Глава 19 · Совершеннолетие

Вервольф, победу над которым я уже собирался было праздновать, карабкался по скале, словно кошка. Приглядевшись, я увидел, что всё дело в артефакторных перчатках.

Неубиваемый противник — это очень, очень плохо. Мне оставалось лишь одно — бежать.

Ускорившись, я добрался до узкого карниза, который отходил в сторону от расщелины. Он вёл ко входу в пещеру. По сути, был бы я двухметровым оборотнем, — просто-напросто перемахнул бы с расщелины прямо на небольшую площадку перед входом в пещеру.

Благодаря липким конечностям, я поднялся по стене повыше и, замерев где-то между расщелиной и пещерой, притаился в полумраке.

Как я и думал, вервольф даже не посмотрел на карниз и сразу же прыгнул к пещере.

Дах!

Я, чудом удержавшись, пнул его ногой, и оборотень, грозно рыкнув, вновь полетел вниз. На этот раз он летел чуть дольше и «расплескался» по камням чуть шире.

Замерев на месте, я внимательно наблюдал за его регенерацией. Если в первый раз он регенерировал практически мгновенно, то на этот раз у него ушло две минуты

— Чего ж тебе от меня надо? — прошептал я себе под нос, прикидывая свои дальнейшие действия. — Что ж ты снова за мной лезешь?

Сменив позицию, я внимательно следил за его подъёмом. Что-то в облике противника меня смущало. Отсутствие одежды? Не то… Когтистые перчатки? Тоже мимо… Может…

В этот момент он ловко сместился вбок и занял позицию, с которой я не мог его сбить. Умная зараза.

С того места, где находился вервольф, до меня он достать не мог, а вот прыгнуть на площадку, затем на валун у скалы, а после атаковать меня уже оттуда — вполне.

Из-за валуна полезная площадь площадки была примерно метр на метр, и я, прикинув резервы, применил мудру с непонятным названием «Тефлон», — Кузя использовал её, чтобы блинчики не прилипали к чугунной сковородке.

Вервольф спрыгнул на площадку и… весело понёсся вниз по скользкой поверхности.

Отменив «Тефлон», я перебрался на площадку и, применив мудру облегчения веса, навалился на валун.

Мне понадобилось полторы минуты, чтобы пододвинуть его к краю площадки. Внизу вовсю шло возрождение, и мой валун пришёлся как нельзя кстати.

Столкнув валун, я отменил мудру облегчения веса, и здоровенный камень со свистом накрыл поднявшего голову врага.

Вервольф вновь превратился в лепёшку, а валун от силы удара аж раскололся на две части.

Увы, мои надежды не оправдались, — спустя пять минут из-под валуна вылезла покрытая шерстью рука.

— Постой-ка… — протянул я, приглядевшись к пытающемуся вылезти из-под валуна оборотню. — Он что, стал меньше?

И действительно, я понял, что смущало меня всё это время: после каждой «смерти» вервольф становился меньше. Видимо, при каждой регенерации терял массу.

Убедившись, что силы и массы вервольфа не хватает, чтобы выбраться из-под валуна, я спустился вниз и, вооружившись верным ножом, осторожно приблизился к валуну.

Моему взору открылся живой, но уменьшившийся до полуметра вервольф, который всё никак не мог выбраться из-под камня.

Взяв наизготовку нож, я шагнул к нему. Волчонок бросил на меня полный ярости взгляд, и, будто смирившись с судьбой, закрыл глаза,.

Быть палачом беззащитной жертвы — выше моих силы. Я дрогнул, и это сыграло против меня.

Пока я колебался, вервольф умудрился метнуть мне в лицо какой-то дротик, что ли? И как только сумел!

В его открывшихся глазах засияло злорадство.

— Конец тебе! — пропищал он.

«Яд», — понял я. Моё тело окаменело, и я начал заваливаться вперёд. Последнее, что я успел сделать, — вскинуть руку с ножом так, чтобы при падении клинок пробил лобовую кость этой твари.

Упав на землю, я понял, что такое задохнуться от нехватки воздуха, ведь он банально перестал поступать в лёгкие. Да что там, я не мог даже моргнуть!

Продержался я минуты полторы, может, две. Следом наступила темнота.

* * *

В себя пришёл, судорожно вздохнув такой сладкий воздух. Боль в каждой клеточке тела мешала соображать, но я, сделав над собой усилие, перевернулся на спину.

Я вновь находился в золотой клетке, а возле обеденного стола стоял… Люций.

— Ты — герой! Горжусь тобой! — пафосно начал он, а затем, оглядевшись, спросил:

— Кстати, ты куда кресло дел?

Откуда у меня взялись силы, я так и не понял. Крутанувшись, сделал подсечку и, хоть мышцы тут же скрутило электрическим разрядом, попытался дотянуться до его горла.

Казалось, ещё чуть-чуть, и я выдавлю жизнь из этого иуды, но не тут-то было. Неизвестная сила, подхватив нас за шкирки, растащила в разные углы клетки.

За столом, удобно устроившись в своём кресле, сидел гроссмейстер. В его холодных глазах мелькнуло любопытство.

— Игры закончены. В чём проблема? Если это дуэль из-за награды — ведите себя как цивилизованные существа.

Люций дёрнулся и освободился от невидимой хватки. Зачем-то отряхнулся и злобно прошипел:

— Я вообще ничего не понял. Пришёл поздравить с победой — а этот сразу же накинулся!

— Объяснения будут? — спокойно спросил гроссмейстер, посмотрев на меня.

— Он, — я некультурно ткнул пальцем в сторону Люция, — предатель.

— Это с какой стати⁈ — возмущённо заверещал тот.

Я же, взяв себя в руки, начал перечислять:

— Первое — он подставил меня под ваш выбор. Втрое — делал против меня ставки. Третье — заявил Кали, что сам готов меня убить.

— Занятно, — тихо произнёс гроссмейстер и перевёл взгляд на Люция.

Тот от возмущения покрылся снопами искр.

— Как я мог его подставить? Он — моя единственная фигура! Ставки делал, да. Но вы же и сами не верили, что он пройдёт первый круг! А Кали — психованная дура. Выходить с ней на дуэль? Ну уж нет. Чтобы этого избежать, и не такого наговоришь!

Похоже, из-за недостатка информации и не успевшего схлынуть адреналина я сделал поспешные выводы. Теряю хватку….

— Ошибочка вышла, — хрипло пробормотал я, устало опустившись на пол. — Бывает…

Люций, бубня себе под нос, чуть пострекотал разрядами, но всё же успокоился и примирительно кивнул. Потом встрепенулся и снова огляделся.

— И всё-таки, где твоё кресло?

Гроссмейстер щёлкнул пальцами, и останки изрубленной мебели материализовались передо мной. Я же, поняв, что разбирательства закончены, подобрал самую массивную ножку — на память, в качестве трофея, — и убрал её в инвентарь.

А в следующий момент обнаружил себя у Стелы. Рядом стояли Алёна и её отец.

Внешний мир перекрыла надпись:

Для подтверждения прав на активы рода Медведевых

положите в нишу артефактный перстень-печатку,

а также подтверждающую ранг фигуру.

Чуть ниже приложенных рук открылась небольшая полость. Проблема была в том, что у меня не было ни того, ни другого.

Стела снова стала монолитной. Запрос сменился:

По распоряжению предыдущего Главы рода

вам присваиваются права временно исполняющего обязанности

без права распоряжаться активами.

Для фактического вступления в наследство

необходимо представить перстень-печать и фигуру не ниже феникса.

Текст исчез. Я в полном недоумении пытался осмыслить, что всё это значит.

Расширенный пакет информации можно получить у главной Стелы.

Мой блуждающий взгляд зацепился за напряжённую фигуру Алёны.

— В связи с частичным вступлением в права требую считать обязательства Арзамасской Алёны Игоревны по отношению к Медведеву Михаилу Вячеславовичу исполненными, — чётко произнёс я.

Уж что-что, а говорить канцеляритом не хуже заслуженного бюрократа меня работа ректора научила.

Обязательства, взятые на себя Арзамасской Алёной Игоревной,

признаны выполненными.

Отойдя от Стелы, я направился к замершим Арзамасским. По движению глаз Алёны было видно, что она читает появившийся перед ней текст.

Игорь Андреевич же с удивлением разглядывал меня. Ещё бы — для них я подошёл к Стеле в новом, с иголочки, костюме. А сейчас выглядел, как потрёпанный уличный кот.

Алёна шёпотом сообщила:

— Я перешла на уровень фигуры. Через двадцать дней мне нужно быть у главной Стелы.

Игорь Андреевич расцвёл в счастливой улыбке и шагнул вперёд.

— Как глава рода Арзамасских, подтверждаю вассальную клятву роду Медведевых…

Когда с формальностями, наконец, было покончено, началась невероятная суета. Как если бы в женском магазине нижнего белья появилась мышь: все куда-то бежали, что-то кричали, в общем, эмоции били через край.

Я тихой сапой сбежал в свои апартаменты, где меня уже ждали Кузя и роскошный обед.

Поблагодарив его за спасшие мне жизнь мудры, я отдал Слуге рода костюм, — как сказал Кузя, чтобы тот мог привести его в порядок, — и, пообедав и приняв душ, завалился спать.

Перед сном Слово поставило меня в известность:

Уровень энергия достиг ста процентов.

На этот раз мне снился Люций.

Мы появились на поляне, в центре которой рос могучий дуб. Люций с недовольной физиономией прохаживался вокруг него, словно кот учёный.

Я же, не обращая внимания на сущность, наблюдал интересный феномен: моё тело отбрасывало две тени, хотя на небе сияло лишь одно светило.

— Михаил, давай определимся с нашими отношениями, — заявил Люций.

На этот раз он не походил на себя прежнего. Был серьёзен и собран. Вот с таким человеком, вернее, сущностью хочется вести дела.

По щелчку Люция возле меня материализовались круглый столик и два пуфика.

— Давай определимся, — согласился я, опускаясь на один из них. Люций устроился напротив.

— Признай: вторая жизнь и возвращение жены требуют отдачи. Ты же не являешься неблагодарной скотиной?

— Признаю, — кивнул я. Уж что-что, а быть должным — не в моих принципах. — Но нужна конкретика. Вечная кабала не входит в мои планы.

— Можно перевести всё на коммерческие рельсы, — предложил Люций. — В счёт долга рода выполнишь мою просьбу.

— Нужны ограничения, — покачал головой я. — Самоубийственные поручения не рассматриваются.

— Логично, — кивнул он и протянул мне лист бумаги.

Я углубился в чтение.

ТРУДОВОЙ ДОГОВОР

между Медведевым Михаилом Вячеславовичем (далее — «Работник») и игроком Люцием (далее — «Работодатель»).

1. ПРЕДМЕТ ДОГОВОРА

1.1. Работник принимается Работодателем на должность фигуры.

1.2. Работа является для Работника основной.

1.3. Место работы — новообразованная планета Терра.

2. ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ СТОРОН

2.1. Работник обязан продвигать интересы Работодателя.

2.2. При передаче добываемых ресурсов приоритет первой покупки имеет Работодатель.

2.3. Работодатель обязан способствовать повышению ранга Работника.

2.4. Работодатель обязан один раз оплатить полное восстановление Работника при летальном исходе.

3. УСЛОВИЯ ОПЛАТЫ

3.1. Оплата производится в межмировой валюте (червонцы, кристаллы, камни) по итогам астрономического года планеты Терра. Размер зависит от объёма выполненных работ.

4. СРОК ДЕЙСТВИЯ

Возможности расторжения или прекращения действия договора не предусмотрено.

ДОПОЛНЕНИЯ (мелким шрифтом):

а. Пункт 2.4 считается выполненным.

б. Работник обязуется выполнить одно требование Работодателя, не ведущее к летальному исходу.

в. Работы, выполненные до подписания договора, оплате не подлежат.

Отложив лист, я спокойно произнёс:

— Не пойдёт.

— Что именно не устраивает?

— Пункты 2.2, 4 и все дополнения «а» и «в».

— Чем плох пункт 2.2?

— Нужно следующее условие: ресурсы выкупаются Работодателем по цене, установленной Работником. Если отказывается — Работник вправе продать их на сторону по той же или более высокой цене.

Люций немного подумал и внёс правки.

— Пункт 4? — спросил он, пристально глядя на меня.

— Договор прекращает действие, как только Работник становится игроком.

— Это само собой разумеется! — наигранно возмутился Люций.

— Всё равно вносим.

Изменения появились в тексте.

— Бюрократы, — пробормотал Люцию, внося правки. — Крючкотворы…

— Что касается пункта «а», — продолжил я, — соглашусь, если ты снимешь проклятие и восстановишь магоканалы.

Люций скривился, и дополнение «а» исчезло из договора.

— Пункт «в» — это наглый кидок, — заявил я. — Подпишу, но жди ответку.

— Не стоит, — поморщился Люций, и пункт «в» испарился. — Не забывай про помощь на арене и восстановление фамильяра, — он бросил на меня многозначительный взгляд. — Опять же, остаётся открытым вопрос об играх на выживание. Сразу скажу: снять проклятие не в моих силах.

Я задумался. Участвовать в очередных играх мне жуть как не хотелось, но информация сейчас была на вес золота. Да что там — вопросом жизни и смерти!

— Расскажи об участниках, правилах и целях игры, — предложил я. — И мы квиты.

Люций подумал и неохотно кивнул.

— Цель — право использовать энергетические потоки новорожденной планеты, — протянул он. — Для вступления нужны ресурсы, чтобы выкупить территории в её астрале, и хотя бы одна фигура на поле. Контроль получает тот, кто доберётся до кода Хранителя.

— Хранитель — тоже игрок?

— Нет. Это абориген планеты. Найти его — главная задача. Всё, — категорично заявил Люций. — Мы в расчёте.

Он проколол большой палец и поставил кровавый отпечаток внизу договора. Я повторил его действие.

* * *

Из сна меня выдернула… барабанная дробь?

Разлепив глаза, я взглянул в окно. Было совсем раннее утро, и можно было бы ещё немного поспать.

Вот только стоило мне закрыть глаза, как в окно, которое, на секундочку, находится на третьем этаже замка, снова нетерпеливо постучали.

— Что за шутки? — проворчал я.

Встав, выглянул в окно и ожидаемо никого не увидел.

Не успел я лечь — стук опять ударил по нервам. Резко обернувшись, успел увидеть как… нехорошая синичка непонятно зачем долбила верхнюю часть рамы. Почувствовав моё внимание, вальяжно взмахнула крыльями и улетела.

Ложиться, конечно же, я уже не стал.

После контрастного душа и небольшой разминки — полученные в саркофаге навыки нужно закреплять, — прибежала Алёна и с ходу принялась вбивать в меня правила поведения на приёме.

И продолжалось это до самого завтрака.

* * *

В столовой собралось всё семейство Арзамасских, и, когда мы закончили завтракать, слово взяла Ангелина Ивановна, мать Алёны. Постукивая по стакану чайной ложечкой, она начала перечислять моих ровесниц и давать им краткие характеристики.

Вначале я даже не понял, зачем. Тем более, стук ложечки до боли напоминал об утренней синичке.

— Миша, ты меня не слушаешь!

Видимо, я, борясь с диким желанием отнять стучащую ложечку, впал в состояние полной отрешённости.

— Что вы, что вы… Я само внимание. А сейчас, простите, вынужден вас оставить. Срочные дела.

Граф спрятал улыбку за стаканом взвара. Я же, не слушая возражений, отступил в свои апартаменты, где и держал оборону до прихода портного.

Его пришлось пропустить, а вместе с ним ко мне в комнату проник диверсионный отряд младших Арзамасских под предводительством Алёны. Пришлось, смирившись, признать полную капитуляцию.

День, настроение которого задала злобная синичка, набирал обороты.

К четырём вечера, пролетев мимо обеда, я, одетый в бежевый фрак и узкие неудобные брюки, спустился в зал приёмов.

Спустился и не узнал первый этаж. Он как будто… трансформировался.

Стены, разделявшие этаж на отдельные помещения, свернулись и стали колоннами. Пара самодвижущихся лестниц поднялась на второй этаж, где были организованы шведский стол и два игровых зала: один с традиционным бильярдом и карточными столами, а второй, как пояснила Алёна, с ретро-игровыми аппаратами из коллекции её батюшки.

Вот только познакомиться с ними поближе мне не дали, отправив на первый этаж встречать гостей.

Рядом со мной стояла Ангелина Ивановна, которая вполголоса давала пояснения и следила, чтобы я нигде не накосячил. Когда все гости, наконец, прибыли, меня бросили на растерзание стае молодёжи в возрасте от шестнадцати до двадцати пяти лет.

Живой оркестр исполнял приятные композиции, но соотношение один к восьми в пользу девушек не располагало к танцам.

Когда же ко мне подошел младший сын рода Синициных, на губах которого застыла презрительная улыбка, я понял, что ненавижу эту птицу.

— Рад видеть, что инвалидность не вызвала полную деградацию умственных способностей, — повысив голос, произнёс он.

Все, конечно же, мгновенно обратились в слух.

Настроение и так было не очень, а потуги молодого дворянина устроить скандал на ровном месте окончательно его убили. Поэтому сдерживаться в выражениях я не стал.

— Знаешь, — холодно улыбнулся я, — очень часто слышу, что вместо журавля в небе лучше иметь синичку… в чём-то там. Но у меня традиционная ориентация, поэтому ты мне не интересен.

Мгновенье спустя вокруг нас раздались первые смешки, следом пошла волна смеха.

Я же, вернув Синицыну презрительный взгляд, повернулся к девушкам. Вот только этот… нехороший парень из птичьего рода не придумал ничего лучше, чем схватить меня за плечо.

Зафиксировав его пальцы, я развернулся. Увы, немного не рассчитал. Суставы парня с лёгким щелчком приняли неестественное положение. Вечер перестал быть томным.

Хорошо хоть рядом оказалась девушка с целительской бляхой из рода Салтыковых. Она излечила травму молодого Бориса Синичкина. Их семейство, назначив встречу на дуэльной площадке на десять часов утра, покинуло праздник.

Настроение немного улучшилось, но его тут же испортили нравоучения Ангелины Ивановны.

Решив, что одного скандала на сегодня хватит, я направился к фуршетному столу, дабы заесть послевкусие нотаций, но меня там уже ждали две сестрички из рода Акульевых. Девушки, мило хлопая глазками, попросили показать движения из популярного нынче танца «Рободэнс».

Отрабатывать движения решили в саду у фонтана. Близняшки уселись на бортик, а я, скинув фрак на лавку, показал базовые.

— В принципе, всё понятно, — сказала одна из них.

— Вот только рубашка мешает понять, как работают мышцы рук, — заявила вторая.

— Хорошая попытка, но не сегодня, — усмехнулся я, мгновенно раскусив намерение близняшек.

— Ты что делаешь с нашими девушками⁈

Увы, но хватило и того, что я стоял в одной рубашке около сидящих на бортике девушек. Их кавалеры кинулись на меня «спасать честь» своих прекрасных дам, но я «утёк» в сторону, и ревнивцы, прихватив с собой близняшек, оказались в фонтане.

В итоге с Сергеем Бабичевым и Юрием Бобровым договорились встретиться на дуэльной площадке в одиннадцать и двенадцать часов соответственно.

К счастью, этот утомительно долгий день наконец подошёл к концу. Гости постепенно разъехались, и я, приняв душ, отправился на покой.

Но не успел лечь в кровать, как опять раздался этот раздражающий перестук. Открыл глаза, посмотрел на окно. За ним царила глубокая ночь. Полная луна отлично освещала мелкое крылатое чудовище, долбящее в раму.

Да как так-то⁈ На дворе ночь. Все птицы должны спать!

Как будто этого было мало, проснулось Слово:

Внимание! Зафиксирована интоксикация!

На вывод отравляющих веществ и регенерацию

потребуется двадцать процентов энергии.

Приступить? Да/нет

Подтвердив запрос, я бросился в туалет — выводить отравляющие вещества. Краем затуманенного сознания отметил, как из-под двери в комнату медленно заползает туманная дымка.

Смочив полотенце, я обвязал им голову и вооружился ножом из инвентаря. Улёгся на кафельный пол ванной — якобы потерял сознание. И, прикрыв глаза, принялся наблюдать, что будет дальше.

Дымку засосало обратно под входную дверь, следом щёлкнул закрытый на ночь замок.

Хм, может, стоило встретить незваных гостей в кровати? Ну да уже поздно что-то менять…

Дверь бесшумно распахнулась, и на пороге появилась тёмная женская фигура.