Глава 22. Поймать лжеца за руку
Веста смотрела на бездыханное тело царя и решительно не понимала, что чувствует. Не было ожидаемого триумфа, только безразличие, презрение и легкое удовлетворение, которое можно испытать к петуху, что на протяжении долгого времени кидался на тебя исподтишка в безуспешной попытке клюнуть за ногу, и вот настал его черед попасть в суп. Но если из трупа птицы можно извлечь хоть какую-то пользу, то от этого животного под личиной человека не было никакого проку.
Жалела ли она о содеянном? Определенно нет. И будь у Весты возможность сделать это еще раз, она бы сделала. Просто со временем ее чувства притупились, но ненависть никуда не исчезла.
Девушка хмыкнула и, поднявшись на ноги, подошла к окну. Замок, сдерживающий солдат на протяжении всего этого времени, в конечном итоге не выдержал и сломался, запуская охрану внутрь, но огненная стена, вспыхнувшая прямо перед их лицами, не позволила продвинуться дальше. Синее пламя послужило прекрасной защитой от полусонных и перепуганных стражников. Они дружно охнули и отступили назад.
- Вор! Несите воду! - кричал кто-то, размахивая руками.
Колдунья насмешливо фыркнула и села на подоконник, наблюдая за тем, как эти простофили пытались затушить морок. Будь это реальный огонь, он давно бы подкоптил потолок и поджег ковер, лежащий около кровати.
Вскоре среди одинаково одетых людей, беспомощно прыгающих возле входа, появилась еще одна личность разительно отличающаяся от остальных. Их взгляды встретились. Анастасий оказался как всегда спокоен и невозмутим, значит, ждал ее появления. А судя по тому, что не боялся стоять близко к огню, уже догадался о том, что он ненастоящий.
- Вот теперь мы в расчете, - улыбнувшись, одними губами произнесла девушка. Так, чтобы понял только брат. После чего махнула рукой, убирая морок, и оттолкнулась ногами от пола, выпав из окна. Когда до столкновения с землей оставалось всего несколько метров, на ее спине появились серые крылья и, подхваченная встречным потоком ветра, Веста взмыла вверх.
- В-ваше Высочество, ц-царь мертв! - заикаясь от волнения, констатировал прибежавший на поднятый посреди ночи шум лекарь.
- Я знаю, - цесаревич кивнул и подошел к распахнутому настежь окну, не одарив тело своего отца даже взглядом.
Роксана сбежала…
Она не пряталась и в открытую кружила над дворцом, с легкостью уворачиваясь от всех выпущенных в нее стрел.
- Ваше Высочество, я сейчас же соберу отряд для поисков нарушителя! - прибыв на место происшествия последним и разузнав обстановку, пообещал несколько побледневший глава стражи.
Анастасий понимал его реакцию, но объяснять ничего не стал. Во дворец проник посторонний, никто этого не заметил, и даже хваленая защита не сработала.
- Не стоит ее злить, - мужчина отрицательно покачал головой. - В случае сражения ты только солдат потеряешь.
- Но нарушитель, - растерянно повторил мужчина. - Он… убил царя.
- Отец умер естественной смертью, - отрезал Анастасий. - Это была Роксана, - тихо добавил цесаревич. В глазах подчиненного отразилось понимание. - Оставьте все как есть.
- Будет исполнено, - глава стражи послушно кивнул, больше не пытаясь возражать или перечить.
- Молодец, - Анастасий похлопал его по плечу и, безразлично улыбнувшись, вышел из комнаты, оставив шокированных и ничего не понимающих солдат наедине с остывающим телом бывшего правителя этой страны.
- Вот же неугомонные, - вслух пожаловалась девушка, пытаясь отдышаться после выматывающих пируэтов. Когда дыхание пришло в норму, Веста стерла со лба пот и спрятала крылья под полами плаща. Солдаты, конечно, туповаты, но бегают быстро и из лука стреляют неплохо. Петлять и наворачивать круги колдунье пришлось довольно долго.
Веста медленно выпрямилась и огляделась по сторонам в поисках преследователей. Она не знала, что за умник решил высадить яблоневый сад вокруг оборонительной стены, но это сыграло ей только на руку и послужило хорошим укрытием.
- Пригнись! - шикнули рядом. Неизвестный схватил Весту за полу плаща и резко дернул на себя. В следующую секунду на месте, где ранее стояла девушка, пролетела стрела и вонзилась в ствол дерева. Но шокировало колдунью далеко не это.
- М-макс? - надеясь на то, что ей просто послышалось, нервно позвала Веста.
- Хах… радует, что ты быстро меня узнала, - отстраненно отозвался напарник. И от его ответа девушке враз поплохело. Если Макс здесь, а не на ночном дежурстве, то это может означать только одно: он все знает.
Только не это!
Только не он…
- Макс, я могу все… - вырвавшись из захвата мужчины и повернувшись к нему лицом, попыталась оправдаться Веста, но столкнувшись с его взглядом, поняла, что ее слова только усугубят положение, и тут же смолкла. Голубые глаза, всегда смотрящие на нее с теплотой, сейчас источали только леденящий душу холод и непонимание, даже небольшие вкрапления зеленого на радужке исчезли без следа.
- Сначала выберемся отсюда, а потом поговорим. Если ты не забыла, то эти стрелы метили в твою голову, а не в мою, - спокойно напомнил брюнет и, больше не говоря ни слова, направился вглубь яблоневого сада.
У Весты предательски задрожали руки.
Если Макс отвернется от нее, то это будет концом всего. За годы, проведенные вместе, она настолько привыкла к мысли о том, что он всегда рядом и находится подле нее, что совершенно позабыла про то, что Морозов вовсе не обязан это делать, и может уйти в любую минуту.
Всю недолгую дорогу до окраины города, где до них уже точно никто не доберется, напарники провели в тишине. За это время Макс не проронил ни слова, лишь изредка оборачивался, желая удостовериться, что Веста плетется следом.
- У тебя опять кровь, - усадив девушку на ближайшую лавочку, выдохнул брюнет. - Зажми нос, а я пока куплю тебе лекарства и что-нибудь поесть.
- Макс, не уходи! - вцепившись в его ладонь, надломлено попросила девушка, боясь, что он больше не вернется.
- Сказал же, зажми нос, - раздраженно повторил колдун и, осторожно высвободив свою руку, ушел в неизвестном направлении, оставив Весту наедине со своими мыслями.
Когда мужчина окончательно скрылся из виду, девушка запоздало моргнула и, запрокинув голову назад, посмотрела на затянутое облаками небо, после чего выдохнула и потянулась в карман, вытащив на свет небольшой деревянный футляр с самокрутками. До этого они лежали в прикроватной тумбочке, как немое упоминание о вредной привычке, от которой ей удалось избавиться несколько лет назад, но сегодня утром Весте нестерпимо захотелось взять их с собой.
Как знала, что пригодятся.
Кровь по-прежнему стекала по подбородку и капала на колени, окрашивая светло-коричневые штаны в грязно-бордовый цвет. Но колдунье было решительно все равно. Впервые за долгое время ее единственным желанием было закурить, вдохнуть едкий дым и наполнить им свои легкие.
Из-за того, что на улице царила ночь, большинство лавок давно закрылись и больше не принимали посетителей, поэтому Максу пришлось заглянуть в постоялый двор. Еду мужчине с радостью завернули с собой, но вот за лекарства пришлось поторговаться. Потратив около пятнадцати минут на бесполезные споры, он не выдержал и продемонстрировал сварливой хозяйке ночлежки свой жетон. Женщина тут же переменилась в лице и, передумав препираться, предложила отдать все чуть ли не даром.
Довольно забавно наблюдать за тем, как люди быстро меняют тактику своего поведения, стоит им узнать, что человек, стоящий перед ними, не просто проходимец, а дознаватель, даже если проверка такого рода забегаловок не входит в перечень его обязанностей.
Забрав из рук подавальщицы два аккуратных свертка и расплатившись с ней за заказ, Макс поторопился вернуться. Веста, к его счастью, все также сидела на лавочке и крутила между пальцев догорающий окурок, изредка прикладывая его к губам и выдыхая клубы белого дыма.
- Ну и что ты делаешь? - мужчина забрал у девушки самокрутку и, затушив ее о лавочку, выбросил в кусты.
- Курю, - констатировала Веста. - А что, нельзя?
- Перестань меня нервировать, - ощутив, как дернулся правый глаз, искренне попросил колдун и, присев рядом, достал из свертка фляжку с водой и марлей. Намочив лоскут, Макс взял Весту за подбородок и подтянул к себе, принявшись оттирать ее лицо от крови.
- Я и не пыталась, - дернув уголком губ, возразила девушка.
- Не ерзай, - шикнул брюнет.
- Я думала, что ты ушел, - отведя взгляд в сторону, неожиданно призналась Веста, затем замолкла на какое-то время и тихо добавила:
- Дура.
- Дура, - согласился Макс, окончательно успокоившись и утратив желание устроить скандал. Хотя еще каких-то двадцать минут назад оно разъедало его изнутри. - Зачем же мне тебя бросать? Для начала я хочу узнать про твое прошлое и на этот раз, надеюсь, что обойдется без вранья, - не удержался от упрека колдун.
- И что конкретно тебя интересует? - Веста досадливо поморщилась и достала из футляра еще одну самокрутку.
- Правда.
- Правда… - глухо повторила колдунья. - Последние люди, знавшие об этой самой «правде», пытались задушить меня во сне, - усмехнувшись, поделилась Веста. - А знаешь, кто это был? Родители моей матери. Но раз хочешь подробностей, то смысла скрывать нет. Изначально я хотела сбежать не в Радиум, а в Террию. Агат… моя мать часто рассказывала о своей родне, даже пару раз карту рисовала, словно надеялась, что мы с сестрой сможем туда отправиться, поэтому для меня не составило труда разыскать их. Забавные старики… встретили с распростертыми объятьями, напоили чаем с сонными травами, а после попытались задушить… подушкой. К их большой неудаче, я быстро пришла в себя и снова сбежала, не найдя сил даже на то, чтобы врезать им хорошенько.
- Ты думаешь, что я после услышанного задушу тебя подушкой? - Макс забрал у Весты самокрутку и вложил в опустевшую ладонь сверток с едой.
- Не думаю, - девушка отрицательно покачала головой. - Но меньше от этого бояться не стала, - развернув кулек, неохотно поделилась колдунья. - Это чувство обвивалось удавкой на шее каждый раз, когда люди пытались расспросить меня о прошлом, независимо от того, насколько они были для меня близки... Как много ты узнал? - впервые посмотрев Максу прямо в глаза, сухо спросила Веста. Ее взгляд смотрел сквозь мужчину. Казалось, что отвечала она тоже по инерции.
- Только то, что ты единственная дочь царя и царицы, которая погибла не то выбросившись из окна своей комнаты, не то сорвавшись с обрыва, - язык брюнета ворочался медленно и почти не слушался.
- Что ж… Я и вправду дочь того ублюдка, вот только моя мать была не царицей, а всего лишь удерживаемой против воли наложницей. Обычная девчонка, которая приехала в Лениум для учебы… И не вовремя попалась на глаза моему отцу. Ей едва исполнилось шестнадцать, когда она попала во дворец без возможности сбежать или хотя бы выйти на улицу. Мы с Эдной появились на свет спустя год в результате постоянных побоев и насилия. А знаешь, для чего этот ублюдок провернул все это? - Веста затравленно улыбнулась и провела рукой по волосам. Ее мать была блондинкой, а она, переняв сущность небожителя, стала пепельной. Такой же цвет волос был у ее бабки.
- Хватит, - поняв, что состояние девушки не самое подходящее для разговора, попросил Макс. - Давай вернемся.
- Не хватит, - бросив на мужчину вполне осознанный взгляд, уверенно произнесла девушка. - Ныне мертвое тело, что начинает потихоньку разлагаться, лежа в своей кровати, таким образом пыталось добиться признания и доверия со стороны народа. Его предшественника убили во время восстания, потому что всплыла правда о том, что растерзанный людьми царь ставил опыты над своими подчиненными, но его сыну удалось избежать смерти и даже сесть на трон. Положение Клода было шатким, только эта мразь нашла выход из ситуации. Он решил воспользоваться древней легендой и выставить себя наместником бога. Помнишь детскую сказку о том, что если в семье людей или тем более миренов родится дитя с крыльями, то это значит, что их под свое покровительство взяла богиня Жива?
- Только не говори мне, что он... - Макс так и не смог закончить свою мысль. По телу побежали мурашки, и его передернуло от омерзения.
- Именно, - кивнув, подтвердила Веста. - В царском роду когда-то были мирены, даже предок из императорской семьи мелькал, а вот небожителей не зачесалось. Цвет глаз, как видишь, я унаследовала от него, но кто будет во всем этом разбираться, тем более простой народ, что в период засухи и кризиса готов поверить во что угодно? Проще похитить несмышленую девчонку, изнасиловать ее и получить долгожданное дитя. А тут бац, и такая неудача, мало того что детей оказалось двое, к тому же обе девочки, так еще и без крыльев. Облом по всем фронтам, - фыркнула колдунья. - Склонность к магическим способностям проявляется в возрасте от семи до девяти лет, поэтому до того момента мы жили более-менее спокойно, если, конечно, это можно обозначить таким словом. В семейное древо внесли только одно имя, которое принадлежало нам обеим, но Клод называл меня Роксаной чаще, чем Эдну, потому что мне повезло родиться первой. В будущем все равно планировали избавиться от одного ребенка. Два вызвало бы слишком много вопросов. Моя магия пробудилась в день, когда нам устроили последнее испытание. Эдна оказалась обычным человеком без способностей, и ее без малейших зазрений совести сдали на опыты, а на следующий день Агата повесилась на люстре в собственной комнате. В то время светочи были не белыми, а грязно-желтыми. Их ничем не закрепляли, а просто укладывали в специальные металлические чаши. Пару штук выпало и разбилось… - погрузившись в прошлое, задумчиво добавила Веста, но затем пришла в себя и посмотрела вдаль. - Да. Я лгала тебе. У меня есть два живых брата, и я не из крестьянской, а царской семьи. А еще мой папаша оказался гораздо хуже, чем какой-то разорившийся пьянчуга, хотя пьяницей он тоже, к слову, был.
- …Поешь, а то скоро остынет, ты наверняка голодна, - не в силах сказать что-либо еще, предложил Макс. - Угу, - девушка слабо кивнула, разворачивая сверток и принимаясь за еду. - Ты, как всегда, оказался чересчур внимательным.
- Обсудим это, когда вернемся домой, - произнес мужчина, больше не желая задавать вопросы. Весте было трудно, и он ощутил укол вины за то, что довел ее до такого состояния.
Это была месть за мать, за сестру и за себя саму.
И, как ни странно, Макс ее прекрасно понимал и… принимал.
Брюнет нахмурился, не зная, как поступить дальше, и, тяжело вздохнув, обнял напарницу со спины. Девушка на мгновение замерла и повернула к нему голову.
- Что ты делаешь? Мне не нужны утешения.
- Привожу мысли в порядок, доедай давай, - шикнул Макс, но рук с талии Весты не убрал. Легкая дрожь, сковавшая ее тело, вскоре стихла, а мышцы расслабились, и колдунья позволила себе облегченный вздох, но уже в следующее мгновение она подавилась и закашлялась, прикрыв рот ладонью. Когда приступ спал и девушка отняла руку от лица, из уголка губ по подбородку потекла струйка крови.
- Ну еп твою мать! Веста! - Макс подорвался на ноги и зашептал заклинание, собираясь проверить состояние ее внутренних органов. - Только не говори, что ты умираешь.
- Не паникуй, это не ранение, и я не умираю, - перехватив руку мужчины, с легкой полуулыбкой ответила колдунья и вытерла рукавом кровавые разводы на подбородке. - Я в порядке.
- В порядке? Ты это называешь в порядке?! - взяв ее за окровавленное запястье и тряхнув им в воздухе, чудом не срываясь на крик, охрипшим от волнения голосом возмутился брюнет. - У тебя всю неделю было такое состояние, а теперь говоришь, что все в порядке?
- Да, - невозмутимо подтвердила Веста. - Просто из меня перестали тянуть жизненные силы, вот и случился отток.
- Ты что… отдала четырнадцать лет своей жизни этому ублюдку!?
- Не четырнадцать, а десять. Яд подействовал не сразу.
- Ты меня до могилы хочешь довести? - сдерживая острое желание отвесить ей увесистый подзатыльник, раздраженно спросил Макс, прожигая напарницу пристальным взглядом.
- Дыру ты во мне все равно не проделаешь, - искренне рассмеявшись, ответила Веста. - У меня большой запас жизненной энергии, поэтому не волнуйся. Мне просто хотелось, чтобы он подольше помучился.
- Прошу тебя, не выкидывай больше ничего подобного. Мое больное сердце этого не выдержит, - мужчина тяжело вздохнул и отпустил ее руку, отменяя заклинание. Как она вообще умудрилась поделиться с кем-то своей жизненной энергией?
Жизненная энергия – не магия. Она что-то вроде счетчика, который определяет, сколько лет сможет прожить человек. Когда ребенок находится в утробе матери, он потребляет жизненную энергию родительницы, а его собственный запас окончательно формируется во время рождения.
Раньше предполагалось, что чем больше в человеке магии, тем длиннее его жизнь.
По большей части это правда, но иногда случаются исключения: даже у обычного ребенка без каких-либо способностей объем жизненной энергии может оказаться невероятно велик. Например, небожители, мирены и колдуны в среднем живут около ста пятидесяти – двухсот лет, а люди около девяноста, но может случиться и обратное.
- Твое сердце здоровее всех здоровых, - напомнила Веста. - И с тем запасом, что у меня остался, я проживу еще с сотню лет.
- Веста... - помассировав переносицу, простонал Макс.
- Хорошо, больше не буду тебя так пугать, - подняв руки в примирительном жесте, сдалась девушка. - Ты так говоришь, будто я это специально делаю.