Глава 7. Обучение

Собрала немного трав — он только одобрительно кивнул. В деревне целителя приняли хорошо, ему кланялись. А вот роженица заупрямилась: не хотела оголяться перед посторонним мужчиной, пусть даже целителем.

— Я когда-то слышала мудрую фразу: «Лекарь пола не имеет», — сказала я ей. — Он в первую очередь лекарь, а уже потом мужчина или женщина. Поняла?

— А можешь ты сначала посмотреть?

— Мне, милая, даже заглядывать туда не нужно, чтобы увидеть, — улыбнулся Глен. Обаяшка когда улыбается, такие ямочки на щеках — симпатичные. — И могу сказать, что всё идёт хорошо. Ребёночек идёт головкой вниз...

На этом он застыл, глядя на живот. Вижу — взгляд у него поменялся.

— А вот его близнец расположен неправильно. Но сначала нужно родить первого, тогда второму будет проще повернуться.

Ушли мы от роженицы после обеда. Она родила двух крепких мальчишек. Второго рожала ножками вперёд, но благодаря тому, что близнецы по природе меньше, оба родились легче. Целитель напомнил мне оставить травы для матери. Нас обоих накормили и даже денег дали.

— Проведу тебя, девонька, и поеду в замок.

А у меня было ощущение, словно я сама родила вместе с этой женщиной. От этой мысли стало тоскливо, поспешила домой. Даже мимолётное желание пройтись по селу и посмотреть, где замок, мигом исчезло.

— Что-то ты загорюнила, — заметил Глен.

— Воспоминания, — ответила коротко.

— О погибшем ребёнке? Ты не забыла — я целитель. Вижу, что не так давно с твоим телом было. И шрамы на спине вижу. Только чудом выжила. Не переживай, всё образуется. И муж у тебя ещё будет, и детки. Дай себе время. Приеду завтра и подопытного привезу.

Улыбнулась мужчине. Он забрал коня и ускакал. А я, посмотрев на лес, поняла — осень вступает в свои права. Взяла корзинки и сумку, пошла в лес. Заодно отвлекусь — может, наконец приготовлю картошку с грибами и пирог с ягодами.

Насобирала много трав и целую корзинку грибов. Часть пожарю, часть отправила сушиться на решётках, как и травы. Из творога приготовила сырники, наконец-то пожарила картошку с грибами. Ещё испекла пирожки — тоже с грибами, ягод, увы, не нашла.

Утром успела позавтракать и прибраться, когда прибыл целитель с Михаилом. Щёки невольно опалило смущением — это я на нём буду анатомию учить. Аж жарко стало.

— Доброе утро, хозяйка, — зашёл после короткого стука Глен. — Привёл добровольца. Пахнет вкусно! Грибочки жарила?

— Картошка с грибами и пирожки с грибами.

Мужчины оба сглотнули.

— Есть только пирожки. Угостить?

— После обучения, — сразу опомнился целитель. — Михаил, раздевайся.

— Рубаху, — подсказала парню, а то он схватился за брюки.

Он смущённо улыбнулся, скинул рубаху и хотел сесть. Глен покачал головой и сказал:

— Анна, закрой двери в дом, чтобы никто случайно не зашёл. А то разнесут по селу невесть что!

Мигом кинулась, закрыла двери изнутри на задвижку. А потом мне пришлось учиться видеть процессы внутри тела — на Михаиле. Мы оба краснели, словно школьники. И можно было бы сказать: чего тебе, Анька, краснеть — замужем была, мужскую анатомию знаешь. Но тело этого парня будоражило мои мысли и даже желания.

Мне всё же удалось откинуть стеснение, и я смогла увидеть то, о чём говорил Глен. Михаил краснел до конца занятия. А мне было очень необычно, но и интересно — посмотреть внутренним взором строение живого существа.

— Хватит, Анна, — сказал Глен. — Тебе уже отдых нужен. Давай чай с пирогами попьём.

— Чай? — моргнула и глянула на травы. — У меня только травы.

Глен сам поставил воду в котелке и закинул для запаха несколько травок. А я принесла из погреба тарелку с пирожками. Заметила, как Михаил облизнулся — к счастью, он уже оделся. Пирожки разогрели на сковороде, и всем досталось по два. Немного, особенно учитывая габариты мужчин.

— Дорогая, ты хоть наедаешься?

— Я меньше вас, — сказала очевидное.

— А мясо у тебя хоть в рационе есть?

— Иногда. Вчера зайца тушила. Простите, не угощу — вам на один зуб.

— Заяц? Откуда? — удивился Михаил.

— Волки принесли.

Пришлось целителю рассказать, как позавчера сама экспериментировала и помогала серому.

— Хм, любопытно. Милая Анна, а ты в курсе, в какое княжество попала? Судя по взгляду — нет. В нашем и парочке соседних княжествах живут в основном перевёртыши. В нашем — преимущественно медведи. Князь — мой родной брат. Я младший из братьев и, да, я целитель. И мы, — он показал на себя и Михаила, — медведи. Имеем второй облик — медведя.

— Хотите сказать, что та стая волков — не дикие?

— Не, они дикие, — сказал Миша, глядя с тоской на пустую тарелку. — Ты так вкусно готовишь.

— Это такой намёк — ещё что-то приготовить?

Глен по-доброму улыбнулся, глядя на племянника, а тот закивал так активно. Вздохнув, пошла в погреб за молоком, творогом и яйцами. Готовила блинчики с начинкой из творога. Пришлось треснуть медведя по рукам, чтобы не ел творог. Глен потешался за наш счёт.

— Я тебе дала творог и сахар перемешать, а не есть!

— Прости!

Блинчики я быстро замесила, и они зашипели на сковороде. Мужчины — ну сущие дети — первые несколько штук стащили и съели без начинки. Сахар мне привезли, и стоил он почти золотой за небольшой мешочек. Но потом совесть у них проснулась, и они потерпели полчаса, пока я нажарила стопку блинчиков. Потом вместе сворачивали их и ели — кто с творогом, кто с мёдом, а кто и с мёдом и сметаной сразу.

— Мы у тебя опять всё съели, — покаялся Миша.

Ничего не сказала на это, но молочка улетела вся. Разве что сливочное масло ещё осталось, и мёда — половина. К вечеру мне братья привезли продуктов. И там было не только мясо, как я сразу подумала. В сенях выгрузили мешок — килограммов десять сахара, три литровых горшочка мёда. Мясо было в виде тушёнки в горшочках и в вязанках колбас — это сразу унесли в погреб. Также привезли растительное и сливочное масло, ещё одну сковороду и несколько металлических блюд для подачи.

Что меня больше всего порадовало — это буханка свежего хлеба. Я сразу отрезала кусочек и съела с мёдом. Братья сглотнули, видя, как я ем. Отрезала им хлеб и показала на мёд.

— Оу, вкусно! — сказал с восторгом Марк.

— Слишком большая наглость — напроситься на завтрак? — спросил Миша. — Дядя передал, что завтра ещё урок будет, и я опять подопытным буду.

— Хорошо устроился, — буркнул ему Марк, за что получил локтем от старшего брата.

— Накормлю, конечно, — сказала

Среди ночи меня разбудил подозрительный шум — словно кто-то дёргал двери в дом, а потом и двери в подвал. Испугалась, честно, не на шутку. А потом услышала голоса:

— Ломайте двери, парни! Баба дома одна, да ещё и при деньгах!

Слёзы потекли по щекам от той участи, что мне уготовили.

«Помогите!» — кричала мысленно. Сейчас не могла вымолвить ни слова, только всхлипы. Гомон бандитов сменился испуганными криками и волчьим воем. Услышав вой, я подумала: почему они в окна не полезли? Потом сама себе ответила — слишком маленькие, мужчина может застрять, а полезет кто — огребёт по голове.

О сне уже не было и речи. Я посмотрела в окошко — мне показалось, что видела волчьи силуэты.

— Спасибо вам, мои хорошие, спасли мне жизнь, — сказала тихо, обращаясь к волкам.

Чтобы хоть как-то отвлечься и не сойти с ума до утра, занялась готовкой. Хорошо, что в сенях был запас дров. Разожгла маленькую печь — ведь ещё неделя, может меньше, и придётся топить большую. В доме уже становилось зябко.

Решила приготовить большой горшочек борща и пару видов пирожков — с капустой и мясом. Потом вспомнила, что грибы остались только сушёные… Значит, пирожки будут с капустой и, может, с картошкой. Замесила простое тесто и оставила его отдыхать.

Сходила в погреб за овощами, поставила вариться картошку и готовиться бульон на борщ, а сама занялась шинковкой. На бульон пустила часть колбасы — она же пойдёт в пирожки с капустой. Тушёнка может постоять дольше, а вот сколько колбаса хранится — неизвестно.

Отставила бульон и потушила свёклу с морковкой и луком — оказывается, мне ещё и лук привезли тогда с картошкой. Пока овощи томились на сковороде, очистила пару помидоров от кожуры, мелко порезала и добавила туда же. Затем занялась капустой.

Пока борщ томился на огне, я нарезала целый кочан капусты для пирожков. Убрала с огня готовую картошку, приготовила пюре и занялась жаркой капусты. Как раз пригодилась новая сковорода — большая и глубокая, вся капуста на неё поместилась.

К приезду гостей у меня уже всё было готово. Даже прибралась в доме и осмелилась выйти — хотя было до жути страшно. Успела переодеться и привести себя в порядок.

— Доброе утро, — сказал Глен, спрыгивая с лошади.

Он осмотрелся и спросил строго:

— Что ночью случилось? Я вижу много чужих следов, словно их волки гоняли. К тому же ты не в лучшем состоянии — будто не спала пол-ночи.

— Так и есть, — я сидела на лавке, отдыхала. — Ночью в дом пытались проникнуть.

— Кто? — нахмурился Миша.

— Не знаю. Хотели пограбить и… развлечься. Волчья стая их прогнала. Но я уже не смогла уснуть.

— Судя по ароматам — готовила.

— Нужно было как-то отвлечься. И кто-то просил завтрак. Но у меня больше блюда для обеда.

— Гулять, — сказал Глен и махнул на лошадей — те скрылись в лесу.

— Их не съедят?

— Нет, — добродушно улыбнулся медведь. — Это особая порода — такие, чтобы наши туши выдержать могли, и хищников прогнать, а то и покусать.

— Пошли, Анна, будем медитацию осваивать. Тебе в твоём состоянии — самое то. А потом потренируешь то, что вчера учили.

— Я слюной подавлюсь, — сказал Миша.

Улыбнулась его искренности.

— Могу накормить сначала.

— Нет, — строго сказал целитель. — Потерпит. Ты сама поела?

Я мотнула головой.

Медитация — это было то, что нужно. Смогла расслабиться не от усталости, а осознанно. Привела душевное состояние в норму. Даже увидела своё внутреннее строение и магические потоки.

— Молодец. А теперь, не открывая глаз, посмотри вокруг.

«Вау!» — сказала мысленно. Всё было таким ярким. Глен сидел напротив меня за столом. Михаил — рядом, на краю лавки.

— Мишка, встань, пусть посмотрит. Не раздевайся! — шикнул на него дядя.

А потом мы вместе услышали:

— Братцы, двери открыты! Повеселимся!

— В спальню и запрись, — коротко приказал Глен.

Я мигом оказалась в спальне. Сердце колотилось в горле. Медведи спрятались по бокам от входа в основную комнату. Бандиты входили по одному — медведи быстро укладывали их без сознания и оттаскивали в сторону. Справились за пару минут.

— Можешь выходить, — сказал Глен.

Выйдя, я замерла — семеро мужиков в лохмотьях. Мне поплохело от мыслей, что они могли сделать. Миша, видя, как я побледнела, усадил меня на лавку у стола.

— Всё будет хорошо, милая. Они уже никого не тронут. Это бандиты.

Их быстро вытащили на улицу, позвали лошадей и увезли в центр села. Я, с громко колотящимся сердцем, пошла вслед, только закрыв дом. Михаил созвал село и объявил о поимке банды. Те начали приходить в себя и даже пытались удрать — но кулак медведя быстро успокаивал.

Их казнили показательно. Без крови, быстро — просто свернули головы. Вперёд вышел староста и поклонился им. А хоронить будут уже деревенские.

После этого вернулась домой. Почему-то было чувство, что это ещё не всё. Об этом и сказала двум мужчинам, догнавшим меня.

— Скорее всего, да. Но, возможно, это малая банда. Не всегда они сбиваются в большие. Миша, оставь Ане переговорный артефакт — князь нас придушит собственноручно, если с тобой что-то случится.

Артефакт оказался медальоном на цепочке. Парень надел его мне на шею.

— Если нужно будет с кем-то связаться — подумай чётко об этом человеке и направь частичку магии в артефакт.

— Спасибо.

— Если опять кто ночью придёт — сразу связывайся с нами. Поняла? — спросил строго Глен.

— Да, спасибо.

А вот теперь пообедали. Борщ пришлось погреть — разогрела весь горшок. Мужчины большие — думала, съедят всё. Почти угадала: осталась одна порция борща и по три пирожка обоих видов. Явно оставили с расчётом, чтобы я могла поесть.

— Вкусно! — протянули сыто оба мужчины.

— Никогда ничего подобного не пробовал. Очень вкусно. Завидная невеста, — сказал Глен, с интересом посматривая на меня. — Ладно, племянник, нам пора. Завтра отдыхай — урока пока не будет. Свяжусь вечером и решим, когда ещё проведём занятие.

Проводив гостей, я решила заняться делами. Принесла ещё немного дров в сени и поняла, что запасы нужно пополнить — зима не за горами. Как нельзя кстати пришёл Максим. Я уже собиралась попросить его помочь с дровами за плату, но, взглянув на него внимательнее, поняла — пришёл он с другой целью.

— Привет. Я хотел пригласить тебя погулять. Могу показать, где река — на берегу прогуляемся.

— Прости, но я пока ни с кем не гуляю. И не собираюсь.

— А с медведями?

— Нет, не гуляю.

— Конечно, — бросил он раздражённо и пошёл прочь.

Ясно, просить его о помощи не получится. Взяла топор, пилу и на всякий случай корзинку. Не знала, получится ли снова срубить дерево, но вдруг найду грибы или ягоды. Быстро нашла подходящее дерево — оно уже начало сохнуть у корней. Срубила, обрубила ветки. Потом присела отдохнуть я была уже вся мокрая от пота. Ветки пришлось ещё и распилить на части поменьше, а затем перетаскивать к дому. До темноты успела всё сложить в сарай. В сумерках, уже с фонарём, занялась стволом. Осилила распилить его на несколько частей, но поняла — даже один пенёк не утащу. Придётся кого-то нанимать. Если никто не согласится — буду сама рубить на месте и переносить уже порубленные.

Услышав волчий вой, подхватила пилу и топор, сунула в сумку и пошла домой. Корзинку я ещё в начале отнесла с первой партией веток. Судя по вою, стая вышла на охоту — лучше не мешать.

Дома сначала постирала два платья и повесила сушиться возле печи. Поняла, что пора топить большую печь — иначе околею. Вздохнула тяжело: дрова — на вес золота, но выбора нет. Натаскала и растопила. После этого пошла купаться и вымыла волосы. Хорошо, что в последний момент забрала свой дорогой шампунь с маской. Даже жидкие мыла и масла прихватила — ничего из косметики не оставила. И правильно сделала.

Сейчас могла привести себя в порядок. Пока волосы сушила у печи, втирала целебный крем в натруженные руки. Его осталось немного — полбанки. Интересно, где можно купить ещё? Могу себе позволить, но знать бы где. Наверное, придётся ехать в город. Вопрос — как добраться?

Вдруг услышала странный звук — артефакт связи потрескивал. Взяла его в руки и услышала голос Глена:

— Добрый вечер. Не разбудил?

— Добрый вечер, я ещё не сплю. А артефакт обязательно держать в руках?

— Нет, можешь положить.

— Надеюсь, изображение он не передаёт?

— Нет, — слышу, как мужчина сглотнул. — Но скоро будут такие, что и изображение передают.

Тихо рассмеялась.

— Хорошо, что этот не такой.

— Дразнишься, Аня.

— Я? Нет. Просто гостей предпочитаю встречать прилично одетой.

— Что у тебя там за звук? Это огонь?

— Да, топлю большую печь. А город далеко?

— Нет. Замок в городе, точнее — город за замковой стеной. Но пешком не вздумай идти.

— Далеко?

— Пару часов. Но в лесу лихие люди. Брат отправил людей выловить бандитов. Те, что были возле твоего дома — малая часть. Так что двери закрывай.

— Закрыты, — вздохнула.

— Могу что-то привезти из города.

— Пока не нужно. Я, уходя, много своих баночек забрала.

— Не представляю, как ты всё несла. Ты же такая тоненькая, да ещё не восстановилась полностью после побоев.

— Достаточно восстановилась, — сказала чуть резко. — Две недели лежала. Только потом целитель разрешил уехать. Шрамы уже были, а не раны. Боль осталась только в душе. Мая, — сказала с горькой улыбкой, — тоже не понимала, как я всё утащу. Но я знала: всё, что смогу взять с собой — с тем и буду жить. Уйду с одной сменой одежды — значит, только это и будет со мной в доме.

— Сила духа порой даёт силу телу, — услышала голос князя.

— Брат! — воскликнул Глен.

— Я не подслушивал специально. Решил зайти к тебе, Глен, а тут ты общаешься. Сынок нахваливал твою стряпню, Анна.

Ничего не ответила — была смущена.

— Спокойной ночи, Анна, — сказал князь.

— Как завершить сеанс?

Услышала смех братьев.

— Малый магический импульс и желание.

— О, спасибо.

Сама завершила разговор.

— Брат! — возмутился Глен. — Теперь она будет сбрасывать мой вызов.

— С чего бы это? Ты с племянником сначала реши, кто из вас будет за ней ухаживать. Или для тебя — это очередная победа в постели? Так скажу тебе сразу, братец — не смей бередить девке сердце.

Утром отправилась в деревню. Марье отнесла крынку под молоко и горшочки под сметану и творог.

— Что-то зачастил к тебе брат князя с племянником, — сказала молочница.

— У меня, оказывается, дар целителя. И целитель помогает правильно его освоить, чтобы не выгореть. А племянник, — улыбнулась, — он у него в подопытных. Как медведь сказал — чтобы я на здоровом поняла, где что внутри находится и как правильно выглядит.

— На него, поди, приятно посмотреть.

Я только вздохнула.

— Посмотреть приятно, но обучение мне сейчас жизненно необходимо.

— И то верно. Чем платишь?

— Едой, — тихо рассмеялась. — Думаешь, зачем я к тебе за молочкой хожу? Готовлю то сырники, то блинчики с творогом. Вчера — пирожки и борщ. Они мужчины большие — едят много. Может, в этот раз хоть на пару дней задержатся, и то не уверена.

— Я тебе творог к вечеру принесу со сметаной. И молоко могу вечернее.

— Давай. Сегодня вроде никто не планировал приезжать — дали мне время отдохнуть. Марья, подскажи, кто из мужчин может дрова заготовить? Я сама уже не осиливаю таскать.

— Не дури! Тебе ещё детей рожать! Степан! — позвала она мужа. — Иди бегом сюда и сыновей захвати с телегой. Мужа попрошу — заготовит тебе дрова. Они знают, где достать.

— Сколько стоить будет?

— За телегу дров — золотой.

— Хорошо. Кому из вас деньги отдать?

— Мне, — сразу подбочилась женщина.

— Спасибо, Марья.

— И тебе спасибо, Аня.

Хотела было уйти, но решила уточнить:

— Марья, а сколько дров на зиму нужно?

— Три-четыре телеги. Давай начнём с одной.

— Хорошо. Спасибо.

Дома перебрала ветки, что вчера притащила. Мелкие отложила в сторону — пойдут на растопку, а те, что чуть крупнее, сложила к дровам. Ещё перенесла в сени немного дров, чтобы был запас хотя бы на несколько дней — не хотелось каждый раз бегать в сарай.

Возвращаясь с последней охапкой, увидела возле дома двух крепких мужчин. Одеты хорошо, на бандитов не похожи — это сразу отметила. Но лица мне не понравились: слишком уж высокомерные.

— Добрый день, — сказала им.

Они посмотрели на меня оценивающе, и этот взгляд вызвал неприятное ощущение.

— Мы собираем налоги, — наконец-то сказал один. — С тебя десять золотых.

— Сколько?! — спросила в шоке. Когда жила в деревне с отцом, максимум был один золотой с взрослого дееспособного человека с нормальным доходом. Сомневаюсь, что в этом княжестве налоги выше.

— Это только с тебя. Плюс погасишь долг Литы.

Стою, ошеломлённая.

— Или хочешь закончить как она? Я так понимаю, у тебя нет таких денег. Аванс мы возьмём натурой.

Когда они пошли на меня, я бросила им под ноги охапку дров и рванула в лес. Естественно, они побежали за мной. Но и у меня словно крылья выросли. Пока бежала, подумала о Михаиле — очень захотелось попросить у него помощи.

— Аня? — услышала его голос из медальона, спрятанного под платьем.

— Помоги, — хрипло выдохнула.

— Где ты? Что случилось?

Ответить не успела — меня едва не поймали. Пришлось резко сменить направление. Дыхание уже хрипело, ноги подкашивались. И тут впереди — овраг. Не успела остановиться. Вскрикнула и полетела кубарем вниз.

Михаил выскочил из тренировочного зала, как только почувствовал активацию артефакта связи. После моей просьбы он бросился на улицу и налетел на дядю.

— Аня связалась со мной. У неё проблемы. Она явно от кого-то убегала, а потом, кажется, упала. Связь оборвалась.

Рядом мигом оказались братья и даже отец — откуда-то появился. Все вскочили на лошадей и понеслись в сторону деревни.

Я потеряла сознание ближе ко дну оврага. Преследователи спустились осторожно.

— М-да, не повезло. Глупая смерть, — сказал один другому. — Обыскать её нужно.

Когда достали из-за пазухи артефакт связи, оба побледнели.

— Княжеский артефакт у травницы? — сипло спросил первый.

— Не снимай. Брось так, и быстро уходим. Надеюсь, волки её найдут раньше княжеских собак.

Князь с братом и сыновьями возле моего дома сразу заметили разбросанные дрова, чужие следы и открытую дверь.

— Мальчики, — сказал князь сыновьям, — возьмите стражу и выясните, кто посторонний был в деревне. Сразу мне доложите. Глен, я не понял, ты ещё здесь? Живо найди её!

Часть стражи отправилась с сыновьями князя, часть — с самим князем и его братом. А парни у ближайшего дома узнали, что сегодня в деревне были сборщики подати.

— Что?! — взревел Михаил. — Какие сборщики подати?! Сколько раз в год эти падлы приходят?

Бабка, видя, что княжеский сын в бешенстве, тихо сказала:

— Так дважды в год, сынок. По весне и ближе к зиме.

— Что?! — воскликнули все трое.

— Вообще страх потеряли...

— Так, бабушка, по своему сарафанному радио передай всем: всё село только что надули на деньги. Этих поборников нужно найти их и придать ответу. Отец будет в бешенстве.