Глава 14

– Кристина, верно я запомнил? – спросил старик, указывая на металлическое кресло, одиноко стоящее в пятачке неяркого света. А затем, отвернувшись, тихо пробормотал: – Следовало ожидать, что такой дар не останется без внимания верхушки. Быстро же, быстро.

Я с сомнением изучала неприглядный предмет, совершенно не горя желанием на него садиться.

– Придется, – будто угадав мои мысли, сказал Атарнатель. – Каждый из нас платит свою цену.

– О чем вы? – вконец растерялась я. Происходящее нравилось мне все меньше.

– О, не слушай засидевшегося в одиночестве старика, – наигранно рассмеялся седовласый фейн. – Ну же! Давай побыстрее разделаемся с этим.

Он снова отвернулся, что-то перебирая на столе, а я неуверенно села на громоздкое сиденье и поежилась. В зале было холодно, а из-за мокрой головы и поневоле засевшего внутри страха я совсем замерзла. Ладони, которые саднило еще со вчерашнего дня, от волнения покалывало и жгло прорывающимися морозными иголочками. А когда Атарнатель подошел и туго привязал мои запястья к подлокотникам кресла, они и вовсе заледенели.

– Не беспокойся, это просто меры предосторожности, – заботливо произнес он и потянул какой-то рычажок так, что ступни мои обхватил стальной жгут.

– Что вы собираетесь делать? – пролепетала я. – Зачем все это?

– Тебе разве не объяснили? Спросишь у наставника еще раз. А нам нужно начинать, – сказал он и как-то чересчур пристально посмотрел на меня.

Я успела заметить в его жилистых руках какой-то пузырек и попыталась перевести на него взгляд, чтобы рассмотреть получше, но не смогла! Жутковатые глаза буквально приковывали, голубая дымка из них тянулась ко мне, окутывая и гипнотизируя. Вслед за дымкой внутрь как будто пробирались холодные склизкие щупальца. Они сновали туда-сюда, вызывая чувство омерзения и крупную дрожь во всем теле, а потом внезапно остановились, отыскав нужное.

И потянули в себя мою силу!

Две местами сплетенные нити. Нежно-голубая, дар ключника, и совсем синяя – мой лед. Ведомые щупальцами, они послушно вытекали из меня. Мгновение, другое – и синяя нить закрутилась спиралью, превращаясь в настоящий вихрь. Сила Тарэйи негодовала, не желая покидать свой сосуд и едва не разрывая меня своим сопротивлением.

Я сжалась и глухо стонала, готовая молить богиню, чтобы та забрала меня.

– Пожалуйста…

Но Тарэйя оказалась бессильна. Сознание уплывало вслед за потоком силы, я засыпала, погружалась в вязкое забытье и утрачивала всякое желание сопротивляться.

– Ну же, держись! – неожиданно грозно воскликнул старик и сжал мое плечо, чуть встряхнув и вынуждая смотреть себе в глаза. – Ты можешь дать больше! Они будут недовольны и приведут снова!

«Не могу, – хотелось ответить ему. Хотелось спросить: – За что?! За что они так со мной…»

Но сил не осталось даже на это. Как же плохо…

– Не спи! – вдруг раздался звонкий голосок у меня в голове, и кто-то теплый нырнул мне под рубашку, оцарапал острыми коготками спину.

– Яги?

Я так удивилась и одновременно с тем испугалась за зверька, что на какую-то долю секунды сумела сбросить ненавистные щупальца.

Одного этого мгновения оказалось достаточно, чтобы вихрь Тарэйи вырвался на свободу и унес меня за собой.

* * *

Мягкая трава приняла в свои объятия, шлейф сладких цветочных ароматов окутал, а теплые солнечные лучи согрели. Я дома… Яги переполз ко мне на живот и ткнулся смешным прохладным носом мне в подбородок.

– Спасибо, дружок, без тебя я бы не справилась, – сказала я и почесала его за ушком. – Как же ты там оказался, а? И где был?

Яги впервые за все время нашего общения протяжно свистнул и стремительно шмыгнул мне за пазуху.

– Все любопытнее, – окинув меня беглым взглядом, сказал Аран и прошел мимо.

– Постой! – воскликнула я и резко поднялась, отчего голова тут же закружилась.

Ар не собирался останавливаться. Он быстро шел по направлению к флайту, около которого собралась группа воинов.

После произошедшего в Обители мне было плохо и… страшно. И совсем не хотелось оставаться один на один с малознакомыми несимпатизирующими мне сунтурами.

– Ар, давай поговорим, – попросила я и, заметив, что тот сбавил шаг, продолжила: – Что происходит? Ты постоянно отлучаешься и молчишь.

Аран остановился, постоял немного и, развернувшись, быстро оказался рядом.

– Я? А чем занимаешься ты, Кристина?! Эйни-тар, которая большую часть времени пропадает неизвестно где, рискуя собой и выставляя наследного принца на посмешище!

– А может, наследному принцу пора научиться уважать чужую свободу?! У-у-у… Я ведь хотела просто поговорить!

Я пошатнулась от пронзившей голову боли, но только плотнее сжала зубы.

– Получать ответы, не давая своих, не получится, Кристи.

– Хочешь знать, чем я занимаюсь?! – вскипела я. – Тем, что ты обещал, но не делаешь! Ищу своих родителей!

Со стороны флайта послышались голоса, и Аран, легко подхватив меня, взмыл в небо. Перед глазами потемнело. Боясь упасть, я что есть сил вцепилась в крепкую шею и прижалась к его груди.

Аран приземлился совсем скоро, но не торопил меня. И только когда я набралась смелости чуть отстраниться и поднять глаза, сказал:

– Ты не во что не ставишь мой титул.

– Я не сунтурка.

– Это я заметил, – усмехнулся он. – Ты несносная фейнка, с которой невероятно тяжело.

– А ты привык легко добиваться желаемого? – с вызовом спросила я и только потом поняла, как двусмысленно это прозвучало. Особенно когда стоишь настолько близко к полуобнаженному «богу» и дыхания ваши сливаются в одно.

– Только если меня желают в ответ, – сказал Аран тихо и наклонился так низко, что губы наши почти соприкоснулись.

Я сглотнула и замерла, совершенно по-глупому ожидая продолжения.

– Меня требует к себе отец. Уверен, на этот раз с воронкой ты справишься и сама. Ильнира отведет тебя.

Невесомо коснувшись моей щеки, он развернулся и исчез в густых зарослях.

– Вот, значит, как?! – Я злилась, кипела и почему-то чувствовала себя обманутой. – Значит, справлюсь сама?!

Выбравшись из кустов, увидела, как Аран заходит во флайт. Снаружи осталась небольшая группа воинов, среди которых была и Ильнира. Они чуть отошли в сторону, и флайт взлетел.

– Прекрасно! Восхитительно!

Пожалуй, я бы переместилась в Энфейн сразу же, если бы не произошедшее там. Я не успела обдумать, чем оно было и что делать дальше. Но и не собиралась замораживать чертову воронку! С каждым разом выплеск силы давался все мучительнее, Аран буквально выносил меня на руках, а теперь он ушел! На что он рассчитывает?!

– Кристина, – поспешила ко мне Ильнира, – вот и ты.

Поднялся ветер, и в считаные минуты нагнал серые тучи. Я хмуро посмотрела на девушку, а потом кивнула на пустое место, оставшееся после флайта.

– А где второй?

– Второй?

– В последний раз было два флайта.

– Не волнуйся, в случае необходимости я отнесу тебя на крыльях.

– Чудесно, – скривилась я. – А где Рен?

– Он улетел еще два дня назад, на том самом флайте. Разве ты не знала?

– А здесь не принято ставить меня в известность. Моя роль маленькая: заморозила – и свободна.

– Ты эйни-тар, – сказала она почтительно и склонила голову.

– Это пустой набор звуков, и не более, – устало выдохнула я и огляделась в поисках признаков лагеря. Поесть бы…

– Не гневи богиню, – испуганно прошептала Ильнира и заозиралась по сторонам.

– Это просто ветер. И тучи.

– Не тучи. Это пепел. Вблизи воронки сгорела деревня, мы не успели ее потушить. Кристина, нам нужно спешить, разве ты не чувствуешь, как гудит земля?

– Нет. Я чувствую, что не ела уже так давно, что не помню, когда это было. Они же не забрали все с собой? – спросила, имея в виду флайт.

– Не знаю, – растерялась Ильнира. – Вернее, это никогда не было проблемой, мы сходим на охоту. Как только ты закончишь.

– Ага, то есть кормить тоже не намерены? Что ж, прекрасно. – Злость бурлила внутри, и мне самой уже хотелось дать ей выход. – Что же ты стоишь? Смотри, я ведь могу и рассказать твоему тару, как халатно ты отнеслась к своим обязанностям. Должна была тащить силой к воронке, а сама даже не показала дороги.

Ильнира насупилась и шагнула вперед:

– Прошу!

Пока шли через лес, я накручивала себя все больше, а потому тот самый гул земли услышала не сразу. Почва под ногами вибрировала, и в пространстве явственно ощущалось напряжение.

– Подожди, – неожиданно остановилась Ильнира. – Что-то не так. – Она загородила меня рукой и тревожно вглядывалась в поредевший лес.

Я хотела было оттолкнуть ее и идти дальше, но услышала треск и громкий топот. К нам явно приближался кто-то большой! Ильнира же, вместо того чтобы защищать меня, вдруг отскочила назад. Не успела я удивиться, а ее сильные руки уже цепко обхватили меня за талию.

Едва различимый шорох, и за спиной сунтурки раскрылись огромные крылья.

– Не стоило идти одним, – выдохнула она мне на ухо и, кажется, перестала дышать.

Из-за деревьев показалось нечто громадное и, судя по пару, валящему из ноздрей, рассерженное. Гладкая, светло-коричневая, в редкие зеленые пятна шкура, большая приплюснутая морда с тремя глазами и шесть мощных лап.

– Что за чудище? – шепнула я, ибо Ильнира не торопилась взлетать, да и зверь замер в нескольких метрах от нас. – Знала бы, что у вас такие водятся, одна бы в лес не ходила!

– Кажется, это Альхзар, – едва слышно шепнула она в ответ и, отпустив меня, стремительно опустилась на одно колено. – Вестник и защитник Тарэйи, – добавила сунтурка и низко склонила голову.

– И чего он хочет?

– Помочь.

– Не очень-то похоже.

– Подойди, – услышала я.

– Нет уж.

– Подойди, – прогремело куда более требовательно, и я поняла, что говорила отнюдь не Ильнира.

– Он не откусит мне голо…

Не дав договорить, меня подхватил порыв ветра и буквально бросил в сторону чудища.

– Кристи? – встревоженно спросила Ильнира.

– Мне надоели ваши игры, я не кукла.

– Но я…

– Чего еще она хочет от меня? – спросила, глядя в темные, как бездонные пропасти, глаза чудовища. – Привязать… – поняла внезапно.

От зверя по округе разносился странный, чуть пряный аромат, а глаза гипнотизировали и затягивали. Я чувствовала, как притупляется воля и все острее проявляется желание немедленно забраться на мощную спину и нестись к воронке. Сначала к одной, затем к другой, и так, пока не погаснут все до единой червоточины на теле Тарэйи. Пока до капли не вытечет из меня дарованная мощь.

– И там и здесь! – процедила я и, собрав в кулак достаточно магической силы, выбросила между собой и зверем ледяной щит. Магистр Тирель гордился бы мною!

И сразу почувствовала облегчение.

– Это уже чересчур, ясно?! Я не твоя рабыня! – прокричала в небо.

– Ты слаба, – зашелестели кроны. – Не уберегла дарованное. Альхзар проследит, не противься.

– Нет уж, – повторила я и развернулась. – Не позволю!

– Крис-ти-на, – протяжно позвала Ильнира, поднимаясь. И посмотрела пустым отсутствующим взглядом. Словно зомби, безжизненная оболочка, управляемая кем-то другим. Жутко. Страшно.

– Что еще… – попятилась я.

– Альхзар пробужден для тебя, – произнесла она ровно. – Иди же…

И протянула ко мне руки. Определенно зомби!

Отскочив, я побежала прочь. Пусть лучше силу чокнутой Тарэйи до капли высосут из меня в Обители, чем подчиниться!

Я неслась, перепрыгивая через коряги и камни, и все равно то и дело спотыкалась. Ильнира почти сразу отстала, зверь тоже не преследовал, но я не могла остановиться. Все вокруг подчинялось ее законам и было враждебно мне. Притормозишь – и цепкие лианы обовьют, утянут под землю. Или задушат и оставят на растерзание зверью.

– Переместиться, переместиться, – повторяла я и изо всех сил представляла Землю, но ничего не получалось.

От одной только мысли, что старик мог забрать этот мой дар, бросало в холодный пот. А вокруг тем временем становилось все темнее и просторнее. Я бежала в противоположную от воронки сторону, но лес здесь рос еще более редкий и чахлый. Под ногами хлюпало, идти становилось все труднее. А потом я и вовсе начала проваливаться по самое колено. Было холодно, кожу ног неприятно жгло, и сама я совершенно выбилась из сил.

– Довольна?! – прокричала я и покрутилась на месте, понимая, что окончательно заблудилась и не найду уже обратной дороги.

Сгущались сумерки, и я совсем потеряла надежду. А потом в отдалении показались ярко-розовые огоньки. Сунтуры? Суша?

Цепляясь за полусгнившие стволы тонких деревьев и какие-то коряги, я поспешила к свету. Как мотылек. Шаг, словно последний отчаянный бросок… Еще один… Только бы добраться. Я почти дошла до заветных огоньков, когда почва подо мной внезапно превратилась в настоящую трясину, и я провалилась по самую грудь. Но и это оказалось не самым страшным.

Кожу зажгло так, словно в нее разом впилась тысяча раскаленных игл. Кислый запах, противное бульканье и никакой возможности выбраться.

Вытащив руку, попыталась стряхнуть с нее налипшую жижу. Бесполезно. От безысходности и чувства омерзения потерла ее о щеку и тут же пожалела – щеку обожгло болью, а вот слизь никуда не делась. Я пригляделась и какое-то время с ужасом рассматривала свою руку. Вернее, то страшное и склизкое, во что она превратилась. А потом от боли и шока, кажется, потеряла сознание. Ненадолго.

Из забытья выдернул громкий писк. Господи, Яги! Зверек вылез через воротник, перескакивал теперь с плеча на плечо и протяжно выл, временами переходя в оглушительный свист.

– Прости, дружок, – выдохнула я и закашлялась.

От резкого отвратительного запаха тошнило, тело ощущалось бесформенным кулем, ни рук ни ног – только жар.

Я чувствовала, как яд разъедает кожу и все глубже проникает в тело. Как меня словно переваривает огромный чужеродный организм. Это болото, похоже, решило меня съесть! Не так я думала умереть. О господи! Да я вообще не собиралась умирать!.. Но чем дальше, тем безразличнее это становилось. Только бы ушла боль…

Несмотря на истошный вой Яги, я то уплывала в спасительное небытие, то вновь выныривала и глухо стонала. Аран, где же ты… Подумала – и усмехнулась произошедшим во мне переменам. На пороге смерти кого я зову, о ком думаю? Не о родных и любимых родителях – о высокомерном варваре, бросившем меня!

В груди затеплилась злость, на мгновение озарив надеждой. Заморозить к чертям это болото!

Не вышло… От одной мысли о силе по телу прошла судорога, и я отключилась. Видит бог, в тот момент я была бы рада, если бы навсегда, но что-то заставило меня вернуться. Дуновение ветра окатило приятной прохладой, и надо мной вдруг раздалось громкое, отчаянное:

– Кристи!!!

– Не может быть… – прошептала я и снова потеряла сознание.