9. Демьян

Вижу, как она срывается с места и сбегает из кухни. Глаза на мокром месте, губы дрожат. Вся сама — тревожный комок, будто сейчас взорвётся и разрыдается.

А меня, сука только это бесить начинает.

Сказал же, блядь, объяснил что к чему. Подробности эти ей знать не обязательно. Пусть лучше живёт и думает, что всё вокруг розовое и безопасное. В этом мире для таких как она, наивных мест не предусмотрено.

Сжимаю кулаки и пальцы хрустят.

Девчонка под кожу залезла. Глазами своими — как два омута вытаращилась. Взгляд — затравленного кролика, весь такой несчастный, дерзкий, и в то же время беспомощный. А запах… вкуснющий, он меня сбивает с толку. Такой легкий, цветочный… Невинный. Вот что бесит больше всего — эта её чистота. Нечем ей здесь дышать, в этом дерьмовом мире, полном уродов. И именно это притягивает. Но я думать об этом даже не собираюсь!

У меня было много разных женщин. Секс без обязательств меня всегда устраивал. Кинул деньги на цацки — и они довольны и мне никто мозги не ебет.

Я пообещал Вове, что женюсь на ней — для отвода глаз. Не больше. Мне нахрен не нужна никакая семья и серьёзные отношения — у меня есть шлюхи, которые готовы приехать по первому зову.

Внутри меня разливается гадкое чувство, она не такая как эти бляди. Она нежный невинный цветок. Милая принцесса. Но я, сука, не могу ее сделать своей, мне не нужны эти отношения…

А то, что она здесь, в моём доме — это формальность. Я не собираюсь с ней сюсюкаться. Папаша её хотел, чтоб я за ней смотрел — я смотрю.

Но ни капли больше. Ни сантиметра ближе.

Должен был её просто забрать — и держать рядом. Но чёрт бы побрал, эта маленькая сучка уже начинает задевать какие-то струны в моей душе.

С этими мыслями иду в кабинет. Дел сейчас выше крыши. Вовчик подкинул мне дохуя работы, даже после смерти. Сажусь за стол и снова открываю ту самую папку с документами. Завещание, договор, подписи, печати — всё готово и всё чисто. В голове крутится «Она уже моя жена. По бумажкам. Юридически — чистейший расклад».

Вот только никто об этом ещё не знает. И именно это мне сейчас на руку.

Выдыхая через зубы, беру в руки телефон, пролистываю последние звонки. Элла. Нахера она мне названивает? Договорились же — не лезет, не трещит в трубку, не строит из себя “особенную”. Всё давно расставлено по местам: встречаемся — сбросил пар — разошлись. Но сейчас не до неё. Не до этих игр. Заеду к ней вечером, сброшу напряг.

Сейчас мне нужно разобраться, кто открыл охоту на девчонку. Эти суки думают, что Ева — лёгкая добыча. Что после смерти Вовы компания повисла в воздухе и можно подгрести всё под себя, убрать наследницу — и красиво жить.

Откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза, руками потираю лоб, Вовчик знал, что рано или поздно за ней придут. Он не зря вытащил меня из-под земли, заставил подписать этот договор, поклясться «на крови».

Воспоминания лезут в голову, тогда я только начинал лезть наверх. Молодой, злой, самоуверенный. Амбиции через край. Влез туда, куда не следовало. Заказали меня тогда быстро, потому что слишком много знал и слишком быстро рос.

Запомнил, как стоял за гаражами, в спину дул ледяной ветер, ребра сломаны, кровь изо рта капает. Эти долбоебы уже думали, что мне конец и я так думал, но тогда появился Вова. Спокойный, уверенный. Один против пятерых. Он не задавал лишних вопросов — просто снял всех подчистую.

А потом протянул мне руку и сказал — Будешь должен, я умею ждать.

Я никогда не забывал про долг, но не думал что все может так обернуться…

А неделю назад Вова буквально, ввалился ко мне в офис без предупреждения. На лице — напряжение, глаза жёсткие, но за этой маской тревога сквозила. Такого я у него давно не видел. Сижу за столом, он кидает передо мной пачку бумаг — договора, завещание, всё чисто, юридически вылизано до запятой.

— Мне осталось недолго, Демьян. — Ты же знаешь, куда это катится, плохо дело, — сказал без лишних эмоций.

Я тогда охуел от этого заявления. Я не сразу понял, к чему он клонит, просматриваю бумаги, там её имя — Ева Владимировна.

— Ты серьёзно? — поднимаю бровь. — Жениться на твоей дочке? Вовчик, ты чего несёшь? Я тебе, блядь, не свадебный агент.

— Ты мне должен, Демьян! Или ты забыл, как я тебя тогда вытянул? Счёт до сих пор не закрыт. Я тогда заткнулся, потому что он был прав. Этот долг тянулся за мной как цепь…

Он продолжал:

— Я тебя знаю. Сейчас не о любви. Бумаги и фиктивный брак — для защиты. Я вижу, кто вокруг суетится. Они уже жопой чуют, что меня уберут. А Ева не сможет мою долю вынести…

— Ты думаешь, я буду сидеть с ней и нянькаться? — усмехаюсь зло, откидываясь на спинку кресла. — Я бизнесом занят, у меня поставки и дохуя планов.

Вова опускает глаза на бумаги, потом смотрит мне прямо в лицо, серьёзно.

— Она ни о чём не знает. И лучше бы не знала. Ты подпишешь. Если со мной что-то случится — ты женишься на ней. Не ради чувств, ради её безопасности. Бумаги начнут действовать сразу после моей смерти!

Я тогда сжал зубы. Всё это мне нахуй не нужно. Жена, обязательства, фиктивный брак. Да пошло оно всё. Но отказать ему я не мог.

И вот теперь его нет. А я тут, разгребаю за ним эту кашу. И девчонка — моя, сука, ноша. И теперь мне предстоит вычистить всё это дерьмо, найти, кто стоит за травлей, и подавить их, пока они не добрались до неё.

Открываю глаза, выдыхаю и набираю Рустама, проходит секунда и он поднимает трубку.

— Ни хрена себе, — протянул он с ленивой ухмылкой. — Демьян Шамильевич собственной персоной. Соскучился, что ли?

— Не льсти себе, — усмехнулся я. — У меня к тебе дело.

— А, ну если дело? Тогда выкладывай. — голос Рустама становится серьезнее, чувствует как я настроен…

— Нужно, чтобы ты узнал, как там дела у компании Стрельникова. Были ли у него сторонние проекты, какие доли, акции, кто из партнёров может мутить воду?

— Володю? — переспросил он. — Его же…ну… — тушуется он. — И вообще нахер тебе это надо?

— Причину расскажу при встрече. Хочу знать, чем он занимался последние месяцы. Если есть кто-то, кто может на что-то претендовать — я должен знать это первым.

— Ладно, Шамильевич, всё понял, — Рустам выдохнул. — Копать глубоко?

— До самого дна, — ответил я. — Хочу знать всё. Если что-то скрывал — найди.

— Звучишь, как будто правда соскучился, — хмыкнул он, возвращая привычный тон. — Ладно, займусь. Жди новостей — и отключился…

До самого вечера я сижу в кабинете, уткнувшись в бумаги, переписки и звонки. Голова тяжёлая, но останавливаться не могу — сейчас не то время, чтобы расслабляться.

Не сразу замечаю, как за окном стемнело. Взглянув на часы, резко встаю и иду вниз. В доме тихо, Валентина хлопочет на кухне.

— Накройте на стол и покормите девочку, — говорю, проходя мимо. — Я сегодня буду поздно.

— Как скажете, Демьян Шамильевич, — кивает она, даже не задавая лишних вопросов.

Выхожу из дома, достаю из кармана телефон, пролистываю список контактов и набираю Эллу. Говорю ей что выезжаю. Надо потрахаться. Сбросить пар, и Элла как раз подходит. Она шлюха, которая без лишних вопросов, готова раздвинуть ноги по первому моему желанию.

Еду потрахаться, а в голову лезет Ева. Как она сбежала после завтрака, наверно сидела наверху в своей комнате и плакала. Сжимаю руль до скрипа. Не хочу думать о ней сейчас…

***

Захожу к Элле — она уже почти раздетая. Готовая. Не трачу время. Хватаю за волосы, гну её к дивану. Без разговоров. Достаю из кармана презерватив, быстро надеваю, даже не глядя на неё. Тут не про удовольствие, тут про выброс грязи из головы. Вгоняю в нее член до опора, она кричит извивается, но мне плевать. Двигаюсь грубо, быстро, вдалбливаясь в неё до предела. Для меня она — просто дырка, чтобы сбросить ярость.

Сжимаю за бедро, оставляю следы, ловлю её за горло, заставляю молчать. Всё раздражение, злость, желание забыть — вырывается с каждым толчком.

Кончаю резко, грубо, отстраняюсь первым. Элла остаётся валяться полуголая. Одеваюсь и выхожу хлопнув дверью. Но, сука, легче не становится. Внутри пусто. В голове принцесса и её зелёные заплаканные глаза…