10

Весь день я просидела в комнате. Плакала, пока глаза не начали жечь, пока не стало больно даже просто смотреть в потолок. Слёзы будто высохли, но пустота осталась. Я даже не заметила, как уснула. Просто вырубилась прямо на кровати, свернувшись клубком.

Проснулась от стука в дверь. Резкий, но не грубый. С трудом поднимаюсь с кровати, ноги ватные, глаза опухшие. Подхожу к двери, открываю. За порогом стоит женщина — та самая, что утром готовила завтрак. Я её сразу узнала, она же улыбнулась мне, но во взгляде читается нотка сочувствия.

— Деточка, ты спала? Я тебя разбудила? — спрашивает она тихо. — Извини, пожалуйста, я ужин приготовила, спускайся на кухню.

— Нет, ничего страшного… Я и так уже много проспала. — Голос хриплый, сдавленный. — Я даже не знаю вашего имени…

— Меня зовут Валентина Петровна. Можешь звать меня тётя Валя. — улыбается тепло, немного устало.

— Хорошо, тётя Валя… Я сейчас приведу себя в порядок и спущусь. Она кивает в ответ и уходит, оставляя меня одну. Иду в ванную. Смотрю на себя в зеркало. Выгляжу ужасно, лицо помятое, глаза опухшие, волосы спутавшиеся ото сна. Стыдно. Стыдно, что меня видели такой. Торопливо умываюсь и расчёсываю волосы. Глубоко вздыхаю, чтобы хоть как-то прийти в себя.

Спускаюсь вниз, и в нос тут же ударяет запах еды-теплый и домашний. Живот начинает предательски урчать и сжиматься от голода. Подхожу к столу и сажусь. На меня смотрит тарелка аппетитного рагу. Запах просто невероятный. Пальцы дрожат, смотрю на накрытый стол, он накрыт всего на одну персону. Мысли путаются. В голове сразу же возникают вопросы — Я буду ужинать одна?! Он уехал? Интересно, куда? Может быть к той, которая звонила ему утром?

Мои мысли прерывает звук приближающихся шагов, в столовую заходит тётя Валя. В руках у неё поднос, на котором стоит чашка горячего чая и небольшой кусочек пирога. Она аккуратно ставит всё рядом со мной и заботливо поправляет уголок салфетки, будто я здесь давно и всё это часть привычного, семейного вечера.

— А… где он? — спрашиваю я осторожно, почти шёпотом. Глупо, но даже имя не могу произнести. Словно, если скажу вслух, станет ещё реальнее.

— Он уехал по делам, — говорит она, не спеша. Бывает, что поздно возвращается… Ты не волнуйся. Ешь спокойно.

По делам… Странное облегчение и разочарование смешиваются внутри. Хотела ли я, чтобы он был здесь? Сама не понимаю. С его тяжелым пугающим взглядом, напряжением, которое витает в воздухе каждый раз, когда он рядом.

— А он… он всегда такой? — спрашиваю я, перебирая пальцами край скатерти. Голос дрожит, но мне важно это услышать.

Тетя Валя задерживается у стола, не торопится уходить, смотрит на меня, как мать смотрит на ребёнка, уголки ее губ слегка вздернуты в подобие улыбки.

— Он… сложный, — произносит она тихо, опираясь рукой о спинку стула. — Но хороший. Просто у него своя правда. И он всегда знает, что делает.

— Хороший? — переспрашиваю с удивлением, не сдержав её. Перед глазами тут же всплывает, как он грубил, держал меня за шею, как увозил сюда, не спрашивая мнения.

Тетя Валя замечает мою реакцию, вздыхает. — Я тут давно работаю, Евочка. Видела его разным… Поверь, он может быть жестким, может быть злым, если потребуется. Но плохого он тебе никогда сделает. Если ты здесь — значит, для этого есть смысл.

— Он человек слова, — продолжает она. — Если что-то решает — идёт до конца, и своих он не бросает.

— Ешь. Тебе силы нужны. И не бойся его раньше времени. — кивает она на тарелку и больше не произнося ни слова уходит…

Сижу за столом, ковыряю ложкой в тарелке, но аппетит уже пропал. Голод вроде бы и не ушёл, а еда комом стоит в горле. Внутри всё спуталось — раздражение, страх, непонимание… И странное, тепло от слов тёти Вали.

Он хороший… знает, что делает…

В голове это не укладывается. Ну как можно быть хорошим, когда забираешь человека без разрешения? Как можно заботиться, когда держишь рядом силой? Всё внутри кричит — это неправильно. А она говорит — не бойся его раньше времени. Вот как?

Тут же вспоминаю его взгляд, тяжёлый, властный. Его руки, сильные, грубые. Его голос, от которого хочется то спрятаться, то слушать дальше, пытаясь понять, что он за человек…