Глава 28

— Ты? — Если бы Энн заявила Колину, что она реинкарнация Христофора Колумба, он вряд ли бы так удивился. На мгновение он коснулся ее лба, словно проверяя, нет ли у нее жара, а затем снова взглянул на экран телефона. — Там даже имени твоего нет.

— Я пишу под псевдонимом. Вот другие мои книги. — Энн показала их ему.

Колин все еще выглядел совершенно озадаченным.

— Когда ты все это написала?

— За последние несколько лет. Когда я начинала, Айла еще училась в школе.

— Но тогда мы еще были женаты! — Энн видела, что он изо всех сил пытается собрать воедино отдельные фрагменты пазла. — И когда ты успевала писать?

— Пока Айла была в школе, а ты на работе. Времени у меня хватало, — сказала Энн с улыбкой, чувствуя, как пересохло во рту.

Колин покачал головой.

— Айла знает?

— Нет. Я рассказала только Шоне, и то лишь год назад.

Колин обнял руками колени и уставился в пустоту.

— Почему ты ничего мне не сказала?

Энн сглотнула.

— А ты бы с пониманием отнесся к тому, что твоя жена пишет неприличные любовные романы для взрослых и публикует их в формате электронных книг?

Он пожал плечами:

— Почему нет?

Энн поморщилась.

— Да потому, что в Суинтоне электронные книги считаются делом рук дьявола. Потому что на основе моих романов твои пациенты могли бы делать выводы о нашей личной жизни.

— Мне было бы все равно, — сказал он и спустя несколько мгновений тихо добавил: — Я думал, у тебя роман.

— Что? — Энн уставилась на него. — Почему ты так решил?

— Из-за всей этой скрытности… Ты подолгу сидела в телефоне и тут же убирала его, когда я входил в комнату, или закрывала ноутбук. Что еще я мог подумать?

— Ты ни разу не заговаривал об этом.

Он снова пожал плечами.

— Может, я просто не хотел знать правду. — Он посмотрел ей прямо в глаза. — Но теперь хочу! У тебя был роман?

— Нет! — Энн никогда не приходило в голову, что он может так подумать. — Все, что ты видел, связано только с книгами.

Колин немного помолчал, а затем усмехнулся.

— Можно еще раз взглянуть на твои книги?

Он взял ее телефон и пролистал список.

— Они доступны только в электронном виде? — уточнил он.

— Нет, я печатаю книги по запросу. Почему ты спрашиваешь?

Уголки губ Колина дрогнули в улыбке.

— Кажется, моя мама читает твои книги. Я навещал ее вчера и заметил одну из них на прикроватной тумбочке. Кажется, вот эту! — Он указал на «Сердце горца». На обложке была изображена молодая пара, страстно целующаяся на фоне высокогорья.

Энн пренебрежительно махнула рукой.

— О, эти исторические любовные романы почти все одинаковые. — Мысль о том, что ее бывшая свекровь, которая теперь жила в доме престарелых недалеко от Ньютон-Стюарта, читает ее романы — а значит, и любовные сцены, — не приносила удовлетворения.

Она снова посмотрела на Колина.

— Прости, что не сказала тебе, что пишу книги. И особенно за то, что из-за моей скрытности ты подумал, будто у меня роман. — Она помолчала. — Все как-то само собой сложилось. Вначале я писала только для себя. Я чувствовала себя такой одинокой, целыми днями сидела дома, и мне нечего было делать. Айла уже выросла и могла обойтись без меня. Ты пропадал на работе. Мои истории дали мне возможность сбежать, пережить приключения, завести роман с этим привлекательным горцем, не изменяя тебе.

Колин рассмеялся, но тут же снова стал серьезным.

— О том, что тебе одиноко, ты тоже могла мне сказать. Знаешь… — Он опустил взгляд на свои сложенные ладони, затем снова посмотрел на нее. — Мы знакомы уже столько лет — больше двадцати. У нас есть Айла, и, как сказала бы моя мама, мы не один пуд соли вместе съели. И все же я всегда чувствовал, что не могу до тебя достучаться. Что не знаю тебя по-настоящему.

Энн смущенно молчала, а Колин глубоко вздохнул.

— А теперь скажи мне, как твои книги связаны с паническими атаками? — спросил он, выпрямляясь. — Ведь именно поэтому ты мне все рассказала.

— Ах да. — Его слова эхом отдавались в ее голове. Неужели она действительно держала его на расстоянии? Энн всегда думала, что Колин знает о ней все. Ладно, она ни словом не обмолвилась о своей несостоявшейся свадьбе, а позже — о писательстве, мечтах и стремлениях.

Она отбросила эту мысль и глубоко вздохнула. Затем она выложила Колину все: о статье в «Хрониках книжного мира» и конкурсе, об ажиотаже в книжном клубе и, наконец, о визите Би в ее магазин и попытке шантажа.

— Эта женщина совсем с ума сошла? — с ужасом воскликнул Колин, когда она закончила. — Ни в коем случае не соглашайся на это!

Энн попыталась улыбнуться.

— Даже если меня вымажут в смоле и перьях и выгонят из города?

Колин тихонько усмехнулся.

— Ты преувеличиваешь. Зачем тебя выгонять, если ты просто выпускаешь электронные книги?

— Вспомни тот Kindle в «Читающем лисе», который Патриция продырявила выстрелом из дробовика! — напомнила Энн. — Я не хочу, чтобы со мной случилось то же самое. Видел бы ты лицо Рози, когда Эвелин высказала идею почитать одну из моих книг в книжном клубе! Как будто она предложила всем вместе посмотреть фильм для взрослых.

Колин усмехнулся.

— Вряд ли Рози можно считать эталоном.

— Может быть, ты и прав, — признала Энн.

— Как всегда, — ответил Колин, ухмыляясь.

— Как обычно.

Они улыбнулись друг другу, и Энн почувствовала, будто с ее плеч свалился огромный груз. Внезапно вся эта ситуация показалась ей не такой уж и страшной. Если Колин отнесся к этому так спокойно, возможно, и жители деревни отнесутся с пониманием, и раскрытие псевдонима не приведет к ужасному скандалу, которого опасалась Энн. Она не помнила, когда в последний раз они с Колином так непринужденно общались, и ее охватило умиротворение.

— Проголодалась? — спросил он.

Энн кивнула, и на этот раз это было правдой.

Кухня наполнилась манящим ароматом картофеля с розмарином. Хотя Колин предлагал ей остаться на диване, Энн настояла на том, чтобы встать и накрыть на стол. Посуда так и стояла на прежнем месте в шкафу. Если не считать того, что они с Колином больше не вместе, здесь как будто бы ничего не изменилось.

Однако легкая меланхолия, охватившая Энн, не снизила ее аппетита. Опустошив тарелку, она попросила у Колина добавки.

— Ты всегда хорошо ела, — сказал он с улыбкой.

Энн наколола на вилку несколько листьев салата.

— Это все моя деревенская натура, — проговорила она, отвлекшись от жевания. — Но с тех пор как я призналась тебе, что я Поппи Делакруа, мне стало гораздо лучше.

— И станет еще лучше, когда ты расскажешь всем. — Он подмигнул ей. — Но только не забудь упомянуть, что я послужил вдохновением для любовных сцен.

Энн обрадовалась, что Колин отнесся к этому с юмором. Такого она не ожидала. Может, она знала бывшего мужа не так хорошо, как ей казалось?

— Я что-то волнуюсь, — призналась она.

— Не стоит. Все будет хорошо, вот увидишь! Правду о тебе воспримут гораздо позитивнее, чем ты думаешь. В конце концов, ты же не «Пятьдесят оттенков серого» написала.

— И очень жаль, — вздохнула Энн. — Тогда я бы уже была мультимиллионершей, а по моим книгам сняли бы кино.

Колин покачал головой:

— А я очень этому рад! Я совсем не против, чтобы люди считали меня твоим источником вдохновения, но, если бы мои пациенты думали, что я привязывал тебя к кровати, они наверняка утратили бы ко мне доверие. — Он широко улыбнулся, и в уголках его глаз появились тонкие морщинки. — Но если серьезно: ты действительно можешь гордиться собой. Я видел количество отзывов на твои книги — и почти все положительные.

— И всё же было бы здорово написать что-то другое, менее тривиальное. Мне хочется развития. — Энн замялась. — Мне поступило предложение написать более сложный роман, — сказала она. — От издательства «Маклауд и Данлоп». Редактор узнала о моем бутике благодаря статье в журнале Style Magazine. — Энн рассказала Колину о визите леди Гарриет в ее магазин и о проекте романа.

— Это потрясающе! Поздравляю!

Его искренний энтузиазм тронул ее.

— Надеюсь, она не утратит интереса, когда узнает, что я уже публиковала исторические любовные романы под псевдонимом, — продолжила Энн. — Издательство ищет свежий, оригинальный голос. — Она вздохнула.

— Издательство должно радоваться, что ты опытная писательница! — возмутился Колин. — О каком предмете гардероба будешь писать?

Энн замялась. На мгновение она подумала, а не притвориться ли, будто она пока не знает. Возможно, стоит еще раз поговорить с леди Гарриет и попросить разрешения написать о другом наряде. Нет. Пора заканчивать с секретами и недомолвками.

— О платье от Валентино, — ответила она.

Колин замер.

— О платье, которое Айла хочет надеть на свадьбу?

Энн кивнула.