Глава 49. Одна страсть на двоих

Возвращаюсь в покои Брена. Именно туда отводят меня каджи. Я настолько вымотана, что сворачиваюсь калачиком на огромной кровати и засыпаю. Снится мне такой красивый сон, что заходит Брен, ложится рядом со мной и мягко касается губ. Чувственно и нежно проводит кончиком языка по моей нижней губе.  Моё тело пронизывает странная, неведомая до этого момента сладкая дрожь удовольствия. Я распахиваю глаза и встречаюсь с полными желания глазами Брена. Моего Альфы. – Я устал, – шепчет он, – давай помоемся. Сейчас ванну наполнят водой, и я искупаю тебя. Моё лицо покрывается румянцем, мне кажется, что он разливается по всему телу. Руки Брена сжимают талию, прижимая меня вплотную к своему огромному телу. Перекинув ногу через моё бедро, Брен опрокидывает меня на спину и наваливается сверху. Под тяжестью его мощного тела я чувствую себя свободно и легко. Вскинув руки, обхватываю его затылок и зарываюсь пальцами в густые светлые волосы. Рука Брена скользит по моему бедру, вызывая стон удовольствия. Кожа, где касаются его пальцы, горит. Я чувствую его возрастающее желание. – Пойдём, – тянет меня он, – после ритуала мне необходимо помыться. – Да, мой господин, – тихо произношу я слова и задыхаюсь в новом поцелуе. – Ещё одно слово, и мы никуда не пойдём, – говорит Брен. В его голосе усталость. Я чувствую, как он измучен. Вода обязательно поможет. Беру его за руку и тащу в сторону ванны. Брен, довольно улыбаясь, идёт вслед за мной. Мне нравится чувствовать над ним власть. Это то, о чём мне говорила нянюшка ещё в первый день приезда во дворец. Чтобы победить, необходимо сдаться. Только сейчас до меня доходит вся мудрость её слов. Брен останавливает меня, рывком разворачивая лицом к себе. Смотрит в глаза, очерчивает контур моего лица, проводит большим пальцем по губе. Мне становится нечем дышать. Сердце бьётся, как сумасшедшее. Опускаю глаза, чтобы не видеть его возбуждённого взгляда, в котором появляется зверь. Я хочу его. Хочу его человеческую ипостась, но даже дикий зверь, живущий внутри Брена, не пугает меня. Он приподнимает рукой моё лицо, собственническим поцелуем впивается в губы, не оставляя шанса на отступление. Да я и не хочу отступать. Хватит, набегалась. Больше искушать судьбу не хочется. Брен – это защита. Брен – это надёжность. Брен – моя любовь. Брен – моя жизнь. Первое прикосновение его губ я ощущаю остро, словно молния тело пронзает. Он поглощает каждый мой выдох, пьёт мои вдохи. Я задыхаюсь в сладкой истоме. Слегка прикусывая нижнюю губу с тихим рыком, он углубляет поцелуй, вторгаясь языком в мой рот. В полнейшем ошеломлении я приоткрываю губы, и он, словно обживаясь, проходится по моим зубам, ласкает нёбо и, оплетая мой язык, движется со мной в древнем как мир танце. Я молюсь, чтобы его жаркий поцелуй продолжался вечность. Его руки блуждают по моему телу, скользят по коже, оставляя после себя жар и томление. Словно изголодавшийся хищник, он набрасывается на мои губы снова и снова. Схватившись за его камзол, я повисаю на нём, обессиленная от собственного желания. Такое сильное поглощающее чувство для меня ново. Брен, подхватив меня на руки, в два шага преодолевает расстояние до ванной комнаты, до которой вместе мы никак не могли дойти. Осторожно снимая одну вещь за другой, он любуется моим обнажённым телом. В глазах Брена я вижу восхищение и сдерживаемую невероятными усилиями страсть. Он опускает меня в воду, намыливает руки и начинает медленное, сводящее с ума путешествие по моему телу. Когда он заканчивает меня мыть, я уже готова сама наброситься на него. Сам он моется быстро, не подпуская меня. – Верея, девочка моя желанная, я не в силах больше сдерживаться, – хрипло произносит он. – Мне нужно смыть с себя всю грязь ритуала. Я понимаю его, сама с трудом сдерживаюсь. Взяв с полки баночку с солью, опрокидываю её в воду. – Она смоет с тебя всю грязь, Брен, – говорю я. Мне нравится произносить его имя. Пробовать его на вкус. Наслаждаться звучанием. Отхожу к двери, наблюдая, как он моется. Он отвернулся от меня, дабы не смущать мой взор восставшей плотью. Я же, сжигаемая любопытством, разглядываю его поджарый зад, а в отражении зеркала и всё остальное. Брен ловит в зеркале мой взгляд, и я, не в силах разорвать нашу связь, медленно, словно под гипнозом, подхожу к нему и провожу рукой по его обнажённой груди. Следуя внезапному порыву, слизываю прозрачные капельки воды с его груди. Не выдержав, он подхватывает меня на руки и несёт в постель. Медленно, словно давая возможность отстраниться, он склоняется надо мной. Я перестаю дышать, утопаю в омутах его глаз. Его твёрдые губы нежно и чувственно скользят по моим. Утратив способность думать, я хватаюсь за его мощные плечи, прижимая ближе к себе. Казалось, что только этого он и ждал. Нежность исчезает, стираемая страстью, с которой он набрасывается на мои губы, сминая их. Брен покусывает мои губы и ласкает языком. Он с наслаждением ловит мои рваные выдохи и стоны. Его язык хозяйничает внутри меня, лаская и заявляя права. Наше дыхание становится единым. Я ощущаю его запах и вкус. Словно сумасшедшие, мы упиваемся поцелуем, не в силах оторваться друг от друга. – Я не сделаю тебе больно, – хрипло шепчет он мне на ушко, прикусывая его. Моё тело пронзает острое наслаждение. Кажется, я киваю в ответ, но сейчас это не важно. Есть только Брен и я. Мир сужается до этой комнаты и сжигающего желания, одного на двоих. Мы снова, как голодающие, притягиваемся друг к другу. Мне казалось, что возбуждение уже достигло своей кульминации, но Брен умело разжигает пламя желания до всепоглощающего пожара. Мои руки и губы неумело ласкают его в ответ. В порыве чувств я кусаю его в плечо. Из ранки выступает капелька крови. Я слизываю её. Глаза Брена становятся звериными. Он раздвигает мне колени. Одно резкое движение, и мы сливаемся в единое целое. Брен кусает меня в плечо, и эта вспышка боли перекрывает другую. Он слизывает выступившую кровь и целует меня. Наши губы сливаются, а кровь смешивается на губах. Мы сливаемся в безумном танце наслаждения. Я подаюсь навстречу своему мужчине ещё и ещё, впиваюсь ногтями в его плечи. Моё тело изгибается в судороге, а в голове взрывается миллиард разноцветных звёздочек. Не остаётся ничего, и меня тоже нет, я улетаю на вершину страсти, и только его голос связывает меня с реальностью. – Какая ты сладкая, моя девочка, – шепчет он мне на ухо. Закрутившаяся до отказа спираль желания начинает медленно раскручиваться назад, и я, обессиленная, засыпаю у него на руках. – Моя, – довольно рычит Брен, – наконец-то ты моя.