Глава 17. У похитителей

Тропа к лесу не протоптана. Я пробираюсь по высокой траве, с полевыми цветами. На вороте колодца возле домика ветер раскачивает верёвку, привязанную к деревянному ведру и вороту. Солнце высоко. На поляне, где стоит избушка, светло и красиво. Лес темнеет соснами, елями, можжевельником. Мне страшно входить в него. Тропинки не видно, вокруг бурелом. Как пробираться через него? Может, стоит подождать Брена? Он меня обязательно найдёт. Но надоедливые сомнения, возникающие у меня в голове, гонят вперёд. А вдруг он посчитает, что я сама сбежала, и решит не искать? Нет, Брен будет искать меня хотя бы потому, что ему будет невыносимо признать своё поражение. Он не смирится с тем, что я его перехитрила. Он придёт за мной! Обязательно придёт. Но я упрямо бреду вперёд. Главное – не останавливаться и не передумать. Пока Брен меня найдёт, похитители могут сделать всё, что угодно. Нужно использовать любой шанс для спасения. Из леса мне навстречу выходят огромные чёрные волки. Оскалившись, они негромко, но устрашающе рычат. Оттесняют меня обратно к избушке, из которой я вышла. Так вот какая здесь охрана. Не удивительно, что я их не заметила. Оборотни стерегут меня в своём втором обличье. Очень удобно, я не смогу их узнать. Я пячусь назад, наступаю на подол платья, падаю, скрываясь в высокой траве. Никто из зверюг не шелохнулся. Считаю, сколько волков вокруг – два передо мной и два по бокам. Крамольная мысль возникает в голове: а вдруг это Брен меня похитил? Волки же находятся под его властью. Вот только зачем это ему? Непонятный и глупый поступок, совсем не похожий на него. Тогда, если это не Брен меня похитил, значит, волки вышли из повиновения Альфе. Даже не знаю, что лучше. Брена я хотя бы знаю, и чего ожидать от него, тоже понятно. А от неизвестного похитителя чего ждать? Зачем я вообще нужна? Вряд ли я настолько значима для Альфы, что он обменяет меня на что-то ценное и важное. Как только похитители поймут это, меня просто убьют. Даже то, что я видела масть охранявших меня оборотней, делает меня опасной. Я лежу на спине, не торопясь, наблюдая, как плывут облака. Спешить мне некуда. – Вставай, ишь разлеглась, – слышу я скрипучий голос откуда-то сбоку. – Простудишься, а мне ответ держать. – Перед кем ответ держать? – спрашиваю я, поворачиваясь к говорящему лицом. Передо мной стоит высокий крепкий старик в тёмной одежде и сапогах, с седыми, как серебро, бородой и волосами, заплетёнными в толстую косицу. На жёлтом восковом лице, исчерченном морщинами, не читаются никакие эмоции. Только птичий нос водит вокруг меня, словно вынюхивает что-то или запоминает запах. А острый чёрный взгляд проникает в самую душу, читая то, в чём я даже самой себе боюсь признаться. Я зябко ёжусь. Земля холодная, и я замерзаю. Только где-то очень далеко в душе тлеет понимание, что старик опасен, и холодная земля тут ни при чём. Могильным холодом веет от него. – Мало знаешь, дольше живёшь, – каркает старик, цепляя меня за руку и дёргая вверх. Рука оказывается на удивление сильной. Я подскакиваю. Силища у него не по возрасту. Его слова звучат «обнадёживающее». Значит, похитителям всё равно живая я или мёртвая. – Пойдём в избу, – произносит он приказным тоном. – Не дразни зверей, не доводи до греха. Я обнимаю плечи руками, стараясь унять мелкую дрожь. Оглядываюсь, волков не видно. Получается, что они скрылись при появлении старика. А вдруг это лесные волки, свободные, не оборотни? Верея, где ты видела таких огромных волков? Не бывает таких. А вот когда Брен или Эрн оборачивались, они были даже больше этих. Всё же оборотни? Тогда кто такой этот старик, что они ему служат? – А волки разве ваши? – решаюсь спросить я так, чтобы не слышно было, как стучат от страха мои зубы. – Чьи же они, по-твоему? – смеётся старик противным лающим смехом, а глаза испытующе смотрят на меня. Я уже думала ляпнуть, что Брена Витварга, но интуиция отчаянно вопила, что этого делать не стоит. – Ничьи, – с ловкостью ужа, выворачиваюсь я из ловушки, в которую угодила, из-за своего глупого вопроса. – Разве волки не свободные животные? – Много ты знаешь о волках, – довольно ворчит старик, шагая уверенной поступью к крыльцу. Я иду за ним шаг в шаг. Почему именно так, я и сама не могу ответить. Просто знаю, что так нужно. – Вообще ничего не знаю и даже того, как я оказалась тут… – Не знаешь, значит, и не надо тебе знать. – Может быть, скажете хотя бы, как меня зовут и кто я? Старик резко останавливается, и я налетаю на него, как на каменную стену. – Ты что же, ничего не помнишь? – цепкий взгляд проникает в душу, сковывая её страхом, не позволяя солгать. Я не в силах вымолвить ни слова, лишь мотаю головой. Пока ничего не ясно, буду делать вид, что ничего не помню. Меня ударили по голове, и можно разыграть потерю памяти. Надеюсь, что перед дурочкой, ничего не помнящей, не будут особенно скрываться. Есть призрачная возможность, хотя бы немного узнать о похитителях. Старик неопределённо хмыкает. То ли поверил, то ли нет. – А тебя, как звать, мил человек? – стараюсь я копировать речь нянюшки. – Тебе это знать не надобно, – сверкает своими чёрными глазами. У меня от его взгляда дрожь пробирает до самых косточек. – Зови просто старик или ведун. Светлые боги, это куда же я попала? Ведун или колдун?