Глава 8. Клятва служения и разговор о Тьме

— Её светлость княжна Лунёва, глава клана Лунных! — громко объявил секретарь его императорского величества — и Анха вошла в кабинет Виктора. Алика она оставила в покоях. Сын под влиянием источника продолжал спать, и княжна не решилась прерывать их сотрудничество.

В просторном кабинете её взгляд сразу же выхватил знакомое лицо деда Алика. Он одобрительно кивнул ей и глазами показал куда садиться. К своему удивлению, Анха увидела красноволосую макушку князя Жарова-младшего. Вроде бы его звали Яр! Он заматерел и смотрел на неё с искренней симпатией и любопытством. И, пожалуй, его взгляд был очень заинтересованным и даже восхищенным.

Не удивительно — белоснежный цвет волос с фиолетовыми прядками и фарфорово-белая кожа были редкими среди магов, к тому же только у Лунных доминирование белого было аккуратным и уместным, если можно так сказать. К примеру, те же Ледяные страдали из-за того, что их ресницы и брови сливались с белым цветом волос. Казалось бы, мелочь, но поклонников их красоты было крайне мало.

Или взять Призрачный клан. Они тоже белоголовые, но их глаза цвета яркого серебра, и смотрится это специфически. Члены этого клана кажутся бледными, а всё внимание перетягивает на себя необычный цвет глаз.

Вся эта ерунда проскочила в голове Анхи перед тем, как она поприветствовала гостей императора. Не зря дед требовал от неё распознавания представителей всех кланов. Она сразу же узнала главу клана Туманников. Тонкий, изящный мужчина с миндалевидными серыми глазами и прядями всех оттенков серо-голубого: от нежной пыльной незабудки до насыщенного грозового синего с перламутром.

Рядом с ним сидел глава одного из воздушных кланов. Какого конкретно, Анха затруднялась сказать. Впрочем, неважно. Глава любого воздушного клана должен владеть техникой регулирования направления потоков воздуха, а тёплым ли он будет или взятым из северного ветра — без разницы.

Ещё княжна успела идентифицировать главу водного клана и двух глав природных кланов, прежде чем ей пришлось отвлечься на императора. Как только она присела на предлагаемое место, он поднялся и, подойдя к карте, начал говорить:

— Я получил ответ из…

Виктор показывал на карте образовавшиеся островки сопротивления Тьме. Их оказалось несколько, но это было ничтожно мало. Хотя нельзя было отбрасывать мысль, что не у всех выживших рядом находилась работающая магическая башня.

Слушая Виктора, Анха не без гордости отметила, что её союз городов оказался значительной территорией, и столица уступает. Хотя если сравнивать не земли, а живущих на этих землях людей, то император сберег намного больше народа.

— Нам необходимо подготовиться к наступлению на скверну, — продолжал император, прекращая обсуждение выживших. — Мы будем возвращать свои земли понемногу и действовать при этом поэтапно. Первая волна должна быть ударной, уничтожающей или изгоняющей изменённых тварей. Вторая будет очищать земли от скверны. Но всё это станет напрасным, если не последует третий, заключающий этап. Это установление защиты на освобожденной земле.

— Позвольте добавить, — подняла руку Анха. Все развернулись к ней и лица у них были… недоуменные, удивленные или «Да как она посмела!»

— Прошу вас, — вежливо разрешил Виктор и поощрительно улыбнулся. Впрочем, лучше бы он этого не делал, так как главы кланов сделали неправильные выводы в отношении княжны.

— Считаю не менее важным четвертый этап: быстрое освоение и заселение освобожденных земель. Если это упустить, то мы вынуждены будем вскоре остановить борьбу со скверной из-за нехватки продовольствия.

— А я добавлю пятый этап, а точнее предварительный этап, — произнес великий князь Бережной. — Все маги должны принести магическую клятву императору. Он возглавит кампанию по освобождению наших земель и должен быть спокоен, что никто не ударит в спину!

— Невозможно! Ситуация сложная и…

— Вы — вассалы императора! — грохнул кулаком по столу великий князь, и его сила придавила всех присутствующих. Правда, тяжелее всех было Анхе и помалкивающему Яру Жарову, так как они были молоды и не набрали «веса».

— Дядя, — одёрнул князя Виктор. — Вы пугаете мою гостью.

Анха сразу же покраснела. Она не думала, что выглядит испуганной. Ей хотелось, чтобы её воспринимали серьёзно, и она старательно сохраняла спокойствие, а тут император со своими дурацкими словами! А когда все вновь посмотрели на неё, да ещё с ухмылками, то она готова была придушить Виктора.

— Ваша светлость, — неожиданно мягко обратился он к ней. — А вы готовы принести мне клятву служения?

Анха растеряно моргнула.

— Но когда я принимала титул главы клана из рук вашего отца, то тогда же поклялась служить императору и империи. Для меня это честь и моё служение продолжается.

— Но мой отец погиб…

— Теперь я служу вам, — пожала плечами Анха, не понимая сомнений Виктора. — Моя клятва была принята вашим источником, и я не вижу оснований, чтобы не исполнять взятых на себя обязательств.

Виктор напряженно смотрел на неё. Княжна говорила приятные ему слова, но ему было жаль, что она не подыграла ему. Вот что ей стоило заново произнести слова клятвы, и он бы тем самым надавил на других глав.

— Ваше величество, — осторожно обратилась к нему Анха, догадавшись, что нарушила ему небольшую провокацию по отношению к чувствующим за собой силу главам.

— Да, ваша светлость?

— Вам нет нужды беспокоиться об обстановке в столице во время вашего отсутствия. Я вижу, что все присутствующие главы связаны с вами магической клятвой. Они давали её вашему отцу или деду, но она действует и по отношению к вам.

— Видите? — одновременно воскликнули великий князь и главы кланов.

— Вы умеете видеть, как Сиятельные Чтецы?

— Я не знаю, как видят Сиятельные, но все вы связаны с императором клятвой служения, и если магия сочтет, что вы её нарушили, то она вас покарает.

Все ошарашенно смотрели на девушку и, не веря ей, качали головами. Видимо они уже не раз делали что-то противоречащее клятве, но наказания не получили. Анха ответила им взглядом взрослого на неразумного ребенка:

— У главы клана Стихии Воздуха узел клятвы расположен в области шеи, и я думаю, что он доставляет вам проблемы, когда вы… — Анха выразительно посмотрела на него.

Синеглазый красавец побледнел и схватился за шею. Последние пару лет он не рисковал использовать свой дар во всю мощь, так как начинал задыхаться, но он не мог даже подумать, что это последствия его действий по расшатыванию власти Виктора.

Если девчонка права и клятва данная предыдущему императору перенеслась на его наследника, то он ходит по грани! Но как же так? Ведь при вступлении на трон нового императора все собираются вместе и заново клянутся в служении! Словно услышав его мысли, об этом же спросил сопляк Жаров.

— Зачем же при коронации все заново клянутся в своей верности новому императору?

Анха слегка пожала плечами.

— Красивая и торжественная церемония, собирающая абсолютно всех одаренных под одной крышей. За время правления ушедшего за грань императора могли родиться и вырасти многие маги, которые по каким-то причинам не смогли дать клятву на балу дебютантов. Вот эта церемония и проводится для новых одарённых, а остальные всего лишь освежают свою собственную память.

— Постойте-ка, — уловил главное князь Бережной, — вы хотите сказать, что все здесь присутствующие магически связаны с императором, а вот их подросшие дети — нет? Из-за гибели клана церемониймейстеров мы не смогли нормально провести коронацию и не устраивали бал дебютантов все эти годы!

— Именно так.

Анхе хотелось бы продолжить обсуждать план освобождения земель, но всех заинтересовала магическая клятва. Все знали, что её чревато нарушать, но за чередой событий упустили из виду, что она бессрочная. Да и как-то в принципе забыли, что клялись служить своему императору. Слишком давно это было и стёрлось из памяти, как нечто неважное.

А Бережной сидел, посматривал на приглашенных и быстро озвучивал Виктору обстановку с клятвами. Получалось, что кто-то из юных магов, попадая на военную службу, приносил клятву служения императору при воеводах, но остальная молодежь, как сейчас выяснилось, оказалась свободна и представляла потенциальную опасность, как для императора, так и для самих себя. Их свободой могли воспользоваться в чужих интересах.

— Приглашаю всех погостить у меня, — неожиданно произнес Виктор и заслужил в ответ очень-очень разные взгляды.

Анха не сразу сообразила, что император оставляет глав под присмотром, пока в срочном порядке не будет устранена выявленная проблема.

Ей было всё равно. Она не рвалась покинуть дворец, так как поселись они с Аликом в доме Татии, то пришлось бы решать вопросы с питанием и прислугой. Пускать в дом незнакомых людей, планируя вскоре отправиться в длительный военный поход, было неразумно.

Анха мрачно взирала на обеспокоенных глав и пыталась понять, как быстро Виктор сможет «запрячь всех в одну телегу» и заставить слаженно действовать. Первый камерный совет с её участием провалился. Чего ждать от следующего?

Наконец, главы столичных кланов поднялись и подались на выход. Анха слышала, как секретарь предложил им помещение для отдыха. Княжна тоже поднялась и даже вежливо улыбнулась оглянувшемуся на неё Яру Жарову, но император попросил её задержаться.

— Я подожду вас, ваша светлость, — шепнул Яр, однако Виктор услышал и ответил за неё:

— Не стоит утруждать себя.

Анха из вежливости пожала плечами, показывая Жарову, что не властна над обстоятельствами, но вообще-то она была рада вмешательству Виктора. К князю клана Тёплого пламени она испытывала застарелую неприязнь.

Неловкую паузу разбили слова, оставшегося в кресле великого князя Бережного:

— Княжна, что велите подать? Разговор будет долгий.

Этой фразой он дал понять застывшему в дверях Жарову, что белокурая красавица не остаётся один на один с императором, и Яр позволил секретарю закрыть дверь за собой.

— Присаживайтесь, ваша светлость, — тоном доброго дядюшки ворковал князь Бережной, а император велел хлопочущему секретарю никого не пускать к нему.

— Виктор, — повернулся к племяннику князь, — вы понимаете, что мы не готовы выступить в ближайшее время… и не в ближайшее тоже.

— Я понимаю, что с каждым днём задержки наше положение будет ухудшаться, — резко бросил он и, сверля Анху взглядом, спросил: — Княжна, вы действительно видите, что главы кланов — мои вассалы?

От его взгляда ей стало плохо, она зажмурилась и покачнулась, теряя равновесие.

— Прекрати! — сразу отреагировал князь. — Ты переходишь все границы! Нельзя постоянно полагаться на свой дар, тем более ты видишь, как он пагубен для других?

Анхе было приятно, что старый Бережной осадил императора, да к тому же перейдя на родственный тон. Виктору же это, наоборот, не понравилось, и княжна поспешила отвлечь его внимание на себя, тем более, что скрывать ей было нечего. И она позволила себе подпустить в тон немного горечи, чтобы император понял, что получил бы предельно честный ответ без ментальных ухищрений.

— Ваше величество, я вижу вассальную связь между вами и теми главами, что сегодня присутствовали на аудиенции. Но хочу вас предупредить, что, залезая ко мне в голову, тем более на глубоком уровне, вы нарушаете свою клятву заботиться обо мне и быть справедливым.

— Я не давал…

— Клятва служения обоюдна, — потирая разболевшуюся височную область, устало произнесла Анха. — Вы позволите мне вылечить себя?

— Я не хотел причинить вам вред… кому угодно, только не вам!

Ей показалось, что Виктор действительно устыдился и сожалел.

— Но применять силу в моем кабинете не рекомендую, — добавил он. — Простите, это старое правило и лучше его соблюдать.

Анха понятливо кивнула и попыталась расслабиться, а князь стал выспрашивать детали озвученного плана.

— Так ты намереваешься дойти до прежней границы? — удивленно спросил Бережной у императора, выслушав Лунёву. — Но нас мало, и мы не сможем освоить наши земли в прежнем масштабе, да и где взять силы, чтобы растянуть императорскую защиту?

— Я считаю, что надо не только дойти до прежних границ, а идти дальше, — включилась в разговор Анха.

— На Тёмные земли? — одновременно произнесли император и великий князь, развернувшись к ней всем корпусом.

— Да, — твердо ответила она.

— С нашими силами? — уточнил Бережной, давая ей возможность отступить.

— Да, — настояла княжна.

— Вы мне казались разумной девушкой, — покачал головой князь.

— И всё же надо идти в центр Тёмных земель и уничтожить Тьму, — не сдавалась Анха.

— Вы говорите ерунду! Как можно уничтожить Тьму? Она неосязаема… это же… — князь замялся и помахал руками, не находя слов, а потом неуверенно выдал: — энергия…

— Сомневаюсь, — покачала она головой. — Я склоняюсь к тому, что Тьма — это вполне конкретная тварь, которую можно и нужно уничтожить. Это существо выделяет скверну и при помощи неё изменяет всё вокруг себя.

— Вы бредите, — растеряно оглядываясь на Виктора, произнёс князь.

Анха укоризненно посмотрела на него, но терпеливо начала пояснять, чтобы князь и император задумались о своём враге.

Люди так долго жили рядом с Тёмными землями, что сроднились с ними и перестали беспокоиться по поводу соседства. Проблема защиты была решена предками, а вопросы дальше использования попавшихся тварей в качестве ингредиентов не распространялись.

— Мой клан посвятил себя собранию библиотеки, а я продолжила это делать. Так вот, мне попалось упоминание об одном историческом наставлении.

Анха в упор посмотрела на Виктора:

— Ваше величество, вашего далекого героического предка возвели на престол, чтобы однажды его прямой потомок сразил врага человечества.

— Э, мудрено, — растеряно пробормотал Виктор. — Но причём здесь Тьма?

— Я уверена, что Тьма и есть враг всего человечества и нам дали совет, как её убить.

Князь и император одновременно уставились на неё со всем вниманием, хотя могли бы подумать и самостоятельно ответить на не заданный вопрос.

— В вашем роду власть всегда переходила к менталистам. Отсеивались все побочные ветви и только первенцы с ментальным даром оставались на троне, не взирая на пол и политическую необходимость.

— Вы так говорите, как будто точно знаете, — вяло возразил Виктор.

Он знал, что императорский источник никогда не привязывал к себе никого из членов семьи, если тот не был менталистом. Магов из других семей с любым созвучным даром принимал под опеку, а своих — нет. Так что, эта часть откровений не вызывала у него сомнений, но остальное:

— Мы всегда соседствовали с Тёмными землями…

— Простите, но не всегда. Есть хроники, переписанные, конечно, но не суть, — заторопилась Анха. — Так в них описываются времена, когда никаких Тёмных земель не существовало.

— Но как же тогда они появились?

— Этих сведений мне не удалось найти. Следующими по времени мне попались на глаза хроники как раз о возведение вашего рода на престол и тот завет потомкам, о котором я сказала ранее. Могу предположить, что до этого момента нашим предкам было не до ведения каких-либо записей.

— Смутное время, — согласно кивнул великий князь. — Я читал ещё в детстве, что на смену эры Благоденствия пришла Великая смута и все погрузились во Тьму, которую остановил наш предок. Он возглавил армию...

Князь потрясенно замолчал. Он только что сам повторил слова из читанной в детстве хроники: «предок остановил Тьму». Тогда ещё не было пограничных камней, но в хрониках было написано так, как будто Тьма – реальное чудовище и его то ли убили, то ли загнали куда-то… Более поздние хроники рассказывали о ползущей по земле скверне, о вреде и наказании человечества, великом исходе магических существ с земель благоденствия… Потом уже был подвиг магов при создании пограничных камней и построение империи. Всё это дела далекого прошлого.

Старый князь не знал, что думать.

В какой-то момент ему показалось, что решение поддерживать княжну было опрометчивым, а если она права?

К сожалению, изменённый тьмой князь Остров уничтожил архив не только в своём клане, но испортил старинные книги в императорском хранилище и изъял много рукописей в других столичных кланах. Об этом варварстве никто не знает. И до сего момента князю казалось, что потери несущественны, но если Лунёва права, то проклятый Остров знал, что делает! Наверняка он намного больше других знал о Тьме. И тогда в другом свете видятся продвигаемые им теории о бредовом равновесии светлой энергии и тёмной или о заслуженной каре человечества. Они не получили распространения, но ведь были же!

А ещё его покровительство над кланами Золотых и Чтецов теперь вызывают вопросы. То ли он их берег, то ли изощренно изолировал… не разберешь. Сейчас эти кланы заняли обособленную позицию. Виктор решил: не мешают и ладно, но могли бы помочь! Все кланы, так или иначе, вносят свой вклад в жизнь горожан, а эти дистанцировались ото всех.

Но возвращаясь к Острову, невольно вспоминается, как он сурово поступил с предсказателями, объявив их шарлатанами и всячески изводя. Досталось и мелким кланам Сноходцев со Сновидцами… Князь не мог вспомнить сейчас, кому ещё Остров устроил гонения. Ему всегда казалось, что дядя блажит. Брат, отец Виктора, тоже так думал и посмеивался, удерживая того от осуществления странных прожектов, но, признаться, удерживал как-то вяло. Ему неудобно было, ведь Остров — семья и Меч империи!

Анха с надеждой посмотрела на императора, ожидая, что он скажет в ответ на её слова, но Виктор сел рядом с ней, обхватил её ладонь и потянул к себе.

Она бросила быстрый взгляд на Бережного, но тот ушёл в свои мысли. Тогда Анха мягко потянула руку к себе, однако император удержал её ладонь и, многозначительно глядя на неё, погладил большим пальцем внутреннюю сторону ладошки. Жест ухаживания невозможно было с чем-либо перепутать, к тому же Виктор ждал её реакции.

Наверное, Анха выглядела слишком растерянной, так как он улыбнулся и всё-таки выпустил из нежного плена её руку, а она благодарно кивнула, вызвав его смешок.

Вот теперь старый князь недовольно оглядел их, и Анха почувствовала себя виноватой. Её речь, вынашиваемая месяцами, из-за легкомысленного жеста Виктора была обесценена. Стало обидно.

Неужели он не понял значимости произнесенного? А может требуется время, чтобы брошенное зерно проросло? Здесь мало кто способен одновременно думать на ближайшую, среднюю и долгосрочную перспективу, при этом держа в голове прошлые наработки. Только что провалился первый совет, созданный для начальных шагов освобождения земель, а она уже ставит в известность, что придется идти в этот раз до конца и никаких Темных земель не оставлять. Напугала?

Закусив губу, она посмотрела на князя. Тот хмурился.

Виктор же воодушевленно подскочил, подошел к карте и, сделав вид, что рассматривает её, выждал, а после предложил:

— Давайте продолжим разговор завтра или послезавтра, или чуть позже. Надо всё ещё раз хорошенько обдумать и устранить угрозу бунта.

Бережной согласно кивнул, поднялся и, строго глядя на Анху, предложил её проводить. Император едва заметно хмыкнул и подмигнул княжне. Она в ответ возмущенно приоткрыла рот, а ему стало весело. Давно он не ощущал такой спектр эмоций. Девушку швыряло из крайности в крайность, но Виктор успел уловить искреннюю симпатию по отношению к себе, а остальное его не волновало.

Великий князь проводил Анху до покоев, постоял возле спящего внука.

— Вы говорили, что мальчик проспит недолго.

— Ваш источник рьяно взялся за моего сына. Он сейчас нагружает его магические каналы. Это утомляет, и Алику необходим сон, а когда он проснется, то потребуется сытный завтрак.

— Я распоряжусь, чтобы вам принесли больше еды.

Анха согласно кивнула, и видя, что старый князь никуда не уходит, спросила:

— Что вы думаете по поводу моих откровений?

— О том, что Тьма вполне реальное существо?

— Да.

— В первое мгновение подумал, что это бред, но потом… потом я сам не смог ответить себе, почему посчитал это бредом. Скорее звучат бредово все распространяемые всякими умными людьми теории о том, что в мире должно быть равновесие и зла будет столько же, сколько добра. Или что скверна существует в качестве нашего наказания за обладание магией.

— Мои учителя придерживались этих теорий, — покачала головой Анха.

— А как вам теория о том, что скверна — это божественное дыхание Тьмы, которая призвана регулировать численность людей?

— Хм, заметьте, вы произнесли слово «призвана»! Эта напасть существовала не всегда.

Князь отмахнулся и добавил:

— Мои ребята даже зачищали парочку мест, где устраивали служение Тьме и называли дом храмом. И вот сейчас я сижу, вспоминаю всё это и склоняюсь к тому, что вы абсолютно правы. Не могу найти доводов в вашу пользу, но в душе поселилось ощущение найденной истины, а все известные мне теории — хлам, призванные отвлечь наше внимание от главного.

— Спасибо.

— За что?

— Хотя бы за то, что выслушали, а потом прислушались к себе. Я ведь тоже, когда впервые прочитала о восхождение на престол ваших предков, владеющих даром менталистов, то даже не поняла важность прочитанного. Но обмолвка о «враге человеческом» не отпускала меня, и тогда я захотела разобраться. Этот интерес возник ещё до падения границы, и я больше уделяла время подготовке к балу. Потом жалела об упущенных возможностях, но как видите, кое-что мне удалось узнать. Я надеялась, что в столице найду больше информации.

Анха вопросительно посмотрела на великого князя, и тот вынужден был признаться, что император-реформатор, а потом князь Остров подгадили в этом направлении.

Немного помолчав, Бережной засобирался, а когда он выходил, то через открытую дверь, Анха увидела, что охрана возле её дверей увеличилась.

— Это мои люди, — пояснил ей князь, — они будут охранять вас и моего внука.

— Не тесновато ли им тут? — иронично спросила она.

— Это их работа, — бросил Бережной.