Глава 22. Сражение с носачом и снятие проклятия

Анха еле отвязалась от Бьорна. Он же сам говорил, что собирался затемно выходить на охоту, но продолжал бросать укоризненные взгляды, осуждающе пыхтеть и задумчиво чесать голову. Крутившийся рядом Пузо тоже был недоволен навязчивостью метаморфа, а когда тот ушёл, то ринулся куда-то в темноту.

— Куда? — только и успела воскликнуть Анха.

Но делать было нечего, и она в одиночестве отправилась к убежищу Александра. Дверь оказалась незапертой и княжна спустилась вниз, но хозяина не было в доме, что сильно удивило её. Ей казалось, что он уже не может ходить!

Что делать дальше, княжна не знала. У неё было не так много времени, чтобы попусту тратить его. Но куда мог уйти в своём состоянии Бережной? Еду ему должны приносить. Так где он?

Анха зажгла светильник и осмотрелась. Первым делом её внимание привлек массивный стол. На нём стоял кувшин с водой и кружка. Рядом со столом находилась узкая кровать. Она была аккуратно застелена, а в изголовье были поставлены две подушки. Последнее удивило Анху. Так делали в деревнях: взбивали и ставили на уголок или боком.

На одной из стен висели полки и на них лежало немало ценных артефактов. Чувствуя, что задержалась в чужом доме без присутствия хозяев, она быстро выскользнула в коридор и птичкой взлетела по ступенькам.

— Ой! — невольно вырвалось у неё, когда она натолкнулась на кого-то. — Вы? — тут же исправилась она, поняв, что чуть не сбила с ног хозяина подвала.

— Не убегайте! — схватила она его за плащ и тут же поняла, что сморозила глупость.

Ну как он побежит, да и куда? И всё же ей показалось, что он хотел скрыться в тени, и если бы его не подвело собственное тело, то сбежал бы.

— Ваше сиятельство, — растеряв все заготовленные фразы, начала Анха и растеряно замолчала, увидев, как Александр кутается в плащ. — Ну что вы как маленький? — укоризненно заметила она и, распахнув шире дверь, пригласила его войти.

— Давайте зайдём внутрь и поговорим, — как можно мягче предложила она.

Граф не двигался, и Анха уже собиралась начинать увещевать его, но обошлось.

Спускался он медленно, придерживаясь за стену и опираясь на крепкую трость. Она дала ему время войти в комнату и занять удобное положение. Когда она вошла, то Александр притушил свет и сел на кровать, отвернувшись от двери.

Анха не стала терять время и переключилась на магическое зрение. Граф в магическом плане был весь чёрный, и только присмотревшись, она увидела, что чёрный цвет неоднороден. Часть чёрного переливалась искрами, а остальное казалось грязным. Вот эта неоднородная грязь и была скверной, а чистый чёрный — энергией защитника.

— Не всё так плохо, как мне показалось в первый раз, — с долей облегчения призналась она.

Александр дёрнулся, чтобы посмотреть на неё, но опомнился и ещё больше развернулся к окошку. Анха хмыкнула. Окно находилось слишком высоко, чтобы можно было делать вид человека, увлечённого красивыми видами, да и темновато на улице.

— Завтра с утра я буду занята, а после обеда ждите меня здесь. Мы с вами подберём всё необходимое для очищения от скверны.

Анхе показалось, что граф глубоко вздохнул, но более он ничем не выдал свои впечатления от новостей. Надо было уходить, но кольнула жалость, и захотелось подбодрить его:

— Не спорю, проклятие сильно навредило вам, но всё можно исправить. Я написала вашему отцу, чтобы он прислал сюда мага из клана Золотых. Вместе мы поставим вас на ноги за считанные часы! Но и без Золотого есть способы восстановить вас. Мне уже приходилось работать с подобными проклятиями в паре с князем Песочным — и результат был отличный.

Анха обратила внимание, что при упоминании о Георгии возле Александра словно бы сгустилось напряжение, но она не могла не поставить в известность пациента обо всех возможных вариантах лечения.

— К сожалению, дар князя не включает в себя обезболивание, но это можно сгладить снадобьями. И ещё до Георгия надо добраться, — нехотя добавила она. — И последнее: если по каким-то причинам названные маги окажутся недоступны, то мы пойдем другим путем. Это будет относительно долгий процесс, но шаг за шагом мы всё равно вернём ваше здоровье. Так что, как видите, ваша ситуация разрешима.

— Мы? — прохрипел Александр.

— Вы слышали о круге магов? — обрадовалась контакту Анха, не подозревая о том, что Александр уцепился за слово «мы» надеясь, что ему может помочь кто-то другой. — У меня есть накопители с энергией разных магов, и я думаю, что достаточно будет пригласить в круг барона Цветков, барона Отважного и… маленького князя Лунева.

Анха запнулась только в конце при упоминании Алика. Не бог весть какая тайна, так как глава клана Бережной признал внука, но пусть сам Александр ни на что не рассчитывает!

Сейчас он болен и она с ним возится, но это не значит, что так будет дальше. Сформулировав для себя этапы собственного отношения к бедненькому искалеченному Александру и Александру, полному сил, она успокоилась.

— Ну вот, вроде бы всё сказала… До завтра! — попрощалась и не ожидая ответа, вышла.

На улице её ждал Пузо, которого она с удовольствием погладила и подтолкнула к двери, но пёс заартачился, желая остаться с ней. У проходившей мимо женщины Анха узнала, что её мальчишки в сопровождении Бьорна ушли к новому дому и поспешила туда же. Пузо ответственно проводил её до новой квартиры и только после этого потрусил к Александру.

Точнее, встретил его в тени арки возле двора Анхи и ещё долго стоял с ним под окнами, подставляя спину для опоры согнувшемуся от боли магу. Пузо всецело одобрял действия друга.

Они слушали, как княжна рассказывает сказку ребятам, а потом напевает им детскую песенку. Её голос звучал мягко и успокаивающе, уводя мысли в мир фантазий.

Утром Анха с мальчишками стояла во дворе и встречала прилетевшую в полном составе группу. После короткого совещания они решили очистить земли до бывших пограничных камней и остановиться, дожидаясь повеления императора.

Однако не успели они вылететь за пределы гарнизона, как узнали, что вернулся вылетевший затемно гонец. Он имел неосторожность столкнуться во время короткой остановки с носачом, и тот взял его след. Воин решил вернуться и попросить помощи, опасаясь, что носач догонит его раньше, чем тот прибудет в столицу.

Маги заспорили, пытаясь подсчитать, сумел бы улететь гонец или нет, а воины принялись вспоминать случаи, когда удавалось справиться с носачом. И все при этом недобро поглядывали на гонца, виня его в том, что он привёл тварь к стенам гарнизона.

Анха тоже неодобрительно косилась на испугавшегося носача воина, но его можно было понять. Если носач проделал дыру в магической защите, то дорога перестала быть безопасной, и другие твари теперь могли встретиться на любом участке пути. Гонцу повезло, что сумел вернуться живым и вовремя сообщить о том, что произошло.

Из разговоров Анха узнала, что здешним защитникам уже приходилось иметь дело с носачом и, прежде чем маги разобрались, что их силы против него бесполезны, а оружие воинов не пробивает его шкуру, он лихо порезвился. В конце концов тогда с ним справился Бьорн. Покойный ныне воевода выдал ему свой клинок, и метаморф убил его. Сейчас Бьорна не было, и все надеялись на стены.

А носач тем временем кружил вокруг гарнизона, дырявил свежую императорскую защиту и поглощал магию из расположенных по периметру маячков. Анха вместе с другими наблюдала за ним и видела, что вскоре он трансформируется в более опасную тварь.

Кроме того, ситуация ухудшалась с каждой минутой из-за стягивающихся к гарнизону крылатых тварей. Если носачу удастся обрушить защиту, то вся эта свора кинется атаковать сверху и людям придется укрыться в замке, вновь оставляя город тварям.

— Господин Норкин, — позвала князя Анха в тот момент, когда обожравшийся магией носач задёргался и начал растить крылья. — Как насчет того, чтобы загнать тварь в глубокую яму?

— Что с ним происходит? — послышалось отовсюду. — Может, он сейчас сам сдохнет?

— Крылья! Этот монстр может летать! — воины схватились за оружие, как будто носач уже поднялся на стены.

— Господин Норкин? — вновь позвала мага Анха.

— А? В яму? Как заманить? Вы же видите, что он теперь летает!

— Заманить не проблема, если дать ему достойную цель. Он ещё не адаптировался к крыльям и не понимает, что теперь его стихия воздух, а не земля.

— Думаете, заманить его в лаз, а потом Цветков сожмёт землю вокруг него и скует? Вряд ли мы этим надолго удержим носача, — с тревогой смотря на всё большее количество тварей, кружащих над гарнизоном, предположил князь.

— Лаз сделает Каменев и он же зафиксирует носача не землей, а камнями, — поправила его Анха, — а мы подберемся и убьём его.

— Каменная ловушка? А чем мы пробьем его шкуру?

— У нас остались баллисты, — подошел один из воинов замка, — они сильно бьют, но нет того, чем можно пробить шкуру этого монстра. И я не представляю каким образом произвести выстрел, чтобы попасть…

— Баллисту установим на вимане и удержим простым грузовым заклинанием, — тут же внёс предложение один из гарнизонных магов. Воин нахмурился, что-то обдумал и согласно кивнул.

— Мой топорик из подходящего металла, и если наши огневики сумеют сделать из него наконечник для копья…

— Стрелы, ваша светлость, — поправил её воин. — Наша баллиста стреляет стрелами, — пояснил он и вопросительно посмотрел на своих огневиков, но старый маг из отряда Анхи вышел вперёд и сказал, что если ему дадут форму, то он сделает наконечник за считанные минуты.

— Но отведите время на стабилизацию конечного продукта, — после радостного гомона предупредил маг.

Дальше посыпались вопросы по поводу того, как подманить носача, какой должна быть яма и кому доверить выстрел. Потом взвесили топорик княжны и сожалением констатировали, что из него можно сделать только один наконечник.

— Господа, если выстрел будет неудачным, то я выращу лиану, и мы с её помощью подберем нашу стрелу и попробуем ещё раз, — воодушевлённо воскликнул барон Цветков, вызывая снисходительные улыбки. Но всё же его пламенная речь прекратила споры, и все занялись делом.

Пока держалась защита, Анха полетела чертить дорожку из рун, чтобы заинтересовать носача и хоть как-то направить его в удобном для последующего выстрела направлении.

Каменев сделал сужающийся лаз у входа в гарнизон, чтобы в случае полной неудачи удобно было забросать носача камнями с разрушенных входных башенок. Вдруг Каменеву не удастся сузить лаз?

Анха продолжала чертить руны и напитывать их силой, наконец, они увлекли носача. Он оставил в покое защитный барьер и неуклюже подпрыгивая, пытаясь взлететь, потащился по рунному следу, постепенно приближаясь к ловушке.

Старший Вулканов уже переплавил топорик в наконечник, а воины подготовили стрелу и зарядили ею баллисту. Пока было время, маги влили в повреждённую защиту объединенные силы — и все замерли в ожидании.

Когда носач втиснулся в лаз, чтобы изучить и поглотить очередную руну, Каменев сразу же сдавил его камнями. Выстрел сделали буднично: воины прицелились и…

— Есть!

Со стены не видно было, но земля приподнялась и опала. Каменев усилил нажим камней, навсегда похоронив тварь под землей. Все ликовали! Никто не ожидал, что смогут без потерь справиться с носачом. Теперь он не казался таким страшным и грозным как ранее.

Анха с мальчишками вернулась в замок. Из-за носача её группа отложила расчистку земель и занялась обустройством в городе. Княжна пообедала вместе с местными женщинами, отвечая на вопросы. Замковую ребятню было не удержать, и все они умчались смотреть на летающих тварей за магической защитой.

Княжна же вернулась в квартиру, уложила Алика на дневной сон, а Ростиславу дала задание тренироваться в магии. Сама она отобрала подходящие на её взгляд чаши, подхватила мешок со снадобьями и отправилась к Александру.

Она увидела его сидящим на входной ступеньке возле своей двери. Пузо пристроился рядом и дремал.

— Простите, что задержалась, — с улыбкой начала говорить Анха, но увидев, с каким трудом поднимается Бережной, бросилась помогать. Он попытался отказаться от её помощи, но она только поцокала языком и крепче ухватила его:

— Нам с вами надо дойти до мыльни. Там светло, тихо и просторно.

Они ковыляли, а Анха намеренно беззаботно рассказывала о появившемся у стен гарнизона носаче и о том, что эта тварь только выглядит устрашающе, а на самом деле к ней всего лишь нужно подобрать подход.

Зачем она делала вид, что всполошивший всех носач вовсе не проблема, она не смогла бы объяснить. Но Александр был ужасно зажат и ей казалось, что её голос убаюкивает его. Она вела его под руку и беспрестанно говорила, говорила… дошло до того, что начала проговаривать то, что делала.

— Посидите здесь, а я сейчас светильники зажгу и артефакты нагрева мы включим… ах, вот тут есть вентиляция и её тоже…

Александр послушно сидел в углу, запустив руку в шерсть Пузо. Теплое мохнатое тело пса его успокаивало.

— Ну вот, теперь тут хорошо, — закончив с приготовлениями, Анха сбегала за оставленными у порога чашами и расставила их на скамье.

Бережной украдкой следил за ней, а она делала вид, что не замечает этого. Сосредоточенно касаясь чаш стиком, она посматривала на него магическим зрением. Скверна так плотно въелась в его тело и так долго соперничала с силой Пузо, что теперь слабо реагировала на внешние раздражители. Чаши оказались бесполезны.

А вот сама магия Александра чутко отозвалась на лунную энергию, и это могло помочь при восстановлении его тела.

— Ну что ж, — ставя в стороны чаши, она взялась за снадобья. — Пожуйте-ка вот этот порошок и щепотку этого, а вот этот мы сейчас заварим горячей водой, чтобы пошёл целебный пар, — ворковала она, развязывая мешочки и отсыпая нужное. Александр покорно открывал рот, заглатывая всё, что она давала.

— А теперь сядем сюда, — она помогла ему встать и переместиться, — снимем плащик… — он с неохотой, но всё ещё подчинялся, однако, когда она стала стягивать с него рубашку, то заартачился.

— Ай-яй-яй, — пожурила и сделала то, что не любила делать. — Посмотрите-ка мне в глаза! Какого они цвета?

Бережной на миг замешкался, но всё же заглянул в её глаза и не смог оторваться. Он помнил, что ему необходимо назвать цвет глаз, но тот все время менялся и невозможно было определенно что-то сказать.

А Анха быстро читала детское успокаивающее заклинание и удерживала Александра в слегка подчинённом состоянии. По правде говоря, таким способом не удержишь ни одного мага, только если он не доверяет всецело. Вот из-за этой особенности Анху терзала моральная сторона дела.

Наконец она его раздела, уложила и начала наносить необходимые для ритуала руны. Потом назвала цвет своих глаз. Александр ошалело осмотрелся, дернулся, но Анха надавила ему на плечи, заставляя лежать.

— Проклятие будет уходить с болью, — сразу же начала она говорить. — Прерываться нам нельзя, поэтому передышки не будет. Готовы?

Он продолжал сверлить её черными глазищами, на что она ободряюще улыбнулась и сама ответила:

— Вижу, что готовы! Слушайте мой голос… так будет легче.

Анха давно уже доработала заклинание против туманных червей, и ей приходилось произносить только ту часть, где каждого червя надо было ловить и тащить, а уничтожала их «по щелчку».

Она начала плавно и размеренно, стараясь лишний раз не беспокоить заражённое тело в энергетическом плане. Бережной лежал молча и лишь изредка вздрагивал. Его терпение позволило Анхе полностью сосредоточиться на очищении и не совершать промашек.

Вдруг он застонал и зажмурился, но продолжал лежать не шевелясь. Она быстро коснулась рукой нанесённых на его тело поддерживающих рун, и они заработали активнее.

Анха видела, что чем дальше она продвигается, тем хуже становится Александру. Скверна проела его кости, но одновременно она заполняла их собой, а теперь образовалось слишком много энергетических и материальных пустот. Сюда бы энергию Золотого!

Анха срочно активировала накопитель с энергией князя Песочного, чтобы поддержать кости Александра и запустила малое исцеление, но этого было недостаточно.

— Пузо, разбуди-ка Алика и приведи сюда вместе с Ростиславом, быстро, — велела она, поняв, что измученный организм Александра подошел к границе терпения. Слишком долго он жил вместе с болью, стараясь не подавать виду, что она терзает его.

Анхе надо было скорее заканчивать, а из-за опасения, что тело мага больше не выдержит боли ей приходилось прерываться на запуск заклинания исцеления. Это сильно мешало.

Услышав цоканье когтей Пузо и легкие шаги мальчишек, она прикрыла Александра плащом, оставляя только необходимое для дальнейшей работы. Граф оставался в сознании, но глаза больше не открывал.

Анха велела прибежавшим мальчишкам встать рядом с ней и разложенными накопителями. Расправившись с остатками скверны и невольно причиняя этим острую боль Бережному, она сразу же активировала круг магов, создавая подобие золотого заклинания исцеления.

Общая энергия успешно преобразовалась и впиталась в изуродованное тело. Анха облегченно выдохнула и чуть потянулась, чтобы унять боль в затекших мышцах. Ещё немного и она завалилась бы рядом.

Княжна не заметила, что Александр во время активации круга магов очень ясно почувствовал энергию Алика и пришел в неописуемое смятение.

Если до этого он не мог смотреть на Анху, стыдясь своего вида и держал глаза закрытыми, то поняв, что рядом стоит его сын… его сын… сын… такой маленький, но такой большой… Маленький защитник, вливающий в него силы и всем сердцем желающий его исцеления!

А сам Александр даже не знал о его существовании, не качал на руках, не видел его первых шагов и не поддерживал…

Его сын смотрит на него и видит безобразное уродство…

Мысли Александра оборвались и смятение застыло, словно нечаянно попавшая на лютый мороз вода. Он почувствовал, как детская ладошка успокаивающе гладит его по руке и тепло родной энергии разливается по телу без какого-либо ритуала.

Александр повернул голову и открыл глаза. На него с теплотой смотрел тот самый малыш, что вчера играл с Заром и был при Анхе вместе со старшим огненным мальчиком. Его взгляд был необычайно серьёзным и из-за этого кроха казался старше.

О-о-о, почему Александр не задумался о том, что за дети находились рядом с Анхой? Многие женщины забирали себе сирот и помогали им вырасти. Время такое. А черноволосый малыш был полной противоположностью княжне и Александр подумал… впрочем, он об этом особо не думал. Его волновала только она и их прошлое! А теперь… О, Тьма! Будь ты проклята! Столько потерянных лет!

Всё эти мысли… даже не мысли, а боль осознания о том, сколько всего упущено, придавили его.

Анха, ещё раз плавно потянулась, повернула голову в одну сторону, потом в другую и активировала исцеление на себя. Стало легче и она вернула всё своё внимание Александру.

Одобрительно кивнула, увидев, что его магические каналы наполнены чистой черной энергией, а значит, Александра активно поддерживает родной источник. Возможно, он подключился в тот момент, как сняли блокаду из скверны, но сейчас родная магия Защитника омывала всё его тело. Это хорошо, а то резерв резервом, но свежий поток всегда несет обновление. Жаль, что Анха сразу не разглядела работу источника, а то можно было бы не звать Алика в круг магов.

Но в любом случае, тело Бережного с благодарностью приняло объединенную помощь, а он сам больше не жмурится, да и его взгляд стал более осмысленным.

— Боль осталась позади… скверны в вас больше нет, — быстро проговорила Анха и отпустив детей, положила ему на лоб свою ладонь и едва не расплакалась, увидев, как он посмотрел на неё. Лицо его было изуродовано до неузнаваемости, что понятно, проклятие же, но глаза… В его глазах застыла боль, много боли и отчаяния!

Она растерялась. Вроде бы ему должно быть легче…

Она взяла в руки чашу с мелодичным звучанием и начала водить стиком по ней. Воздух ощутимо задрожал и энергетическое поле Александра немного упорядочилось. А Анха, улучив благоприятный момент, влила в него ещё энергии князя Песочного, чтобы получше заполнить энергетические пустоты хотя бы в позвоночнике.

Дальше без участия Золотого мага воздействовать на Александра было опасно и она погрузила его в сон.

— Всё, — наконец произнесла она и оглянувшись на шорох, позвала мальчишек, которые по своей воле остались сторожить за дверью.

Ростислав помог сложить княжне чаши и снадобья, придержал её, пока она разминала затекшие руки и ноги, а Алик заботливо подложил под голову Александра сложенное полотенце.

— Мам, я посижу с ним, — произнес маленький князь.

Она с беспокойством посмотрела на сына, но тот не выражал ничего кроме любопытства.

— Графа перенесут к себе… он будет спать.

— А, ну ладно, — покладисто согласился Алик, получая в это же время заверения от источника, что тот будет бдить.

— Маги подлатали защиту у дороги, — раззевавшись, сообщил Ростислав.

— Очень хорошо, значит, гонцу больше нечего опасаться, — пробормотала княжна.

А Алик решил спросить у источника, сообщил ли тот деду, что его сын найден, и долго возмущался, что Друг поступил как формалист. А именно, поспособствовал тому, чтобы на родовом древе ожила ветвь… и всё! На вопрос о том, ходил ли дед к родовому древу в последние дни, источник пробурчал что-то невнятное.

«Дед должен ежедневно получать сводку новостей о членах своего клана!» — запальчиво упрекнул Алик друга, не знавший, что источник до сих пор не получил разрешение от князя на неформальное общение.

Сам же малыш недавно как раз спорил с Ростиком на тему взаимодействия с источниками, и они пришли к выводу, что было бы здорово, если бы источники походили на столичную газету с новостями. Просыпаешься, а тебе всё о членах клана подают на блюдечке. Не зря же мама всегда говорит, что знания — сила!

«Принято, наследник!» — коротко ответил источник, обиженный на то, что его обозвали формалистом. А ведь глава палец о палец не ударил, чтобы загрузить его работой, а теперь оказывается, он сам должен был лезть с инициативой.