Глава 32. Псков. Княжеский дворец

Герцог Вильгельм решил основательно проверить все бумаги и документы в кабинете покойного князя Огинского. В этом и загвоздка, Павел Сергеевич последний из родовых князей, были бы другие, то уже давно совет избрал нового князя, и наследницу Веру выдали бы замуж так, как выгодно городу.

Но достойных мужей нет, бояре между собой договориться не могут и не пытаются, потому и совет не спешит с избранием. Раз Вера – последняя из княжеского рода, то любой знатный, кто на ней женится – получит власть, потому никто из соперников не желает уступить.

Дотянули, и сыграли на руку герцогам Брандским. Перечитав копию завещания, какое, наконец удалось отыскать в русских бумагах, герцог осознал, что всё: имение, деньги, дворец и посевные поля, деревни – всё записано на Веру. Элеонор даже не упоминается. Оригинал документа у старейшин и, возможно, у того воеводы, что приезжал в день смотрин. Магия сильна, но бюрократия – сильнее, и в человеческом мире даже нечисти порой приходится соблюдать закон, чтобы легализовать свои притязания.

— Бояре-то тянули, а малец-братец решительным оказался. — Вильгельм поморщился от нестерпимой боли, что изводит его уже несколько недель, первое время ещё терпелось, если выпить горячительного, и прошептать заклинание, но теперь ничего не помогает. Взглянул на себя в зеркало, улыбнулся тому, что ещё на себя похож, и вернулся за рабочий стол. — Жаль, что девчонка сбежала, не ожидал я прыти. Утащили полуживую, и это всё усложняет. Жениться на Элеонор – идея хорошая, но почти ничего не даст. Зато для меня есть лучшая невеста, вот её папаша удивится, когда получит от меня бумагу с требованием.

Придётся самому навестить старого «друга» шведского короля Фердинанда. Для этого почти всё готово.

— Эй, кто там! Позовите герцогиню в кабинет! — крикнул лакеям. Через несколько долгих минут вернулся дворецкий Брагин и пролепетал, что-то, что герцогини нет нигде.

— Вот как? Сбежала?

— Не ведаю, но к вам прибыл знатный господин, говорит, что он посол шведов.

— Успели и сюда добрались! На ловца и зверь! Пусть войдёт.

— Слушаюсь, чай подать или лучше чего-то покрепче? — Брагин поклонился и вышел, стоило новому хозяину кивнуть насчёт настойки.

Герцога снова полоснула нестерпимая боль, Вильгельм прекрасно знает причину. Истекает срок договора с его личной лярвой от этого страдания и лютая злость на весь мир. Магия должна изменить его, когда-то казалось, что шестьдесят шесть лет слишком долгий срок. Оглянуться не успел, а уже платить. Магический процесс запущен, осталось дождаться результата, вот незваный гость удивится, да все удивятся.

В дверь тихо постучали, и без разрешения вошёл посол от шведского короля.

— Приветствую тебя, прославленный герцог Брандский!

— Не такой и прославленный, магия меня не слушается, девочку упустил, племянница сбежала, а враг пришёл поглумиться над умирающим львом, — проворчал Вильгельм.

Посол язвительно улыбнулся, но от агрессивного унижения решил воздержаться.

Подали небольшой поднос с графином и разными закусками.

— Так уж и умирающий? Не наговаривайте на себя. Я к вам с хорошим предложением, ваши земли уже под короной. Элеонор сейчас укрылась в моём доме, не так далеко и сбежала. Желает попросить помощи у Его величества Фердинанда Шведского, почему вам не сделать того же.

— Но княжна Вера пропала, а в настоящий момент не имею реальной власти в этом городе! Какой от меня прок королю? — Вильгельм налил по маленьким рюмкам напиток и протянул гостю.

— Дева сбежала в Новь-град, это не так обременительно для нас, как кажется. Там скоро уничтожат всех князей, Веру вернут, мы её выдадим замуж за племянника короля. Молодой викинг, знатный, крепкий, граф Бьёрн, вы останетесь здесь главным вассалом и наставником молодых. Это самое щедрое предложение, король любит и ценит своих подданных. И вы один из них, хотя до сих пор пытаетесь отрицать этот неоспоримый факт.

— Надо же, щедрость Фердинанда не знает границ. А с Элеонор что будет?

— О ней мы позаботимся, она останется хозяйкой вашего герцогства Брандского, скоро выйдет замуж за меня. Я граф и родственник короля, формально герцогство останется за вашим родом, но под моим управлением. Уж поверьте, после вашей опрометчивой расточительности, мне придётся несколько лет наводить порядок в герцогстве. Другими словами, я рассказываю вам об этих делах из вежливости, как будущий родственник. Дело решённое. Через несколько дней в Новь-град выдвинется шведское войско, и наведёт порядок, заберут Веру и вернут домой. Готовьтесь встречать наследницу и её жениха.

Герцог Брандский внимательно посмотрел на наглого вельможу. Высокий, крепкий, обычный на вид мужчина, но привлекательный, на нём уже читается поцелуй согласия, какой успела дать пронырливая Элеонор.

— Красивые сказки, но есть одно обстоятельство, о котором вы или не знаете, или не берёте в расчёт, — Вильгельм ещё раз наполнил маленькие рюмки, прекрасно понимая, что этот зазнайка не знает истинной причины побега Элеонор.

— Вы ищете способ запугать меня? Напрасная трата сил! Подчинитесь!

— Ха-ха-ха! Я, может быть, и подчинюсь, но Новь-град – нет! Вам ваша невеста не сказала, что там возродилась магия? Бес Элеонор вернулся с ужасными новостями. В столице объявился тот самый Гуннар. Нет, не в теле, а тенью, невероятно сильный маг в теневой ипостаси. Владеющий ангельскими рунами! Что, напугал я вас? Самому страшно, ведь моя магия тоже истончилась, вышел срок, и я жду…

Посол нервно сглотнул, на его надменном лице появилась тень страха. О непокорном варяжском князе Гуннаре до сих пор ходят легенды. И хотя его род истреблён то, что возродилось теперь гораздо страшнее живых магов.

— Это ложь! Желаете меня напугать? Не выйдет…

— Нет, как родственника, жениха моей любимой, но подлой племянницы предупреждаю из добрейших побуждений. От вашего отряда и мокрого места не останется. А вот я смогу вас защитить! Но цена будет высокой! — герцог не упустил шанса уколоть жениха Элеонор намечающимся родством.

Посол поморщился, но от своего не отступился:

— Вы не в состоянии ставить условия!

— Ошибаешься, в данную минуту я открываю врата ада. Моё обращение уже началось, присмотрись внимательнее, теперь привилегия ставить условия на моей стороне. Если хотите реальной защиты, то требую в жёны вашу принцессу Ханну-Эмилию, земли, что указаны в этом документе, тут и моё герцогство и некоторые другие вотчины. Пока я сдерживаю себя, бери бумагу и мчи к своему королю, после того как я убью Гуннара, приду по ваши души и щадить никого не буду! Я всё сказал, а сейчас убирайся, пока мой бес не передумал.

Вильгельм подал свежий свиток с требованиями к шведскому королю.

Непривыкший к отказам посол хотел возразить и призвать герцога к здравомыслию. Но лицо старика неожиданно исказилось, словно под кожей сейчас созрело нечто и рвётся наружу.

— Этого не может быть…

— Ты не веришь своим глазам? Беги, после обращения – я буду голоден!

Дважды просить посла не пришлось, он выбежал из кабинета, крикнув: «Спасайтесь!», запрыгнул в карету и приказал мчаться домой, где его ожидает Элеонор.

Ясное небо над Псковом подёрнулось серой пеленой, ничего необычного для зимнего пейзажа. Если бы в центре не сгустилась тьма, как клубок из туч, какие под воздействием неведомых сил закрутились сначала неспешно, и даже завораживающе, а чуть позже движение напомнило веретено. Никогда раньше местные жители подобных явлений не видели, испуганные замирают на улице и смотрят на почерневшее небо.

Маленький хвостик тучи медленно опускается ниже и ниже, наконец, достигает земли и неожиданно превращается в широкий столб – воронку, настолько огромную, что дома на его фоне кажутся махонькими игрушками.

— Это ураган! Как в море! Видал однажды! Беги, Фролка. Пусть в набат бьют! В подполье надоть прятаться… Вот ведь, предали себя и теперь кара на наши головы. Ох!

Купец первым сообразил, что происходит, прокричал приказ слуге и поспешил собирать товары в лавке. Крикнув соседям, что надвигается шторм невиданной силы!

Через несколько минут по городу прокатился первый звон набата, потом второй и третий!

А смерч, как дикий охотник, кругами ходит на подступах к городу, подлавливая путников и круша редкие постройки на окраинах. Он словно ждёт незваных гостей, чтобы задушить их в своих объятиях.

Улицы города опустели, даже псы притаились, забившись под дома, ни лая, ни крика, только вой ветра, стук и скрип, кто-то невидимый играет тревожный марш к наступлению…

Снова прозвучал набат, и вдруг всё стихло.

— Гарм, смотри, как нас встречают! С почтением! — проворчал Гуннар, он бы и быстрее промчался во дворец, но не хочется упускать призрачного охотника. С ошейником пёс может попасть в ловушку, так и не привык бежать по свободному пространству. Каждая лярва или пакость, что сейчас повылезали из своих щелей, манит, разжигая аппетит Гарма. — Нажрёшься ещё, месяц отрыжкой страдать будешь, вон сколько пакости повылезало.

Смерч так и кружит вокруг города-заложника, это предупреждение, если призрачный князь решит атаковать, то от Пскова останутся только руины.

Гуннар замер пред дворцом, слегка придерживая Гарма от очередного прыжка за мелкой нечистью, что замешкалась на пути призрачного князя.

— Эй! Как тебя, герцог Брандский, выходи, предлагаю сразиться в чистом поле, зачем портить наследство девочки. Да и вихрь свой уйми, понимаешь же, что меня он не остановит, а богатства и людей уничтожит, это нам ни к чему!

Не дождавшись ответа, князь с псом вошёл через парадные двери, безошибочно ощущая, где притаился враг, неспешно поднялся на второй этаж и открыл дверь в просторный кабинет.

— Фу! Даже мне противно смотреть на тебя, что перерождаешься? Как понимаю, лярвы – это цветочки, а ты у нас уже созревшая ягодка!

— Ты против меня пустое место! Я настоящий демон! Даже в таком состоянии я тебя уничтож-ж-ж-жу! — проскрипело существо, напоминающее человека. Через час-другой он может принять облик вполне миловидного юноши, ещё через неделю, никто и не заподозрит, что это не человек, настолько тварь привыкнет к земной стихии.

— Значит, я вовремя! Думаешь, не понимаю, что произошло? Мне ведь тоже шведы подобный подарок прислали. Но я устоял, мой внук уничтожил двоих таких, как ты, а любимая внучка третьего отчитала и отправила в ад. Так что не переживай, опыт у нас есть! Всё сделаем быстро, страдать не будешь. Хотя! А почему бы не устроить тебе экзекуцию! Есть у меня идея!

— Много болтаешь! — прорычал демон, его уже не трясёт, сейчас самый опасный момент, пора встать на ноги и запустить преображение, а тут незваный гость отвлекает, тянет время и невероятно злит…

— Да нет! Не болтаю, отвлекаю!

Обращённый герцог взревел, хотел было кинуться на Гуннара, но это бессмысленно, собрался, сел на четвереньки и прохрипел первые звуки проклинающего заклинания.

— А без заклинаний пока обойтись не можешь? Думал, ты сильнее! — князь сделал шаг навстречу, дёрнул на себя «тело» герцога и надел на шею обжигающий ошейник Гарма. Кузнец сделал хитрое устройство, две стороны удавки внахлёст заходят друг на друга, можно подогнать под шею, имея достаточно сил. У Гуннара сил с избытком. — Погоди, не дёргайся, сейчас затяну туже, да – это освещённое железо. Больно, но иного выбора у меня нет. Сражаться ты не хочешь, врата в ад открываешь, не переживай, к вечеру приедет Катрина и сделает тебе отчитку по всем правилам. Сиди пока в покоях, а мне надо зачистить всю ту гадость, какой ты успел наводнить Псков. Не думал, что так просто всё окажется.

Герцога начало трясти, и бить об пол. Бес пытается скинуть с себя остатки тела и ошейник. Но крепко попал в капкан.

— Освободи! Три желания! Ис-по-о-ол-ню-ю! — прохрипел, осознав, что вырваться из плена невозможно.

— Гарм! Иди на охоту, жри всех тварей, что найдёшь, людей не пугать. А мы тут подождём твоего хозяина.

Дважды вечно голодного пса просить не пришлось, довольный, что с него сняли ненавистные оковы, подпрыгнул на месте, взвизгнул и теперь уже не разбирая дороги, помчался сквозь стены отлавливать всю нежить, что скопилась в городе.

— Обожрётся, однако сегодня!

— Освободи! Три желания исполню! — снова простонал бес.

— Вот на такие три желания вы и ловите нас, нет уж! Сами как-то обойдёмся! — проворчал Гуннар и уселся в широкое кресло хозяина.

— А если я скажу, что твой старший сын жив? И ты его не узнал, а он переродился…

— С чего мне верить тебе, неужели думаешь, что я не узнал бы Велеса? — прорычал князь, прекрасно понимая, куда клонит бес. Он уже многое прочитал, многое увидел, для таких тварей сокровенное – не секрет. На том и ловят невинные души, на том и обращают!

— Ты прямо сейчас думаешь про него! Ведь так? Думаешь, что это хозяин пса? Ха-ха-ха! Пусть будет так, когда твоя Катрина придёт отчитывать меня, я ей шепну на прощание, кто её настоящий муж, будет страдать! Ты этого желаешь? Хочешь, чтобы она страдала?

Гуннар потемнел от злости, удалось-таки бесу найти больное место и надавить искушая.

— Князь! Всё в твоих руках, сними ошейник, освободи меня и отпусти. Не встречусь с твоей девицей любимой, и она останется в неведении, как и ты…

— Я знаю, кто из них мой сын, знаю, что он не вспомнил себя, смерть его пощадила и стёрла воспоминания. Но ты лишь подтвердил мои предположения, хорошая попытка, но пустая. Мой сын никогда не узнает правды, он живёт новую жизнь, и у него всё хорошо, а вот у тебя дела станут гораздо хуже с этого момента! Много болтаешь!

Последние слова Гуннар прорычал, сделал два широких взмаха призрачными руками, и в комнате заискрились нити, магические струны сплелись в узор, и под дикий вой беса каждый элемент начал опоясывать изуродованное обращением тело герцога.

— Это ангельские руны! Теперь ты замолчишь навсегда и будешь секунды считать до прибытия Катрины, молить её будешь одними слезами, чтобы быстрее отчитала тебя и в ад отправила! Сам напросился, держал бы язык за заубищами – не страдал бы! Всё, лежи, а мне придётся за тобой город чистить. Гарм один не справится!

Прогремел как гром и исчез, оставив поверженного врага, накрепко связанного сияющими нитями ангельских рун.