Глава 25. Разговор по душам

— Что? При чём тут это? — глаза князя удивлённо округлились, он старался уловить причину столь странного вопроса.

— Да вот как бы ни при чём, но цепляет, — мотнув головой, словно отбрасывая лишнее, медленно произнесла Анха. — Понимаете, мы выхватываем события и считаем их странными, но если начать издалека, то вырисовывается целая цепочка связанных между собою странностей.

— Э, ваша светлость, уж больно мудрено вы говорите, — замахал руками князь. — Тем более я не помню, чтобы рассказывал вам что-то о Борисе.

Анха посмотрела на князя и кивнула. Действительно, семейные тайны ей приоткрыл зеркальный император прошлого.

— Давайте-ка сразу согласимся, что всё происходящее так или иначе связано с Тьмой, — предложила княжна, показывая старшему Бережному подождать с расспросами откуда она узнала об Острове.

— Не могу сказать, что согласен, но опровергнуть тоже не могу, — буркнул князь, наблюдая, как сын сместился поближе к девушке, как будто она нуждалась в его поддержке.

— Хорошо, пока этого достаточно, — ничего не замечая, продолжила рассуждать Анха.

Князь изобразил заинтересованность при этом наступая на ногу Александру, чтобы тот принял независимый вид, а то ведь словно сторожевой пёс сидит подле княжны.

— Мы очень давно сосуществуем с Темными землями и привыкли к вялому противостоянию на границе с ними, — медленно начала проговаривать княжна и недовольно мотнула головой, прерывая себя же.

Интуитивно она чувствовала, что возня на границе могла продолжаться ещё не одно столетие, но почему-то в какой-то момент всё изменилось. Тьма дозрела до новой экспансии? Набралась сил и двинулась вперед? Нет, нет и нет. Она шандарахнула по Империи, когда пала граница. И вот это было в её духе. В духе ненависти, нетерпимости, неудержимой агрессии. Р-раз, и взметнулась, вырвалась из рамок, побежала-полетела уничтожать!

Вот только падение границы — это последствие хитроумного заражения Острова, с которым он жил не одно десятилетие и у Анхи возникают вопросы, которые указывают на то, что получается ерунда. Более того, она чувствует неправильность в связке Остров-Тьма. Они никак не могли оказаться в паре! Несовместимы по всем статьям! Но он был тварью Тьмы!

Анха выдохнула и решила говорить князю только о фактах, которые её зацепили, а дальше пусть он сам делает выводы.

— Я имею все основания утверждать, что Борис Остров, как и многие члены клана Меча, были заражены скверной и случилось это в самом центре столицы.

В помещении повисла гнетущая тишина и княжна быстро продолжила пока её не перебили:

— До сих пор считается, что скверна может менять только животных и насекомых, а людей убивает, но Борис Остров длительное время был изменённым, и к моменту казни не сохранил в себе ничего человеческого, кроме внешности.

— И вы только сейчас говорите об этом? — зарычал князь и невольно упираясь в поставленный кокон защиты сыном.

Оба действовали интуитивно: от князя шла волна силы, а Александр оберегал то, что ему дорого. Не противоборство, но территория влияния была обозначена: князь мог дать в лоб сыну и тот бы спасибо сказал за науку; но княжну не замай!

— А когда я об этом должна была сказать? — возмутилась Анха. — Кому? Кто хотел разбираться с тем, что произошло с Островым?

Княжна обиженно запыхтела, при этом пытаясь понять, почудилось ли ей использование магии семейкой Бережных или нет. Впрочем, это сейчас неважно, и она решительно напомнила князю:

— Я ведь и вам, и Виктору пыталась объяснить, что надо разделить понятия скверны и Тьмы; что Тьма — это разумное существо со своими целями и возможностями, а скверна — продукт и одновременно инструмент Тьмы.

Анха развела руки в стороны, показывая, что нужная информация была доведена до сведения, но не осмыслена слушателями и отложена до поры до времени. А ей что оставалось делать?

— Я пыталась заинтересовать этой темой других глав кланов, но для них информация о Тьме ничего не меняет. Вот когда Виктор скажет, что намерен идти в Тёмные земли, чтобы бороться с неведомым существом, то они отреагируют, а до этого… — Анха махнула рукой и отвернулась.

Старый князь тяжело откинулся на спинку стула и прикрыл глаза.

Всё катилось в бездну!

Сначала одно за другим известия о том, что соседи оттяпали исконные земли империи, потом пропажа Золотых и всё чаще поступающие сведения о жесточайших схватках с тварями.

Вроде всё только стало получаться и люди обрели надежду на будущее — и трах-та-ра-рах, покатилось Тьма знает куда! А княжна продолжает настаивать, что как раз Тьма знает, и это не фигура речи.

— Отец, давайте дослушаем княжну, — прервал молчание Александр, — мне кажется, её светлость не договорила.

— Я уже забыл, на чём мы остановились, — буркнул старший Бережной.

— Я всего лишь обратила ваше внимание на то, что дядя покойного императора оказался заражен скверной. Это факт.

Князь махнул рукой:

— Острова и весь клан казнили. Этот вопрос можно считать закрытым.

— Да, меры были приняты жёсткие, и если бы не диверсия с пограничными камнями, то…

— Совершенно верно, — не дослушал князь.

— А теперь давайте добавим новые факты. Нам неизвестно, где и когда Борис Остров оказался заражен скверной, но есть необъяснимое взаимодействие его с Золотыми и Чтецами, которое длилось всю его жизнь после трагического случая.

Княжна сделала паузу, чтобы старший Бережной уложил в своей голове этот факт.

— Не будем сейчас обсуждать каким образом он вдруг стал заложником непонятной ситуации. На тот момент всё казалось чуточку странным, но невинным. А сейчас?

— А сейчас странности с этими кланами перешли все границы, — согласился великий князь. Но к чему вы ведете?

Он шевельнул пальцами, желая, чтобы княжна далее излагала свои соображения. Она понимала, что князь хочет услышать её мнение о кланах, но все её мысли упирались в Острова. Она всё время спотыкалась на его связи с Тьмой.

— Мне бы хотелось вернуться к личности Бориса Острова. Его поведение в изменённом состоянии непонятно. Он не вёл себя как безмозглая агрессивная тварь, — девушка сжала руку в кулак, — не отличался безумной неконтролируемой жестокостью, иначе его сразу бы разоблачили, — а дальше в её голосе прорвалась досада:

— …но при этом являлся тварью Тьмы.

Анха глотнула воды и думая, что князь сейчас скажет, что она противоречит сама себе, заторопилась объясниться:

— Вы скажете, что он ввёл закон о том, что преступные маги должны приносить пользу империи, и первым отвел их к пограничным камням. Но если бы его целью было прорвать границу, то у него были возможности сделать это быстрее!

Александр с нескрываемым удивлением посмотрел на неё и мысленно повторил каждое её слово. Она была права! По приказу Острова пограничные камни начали кормить отступниками с чёрной аурой, но если бы глава Меча задался целью впустить Тьму на землю людей, то мог бы сделать это в любой момент: его собственных сил хватило бы на подобную диверсию.

— Поэтому нет, — вторила мыслям Александра Анха. — Прорыв границы — это второстепенный проект Острова.

— Вы… — князь покачал головой, не сумев подобрать слов.

Ну как можно назвать уничтожение легендарных пограничных камней и нашествие тварей Тьмы «второстепенным проектом»?

Миллион погибших, тысячи разрушенных или брошенных городов, обезлюдение и угроза полного исчезновения человечества…

Анха подняла руку, останавливая старого князя. Она боялась сбиться с мысли, поэтому все споры надо было оставить на потом.

— Остров жил в столице, — медленно повторила она известный факт, — своеобразно опекая клан Золотых и Чтецов, — дождавшись утвердительного кивка князя, продолжила перечислять:

— Уничтожал тех магов, кто препятствовал ему в его делах. А одним из его дел было расширение земель для столичного имения Чтецов. Вам не кажется странным, что безвестный ранее и малоуважаемый клан Чтецов на сегодняшний день обладает огромнейшей территорией в черте города? Как так?

— Ну, раньше это было неважно… столица строилась и росла вширь… кто хотел — докупал землю… — неуверенно пояснил князь. — А когда город оказался в осаде, то Чтецы заявили, что сами распашут клановые земли и поделятся урожаем с городским советом.

— Поделились?

— Да.

Анха в волнении сцепила руки в замок. Она чувствовала, что обратила внимание на нужные события, но как всё это связать между собой, ещё не понимала.

Князь прав, подвергая сомнению вытаскиваемые ею мелочи. Они сами по себе ничего не значат, а Анха молода и случайно могла себя же ввести в заблуждение. И всё-таки она решилась продолжать указывать на странности:

— За последние десятилетия Золотые стали редко оказывать услуги по исцелению и омоложению. Но почему? Дар желательно постоянно тренировать, а если за это щедро платят… но Золотые работают только тогда, когда очередной отказ вызовет проблемы или оплачивается более чем щедро. Разумно ли это?

Анха всё больше и больше волновалась, опасаясь, что старший Бережной её высмеет. Ей надо было попросить время, чтобы всё обдумать, но она так обрадовалась, что наконец-то князь переключил своё внимание с текущих дел на подоплеку происходящего, что начала вываливать на него всё разом.

— Мы все посчитали их спесивцами, — кипятилась она, — а что, если у них были причины так поступать? Быть может, в клане были проблемы с энергией или трудности с источником?

— Чтецы разобрались бы с этой проблемой, ведь они видят магию! — возразил князь и Анха вынуждена была согласно кивнуть, но:

— Что это за дружба «не разлей вода» между кланами? — не сдавалась она.

— Завидуете? — иронично спросил князь, хотя сам всегда недоумевал по этому поводу.

— Почему в трудные времена оба эти клана оказались сами по себе? Их словно бы не волнует ничего, кроме их спокойствия! Они открыто игнорировали Виктора, пока он не поставил ультиматум. Но даже после этого старшие маги, остались верны каким-то своим странным убеждениям, а теперь вы докладываете, что поступившие на службу императору середнячки гибнут один за другим.

Князь шумно втянул воздух и медленно выдохнул. Княжна волновалась и перескакивала с одного на другое, пытаясь ему что-то объяснить. Он не понимал её, но почуял запах нехорошего заговора с неясными целями, где свержение Виктора пройдет мимоходом. Нутром почуял опасность.

Александр смотрел на отца и раскрасневшуюся Анху. Оба сердились. Княжна явно заподозрила связь кланов Чтецов и Золотых с Тьмой, но никак не могла произнести этого вслух. Всё время сбивалась на Острова. А отец сердился, слыша только громкие заявления без объяснений. И тогда Александр решил помочь им:

— Давайте повторим ключевые слова? — он посмотрел на отца и Анху. Они чуть заметно пожали плечами и он начал перечислять:

— Подчинение Острова Тьме на территории столицы и его покровительство двум кланам; расширение родовых земель этих кланов в городе; многолетняя экономия энергии Золотых; кланы, больше похожие на секту, и убийства не примкнувшим к Чтецам золотых магов.

Анха одобрительно кивнула, князь же:

— Но при чём тут скверна? Откуда это навязчивое стремление связать Чтецов и Золотых с Тьмой? — не выдержал старший Бережной. — Домыслы! Одни домыслы!

— А при том, что верховный Сиятельный Чтец заражён скверной! — выпалила княжна. Она не была уверена… ей бы посмотреть на него, чтобы убедиться, но…

— Ну, знаете! — князь поднялся и ожёг взглядом сына, сосредоточенного на словах княжны. Александр внимал этой особе, как… тьфу, даже противно! Недоучили его в свое время...

Анха никак не отреагировала на вспышку гнева князя. Не впервой он кипел как чайник, отрицая очевидное, но успокоившись, садился думать и вливался в новую реальность.

— Я видела заражение Сиятельного более десяти лет тому назад и несколько раз позже, — кусая губы и глядя князю в глаза, произнесла Анха.

— Видели? — старый маг опешил и вернулся на свое место. — Но почему вы не сообщили тогда же…

Она эмоционально всплеснула руками и начала объяснять:

— В первый раз я даже не знала о существовании скверны, поэтому мне не пришло в голову, что я заметила что-то плохое. Прошли годы, прежде чем я вновь увидела Сиятельного Чтеца. Он был окружен вниманием и обласкан двором. Я видела его мельком среди других придворных. К тому времени мне уже доводилось лечить проклятия, но как я могла заподозрить, что крошечные тёмные точечки на золотых искрах — не норма для Чтеца? Цвет магии иногда очень причудливый и неоднородный. К тому же я лучше других знала, что попавшая в тело человека скверна быстро разрастается, а у Чтеца я видела всего лишь точечки.

— Так с чего же вы решили, что Сиятельный Чтец заражён, и причем давно?

— Буквально в последний день моего пребывания в столице я имела удовольствие наблюдать за молоденьким Чтецом. Он сиял золотом, и никаких вкраплений в искрах не было. Тогда я подумала, что это эффект юности, а с возрастом аура магии у Чтецов меняется.

— А сейчас?

— А сейчас я перебираю факты и понимаю, что они становятся более понятными, если ко всему привязать Тьму.

— Вы меня запутали, — князь плюхнулся на диван. — Я чувствую, что есть правда в ваших словах, — неохотно признался он, — но как-то всё это слишком фантастично.

Старший Бережной попытался изобразить руками какие-то фигуры, но поняв, что ничего дельного не получается, продолжил с улыбкой, как будто заранее предлагая посмеяться над его предположением:

— Исходя из ваших рассуждений я прихожу к выводу, что у нас в столице образовалось логово Тьмы!

Анха и Александра смотрели на него без улыбки. Князь насупился и буркнул:

— Но понимаю, что это вздор. Мы бы все знали об этом! Все!!! Твари Тьмы не могут сдержать свою агрессию и вырвались бы рано или поздно.

Князь горячился. Ему категорически не нравилось, что он говорит несуразицу, а его слушают с серьёзным видом. Надо бы умолкнуть и успокоиться, но его несло дальше:

— И опять же, напрашивается вывод, что есть ДВЕ Тьмы! — он усмехнулся и помассировал себе виски. — Одна живет в Темных землях и плодит тварей, а вторая засела в столице, и как раз её слугой был Борис Остров.

Анха ловила каждое слово князя. Она погрязла в сборе различных странных кусочков, а князь на основе выложенных ею странностей сумел объединить всё и сделать один глобальный вывод.

— Ваша светлость, а ведь вы правы, — прошептала она.

— Чушь, ничего я не прав! — не сдержавшись, заорал князь. — Этого не может быть, потому что… вздор! Вздор, который плодит новые вопросы.

— Всего лишь один вопрос, — неожиданно вступил Александр, — что за Тьма у нас в столице? Если госпожа Анха считает Тьму живым существом, то она может размножаться…

— Болван! — выругался князь. — Смотри не ляпни этот бред где-нибудь ещё.

Князь раздраженно отодвинул стул и даже гневно пристукнул им об пол:

— Папа Темень, мама Тьма и дети Тёмныши… тьфу! Это ж надо до чего договорились.

Анха не стала задерживать устремившегося к выходу князя. Ей было над чем подумать. Папа там или мама, но есть другие способы размножения. К тому же, если придерживаться иномирной теории появления Тьмы в этом мире, то в столице новая Тьма могла появиться… просто появиться! И князь Остров был заражен скверной именно от столичной Тьмы. Заражен намеренно и продуманно.