Глава 29. Погружение в изучение ядов
Глава 29. Погружение в изучение ядов
— Илья, хватит канючить. Одна капля слюны гастронга не причинит тебе вреда. Я лишь хочу увидеть, на какую функцию в твоём организме она повлияет, — объясняла я другу.
— Кать… Ищи другого дурака для своих опытов, — взвинтился Вальтер. — Ты в прошлый раз тоже что-то подобное говорила, а потом откачивала меня от спазма желудка, — пробурчал он, бросая хмурые взгляды на серебряную палочку с мутной каплей на её конце.
— Ну ведь откачала! — взвинтилась я, устав его уговаривать. — Ты и минуту не корчился в судорогах. И это была субстанция из игл сихты, а это совершенно другое. Я прямо чувствую, что тебе больно не будет. И у тебя есть положительный момент: теперь ты знаешь, что представляет на вкус желейная субстанция, и мы с тобой поняли, на какой орган она влияет. В данный момент у нас с тобой другая задача — понять, как на человеческий организм воздействует слюна, выделяемая слюнными железами брюхоногих моллюсков, — прибегла я к последним доводам.
— Ты не могла смолчать, а то меня затошнило, — скривил лицо юноша. — Я как представлю себе этих моллюсков, которые мне по пояс, — буркнул он и, поняв, что со мной бесполезно спорить, приставил лицо к палочке, и я мигом отправила её в его слегка приоткрытый рот.
— Не хитри, давай глотай, — подбодрила его и стала наблюдать за прохождением капли слюны гастронга по его пищеводу. — Вот видишь, никаких болей нет… Так… Так, так, — из моей груди вырвался восхищённый вздох, и я мигом стала воздействовать на его иммунную систему. Иммунные клетки инфицировали патоген, обозначили его как новые уникальные чужеродные молекулы и принялись за уничтожение потенциально опасного для организма вещества. Началась борьба с инфекцией, вызвавшей у Ильи паралич дыхательных путей. Естественно, я послала биоэнергию и усилила работу иммунных клеток, дала им команду запомнить новый вредоносный патоген.
Илья стал жадно хватать ртом воздух, отдышавшись, он посмотрел на меня, как на врага народа.
— Кать… Ты меня скоро в гроб вгонишь, — буркнул он, отворачиваясь.
— Да как ты не понимаешь, что я делаю это только для твоего блага, — моему возмущению не было предела. — В следующий раз при попадании в твой организм слюны гастронга твоя иммунная система мгновенно отреагирует на повторное заражение антигеном, и ты с лёгкостью перенесёшь спазм дыхательных путей.
Я много не договаривала Илье, при попадании яда в его организм проводила колоссальную работу с иммунной системой организма. Делая её похожей на сторожевого пса, молниеносно бросающегося на врага и разрывающего его на части, в данном случае — уничтожающего.
— Всё, не обижайся, теперь я глотаю слюну, а ты меня излечиваешь, — весело сказала ему.
— Стой!.. Я не готов тебя лечить! — крикнул он, бросаясь ко мне.
Вальтер не успел. Я отправила в рот каплю слизи и, проглотив её, стала наблюдать, с какого мгновения начинается паралич. В принципе, это произошло с началом соединения моей слюны с ядовитой субстанцией. Язык онемел, подкатил страх, глотать не хотелось, но пришлось, неудобно было перед другом. Вскоре голова закружилась, ноги подкосились, и я рухнула на пол.
Илья должен приступить к экстренному лечению, при котором каждый раз терялся. Вот и сейчас, наблюдая, как я хватаю ртом воздух и не могу вдохнуть, он засуетился, забегал по моему телу испуганным взглядом. Пришлось найти в себе силы и залепить ему пощёчину, приводя в чувство, как красную девицу. Подействовало мгновенно. Расположив над моей грудной клеткой руки, Вальтер послал в меня целительскую силу. Не знаю, что он там представлял или думал, но я почувствовала жар в лёгких. Хватанула воздух и через некоторое время дышала уже спокойно.
— Вот видишь… У тебя всё получилось. Я не умерла, а ты прокачал навык. Чего хоть делал, поделишься?
— То же, что и ты, ударил целительской силой по иммунной системе, заставив её работать в сотню раз быстрее, — устало буркнул он. — Кать… А тебе не говорили, что ты ненормальная?
— Нет, не говорили, — пожала я плечами, поднимаясь. — На сегодня, думаю, достаточно экспериментов, в следующую субботу жду тебя у себя.
— Хорошо, — нехотя произнёс друг, направляясь на выход из лаборатории.
Когда за ним закрылась дверь, посмотрев на колбу с мутной субстанцией, я села записывать в тетрадь влияние слюны гастронга на человеческий организм.
Пошёл третий месяц учёбы. Второй курс мало чем отличался от первого. Было скучно. На факультатив к Семёновой мы ходили с Ильёй исправно, но там больше рассказывали о ядах, их квалификации и свойствах. О практике и применении опасных токсинах и речи быть не могло.
Тогда я обустроила в замке небольшую лабораторию и принялась скрупулёзно изучать добытые из монстров ингредиенты. Всё очень просто. Мы усердно слушаем Анну Львовну, а в субботу с Ильёй проводили и закрепляли эксперимент с компонентами тварей из разломов. Володя доставляет их нам в идеальном состоянии.
К сожалению, работу в больнице пришлось урезать. Мы теперь не сидели в приёмном отделении, а делали обход больных в воскресенье. Четырёх часов как раз хватало, чтобы обследовать пациентов, попавших на больничную койку. Многих Илья вылечил и теперь усердно мне подчинялся, понимая, что, если бы я не заставила его раскачивать источник лечением больных, он бы до сих пор оставался неучем.
К моему удивлению, за время летних каникул ещё два однокурсника последовали нашему примеру: Анна Юсупова и Весёлкин Илья. На ранг мастера они пока не перешли, но месяца через три это с ними произойдёт.
Дописав последнюю строчку, я захлопнула тетрадь. Яды, находящиеся в брюхоногом моллюске, а теперь в монстре гастронге, мы разобрали и записали. Что интересно, ядовитыми у него оказались не только протоки слюнных желез, в которых содержался парализующий яд.
У изменённой улитки имелся жёлчный пузырь. Добытая из него желчь не была ядовита. С попаданием в организм она растекалась по венам оранжевым веществом и концентрировалась в половой системе человека. Испытание проводила на нас двоих, и если я себе вывела вещество в тот же вечер, то Илья две недели ходил сам не свой.
Бедняга, наверно, подумал, что стал импотентом. С такой проблемой к Цветкову явно не пошёл, тот быстро сообщит обо всём родителям, вот и ходил юноша сам не свой.
В отличие от меня Илья не мог видеть в своём организме отложение жёлчного вещества гастронга. Что интересно, иммунная система тоже не распознавала врага, и он преспокойно обжился в репродуктивной системе друга. Об этом на занятии нам не рассказывали, а ведь этим веществом можно сделать человека бесплодным.
Потянувшись, я встала и направилась на выход, сегодня ночное дежурство в третьей больнице. Никто не знает, что я и Хромус в образе леди Кисс продолжаем лечить больных людей...
— Как же я хочу спать, — прошептала я, широко зевнув, и, спрятавшись под одеялом, попросила: — Глашенька, я ещё немного посплю.
— Ну как же можно, ваша светлость, — пробубнила девушка. — У вас сегодня до обеда день физической подготовки. Исаев жуть как не любит, когда кто-то опаздывает. Вспомните, в прошлый раз Андрей Викторович вашу Асташеву гонял по стадиону, как сидорову козу.
Я ухмыльнулась, вспомнив, как Виктория еле передвигала ногами от часа бега по стадиону. Сон улетучился. Откинув одеяло, я потянулась, раскинув руки в стороны, широко зевнула и, вскочив с кровати, помчалась в ванную…
***
Васнецов Роман Павлович дождался, когда на внеочередное заседание придёт последний наставник адептов, и, бросив на Чагина недовольный взгляд, начал говорить.
— Итак, дорогие мои преподаватели, собрал я вас всех внепланово вот по какой причине. Некоторые из вас, возможно, помнят мою приветственную речь на линейке. Так вот… Наш государь прислал мне письмо, в котором спрашивал: «Когда он услышит о результатах похода адептов в разлом?». Тянуть с этим больше нельзя. Я хочу, чтобы вы сейчас же озвучили самых умелых адептов. От каждой стихии прошу предоставить четыре адепта всех стихий, целителей два человека и одного некроманта. Любовь Сергеевна запишет, и это будет предварительным списком. В разлом отправятся две группы по двадцать человек. На мой взгляд, список нужно составлять из архимагов. Мастерам в разломах делать нечего.
— Я понимаю, что архимагов земли, воздуха, огня и воды в нашей академии предостаточно. Но где я вам возьму целителей? Вы ведь в курсе, что этот дар пробуждается в основном у девушек. У третьекурсников он ещё не пробуждён. Вы ведь знаете, что девушки, едва достигнув совершеннолетия, выходят замуж и покидают академию. У меня нет целителей, — чуть не брызжа слюной, возмутилась Горленко.
— Ну зачем вы так прибедняетесь, Аксинья Егоровна, — прошипел с издёвкой Карякин. — У вас на втором курсе учатся три целителя, имеющие ранг мастера.
— Ипатий Лукьянович, мы сейчас говорим о разломах, а не о залечивании царапин, — окрысилась на него профессорша.
— Так в чём проблема, можете послать с группой Берту Антоновну и Антонину Лукьяновну, — вклинился в разговор Чагин.
— Стара я уже по разломам ходить! — нервно взвизгнула Пирогова, вскочив со стула.
Через пять минут в кабинете ректора стоял неимоверный гул, напоминающий визг давно не кормящих свиней.
— Довольно! — воскликнул Васнецов, резко ударив ладонью по столу. — Вам должно быть совестно за своё поведение. Я бы не настаивал на немедленном ответе, но мне нужно отправить списки Романову к обеду. Немедленно подойдите к Аничкиной Любови Сергеевне и назовите ей фамилии участников. Думаю, никто не будет против, если группы возглавят Самсонов Роман Фёдорович и Исаев Андрей Викторович. Они отлично разбираются в физической подготовке адептов и знают монстров из разломов.
Через десять минут секретарь вручила ректору два листа с фамилиями. Взяв первый лист, Роман Павлович внимательно изучил его и остановился на фамилии Вальтер Илья Кириллович.
— Этого вычеркните и найдите замену из других кандидатов, — коротко сказал он, отложив лист, и приступил к чтению второй группы фамилий.
— И на кого мне его менять прикажете?! — вновь взвинтилась Горленко. — У меня единственная адептка осталась Распутина Екатерина. Она слабая девушка. Как я могу послать её в разлом, кишащий тварями?
— Аксинья Егоровна, прошу вас не волноваться, — сказал Васнецов, вздохнув. — Мы все понимаем, что княжна Екатерина Распутина заслужила награду за свою храбрость. Она не испугалась магуров, поэтому, на мой взгляд, нет причин отказывать ей в доступе к разлому. Тем более она пойдёт туда не одна, а с Бертой Антоновной, — роман Павлович зачеркнул фамилию Вальтер и написал над ней Распутина Е. Г. Он передал список секретарю со словами: — Любовь Сергеевна, пожалуйста, внесите изменения и принесите мне на подпись. На этом наше совещание можно считать завершённым, — заключил он, обведя взглядом присутствующих преподавателей. Внутри он был доволен, что смог быстро решить вопрос, о котором совершенно забыл.