Глава 22 · Мир эльфов

Я снова оказался в бункере-аквариуме. Маша спала. Экзотические рыбы лениво плавали за стеклом.

Надо было хоть немного поспать и мне. Ведь завтра, а точнее, уже сегодня, предстоит много дел.

Зайдя в душ, выкинул в корзину грязное бельё. Холодная вода чуть взбодрила. На крючке остался последний чистый халат. Тапочек не было.

Добрался до дивана босиком и уснул ещё в падении.

Проснулся от густого правильного запаха кофе.

Открыв глаза, увидел за столом Машу и внучку Лесника.

— Рябинка, ты, конечно, права, — говорила Маша внучке Лесника. — Но очень уж он странный.

Рябинка кивнула:

— Я это ещё в первую нашу встречу заметила.

— Сплетницы, — обратился я к дамам.

Они вздрогнули и чуть не расплескали кофе.

— Как насчёт напоить героя кофе?

— Подслушивать нехорошо, — сердито сказала Маша.

— Ну и ладно, жадины, — проворчал я. — Обойдусь без кофе.

Через пару минут мне всё-таки вручили огромную кружку. Я сделал первый глоток и мысленно простил человечеству половину его недостатков.

И тут Рябинка, как бы между прочим, спросила:

— А сколько голов в твоей коллекции?

Я подавился очередным глотком и закашлялся.

— Нет у меня никакой коллекции, — просипел я. — Сказал, чтобы припугнуть того свина.

— Не хочешь — не говори, — обиженно протянула Рябинка.

— Ага, — кивнула Маша. Игнорируя моё присутствие, добавила:

— Насколько я его успела узнать, не меньше тысячи.

Я хмыкнул, допил кофе и отправился в душ, не обращая внимания на шушукающуюся парочку.

Из душа вышел готовым к новым свершениям. Спать хотелось, но терпимо.

Рябинка уже ушла. Зато за столом пили взвар Лесник и Крак. Маша затихарилась на дальнем диванчике и делала вид, что её здесь нет.

Поздоровавшись, я уселся к столу. Лесник подал мне кружку с горячим взваром. Не устаю поражаться разнообразию его вкусов. После первого глотка на язык легла горечь. Потом проступила медовая сладость, а в конце холодок мятных ноток. Я прикрыл глаза от удовольствия.

Покашливание Крака вернуло меня к проблемам сегодняшнего дня.

— Кратко расскажу, что удалось узнать, — начал Крак. — На планете два материка. На том, где живёт Маша, две соперничающие фракции: Лес и Дубрава. Между материками устойчивой связи нет. На втором материке любители природы находятся на уровне первобытно-общинного строя.

Крак прервался, чтобы сделать глоток. Лесник, хмыкнув, вмешался:

— Вопрос. Насколько я понял, сородичи Маши не сильно опережают диких сородичей с соседнего материка. Откуда там межмировой портал?

Маша на дальнем диванчике насупилась и что-то забурчала себе под нос. Крак и я пожали плечами.

— Так вот, — продолжил Крак. — Хочу предложить более правильное с экономической точки зрения решение, — он сделал следующий глоток. — Есть перспективная планетка с ресурсами. Сделаем там Машу королевой.

Я взглянул на Машу. Та судорожно мотала головой, категорически не согласная с этим вариантом.

— Ну ты, Крак, и жук, — протянул Лесник. — Карманное правительство решил организовать?

Крак раздражённо постучал по столу.

— Ну нет так нет. Миша, переодевайся. — Он махнул в сторону дивана.

Там лежали гидрокостюм и штаны чёрного цвета. Хорошо, что я уже был знаком с «Теневым хамелеоном» и знал, как им пользоваться. Быстро переоделся.

Через три минуты я стоял в привычном по прошлой жизни сером костюме-тройке и лакированных туфлях.

— Ну ладно, — поднимаясь, заявил Лесник. — Не будем тянуть оборотня за хвост.

Из инвентаря он вынул посох, похожий на случайно выломанную в лесу дубинку. У Крака в руках появилась изящная золотая трость с рубином в навершии. Они синхронно с размаху стукнули посохами в стеклянный пол.

Я поморщился, ожидая звона «дзынь» и потока воды.

Вместо этого посохи вошли в стекло, как в кусок масла, и застыли в вертикальном положении. Между ними появилось зеркало перехода.

Маша, сорвавшись с диванчика, подбежала и привычно вцепилась в мою руку.

— Первым иду я, за мной Миша и Маша, — после наших имён Лесник весело хмыкнул. — Крак, ты замыкаешь.

Сразу после этих слов он шагнул в портал.

Маша вцепилась ещё сильнее и прерывисто задышала. Пришлось приложить усилия, сдвигая её с места.

Следующий шаг привёл нас в зал размером в два футбольных поля. Сходство подтверждалось газоном под ногами. Стеклянный потолок поддерживали колонны-деревья, разбросанные по периметру в хаотическом порядке. Стены закрывали заросли лиан.

В центре этого зелёного великолепия возвышался трон с примостившимся на нём молодым эльфом. За троном — кресла поплоше, и в них десяток, скорее всего, родственников главного. Вдоль стен примерно сто лучников. Между нами и троном группа в цепях и рваных одеждах.

Всё это я успел разглядеть, слушая шёпот Маши:

— Ой, а что Маньнуриэль делает на мамином троне?

За спиной послышались шаги Крака. Лучники выпустили в нашу сторону тучу стрел.

Я рефлекторно сбил Машу с ног и накрыл собой. Ожидание острых подарков прервал голос Крака:

— Миша, а давай вы всем этим займётесь попозже.

Я приподнял голову. Стрелы зависли в воздухе примерно в метре над нами, медленно вращаясь. Сосредоточенный Крак стоял с тростью на отлёте.

Вставал я злой. Очень злой.

Выхватив из инвентаря Ухнеба и Вамп, медленно направился в сторону трона, не обращая внимания на вцепившуюся в меня сзади Машу и сминаемые ногами игольчатые астры. Именно в них превратились стрелы, ковром устилающие газон под ногами.

Краем глаза заметил, что лучники вдоль стен замерли оловянными солдатиками. Видимо, работа Лесника.

Голос Лесника и последовавшая за ним метаморфоза сбили мой накал неприязни.

— Эй, зубастики, а вы что здесь забыли? — удивлённо спросил Лесник.

Эльф на троне и его прихлебатели в креслах подёрнулись туманом. Когда туман развеялся, вместо них там сидели сородичи убитого мной вампира Владрека из дома Моретти.

Маша за спиной жалобно прошептала:

— А где красавчик Маньнуриэль?

На этом сумасшедший дом не закончился. Вампир, сидящий на троне, начал возмущаться:

— Князь Медведев, вы за что нас преследуете? Это не по закону! — Он распалялся всё больше. — Мы заплатили виру за хамское поведение нашего родственника Владрека. Вы виру приняли. Чего вам ещё от нас надо? Мой дом Моретти подаст на вас жалобу Гроссмейстеру!

Пока я пытался уложить в голове полученную информацию, Крак добавил свой вопрос:

— Миша, а за что ты им объявил кровную месть?

Я задумался. А действительно — за что?

Разумные вокруг смотрели на меня в ожидании ответа. Вот не люблю от слова «совсем» попадать в такие ситуации.

Мозг работал в усиленном режиме и выбрал якорем слово «вира».

— Я виру не получал, — громко объявил я.

Вампир на троне как-то сразу успокоился и облегчённо выдохнул.

— Мы передали её в имперскую канцелярию, — он достал красиво оформленную бумагу. — Почему вас не поставили в известность, я не знаю. Но у меня есть документ.

Он помахал бумажкой в воздухе.

— Вот и хорошо, — голос Крака прервал паузу. — Вот и разобрались. Ну что, можно по домам?

Я внутренне рыкнул, когда Маша, всхлипнув, спросила:

— А как же я и моя семья?

Она неожиданно сорвалась с места и бросилась к закованным в кандалы эльфам.

Я повернулся к Леснику и Краку. Процедил:

— Мне необходимо очистить этот материк от захватчиков.

Вампир на троне снова возбудился:

— Так нельзя! Наш дом честно оплатил разработку этой планеты!

Маша, добежав до пленных, пыталась их растормошить. Только сейчас я обратил внимание на отсутствующие взгляды эльфов, стоявших перед троном.

Я поудобнее перехватил оружие и сделал шаг к трону.

Лесник, вздохнув, шагнул ко мне и встал рядом.

Вампир на троне завопил:

— Я буду жаловаться Гроссмейстеру!

Позади грустно и протяжно вздохнул Крак:

— Давайте попробуем решить нашу проблему мирным путём.

Его голос остудил и меня, и вампиров. Тот, что занимал трон, вынул из инвентаря папку.

— Вот, — гордо провозгласил он. — Здесь все документы, подтверждающие наши права.

Крак быстрым шагом прошёл к нему и пролистал содержимое.

— Права на разработку планеты в порядке, — Крак вернул папку и повернулся ко мне. — А по Владреку… Их парень напал первым, без санкции дома. По межмировому праву такая агрессия против главы рода — повод для кровной мести, а то и войны. Чтобы не доводить до непоправимых последствий, Моретти заплатили виру и забыли. Ну а ты был в своём праве — оборонялся.

— Вот именно! — обрадованно закивал вампир. — Никаких претензий. Мы эльфы… в смысле, вампиры законопослушные.

Кровную месть я, конечно же, не объявлял. Вампиры сами себе напридумывали, увидев меня с оружием. Но разубеждать пока не спешил. Пусть понервничают.

— Как к вам обращаться? — спросил Крак у главного вампира.

— Дженовези, патриарх дома Моретти.

Вампир пытался казаться невозмутимым, но в его поведении чувствовалась нервозность. И хотя за его спиной стояли пятнадцать вампиров, вооружённых до зубов, а нас было всего трое, — не считая Маши, — он боялся.

— Дженовези, не объясните нам, — вежливо начал Крак, — почему именно эта планета?

— Цена, — кратко ответил тот.

— То есть если я предложу вам планету ближе к центру в совместное пользование, вы будете не против? — Крак улыбнулся.

— Не могли бы вы представиться? — улыбнулся в ответ Дженовези.

— Крак. Главный акционер банка «Крак и Сыновья» на межмировом рынке.

После этого они уселись за стол, принесённый вампирами. А Лесник, я и Маша занялись эвакуацией эльфов из зала.

Ну как занялись… занялся Лесник, а мы наблюдали.

Как пояснила Маша, находились мы в знаменитом в этом мире Большом зале. Вокруг него простирался парк, носящий статус нейтральной территории. Сейчас мы оказались на солнечной поляне с пнём посередине.

Маша бегала вокруг закованной в цепи группы эльфов. Я присел на пень. В голове мелькнула мысль: какой «чудесный» день.

Лесник, ловко лавируя между эльфами, тыкал указательным пальцем им в лоб. Во взглядах появлялось осмысленное выражение. Кандалы, если они были, сыпались на траву ржавой пылью.

Шум толпы нарастал. Иногда до меня долетали особо громкие фразы:

— Ель мне на всю голову! Где я?..

— Куст ты поломанный! Чем ты меня поил? Где дети?..

— Она меня точно убьёт…

Шум нарастал, и выделить отдельные слова стало невозможно.

Я наблюдал за Машей, которая беседовала с двумя женщинами. Одна — зрелая, с осанкой истинной королевы, — внимательно слушала, периодически бросая на меня нечитаемые взгляды. Вторая… вторая была вылитая Маша. Только в грязной одежде и с причёской типа «воронье гнездо».

Я вспомнил, что Маша упоминала младшую сестру. Интересно, на сколько минут она младше?

И тут меня посетила важная мысль. Ведь частичка души Надежды могла оказаться и в этой самой сестре. Я стал прикидывать, может попробовать аккуратненько лишить ту сознания.

Мой приценивающийся взгляд произвёл на сестрёнку Маши неизгладимое впечатление. Она пискнула и спряталась за спину царственной женщины, скорее всего, их матери.

Тем временем шум среди эльфов достиг пика и начал затухать. Толпа стала делиться, как одноклеточная амёба. Возникло два ядра притяжения. Справа — бывшая закованная группа, Маша и пара лучников. Слева — лучники под руководством эльфа, больше похожего на тролля.

Я на своём пне оказался посередине. Подошедший Лесник, оглядев оба лагеря, хохотнул.

А потом в наступившей тишине продекламировал:

— Мы стоим посередине, как корова в магазине. Слева гости, справа гости, приглашают на шашлык.

— Ну ты… поэт, — моему удивлению не было предела.

Тишину нарушил шелест извлекаемых ножей. Стрел у бойцов больше не было. Все их пустили на цветы в зале.

Лесник укоризненно покачал головой.

— Дети, мать вашу, природы! — прогудел он сердито. Даже у меня уши заболели. — Давайте жить дружно. А кто не захочет, того заставлю.

Убрав руки от чувствительных длинных ушей, эльфы поверили ему безоговорочно. Об этом сообщил шелест прячущихся ножей.

К нам направились эльфийская дама, Маша и её сестра. Сестра предпочитала находиться за спиной старшей. Причём опасалась она, кажется, не Лесника, а безобидного меня.

Слева подошёл эльф, похожий на тролля. Все его движения выдавали бывалого воина.

Мне пришлось покинуть нагретое место на пне и стоя встречать гостей.

Маша, проявив инициативу, решила нас представить. Начала с меня.

— Позвольте вас представить? — глядя мне в глаза, спросила она.

Я с улыбкой согласно кивнул.

— Князь Медведев. Мой спаситель.

Я снова вежливо кивнул. Маша сделала шаг в сторону гордо стоящей женщины и, как настоящий герольд, объявила:

— Владычица Леса Эманаэль-са-Вирра.

Женщина чуть склонила голову. А Маша закончила:

— Моя мама.

Все вокруг, включая меня, с трудом подавили улыбки.

— Моя младшая сестричка Лиарэль, — Маша ехидно посмотрела на неё, перевела взгляд на меня и сказала:

— Ты её можешь звать Лизкой.

Выпученные глаза сестрёнки Маши произвели впечатление на всех. Она судорожно открывала и закрывала рот.

У меня даже появилось предположение, что я смогу проверить эту пучеглазку на предмет осколка Надежды.

К сожалению, вмешалась Владычица Леса. Она с улыбкой певуче произнесла:

— Тогда ко мне можете обращаться Элис.

Эльфо-тролль после этого решил представиться сам:

— Хар-Клац. Начальник военного крыла Дубравы.

Потом Маша перевела взгляд на Лесника и зависла. Лесник с интересом ждал, явно наслаждаясь моментом.

— А это… Лесник, — начала она растерянно. Потом задорно закончила:

— Тех, кто будет плохо себя вести, он обязательно накажет. Больно.

Лесник засмеялся.

Двери зала распахнулись, и оттуда вышел довольный Крак. За ним нестройной толпой шествовали вампиры. Сейчас, без иллюзии, они своей внешностью произвели на эльфов колоссальное впечатление. Те снова похватались за ножи. А стоявший рядом эльфо-тролль Хар-Клац выхватил из инвентаря двуручный меч.

Крак, не обращая на эту суету внимания, прищурился:

— А чего это вы такие весёленькие? — Он прицельно осмотрел всех. — Подслушивали?

Эльфы передёрнули плечами и отступили подальше.

Крак, не дождавшись ответа, достал свиток и сломал печать. Рядом возник портал. Эльфы заволновались и стали кучковаться в отряды.

Я возмущённо и громко спросил:

— А почему сюда шли так странно? Почему не свитком?

Вампиры начали переход. А Крак дал объяснение:

— До сегодняшнего дня здесь не было точки привязки к межмировой транспортной системе, — видя, что я всё ещё смотрю с вопросом, продолжил:

— Мы с Лесником пробивали тоннель по координатам. А это… — Он махнул рукой в сторону портала. — Уже цивилизация.

Портал за последним вампиром схлопнулся.

Похоже, до эльфов стало доходить, что пришедшие к ним незваные гости сравнимы со стихией. И если хочешь жить, то гневить её не стоит. Оружие в их руках вернулось в ножны. Только Хар-Клац продолжал стоять с обнажённым мечом.

Меж тем Лесник задал насущный вопрос:

— Ну, что ты там с зубастиками решил?

Уши эльфов локаторами направились в нашу сторону.

— Заключили контракт на разработку одной планеты. Пришлось отдать двадцать процентов, — недовольно начал Крак. А вот закончил с энтузиазмом:

— Зато эту переведём под юрисдикцию Михаила.

Лесник нахмурился:

— Так сюда теперь всякая шваль полезет. А Миши здесь не будет, — он с вопросом уставился на меня.

— Не будет, — подтвердил я.

— Всё учтено великим Краком! — Банкир расплылся в улыбке. — Планета зарегистрирована как объект, охраняемый фирмой «Лесник».

— Ну ты и жук… — восхищённо выдохнул Лесник.

— А против серьёзных организаций, — Крак выпятил грудь вперёд, как героический военачальник, — я вписал банк «Крак и Сыновья» в соучредители.

Маша подёргала меня за рукав.

— Так что получается? — тихо спросила она. — Это уже не наша планета?

В её глазах стояли слёзы.

Решение пришло спонтанно. Я взял Владычицу Леса за руку и произнёс:

— Назначаю Эманаэль-са-Вирра бессрочным генеральным директором с расширенными полномочиями на планету GEL-4-SiL.

Нас с ней на секунду окутал белый свет. Когда он пропал, голову эльфийки венчала прекрасная диадема.

Лесник и Крак переводили удивлённые взгляды с нас на папку в руках банкира.

Крак медленно, будто опасаясь чего-то, открыл папку и вынул необычный лист с пиктограммами. Даже в свете дня тот светился каким-то потусторонним цветом.

— Вот Миша затейник, — пробормотал Крак. — Первый раз на моей памяти мироздание мне документ выдало.

К нам неожиданно подошёл Хар-Клац.

— Дубрава никогда не признает Владычицу Леса, — прорычал он. — У Дубравы есть свой правящий род.

— Ошибаешься, воин, — голос Лесника звучал глухо. — Зубастики могут принять личину только того, кого они сами убили.

Хар-Клац непонимающе уставился на нас. А вот Эманаэль-са-Вирра поняла сразу. Прикрыв рот ладонью, она прошептала:

— Я правильно поняла?..

— Не знаю, чего ты поняла, — сварливо буркнул Лесник, — но правящего рода Дубравы больше нет.

— Не верю, — прохрипел Хар-Клац.

Мышцы на его руках напряглись, и меч был уже готов сорваться с плеча.

Лесник хмуро пробежал взглядом по оружию воина. Металл жалобно застонал и осыпался хлопьями ржавчины на траву.

Хар-Клац ненадолго застыл с рукояткой в руках. Потом в сердцах швырнул её нам под ноги и заорал в лицо:

— Дубрава объявляет вам войну!