Глава 27. Рождение Тьмы

— Ваша светлость, это станет основой для новых алтарей?

Ростислав оттирал щёткой застарелую грязь на одном из добытых яиц и скептически осматривал серую пятнистую скорлупу.

— Угу, — обложившись свитками, княжна выписывала руны и напевала задорный мотивчик из сказки о медведе по имени Пух, любящем мёд. Это не одна сказка, а целый ряд маленьких историй, которые обожал Алик.

— Великий князь рассказывал, что Ищейки тоже находят много чего интересного, но никто не знает, подойдёт ли оно для создания алтарей.

— Разберёмся, — не отвлекаясь, ответила Анха и, выписав ещё несколько рун, с облегчением выпрямилась.

— Чем это вы заняты? — спросил подошедший князь.

— Подбирала новые руны, чтобы облегчить контакт будущего главы клана с его источником.

— Опять вмешиваетесь в то, что предками заповедано?

— А хорошо ли заповедано? Вы вот не разобрались без меня со своим источником, — напомнила Анха и улыбнулась.

Она вспомнила жалобу князя на внезапную активность своего источника. Тот вдруг начал выдавать полную сводку о состоянии здоровья клановых магов, их развитии, настроении, количестве потраченной магии… Бережной сначала был в шоке, потом счастлив, но вскоре не знал, куда деться от познавательной, но лишней информации. Поделиться со своей проблемой ему было не с кем, а отвечать что-либо назойливому голосу в голове было страшно.

В конце концов он спустился в подвал, и прижавшись лбом к алтарю, от души пожаловался на своё сумасшествие. Каково же было его удивление, когда источник обиженно спросил, отменять указание наследника или не отменять?

Какое указание? Что за наследник? И разве так можно было?

Источник терпеливо отвечал, подводя главу к мыслям о том, что пора бы на подросшем алтаре выбить новый ряд рун. А то за последние годы он принял огромное количество энергии ушедших за грань, а пользы от этого нет.

Князь обратил внимание, что действительно, лента из рун прерывалась из-за увеличившегося в размере алтаря, но на всякий случай решил посоветовался с княжной. Она одобрила нанесение новых рун и предложила ограничить Алика в полномочиях. Всё-таки статус наследника он получил автоматически без одобрения главы, а теперь ситуация изменилась.

— А если вы своим новаторством нарушите связь? — ворчливо заметил князь.

— Связь создаётся не при помощи рун, а при соединении энергий, — княжна показала рукой на Ростислава, носившего в сумке на поясе свой камень. — А руны…

Бережной поморщился и отмахнулся:

— Устал я от ваших пояснений. Голова гудит!

Анха обижено отвернулась и начала складывать свитки в папку.

— Сударыня, не злитесь, — неожиданно попросил князь. — Пока вас не было, из столицы прибыл гонец.

Она посмотрела на присевшего обеспокоенного князя.

— Не знаю, что думать, но Виктор велит всем магам срочно возвращаться в столицу.

— Странно, я, признаться, думала, что как раз нам пришлют подмогу… здесь явно что-то намечается, — встревожилась Анха. — Тьма словно бы напружинилась для удара, — постаралась она объяснить свои ощущения.

— Я изложил в письме ваши опасения, но имперский вестник прибыл вчера к ночи. Моё же послание Виктор получит на закате этого дня или завтра, если магический вестник не пробьётся.

Княжна выгнула вопросительно бровь, зная, что князь привёз с собой магическую шкатулку. Правда, образовавшаяся пустошь вокруг гарнизона мешала её работе, но можно было отъехать на небольшое расстояние и воспользоваться ею.

— Гонец сообщил, что возле столицы появились помехи и лучше по старинке… — Бережной раздраженно махнул рукой.

Анха уложила папку со свитками в короб, потом открыла буфет и вытащила оттуда несколько полотенец, чтобы обернуть очищенное от грязи яйцо гидры. Мамаша подверглась изменениям, а вот яйца окаменели. То ли их защитила скорлупа от воздействия, то ли так подействовала близость гриба... пока сложно сказать, но теперь яйца стали артефактами.

По силе они уступят рубину Ростислава, но это заметно будет только на начальном этапе формирования алтаря, а потом всё будет зависеть от силы и многочисленности клана. Так-то! Главное, что за находками не тянется шлейф зла по отношению к владельцам, а то было время, когда магических животных убивали ради их внутренностей или крали яйца, забывая, что имеют дело с магическими существами.

Княжне хотелось ещё немного поработать с артефактами, но принесённые князем новости требовали внимания, да и выглядел он каким-то удручённым.

— Ну что ж, вольём побольше защиты в гарнизон и полетим, — нехотя констатировала решение проблемы, надеясь убедить Виктора как можно скорее прислать сюда подкрепление. — Будем надеяться, что местные маги удержат оборону без нас.

— Вы не поняли, ваша светлость, — тихо произнес князь, — Виктор требует прибыть всем, понимаете, абсолютно всем магам!

Анха хмуро посмотрела на князя. Она же вчера вроде бы убедила его, что здесь скоро станет жарко, очень жарко! Что-то происходит в Тёмных землях… там каждый листик в ожидании чего-то…

— Но… это невозможно! Без магов тут всех…

— Вот я сижу тут и думаю…

Анха посмотрела на осунувшегося князя и поняла, что тот действительно всю ночь сидел и думал, а раз никто ещё никуда не собирается, то думу свою князь не завершил.

— Ваша светлость, насколько в столице всё серьёзно? Вы же понимаете, что без магов здесь все погибнут, если твари навалятся скопом?

— Уверен, что всё очень серьёзно, поэтому надо поспешить…

— Нет, вы сомневаетесь, иначе уже всем сообщили бы о приказе императора, — покачала головой княжна.

Старый князь недовольно сжал губы, но не возразил.

— Вывезти отсюда всех выживших мы не можем, — начала рассуждать Анха. — У нашей группы несколько виманов, а в гарнизоне всего один, — уточнила она для князя. Тот принял к сведению и ждал продолжения. — Значит, ставим многослойную защиту по периметру и непосредственно на замок.

— Само собой, — согласился князь.

— И как хотите, но местных магов надо оставить, включая вашего сына.

Бережной криво дёрнул уголком тонких губ, но сказал только одно:

— Александр будет там, где вы!

— А как же долг перед людьми? — не удержалась от колкости Анха.

— Он служит империи, так что не вижу попрания чести.

— А если я останусь здесь?

— Пойдете против императора и клятвы служения?

— Какой же вы… ваша светлость! — проглотив нехорошие слова, она всё же упрекнула его интонацией.

— Хватит того, что я выполню приказ Виктора по своему разумению, — признался князь и тут же нравоучительно добавил: — Допускаю, что когда Виктор узнает о сложившихся здесь обстоятельствах, то одобрит мои действия.

А Анха поняла, что одобрит, но не забудет своеволия, и князь это понимает.

— Так что же… собираемся? — притихнув, грустно спросила княжна.

— Александр сейчас занят укреплением защиты и вам бы тоже присоединиться. Вылетаем в ночь.

Анха кивнула, а князь крикнул стайку местных мальчишек, собираясь передать через них свои указания. Решение принято, и далее затягивать с подготовкой к отъезду нельзя.

— Кто возглавит наш караван? — быстро спросила княжна, пока вокруг его светлости не закрутилась кутерьма.

— Мой рулевой. У него есть артефакты ночного зрения и привязки. Ваш виман может лететь в сцепке?

— Да, но большой скорости дать не может.

Вскоре всё пришло в движение. Маги выложились до полного опустошения, ставя преграды и заполняя накопители, но местные жители смотрели на них, как на предателей. Все ощущали повисшую в воздухе угрозу и боялись.

Хорошо, что князь решил всё-таки оставить местных магов! Но люди злились и обрушили свой гнев на Александра. Он долгое время был основной силой гарнизона, а теперь бросал всех из-за белокурой раскрасавицы, итить её растудыть!

Зацепила всеобщая озлобленность и Ростислава с Аликом. Мальчишки как могли пытались объяснить, что княжна и другие состоят на службе и что…

Анха вернулась опустошённой к ужину, и мимоходом отметила, что её ребятки светят фингалами, но вполне себе подвижны, упала и уснула. Она выложилась полностью, и у скверны не было ни единого шанса попасть в город, так что если какие-то супер-твари прорвутся, то будут сражаться на равных с воинами. Сила на силу, ловкость на ловкость и хитрость на хитрость, а всякие проклятия и трансформации станут невозможны в ближайшие годы.

Впрочем, Александр со старым князем тоже влили столько силы в защиту, что гарнизон можно считать неприступным. Ну и другие маги не пожалели силы.

Проснулась Анха уже под утро с мыслью: проспала! Сердце прыгнуло, кровь побежала, и сонная одурь слетела, как не была. А она, оказывается, лежит себе на расстеленном матрасе в вимане, рядом раскинулся Ростислав, а чуть сбоку с дивана свисает ручка Алика. Все крепко спят. Она приподнялась, чтобы посмотреть, кто правит, и обратно упала.

В кресле рулевого сидел Александр и тоже спал, а летели они след в след за другим виманом. Всё как положено, когда собираются караваны, но приглядывать всё же стоило бы во избежание…

Посадили бы кого из вояк за руль, раз она вчера вырубилась…

Чего он хочет доказать, сидя здесь? В столицу не за пряниками позвали, а он даже не отдохнул после вчерашнего… бесит.

Да и выглядеть перед ним растрепой неприятно. Была королевой в его глазах, а сейчас он увидит… Анха стала ощупывать волосы и едва сдержала стон. Дневная прическа во сне сбилась и сползла на бок, а что не сползло, то запуталось. Теперь, если расчесываться в вимане, то волосья полетят во все стороны, фу-у-у!

Сдерживая недовольное пыхтение, она села и начала снимать сползшие заколки, потом разбирать пряди пальцами. Заглянула в лавку-сундук и с приятным удивлением увидела, что все короба с вещами расставлены в привычном порядке.

Там-то она обнаружила гребень и ворчливое настроение отступило. Заплела косички из боковых коротких прядей, потом всё собрала на затылке, понимая, что вполне возможно по прибытии им всем придется сразу вступить в бой, и перебралась на второе переднее кресло.

Александр не проснулся, и она с какой-то мстительностью активировала детское заклинание сна, чтобы и дальше спал. Потом опустила спинку его кресла и максимально отодвинула от руля. Если уж по ночному времени летели ровно, то и дальше долетят.

К столице подлетали во второй половине дня и всё из-за медлительного вимана княжны. Но кажется, всех это устроило, как и частые остановки. Не то, чтобы Алику часто требовалось в кустики, но возглавляющий караван рулевой предпочел озаботиться.

Александр проспал всю дорогу, а старый князь изредка заглядывали и хмыкал. Анха предлагала ему забрать сына, чтобы удобней его устроить на ровной платформе, но тот только выразительно смотрел на неё.

А княжна ни о чём думать не могла. Посторонний человек в маленьком вимане — это не к добру, да ещё её место занял! И как тело не затекло? Всё спит и спит… Он хоть облегчился перед дорогой? И посмотрите-ка, её подушечку заслюнявил! Видно, голодный, а они с мальчишками тут кусочничают, и запахи еды распространяют…

Анха попросила Ростислава разбудить графа на последней остановке перед столицей. Пусть без лишних глаз приведёт себя в порядок, а он вышел и первым делом её отыскал. Взъерошенный, неловкий какой-то… встал и улыбнулся так, как будто счастлив. Словно не его на днях она гнала от себя. Хорошо, старый князь отправил сына лицо ополоснуть, да рубашку переодеть, а то ведь дурак-дураком, а все взгляды переводят с него на неё! Хорошо хоть Пузо подбежал и можно было сделать вид, что занята им.

— Мам, ты чего такая? — дернул за край туники Алик.

— Какая?

— Задумчивая.

— Ах, не бери в голову… я само внимание! Что там его светлость говорит?

— Князь сказал, что в городе чрезвычайная ситуация, — ответил Ростислав, — нас всех ждут возле резиденции Чтецов.

— Не всех, мои хорошие, — мягко поправила его Анха. Она присела перед сыном и взяв его ладошки в руки прижала к своим щекам. Алик всё понял и его глаза заблестели, а потом он обнял её, обещая ждать. Пока княжна прощалась с Ростиславом, краем глаза увидела, что Александр о чем-то говорит с сыном, а потом они по-мужски ударили кулак в кулак. Алик выглядел серьёзным и слезы больше не наворачивались на его глазки. Анха облегченно выдохнула.

Все прошедшие дни источник удерживал её в состоянии тревожности и это изрядно утомило. Больше всего хотелось конкретики и как ни странно, элементарно вытянуться на кровати и лежать. Да, такой вот парадокс — не размяться, не погулять после тесного вимана, а вновь полежать. Многочасовое лежание-сидение в вимане вытянуло все силы и требовался отдых, совмещенный с уютным простором.

Посмаковав эту мысль, Анха напомнила юному барону, что ему с Аликом следует остаться во дворце, когда их караван приведут туда и, вскочив на лёгкую платформу вслед за господином Тумановым, помахала мальчишкам рукой. Великий князь немного задержался, слушая одного из боевиков, а после точно так же вскочил на маленькую скоростную платформу и полетел следом.

Анха стояла и сердилась на опеку молодого Бережного. Из-за неё он встал у самого края вимана и ей страшно было глубоко вздохнуть, чтобы не столкнуть его вниз. К её сожалению, сместиться ему теперь было некуда. Туманов делал вид, что не заметил попытки графа быть ближе к княжне, а вот огневики ухмылялись, что старый, что молодой. И казалось, что никого не волновало то, что происходит в резиденции Чтецов.

— Смотрите, — удивился Туманов, показывая вперед.

Анха вытянула шею, но бесполезно. На платформе все стояли плотно друг к другу и увидеть что-либо было невозможно. И только когда она ступила на мостовую, прошла сквозь толпу сгрудившихся боевиков, то увидела раскинувшийся над огромной территории чьего-то имения магический купол.

Он слегка звенел от напряжения, но его наличие не объясняло ажиотажа. В конце концов все старые источники способны творить такие купола. Это заложено в их программе, если клану грозят враги или он входит в стадию консервации.

Анха поискала глазами Виктора и, увидев его, направилась к нему. Он первый заметил её, но его взгляд тут же скользнул на следующего за ней Александра.

—Алексашка! Дружище, я верил, что ты жив!

Виктор быстром шагом двинулся навстречу. Все расступались перед ним, не мешкая. Император элегантно поцеловал ручку княжне и крепко обнял Александра.

— Как же ты вовремя, а у нас тут такое… — Виктор махнул рукой за спину, показывая купол.

Анха уже сориентировалась, чей дворцовый комплекс закрыл собою купол — и уже по-новому взглянула на проблему.

— Ваше величество, если Чтецы решили изолироваться, то стоит ли так переживать?

— Если бы они просто подняли купол, ваша светлость! Эти уроды режут друг друга, словно сошли с ума. Я бы оставил их в покое, но сначала прибежал юный чтец в ранге послушника, прося защиты. Потом мы определили, что купол насыщен скверной — и это внутри города!

Анха проморгалась и переключилась на магическое зрение.

— Хм, действительно, — вынуждено призналась она, хотя скверна была несколько другой, не такой, как она видела раньше. — Однако же, всё это очень плохо, но вы приняли беспрецедентные меры, созывая всех магов сюда и оголяя очищенные земли…

Виктор хмуро посмотрел на княжну, и когда уже старший Бережной хотел вмешаться, спасая Лунёву от императорского гнева, он неожиданно ответил:

— Послушник чтецов сообщил, что глава клана начал приносить в жертву всех сильных магов. У них между собой давно ходили слухи, что у клана есть реликвия, которую необходимо питать магией, чтобы она расцвела.

— Расцвела? Не напиталась, не дозрела, а расцвела?

— Он видел огромный бутон, когда стоял на страже. Но не это важно, а то, что артефакт или чтобы там ни было, начал жрать магию, не брезгуя жизненной энергией. Как только по клану разнесся слух об этом, так появился купол.

— Вы хотите сказать, что этот купол не защитный, а удерживающий членов клана внутри?

— Именно так. Они все там в ловушке и обречены. За эти дни мы наблюдали не одну попытку рядовых членов клана прорваться к нам, но поначалу это было просто бесполезно, а сегодня сам купол сожрал бегунка, как это делали пограничные камни.

Всех ошеломили слова Виктора и вопросы появились не сразу.

— Как вы поняли, что в куполе есть скверна? — спросил великий князь.

— В этом признался перебежчик, а потом мы использовали накопитель с Лунной силой и увидели, как вспыхнула скверна.

— Но купол не пал?

— У нас осталось мало накопителей с энергией княжны, а купол стал мощнее… намного мощнее!

Все невольно посмотрели на резиденцию Чтецов, а Виктор продолжил рассказывать:

— У нас обострение ситуации на границе с соседями, которые неприятно удивились нашему появлению. Нас же давно всех похоронили, а мы ожили, да ещё претензии предъявили… И тут такая клоака внутри города! — Виктор от злости заскрипел зубами, а уж желваки на его лице ходуном ходили. — Я прекрасно понимаю, что нельзя оголять периферию, но нутром чую, что здесь притаился очень сильный враг, поэтому стянул одаренных сюда. А потом ваше послание, — Виктор повернулся к князю, — с размышлениями Нюты по поводу ситуации с Чтецами и Золотыми.

— Вы написали и об этом? — воскликнула Анха.

— Счёл своим долгом, — буркнул князь.

— Когда я прочитал ваше предположение, что Чтецы скрывают у себя не просто какую-то тварь, а часть самой Тьмы, то даже не усомнился. Мой дар… — Виктор замолчал, подбирая слова, — он постоянно работает, и я фоном ощущаю настроение всего города. А тут появилось нечто тяжёлое и мерзкое. Оно давит, и давление это день ото дня нарастает… Что бы там за куполом ни пряталось, но нам придётся с этим сразиться и победить, поэтому я здесь днюю и ночую, а маги готовятся удержать Тьму, пока я с нею… — он вновь посмотрел на княжну, как бы напоминая ей о тех хрониках, где, по её словам, императором стал тот, кто сумел победить чудовище. Виктор собирался повторить это здесь и сейчас.

И только он замолчал, как энергия купола стала сбиваться в ручейки и потянулась к центру большого дома. Все подались вперёд, набирая боевые заклинания на руку, не зная, чего ожидать. Но энергия втягивалась внутрь здания, и маги непонимающе переглядывались, ища подсказки друг у друга.

Анха тоже толком ничего не могла сказать. Золотая энергия слилась со энергией скверны и послушно поползла внутрь, где должен был находиться источник Чтецов!

Княжна повернулась к Виктору, намереваясь вслух подчеркнуть факт подчинения скверны источнику Чтецов, но застыла с приоткрытым ртом: глаза императора мерцали, источая свет, а лицо было белым, как маска. Это означало только одно: Виктор прямо сейчас ведёт ментальное сражение с невидимой тварью.

А в следующее мгновение центральное здание, куда стекалась энергия купола, осыпалось прахом и Анха видела, что на территории клана не светилось больше ни одной человеческой ауры.

Все дружно ахнули, отпрянули, начали закрывать лица платками или читать бытовое заклинания, которым пользовались при быстром полете на вимане для защиты от сильного ветра, надеясь уберечься от взметнувшейся пыли. Анха только и успела показать старому князю на застывшего Виктора, как пепельная гора, оставшаяся на месте дворца, шелохнулась, вздулась и разлетелась в стороны, явив людям «расцветшую» Тьму.