Глава 22

Магический вихрь прорвался наружу и, закружив, выплюнул уже в другом мире. Тарэйя все же сумела перенести меня, несмотря на утерянный дар.

Мягкая трава приняла в свои объятия, кроны шелестели, не ругая, а успокаивая.

– Не понимаю… – прошептала я и посмотрела в нежно-розовые небеса. – Не гневишься? Я все-таки потеряла твою силу. У меня не осталось ничего, даже этого непрошеного дара. Ничего… не вышло. – Горло сдавило, но плакать я себе не позволила. – Зачем я тебе? Какой прок от меня теперь?

Богиня не ответила, но через некоторое время я услышала треск, и из чащи появился уже знакомый громадный Альхзар. Он медленно подошел и склонился на передние лапы. Не отрываясь, я смотрела ему в глаза, но не чувствовала прежнего напряжения, желания подчинить, загипнотизировать. Нет, он просто смотрел. Печально и участливо.

– И чего же ты хочешь? – спросила тихо.

Альхзар лег и стряхнул со спины несколько длинных тонких отростков, словно приглашая забраться на него.

Я подползла ближе, коснулась прохладного бока и решила встать. Бесполезно, ноги не держали, а нарастающий звон в ушах предостерегал от новых попыток.

– Кажется, ничего не выйдет, – шепнула я и, привалившись к магическому созданию, закрыла глаза.

* * *

Громкий голос ворвался в мой сон.

– Кристи, Кристи!!! О, душа леса, я думала, что схожу с ума, когда меня окружили лепестки. Что с тобой?!

Я с трудом приподняла голову и уставилась на встревоженную Ильниру. Растрепанная, с розовыми лепестками, запутавшимися в волосах, и румянцем на щеках она выглядела весьма забавно.

– Рада… тебя видеть, – улыбнулась я и попыталась сесть.

– Что произошло? – спросила Ильнира, подбегая и помогая мне.

– Надо же, он ушел, – произнесла я, осмотревшись в поисках зверя. – А ты, значит, снова пошла одна в лес? – шутливо укорила ее.

– Лепестки! Они влетели прямо в окно и окружили меня! А потом… – Ильнира не договорила. Из зарослей донесся протяжный рык, и воительница, подхватив меня на руки, мгновенно взмыла вверх. – Ты права, я совсем лишилась рассудка. У меня не хватит сил долететь назад.

Она зависла в воздухе, не понимая, что делать дальше. А на поляну тем временем вывалилось чудище вроде тех, которых я уже встречала раньше. Покрытый шерстью здоровенный вампир. Сразу следом выпрыгнул Альхзар и сомкнул челюсть на его голове. Душераздирающий вой быстро смолк. Я отвернулась, не желая видеть подробности, испытывая отвращение и вместе с тем жгучую ярость. Будто я сама только что прикончила ненавистное создание. Избавила родные земли от очередной заразы.

– Ты про него говорила? – выдохнула Ильнира. – Мне улетать? – добавила она неуверенно.

– Нет. Все в порядке. До дворца далеко?

– Три часа лету.

– А Аран?.. – спросила совсем неслышно.

– Он отбыл, – ответила Ильнира и опустила голову. – Но ты его эйни-тар…

– Ильнира, не надо!

– Тебе нужно к Бриту.

– Знаешь, мне уже все равно…

Мы приземлились, и я, пошатываясь, подошла к зверю. Погладила его, заглянула в глаза.

– И что она велит тебе?

Альхзар снова опустился на передние лапы, а затем и лег, вновь предлагая забраться на него.

– Поможешь? – повернулась я к Ильнире.

– Конечно, – сказала та и подтолкнула меня наверх.

– Ну что же ты, залезай! – велела ей.

Ильнира колебалась лишь мгновение. И как только она запрыгнула Альхзару на спину, тот поднялся и выпустил от шеи назад два длинных щупальца.

– Кхм, и что теперь?

– Думаю, надо за них взяться, – ответила Ильнира, неуверенно указывая на отростки.

– Ладно, – кивнула я еще более неуверенно и осторожно коснулась щупалец. И тут же будто глубоко нырнула в чужие, совершенно невероятные ощущения. Звуки, запахи, нереально яркие краски и четкие на километры вперед очертания. Большое сильное тело с шестью мощными лапами, жаждущее во весь опор нестись вперед.

Я открыла глаза, и «не мое» восприятие чуть притупилось, а в голове раздался не голос – едва различимый шепот. Зверь выражал непоколебимую готовность служить мне и ценою своей жизни защищать мою. Тарэйя проявила милость и ничего не требовала взамен.

– Тогда во дворец, – сказала я, оглянувшись на Ильниру, и Альхзар двинулся в путь.

Путешествие не было долгим, но, казалось, отняло у меня последние силы. Не магические – самые обыкновенные, жизненные. Ильнира буквально стащила меня со зверя и на руках отнесла во дворец. Омовение в чаше истины освежило, но ненадолго. В стабилизатор Брита я легла с облегчением и потаенной надеждой наконец отключиться, чтобы очнуться уже бодрой и полной сил. Увы, надежды не оправдались. Сознание не спешило покидать меня, а Брит мрачнел на глазах.

– Как?! – наконец не выдержал он. – Где?! Как тебя угораздило так опустошиться?! Ни единого повреждения. Ни на теле, ни в токах. Но ты абсолютно пуста!

– Я тоже рада тебя видеть, – прошептала я, морщась и надавливая пальцами на виски. – Только не кричи так, пожалуйста.

– Кристи, Ильнира сказала, тебя принес сам Альхзар. Зачем сюда? Я ничем не могу помочь! Если Тарэйя примет те…

Брит замолк на половине слова и сел, во все глаза уставившись на дверь. Я тоже повернулась туда и затрепетала от радости. Аран!

– Я же просил тебя оставаться во дворце, – сказал он грозно и в одно мгновение оказался рядом. Склонился надо мной, провел рукой по щеке. – Кажется, мне придется снова привязать тебя.

– Не буду возражать, – ответила тихо, наслаждаясь его прикосновениями. Как же я скучала!

– Во что ты опять вляпалась, неразумная? Нить дернула так, что я сорвался с заседания Совета магов Эквалена и потребовал лучшего ключника. Только не сразу понял, где ты.

– Они забрали, – всхлипнула я, – силу. Я чудом сбежала. И нашла деда! А потом снова потеряла.

Слезы потоком скатывались по щекам. Растерянный Аран подхватил меня на руки и крепко прижал к себе.

– Ты закончил? – спросил у Брита.

– Я ничего не могу, – развел тот руками. – Она не при смерти, но опустошена и обессилена до предела.

– Кристи…

– Ар, прости, – продолжала рыдать я. – Моя жизнь катится в тартарары. У меня ничего не получается! Я делаю только хуже и хуже.

– Глупая…

Он гладил меня по голове, терся носом за ухом и тихо шептал что-то почти неслышное. И это в самом деле помогало! Как же приятно, спокойно, умопомрачительно…

Я обхватила его шею руками, вдохнула знакомый, любимый запах и потянулась к губам. Ар откликнулся без заминок, сам припал к моему рту, целуя нежно и в то же время страстно.

– Начинается, – пробурчал Брит и пошел к выходу. – Кушетка в вашем распоряжении, – съязвил этот нахал и скрылся за дверью.

– Давно пора, – хмыкнул Аран, вероятно, имея в виду уход Брита. Так я думаю, да…

И вернулся к моим губам. Поймал верхнюю, чуть потянув и вызвав невольный стон. Зарылся пальцами в волосы и обхватил здоровенной ручищей мой затылок. Я терялась в ярких дурманящих ощущениях и с каждым мгновением все неистовее тянулась к нему. Желая стать еще ближе, впитать больше пьянящей силы…

– Отнеси меня к Тарэйе, – попросила, отстраняясь. Понимая, что опустошу его самого, если продолжу.

– Ты уверена?

– Да. Кажется, мы помирились, – улыбнулась я.

– Хорошо, – кивнул Аран и собрался взять меня на руки.

– Не в буквальном смысле «отнеси», – усмехнулась я. – Меня и так тут, мягко говоря, недолюбливают.

– Не говори глупости, Кристи. Пусть только посмеют оскорбить мою эйни-тар непочтением.

– Дойду сама, – сказала твердо и протянула ему руку. Аран нахмурился, но спорить не стал.

Меня все еще покачивало, но шла я с самым невозмутимым видом. Разве что ладонь Ара держала крепче обычного.

Проходя мимо того места, где Яги превращался в громадного монстра, я не сдержалась и горько всхлипнула. Аран остановился и очень серьезно посмотрел на меня.

– После Тарэйи ты все мне расскажешь. Все, Кристи. Достаточно тайн и недомолвок, это не приводит ни к чему хорошему. Ты слышишь?

– Да, – выдохнула я.

Аран удовлетворенно кивнул и повел меня дальше.

На выходе из дворца нас поджидал Альхзар. Несколько воинов в растерянности стояли неподалеку, явно не представляя, как быть. Я вопросительно взглянула на Ара.

– Мои крылья в твоем распоряжении, – сказал он. – Им я доверяю больше, чем твоей зверюге.

Я усмехнулась и подошла к Альхзару, приложила ладонь к склоненной морде.

– Ты свободен, иди. Я позову, если понадобишься.

Зверь постоял пару мгновений и двинулся прочь. И я не сомневалась, что он понял.

Аран обнял меня, расправил крылья и взмыл в небо. Затаив дыхание, я зажмурилась. От резкого взлета закружилась голова, но страшно не было. Ар не даст упасть.

– Далеко до поляны? – спросила немного погодя. Не для того даже, чтобы узнать. Как повод поднять глаза и заглянуть в его, утонуть хоть на мгновение в теплом искристом золоте. – Ты скучал? – вырвалось совершенно непрошеное.

– Кристи, – шепнул он, а я вдруг заметила ярко-голубое бескрайнее…

– Море?!

– Океан. Но мы не полетим над ним, не бойся.

– Он теплый?

– Разумеется, – усмехнулся Аран. – Русалы – те еще неженки.

– Ар! Аран, давай спустимся, пожалуйста!

Мне так захотелось искупаться в шипящей белой пеной воде, что в голосе прозвучали молящие нотки.

Аран растерянно посмотрел на меня, а затем резко ухнул вниз. Голова опять закружилась, но уже от восторга. Крепкие объятия Ара, свежий морской бриз и безупречный песчаный берег.

«Пусть эти мгновения длятся бесконечно», – попросила я. У неба, у набегающих на желтый песок волн и всех богов разом.

– Отвернись! – сказала, едва мы приземлились. Аран приподнял брови и не сдвинулся с места. – Оно длинное, – указала я на платье. – А под ним ничего… нет. То есть… Отвернись!

Насупилась, заметив хитрую усмешку в его глазах.

– Хм, – произнес принц, будто решая, в чем я буду смотреться выгоднее: в платье или без оного.

– Ар, мне безумно, просто до одури хочется искупаться! Пожалуйста! – воскликнула я и, когда он наконец выполнил просьбу, быстро стянула порядком истрепавшийся наряд.

– Но ты же не хочешь утонуть? – спросил он.

– А ты умеешь плавать? – сморозила я.

Аран расхохотался, а потом вдруг оказался совсем рядом, у меня за спиной.

Я замерла, прислушиваясь к мурашкам, бегущим вниз по рукам вслед за его прикосновениями. На мне не осталось ничего, кроме не самого целомудренного вида трусиков, и эта вынужденная нагота добавляла остроты ощущениям.

Аран слегка подтолкнул меня под лопатки, и так, не поворачиваясь к нему, я и вошла в воду.

– Это владения Дир-а-таля, – сказал Аран и, когда воды стало уже по грудь, развернул меня к себе. – Он покровительствует русалам.

– А как же… крылья? – спросила, борясь с желанием опустить руки ему на плечи.

– Все новое всегда создается единением двух начал, Кристи. Когда-то Дир-а-таль и Тарэйя создали нас, а потом… часть народа осталась с Лесной Девой на суше, а другая ушла за отцом в воду. Никто до сих пор не знает почему.

Аран наклонился совсем близко, обхватил мое лицо мокрыми от морской воды ладонями и поцеловал. И все другое вмиг перестало существовать. Ни богов с их причудами, ни грудой навалившихся проблем, ни тайн и горестей, ни даже щекочущих кожу пузырьков – только он и я. Сводящие с ума будоражащие прикосновения и счастье, наполняющее до краев.

Я прижалась крепче, уперлась ладонями ему в плечи и чуть приподнялась. Аран опустил руки мне на спину, сжал талию и хрипло выдохнул:

– Кристи…

– Да, – ответила я, понимая, что согласна сейчас на все, чего он захочет. Потому что хочу и сама.

Я улыбнулась и потянулась к его губам, но тут же испуганно отстранилась. Вода вокруг нас забурлила и вспенилась. Аран быстро, встревоженно огляделся и распростер над поверхностью свои огромные крылья. Но взлететь не успел. Поток с неистовой силой закружил нас, унося в толщу воды. Так глубоко, как здесь и не было вовсе!

Мгновение полной дезориентации – и мы вдруг оказались посреди цветочной поляны. Растерянные, мокрые и почти полностью голые.

– Что это было? – спросила я, прячась за золотистым крылом.

– Похоже, Дир-а-таль решил подшутить над нами. Надо же… Сам отворил водный переход. И ни куда-нибудь, а…

– Тарэйя? – догадалась я. Цветы под ногами, нежные и бархатистые, приятно холодили кожу, и кроме них в округе совсем ничего не росло.

– Да, – ответил Аран, и его крылья стали таять буквально на глазах.

– Подожди! – воскликнула я. Аран повернул голову, но я не позволила ему смотреть на себя. – Не убирай, – попросила тихо.

– Здесь безопасно, – сказал он, но крылья все же оставил.

– Можно я их потрогаю?

– Тебе правда этого хочется? – спросил он глухо.

– Очень! – ответила я и коснулась золотисто-коричневых чешуек. Потом провела по контуру крыла, там, где оно было толще. Спустилась дальше, слегка надавила.

– Ты чувствуешь?

– Больше, чем ты думаешь.

– Тебе неприятно? – испугалась я и сразу же убрала руки.

– Нет, Кристи. Очень приятно. Ты знаешь, что ведешь себя как сунтурка? – повернувшись ко мне, спросил он.

– Это хорошо или плохо?

– Неожиданно, – улыбнулся он. – Притягательно.

Его крылья сомкнулись у меня за спиной, а сам он встал так близко, что моя грудь уперлась в его.

Сердце бешено стучало, дыхание сбилось, а по телу расходились волны странной, никак не связанной с испугом или холодом дрожи. Аран смотрел неотрывно, пристально, и в глазах его кипела раскаленная лава. Но не обжигала – грела, будоражила, проникая, казалось, в саму кровь, заставляя ее бежать быстрее.

Дуновение теплого ветерка принесло розовый лепесток, затем еще один и еще. Мы с Аром одновременно подняли головы и увидели не просто змейку, а настоящий вихрь из искрящихся серебром пылинок и перламутровых цветов. Мгновение они кружили над нами, а потом разошлись в стороны и вдруг плотно облепили нас. Повисев так, искры словно впитались в крылья Ара, в его и мою кожу. Лепестки же вскоре опали.

– Что это? – пораженно выдохнула я.

Аран не ответил. Замер, уставившись в небо, усмехнулся чему-то и посмотрел на меня восхищенным, полным скрытого понимания взглядом. Бережно, едва касаясь, провел от скулы до подбородка, чуть приподнял его и прошептал:

– Эйни-тар.

Магическое сочетание, ибо больше я не принадлежала себе. Ему. Ему без остатка.

Обхватила мощную шею, приподнялась на носочках и выдохнула ему в самые губы:

– Мой тар.

– Несносная, неразумная, единственная, – ответил он тихо, и сердце пропустило удар.

Его губы накрыли мои, и голова закружилась от нахлынувших чувств. Но Аран не дал упасть. Подхватил на руки, а затем бережно уложил на ковер из цветов.

– Ар… – выдохнула я и непроизвольно подалась вперед, стремясь каждой клеточкой ощутить его. – Кажется, я больше не знаю, как жить без тебя.

Он чуть отстранился и задержался взглядом на моем лице, потом провел пальцами от шеи вниз, по ложбинке между грудями и до пупка.

– Ты уверена, Кристи? – спросил он хрипло.

– Это пугает, – шепнула я. – Это неправильно… Но да, Ар, я хочу именно этого.

Аран улыбнулся и поцеловал. Сначала в губы – страстно и требовательно, так, что стало тяжело дышать. Затем опустился к шее и ниже, к груди. Обхватил губами сосок и втянул его в рот, заставив выгнуться от неожиданно острых ощущений и томления внизу живота.

Я инстинктивно чуть развела бедра и схватилась за его плечи, кажется, впившись в них ногтями. Аран хмыкнул и скользнул рукой по моему животу в самый низ, под трусики. Где-то на самом краешке сознания мелькнула мысль, что это неловко и стыдно, позволять мужчине делать со мной такое, но желание огнем растекалось по телу, и, вместо того чтобы отстранить его руку, я сама приподнялась ей навстречу.

– Пожалуйста, Ар, – выдохнула, не в силах больше терпеть это мучительное блаженство.

Аран снова припал к моим губам и, не прерывая поцелуя, стянул с меня трусики. Потом отстранился, быстро снял брюки и, широко расправив за спиной крылья, навис надо мной. Коснулся руки, самым кончиком пальца провел от ключицы по груди вниз, оставляя след из морозных мурашек. Наклонился, жарко целуя в губы, шею, плечи, сжал талию и, согнув мои ноги в коленях, развел их в стороны. Погладил по внутренней стороне бедра, скользнул руками под спину, чуть приподняв, и вошел в меня.

Я дернулась и всхлипнула от резкой боли и… обиды.

– Потерпи, – прошептал он нежно и успокаивающе. И так же нежно поцеловал, отвлекая и давая время привыкнуть. Потом осторожно и не спеша начал двигаться, отчего боль удивительно быстро стихла, уступив место наслаждению.

Крылья Ара странно светились, и я чувствовала, как с каждым новым толчком от него в меня вливается сила. Теплая и лучистая, она наполняла и окрыляла меня саму. По телу растекались волны удовольствия, и, вторя им, в опустошенную душу текли струи живительной энергии.

Я уперлась ладонями в землю, и в спину вдруг ударил слабый импульс. Потом второй, третий, пока они не слились в целую реку силы, идущей уже от Тарэйи.

Бьющая в спину мощь богини, исходящие от Ара потоки силы – этот непередаваемый коктейль из ощущений пьянил и уносил далеко к звездам. Но только забирать казалось неправильным. Когда силы внутри стало так много, что от нее зазвенело в ушах, я поддалась внезапному порыву и ухватилась за основание распахнутых крыльев Ара.

– Люблю, – шумно выдохнула ему в губы, направив часть полученного в него.

Крылья Ара засияли ярче, а оранжевые глаза вспыхнули огненным светом.

– Моя, – хрипло прошептал Ар и сильнее сжал меня в объятиях.

Его движения все набирали темп, заставляя забыть и о даре Тарэйи, и о любой другой магии разом. Я терялась в никогда прежде не испытанных чувствах, парила и падала среди сверкающих искр, томясь и желая чего-то большего. Пока от последнего, самого сильного толчка сжатая до предела пружина внизу моего живота наконец не выпрямилась, взрываясь фейерверком головокружительных ощущений и разливаясь по телу ни с чем не сравнимыми легкостью и негой.

Ар удовлетворенно рыкнул и склонился к моему лицу. Потерся носом о волосы и, взяв мои ладони в свои, начал целовать пальцы, один за другим.

– Эйни-тар. Моя, – сказал он и, спрятав крылья, откинулся на спину.

Я положила голову ему на плечо и через некоторое время спросила:

– Ты… Сунтуры всегда делают это с крыльями?

– Нет, маленькая. Но на то была причина, – ответил он и снова меня поцеловал.