Глава 24.

Проснулась я от громкого стука в дверь. Громкие звуки отзывались в моей голове вспышками боли. Похоже, посиделки вчера удались на славу. Бутылочка разрекламированного эстрагонского вина закончилась слишком быстро, а душа требовала продолжения банкета. Оказалось, что у многих невест оказались припрятаны алкогольные заначки, в результате мы перепробовали множество местных вин, наливочек и разных их сочетаний.

Было очень мило, мы прониклись друг к другу взаимной симпатией. Девчонки клялись, что больше не будут обижать людей, я жаловалась, что князь мне и даром не нужен, просто очень жить хочется. Насколько я помню, после этого Аманда меня даже обняла и пообещала в случае чего предоставить мне убежище в своем замке. Правда, все, что было после этого я уже помнила смутно, а уж как я добралась до своей комнаты и вовсе оставалось для меня загадкой.

Кое-как встав с постели, я дошла до двери и, проклиная того, кто приперся ко мне в такую рань, распахнула ее. За дверью стояла незнакомая горничная с занесенной для очередного удара рукой.

– Доброго утра, иномирянка Евгения, – ласково пропела она и ринулась без приглашения в мою комнату, заставляя меня отступить назад.

Я, ошалев от ее напора, послушно отступила.

– Я к вам от господина распорядителя, – горничная говорила так громко, что я взялась рукой за голову и зажмурилась.

– И что? – спросила я хриплым голосом, не понимая, что от меня могло понадобится господину Корнелиусу таким ранним утром.

– Ну, во-первых, он просил передать, что сегодняшнее испытание переносится на послеобеденное время, а еще, – тут она выдержала паузу, подмигнула мне и протянула сложенный лист бумаги, – еще он просил передать вам это, – и она выделила интонацией последнее слово.

– Зачем? – спросила я, все еще плохо соображая с похмелья и не прикасаясь к листку.

– Как зачем? – горничная продолжала говорить таким противным визгливо-громким голосом, что хотелось засунуть ей кляп в рот, – так указание же на следующее испытание, чтобы, значит, преимущество у вас было. Все как вы и договаривались.

– Не нужно мне ничего, – поморщилась я.

Во-первых, я решила на время повременить с подсказками от хитромудрого господина Корнелиуса, так как в основном получала от него сплошные подлянки, а не помощь. Во-вторых, я же пообещала сегодня провалить испытание и намерена была сдержать обещание. Вылетом мне это не грозило, зато могло помочь на перспективу.

– То есть как не нужно? – горничная продолжила наступать, продолжая тыкать в меня злополучным листком, – берите, все как договаривались.

– Да не договаривались мы, – психанула я, – оставьте уже меня в покое, я плохо себя чувствую. И где Олли?

– Иномирянка Евгения, – горничная уже просто лопалась от злости, – перестаньте строить из себя невинность, берите уже записку!

– Довольно, Тина, – раздался властный женский голос из коридора и в мою комнату вплыла Ее Светлость княгиня Розалинда Пурпурная, – оставь нас, я хочу поговорить с иномирянкой Евгенией наедине.

– Но как же так, Ваша Светлость, – голос горничной тут же стал елейно-подобострастным, – я уверена, что эта особа вступила в сговор с господином Корнелиусом, я лично все слышала, поверьте мне.

– Я сказала, оставь нас, – ледяным тоном повторила княгиня, и, обернувшись назад, добавила, – вы тоже пока свободны, ждите меня в коридоре.

Оттуда послышался шорох платьев и стук сапог, видимо княгиня пришла в составе небольшой свиты и охраны. Испуганная горничная не посмела больше возражать и тоже быстро юркнула в коридор, прикрыв за собой дверь.

Розалинда Пурпурная окинула взглядом мою комнату, подошла к окну и величественно устроилась в мягком кресле, молча уставившись на меня цепким изучающим взглядом. Я в свою очередь с любопытством рассматривала ее.

Статная, красивая, с идеально прямой спиной и шикарно уложенной прической она выглядела ненамного старше своих сыновей. Платье, соответствуя местной моде, было настолько плотно покрыто сложной многослойной вышивкой, что выглядело жестким как броня, придавая ее образу еще больше строгости и величия. В ее взгляде на меня, впрочем, не было высокомерия или презрения, скорее любопытство с маленькой ноткой недовольства.

Я со своей стороны тоже не испытывала никакого страха, глядя на нее. Несмотря на весь предыдущий спектакль с неуклюжей попыткой меня подставить, интуиция подсказывала, что княгиня здесь совсем не для того, чтобы с позором выгнать меня с отбора. В конце концов, я уверена, что захоти она и впрямь вывести меня на чистую воду, то сделала бы это с легкостью и не используя глупую горничную.

– Ну что ж, иномирянка Евгения, расскажи о себе, – произнесла Ее Светлость наконец после долгой паузы.