Глава 13

Ужин подавали в бывшем бальном зале. Энн вместе с семьей, друзьями и другими жителями Суинтона расположилась за длинным столом у окна. Она была рада, что сидит далеко от хозяев, иначе все время оборачивалась бы, чтобы посмотреть на Рэя.

Она сидела между Колином и возлюбленным Вики. Энн показалось, что Грэм похож на рассеянного профессора, но на самом деле он работал внештатным редактором в нескольких издательствах.

— А ваши авторы вообще имеют право голоса при выборе обложек и названий своих книг? — спросила она, когда разговор зашел о его работе.

— На этот вопрос я не могу дать однозначный ответ, — задумчиво произнес Грэм, делая глоток красного вина. — По моему опыту, это не гарантировано контрактом, но большинство как минимум высказывают свое мнение. Учитывается ли оно — это уже другой вопрос. — Он пожал плечами. — Обычно им приходит электронное письмо, где написано: «Вот ваша новая обложка. Надеемся, она нравится вам так же, как и нам».

— И сколько людей отвечают «нет»? — поинтересовалась Энн. Она привыкла сама принимать решения на каждом этапе издания своих книг. Наверняка ей будет трудно принять обложку, которая не на сто процентов соответствует ее ожиданиям.

— Есть и такие. Особенно среди успешных авторов, которые пользуются определенным авторитетом у издательства. Новички же, напротив, не так уверенно отстаивают свои интересы. — Он бросил на нее испытующий взгляд. — Почему ты спрашиваешь? Хочешь написать книгу?

— Разве не все этого хотят? — возразила Энн.

Грэм рассмеялся.

— Точно не я, особенно с тех пор, как узнал, какой это труд!

Их разговор прервал официант, подававший первое блюдо: вегетарианский хаггис[2] из ячменя, чечевицы и пряных трав, завернутый в тончайшее слоеное тесто, а также филе лосося, маринованное в виски, с шотландскими овсяными лепешками, каперсами и горчично-укропным соусом. Шеф-повар определенно был смелым! Не зря Рэй его нахваливал. Лосось был восхитительным, как и остальные блюда: сливочный суп с копченым луком-пореем, курица в глазури из виски с пловом из ячменя и панакота с прослойкой кранахана[3].

Айла, выбравшая вегетарианское меню, тоже была в восторге.

— Может, нам пожениться в поместье Суинтон? — сказала она Алексу, и Энн заметила, как Колин побледнел.

— Ты не могла подумать об этом раньше? — спросил он.

— Зачем?

— Чтобы я успел продать родительский дом, — сухо пояснил Колин. — Иначе я едва ли смогу позволить себе устроить здесь свадьбу.

— Ах, папа! — хихикнула Айла. — Да это я так, к слову. Хотя…

После ужина Деннис объявил об экскурсии по поместью Суинтон.

Энн подавила стон. Конечно, ей тоже было любопытно посмотреть на отель, но она бы предпочла, чтобы музыкальная группа, которая уже обеспечила ненавязчивый аккомпанемент для ужина, переключилась на танцевальную музыку и началась более непринужденная часть вечера.

Ей непременно нужно поговорить с Рэем и расспросить его о сундуке. Несмотря на то что Энн, получив письмо от леди Гарриет, жаждала приступить к работе над новым романом, она так и не написала ни строчки. Ее будто околдовали! Каждый раз, садясь за ноутбук и размышляя о возможном сюжете, она чувствовала полнейшую пустоту в голове. Только когда она узнает больше об истории свадебного платья, ее вдохновение наконец-то проснется!

Гостей было так много, что их пришлось разделить. Одна группа присоединилась к Рэю, другая — к светловолосой женщине, которую Рэй представил как свою помощницу, Шивон. Деннис сопровождал третью группу, в которую вошли Энн и ее семья, Карл, Кларк, Нанетт, лорд Спенсер и Би Эббингтон с личным тренером.

Экскурсия началась в библиотеке — просторном помещении с высокими стеллажами, большим камином и уютными кожаными креслами. В углу стояла барная стойка из красного дерева, на которой сверкали бокалы и серебряный барный инвентарь. С книжных полок позади барной стойки убрали книги, а на их месте расставили разнообразные спиртные напитки и вина.

— Если не считать бара, здесь все выглядит точно так же, как раньше! — воскликнула Нанетт. Она шла впереди вместе с лордом Спенсером, следуя за Деннисом, и от волнения ее щеки пылали румянцем, словно спелые яблоки.

— Думаю, вы многое здесь узнаете, — услышала Энн голос сына Рэя. — Мы постарались сохранить все в первозданном виде. — Он производил впечатление приятного молодого человека.

После библиотеки Деннис показал гостям несколько из двадцати гостевых номеров. Больше всего Энн понравился люкс «Хайленд» с балконом, с которого открывался потрясающий вид на окрестные долины и холмы. В номере были гостиная и просторная спальня с роскошной кроватью под балдахином с шотландским тартаном. Смежная ванная комната была отделана мрамором и оборудована отдельно стоящей ванной и душевой кабиной с тропическим душем.

Би тоже пришла в восторг.

— Нам непременно нужно как-нибудь снять этот номер, милый! — воскликнула она, обращаясь к своему спутнику.

Эта женщина и впрямь была противной — очень шумной и крикливой. Энн раздражало и то, что стоило ей приблизиться, как Би постоянно на нее таращилась. «Почему она так на меня смотрит?» — недоумевала она. Выйдя в сад, она старалась держаться от писательницы на максимально возможном расстоянии.

— Я и представить не мог, что сад такой огромный, — восхищенно заметил Колин.

Пройдя через фруктовый сад, а затем через живописный розарий в полном цвету, они направились к бывшему гостевому дому, переоборудованному в небольшой спа-комплекс. Теплые земляные оттенки и натуральные материалы создавали уютную атмосферу. Открытые балки подчеркивали исторический облик здания. Здесь были сауна, джакузи, три кабинета для массажа и спа-процедур, а также открытая площадка, плавно переходящая в сад. Отсюда открывался вид на маршевые луга и море.

Пока Колин, Айла и Алекс прогуливались по саду вместе с другими гостями, Энн немного отстала, устремив взгляд вдаль. Вечерний свет окутал пейзаж теплым золотистым сиянием, а низкое солнце отбрасывало сверкающие блики на море, зеркальная поверхность которого лишь узкой полосой виднелась вдали. Легкий летний ветерок ласкал лицо Энн, принося с собой нежный аромат соленого морского воздуха в сочетании со сладким запахом роз.

Несмотря на теплую погоду, Энн крепко обхватила себя руками. Каждая мышца болела от напряжения. Ранее в бальном зале, когда все встали и приготовились к экскурсии, взгляд Рэя несколько секунд блуждал по комнате, и она задумалась, не ее ли он ищет. Но затем Рэй подошел к своей ассистентке и перекинулся с ней парой слов.

Энн мечтательно смотрела на море. Где-то вдали, за пеленой морского тумана, всего в двадцати пяти милях по прямой, лежал остров Мэн. Там, на острове между Шотландией и Ирландией, Энн выросла на ферме Медоувью, среди овец, коров и кур. Береговая линия с высокими скалами и дюнами, покрытыми песколюбкой, была куда более дикой и нетронутой, чем в Приграничье.

Суровая красота острова Мэн почти иронично отражала связь между Энн и ее родителями. Жизнь на ферме была далека от идиллического образа ранчо с пони. Эдмунд и Маргарет изо всех сил старались подготовить Энн и ее младшего брата Томаса к непростым условиям жизни на ферме. Они ни в коем случае не относились к детям равнодушно. Но Энн и Томас не получали той заботы и внимания, которые были в других семьях и которые позже познала Айла. Родители Энн всегда прятали свои чувства и переживания и ожидали того же от детей. «Сильная душа не знает боли» — одна из фраз отца, которую Энн запомнила лучше всего. Несмотря на все трудности, она не жалела о своем детстве на острове, но в подростковом возрасте с нетерпением ждала возможности уехать.

Энн положила ладони на кованые перила, наслаждаясь исходящей от них прохладой. Странно, что она вдруг вспомнила об этом именно сейчас. А может, не так уж и странно. После встречи с Рэем прошлое настигло ее.

Сразу после окончания школы она переехала в Белфаст и начала изучать модную журналистику. Этот курс идеально сочетал в себе две ее главные страсти: моду и писательство, — и именно благодаря учебе она и познакомилась с Рэем.

Энн улыбнулась, вспоминая их первую встречу на благотворительном показе мод. Он проходил в тюрьме Крамлин-Роуд, бывшем исправительном учреждении, где, несмотря на оживленную атмосферу мероприятия, всё еще ощущалось мрачное прошлое этого места, вызывая у Энн смесь восхищения и тревоги.

После показа Энн и ее лучшая подруга Мойра прогуливались по бывшим камерам, любуясь дизайнерскими вещами, выставленными на манекенах.

Рэй стоял к ним спиной, и сначала Энн приняла его за один из манекенов. Но затем он пошевелился, и она вскрикнула. Смущенный тем, что так ее напугал, Рэй пригласил их с Мойрой выпить. Энн узнала, что родители Рэя не только владели старинным отелем «Фицпатрик» в центре города, мимо которого они так часто проезжали, но и спонсировали кейтеринг на показе мод.

— Энн? — раздался тихий вопросительный оклик за ее спиной.

Энн резко обернулась.