, впрочем понимая, что мой порыв пропадет втуне.

А затем вспомнила, что я – это вроде как декан Кригер, и следует соответствовать облику.

Соответствовать облику оказалось непросто. Я теперь, как никто, понимаю эшшери декана. Если ей постоянно приходится иметь дело с такими, как это Дерберг, не удивительно, что у нее такой поганый характер. Несносный дракон устроил мне форменный допрос! И вопросы задавал такие каверзные, все поддеть норовил. Я еле сдерживалась, чтобы его не треснуть, а уж когда он выставил условия за обещанную помощь, и вовсе чуть не задохнулась от возмущения!

– Л-ладно. Если вы вернете мои… То есть, вещи адептки Блэкрок, я постараюсь ее убедить быть благодарной. Но это… Это слишком! Благородные эшшери…

Я хотела сказать, что благородные эшшери никого не целуют до свадьбы, но слабость, которая одолевала меня на протяжении всего разговора, переродилась в какое-то неприятное ощущение. Поддержание полного облика декана Кригер забирало слишком много сил, а я сегодня перенапряглась как никогда. Да еще Итан привязался. Но как же дурно…

В ушах противно зашумело, мир сошелся в точку, а потом и вовсе померк…

Очнулась я от вопроса, заданного кем-то совсем рядом.

– Что вы здесь делаете? – спрашивал строгий мужской голос.

– Эшшери Кригер попросила меня ее сопроводить, – ответил Итан.

Он держал меня на руках, прижимая к себе. Там, где наши тела соприкасались, мне было тепло и хорошо, а вот свисающие ноги замерзли окончательно. Первым порывом было прижаться к парню поплотнее. В идеале обхватить руками и ногами, иначе я просто умру от холода. Но я себя остановила, стараясь не подать вида, что пришла в сознание.

– Зачем эшшери Кригер сняла барьер? И где охрана? – продолжил допрос тот же голос.

– Барьер? – удивленно переспросил Итан. – Когда мы пришли, барьера не было, как и охраны. Мы думали, что следственные действия уже закончились на сегодня, потому просто вошли.

– Зачем вам понадобилось входить?

– Вы меня спрашиваете? – вопросом на вопрос ответил Итан. Его голос звучал раздраженно, и я слышала, как сильно и уверенно бьется его сердце, и этот звук отчего-то мне было по душе. – Послушайте, эшшер Стронг, эшшери Кригер передо мной не отчитывалась. Мне показалось, что она желает проверить одну теорию, но ей вдруг стало плохо. И не удивительно. Женщина уже пожилая, а тут такие потрясения. Нужно отнести ее к целителям как можно скорей!

– Они здесь! – вдруг раздался крик со стороны.

Голос показался мне знакомым.

– Что там, Аластар? – поинтересовался остановивший нас эшшер Стронг.

– Охрана здесь в кустах. Оба спят, прямо… Прямо как эшшер Блэкрок, – закончил преподаватель растерянно.