Эпизод 8. Глава 5

Однако не успела Констанция разразиться новой тирадой, как дверь, ведущая к квартирам, открылась. На пороге стояла миловидная круглощекая девушка с ярко-розовыми волосами. Вид у нее был домашний: бархатные штаны, толстовка, собранные гармошкой на щиколотках теплые носки, пушистые тапочки. Увидев Констанцию, она радостно воскликнула:

— Наконец-то! Я думала, вы уже вообще не приедете.

Затем она схватила Констанцию за руку, изобразила два фальшивых поцелуя и с радостным «приветики» потащила за собой.

Кинг и Аврелий не отставали.

— Короче, он в кухне, пою чаем, чтобы не сбежал, — сообщила девушка, жуя жвачку. — Капец, он секси, конечно, еще немного, и я бы вам уже не открыла, если понимаешь, о чем я…

— Ну, что ждете? — бросила Констанция Кингу раздраженно. — Вы слышали, персонаж в кухне.

Он подарил ей внимательный взгляд, затем все же разулся и прошел вглубь квартиры.

— Погодите, я хочу посмотреть! — взвизгнула хозяйка и побежала за Артуром.

Через минуту все было сделано, Кинг вернулся в прихожую.

— Пока, Маруся, — сказала Констанция, жестом предлагая коллегам покинуть чужое жилище.

— Да ты что! Даже не зайдете? — Маруся схватила Аврелия за рукав. — В этот раз только чай! Я хочу все узнать про книжников!

Артур еще более внимательно посмотрел на Констанцию и любезно произнес:

— Разумеется. Чай — это всегда хорошая идея.

Констанция обреченно вздохнула и, разувшись, тоже прошла в кухню.

— Маруся уже создавала разрыв, — поспешила она объяснить, не успев даже сесть за стеклянный стол, накрытый розовыми салфетками.

— Три года прошло! — воскликнула хозяйка, суетливо ставя перед гостями чашки.

— Я услышала знакомый адрес, когда вы обсуждали его с Христофорой Николаевной, решила тоже выехать, — пояснила Констанция безразлично, чтобы показать, насколько незначительной ей представлялась ситуация.

Кинг чуть сощурился.

— Здесь есть что-то еще… — проговорил он.

— Ничего здесь нет. Маруся — книжный блогер. Много читает, очень эмоциональна. Вы сами знаете, что некоторые люди склонны создавать разрывы и делают это повторно.

— Но эти люди не должны поить персонажей чаем, пока мы к ним едем… — справедливо заметил Артур.

— Ой, — Маруся присела на свободный стул. — У тебя из-за меня проблемы?

Констанция покачала головой. «Проблема» — слишком громко сказано, но она действительно обошлась бы без того, чтобы Кинг узнал подробности того дела. А он бы узнал, явись к Марусе один.

В прошлый раз Констанция попала сюда, будучи стажером. Кинг к тому времени уже позволял ей брать собственные дела. В три часа ночи случился разрыв, и по свету в единственном окне высокого дома Констанция без труда вычислила квартиру, в которой находился читатель.

Маруся впустила Констанцию без вопросов, кажется, слишком потрясенная тем, что случилось. Они, как и сейчас, прошли в кухню, где сидела женщина, мать Маруси. Так пояснила сама читательница.

Ища способ выяснить, что случилось, тогда еще неопытная книжница, Констанция согласилась на бокал вина. Маруся и ее мать тоже пригубили. За житейскими разговорами, какими-то удивительными историями и откровениями от Марусиной мамы, Анны, о ее то ли муже, то ли возлюбленном Алексее, Констанция честно пыталась разобраться, как же случился разрыв, и кто сбежал. В этой бесконечной болтовне она и сама, кажется, сболтнула лишнего. Однако признание в том, что была книжницей, охотившейся на книжных героев — сделанное исключительно под вредоносным влиянием алкоголя — помогло выяснить правду. Оказалось, что Анна и была персонажем. Маруся солгала, напуганная случившимся, поскольку решила, что у нее поехала крыша.

Констанция надеялась, что Кинг никогда не узнает, как она два или три часа не могла распознать в собеседнице Анну Каренину. Халат дамы, конечно, выглядел весьма аристократично, но подобная модель была вне времени. Речь ее тоже показалась немного странной, но, выросшая в Питере и отучившаяся на филфаке, Констанция повидала всякого.

Выяснив личность Анны, Констанция оказалась перед новой трудностью: как воспользоваться ловцом, чтобы Маруся ничего не увидела? В тот вечер было раскрыто слишком много секретов и стоило избавить свидетельницу от демонстрации взаимодействия персонажа и ловца.

Все, что удалось придумать — дождаться, пока хозяйка квартиры выйдет в туалет. По счастью, долго ждать не пришлось. Когда Маруся вернулась, и Анны, и Констанции след простыл.

Теперь, спустя три года, Констанция услышала, куда собирался Артур, и почувствовала необходимость сопроводить его. Хотелось убедиться, что все пройдет гладко, и Маруся не расскажет лишнего.

— Мне пришлось немного приоткрыть тайну нашей работы, чтобы закрыть дело, — нехотя пояснила Констанция Кингу на его замечание.

Она сделала глоток чая и любезно улыбнулась Марусе:

— Но ничего сверх сказанного тогда я тебе поведать не могу, так как это секретная информация. Так что спасибо за чай, постарайся в следующий раз читать равнодушнее.

— А вы, Констанция, можете идти, — заметил Кинг. — Я сам разберусь и вызову Брэдбери, если понадобится.

Она сжала зубы: решил вынюхать все подробности прошлого дела. Так она их и оставит!

— Все уже и так ясно, в Брэдбери нет необходимости.

— Сам разберусь. В конце концов, это мой вызов, не ваш, — напомнил Артур.

— Там дождь…

— Теперь можете не изображать ложную заботу. Мы уже выяснили, что вы лишь хотели проверить знакомый адрес.

Констанция со звоном поставила чашечку на блюдце:

— Прогоняете меня из чужой квартиры? Не много ли вы на себя берете, Артур?

— О, вы тот самый Артур? — воскликнула вдруг Маруся, отчего желудок Констанции завязался в узел.

Чего еще она успела наговорить в прошлый раз? И какого черта Маруся все это запомнила?

Кинг в свою очередь воззрился на хозяйку квартиры с нескрываемым любопытством. Маруся, к счастью, поняла, что сказала лишнего, и, хихикнув, замолчала.

Но теперь Констанция тем более не могла оставить их наедине. Она принялась убеждать Кинга, что им стоило вместе вернуться на работу, когда телефон Аврелия зазвонил. Это была Арина, которая сообщала, что недалеко от Библиотеки произошел разрыв, и что если они с Констанцией хотят, могут взять его.

В груди все вспыхнуло от возбуждения: Констанция вскочила, готовая бежать по любому адресу, несмотря на дождь и сильный ветер. Но довольный Кинг, поудобнее устроившийся на стуле, подпортил боевое настроение.

— Что вы надеетесь выяснить? — произнесла она холодно. — Вы знаете все мои главные секреты, но они уже давно просрочены.

Нездоровое любопытство и какое-то недоброе веселье исчезли из его глаз.

— Я лишь хотел узнать, как вы… what’s the word… накосячили здесь в прошлый раз. Но вы режете словами, как бритвой, и вот это уже совершенно неинтересно.

Он встал, и Констанция, наконец, выдохнула. Только тогда она ощутила, что все это время ее тело — шея, плечи, спина, руки — было напряжено.

Книжники вышли из квартиры под Марусино: «Скоро увидимся! До встречи! Рада была повидаться!».

Дождь и порывистый ветер неласково встретили их на улице, вынудив торопливо забраться в машину. Долго ехать не пришлось, разрыв произошел совсем близко. Можно сказать, по пути к Библиотеке, поэтому Артур решил прокатиться с ними.

Увы, несмотря на удачное место разрыва, быстрой охоты не случилось. По указанному Ариной адресу находился сталинский дом с кофейней на первом этаже. Велев мужчинам дожидаться в машине, Констанция поспешила в кафе, но Кинг и Аврелий увязались следом.

— Я же сказала, ждать в машине, — строго произнесла она, и если Аврелий спокойно воспринял такую манеру общения, Артур опешил.

— Вы крайне привыкли командовать, Констанция, — заметил он, — вы больше нравились мне, когда слушались во всем.

— К счастью, моя жизнь больше не подчинена цели нравиться вам, — отозвалась она холодно и подошла к девушке за стойкой.

— Я шучу, Констанция. Правду говоря, просто стало интересно посмотреть, как вы самостоятельно работаете. Все-таки я положил руку к тому, какой книжницей вы стали.

— «Приложил» руку, — бросила она, а затем уже сотруднице кофейне адресовала вопрос, куда делся необычный гость.

— Необычный гость? — уточнила девушка, перестав протирать чашку полотенцем.

— Да, у вас тут произошло странное событие, — равнодушно произнесла Констанция. — И кое-кто необычный покинул заведение минут пятнадцать назад.

Она действовала наугад. Не было никаких оснований полагать, что разрыв произошел в кафе. Но следовало сперва проверить самую удобную теорию.

Мысленно она скрестила пальцы: хотелось показать себя перед Кингом в лучшем свете. Пускай видит, какая она классная, уверенная, успешная. Пару секунд Констанция горела в пламени страха и надежды, судорожно пытаясь решить, каким будет следующий шаг, если этот прием не сработает.

Но ей повезло. На лице девушки отразилось понимание.

— А! Вы про Татьяну, наверное!

Констанция кивнула, стараясь сохранить бесстрастное лицо.

Боковым зрением она видела, что Кинг наблюдал за ней с легкой улыбкой. Аврелий за его спиной, как и всегда, являл собой восхищенного зрителя, с жадностью внимающего происходящему.

Сотрудница кофейни оглядела их компанию.

— Ну, она ушла сразу, да.

Судя по интонациям, ей хотелось поделиться произошедшим, поэтому на вопрос, где все случилось, официантка охотно пояснила:

— Вот там сидела посетительница, потом рядом откуда-то взялась эта девушка в таком красивом старинном платье. Она крикнула… ну так, вроде как «ах!», и помолилась. И побежала из кафе. А посетительница закричала «Татьяна, Татьяна» и побежала за ней. Обе выскочили на улицу и повернули направо.

Констанция в два шага оказалась у окна, там, где сидела читательница. Томик «Евгения Онегина», потертый, похоже, еще советский, был небрежно брошен на широкий подоконник — даже страницы замялась.

«Итак, она звалась Татьяной…»

Констанция пролистнула пожелтевшие страницы, добралась до форзаца.

«Библиотечная книга! Очень хорошо. Через библиотеку можно выйти на читателя».

Обнаружить на месте разрыва книгу вообще считалось большой удачей, ведь это давало возможность оставить закладку. Констанция задумчиво потерла подбородок. Она присела, полностью скрывшись под столом, будто бы что-то искала.

В общем-то, ей действительно хотелось кое-что обнаружить: хорошее место, чтобы спрятать книгу. Констанция извлекла из сумочки закладку с черным скорпионом, вложила в томик «Евгения Онегина» и запихнула книгу между мягким сидением дивана и стеной.

Оставалось надеяться, что тщательная уборка происходила здесь не слишком регулярно. Тайник казался надежным, если только кому-то не придет в голову перетряхивать все сидения.

Вылезая из-под стола, Констанция изобразила, что убирает что-то в сумочку, и, нащупав во внутреннем кармане визитку, протянула ее сотруднице кофейни.

Белый прямоугольник сообщал лишь следующее: «Констанция Непейвода. Библиотека им.Книжникова», ниже шел номер телефона.

— Если девушка придет за книгой, пожалуйста, передайте ей мои контакты, пускай позвонит, я верну.

— Но вы можете оставить книжку здесь, мы сами вернем…

— Это библиотечная книга, — сурово ответила Констанция, похлопав по сумочке, чтобы убедить всех, будто томик был там.

На самом деле, ответ ничего не объяснял, но тон был настолько убедительным, что девушка понимающе закивала, больше не задавая вопросов.

— Если вернется Татьяна, — добавила Констанция, — позвоните мне сами. Хорошо? Татьяна оставила в нашей библиотеке телефон, я хотела бы вернуть. Наберите меня.

Получив утвердительный кивок, она поспешила выйти на улицу.

— Констанция, — мягко позвал Кинг, спеша следом. — Констанция.

Дождь чуть стих, но все еще оставался слишком сильным для комфортной прогулки. Артур раскрыл зонт-трость над собой и над нею.

Аврелий же не спешил выходить из-под козырька.

— Констанция, вы же можете оставить закладку, — сообщил, наконец, Кинг. — Зачем забирать книгу и ждать звонка от бариста?

Она медленно, очень медленно повернулась к нему.

— Разумеется, я оставила закладку, Артур, — отозвалась Констанция, будто во всем свете не было ничего более очевидного.

Она с удовольствием наблюдала, как брови собеседника удивленно взлетают вверх, глаза наполняются сперва изумлением, затем одобрением.

Откровенно говоря, она намеренно ввела в заблуждение не только сотрудницу кафе, но и Кинга. Не вполне осознанно она надеялась, что он сперва примет ее за простушку и дурочку, а затем впечатлится, разгадав хитрую игру.

— Мои извинения, — он прижал руку к груди и изобразил поклон. — Вы заставили бариста думать, что книга у вас, чтобы выйти на читательницу, но вместе с тем оставили закладку, чтобы получить сигнал в случае возвращения Татьяны. Прекрасный ход!

Ей не нужны были его комплименты. То есть, Констанция хотела, чтобы он признал, как она хороша, но при этом не желала снисходительной похвалы. Однако если бы он промолчал и вовсе не подал вида, что восхищен, это тоже стало бы поводом для осуждения. В общем и целом можно было признать, что у Артура Кинга не было ни единого шанса угодить ей.

— Пройдемся по проспекту, возможно, кто-то что-то видел, — сказала Констанция, обращаясь в первую очередь к стажеру.

— Есть идея получше, — заявил Кинг.