Глава 39. Артефакты

Несколько минут и вот мы на дворцовой площади в сердце города. Кони после долгой дороги из Пскова уставшие, взмыленные и пить хотят. Новый кучер распорядился, и кто-то из охраны уже несёт бадьи с водой, а мы, не спеша, вышли из кареты, осмотрелись. Вроде бы всё как обычно.

Причём с той стороны здания, где скрыто хранилище, уже нет такого «ядовитого» магического фона. Вот это и вызывает вопросы, что такое мы сделали, и как закрепить этот эффект?

— Ну что, дорогие мои, готовы? — спрашиваю князей, и сама понимаю, к таким приключениям подготовиться нельзя. Особенно мне после недавних «воспоминаний» о гибели Велеса.

— Пойдём, проверим, думаю, что там не такая уж проблема, просто гонец пуганный.

— Да уж.

Мы уже знаем, куда идти, быстро спустились по узкой лестнице, прошли по тёмному коридору, ориентируясь магическим зрением, казалось, что здесь есть факелы. Но нет. Странно, Пожарский же должен был войти с огнём.

— Вот факел на стене! Сейчас зажгу, осторожнее, снова ступени, — предупредил Фирс.

Огонь вспыхнул и осветил уже знакомые холодные каменные стены. Ужасный запах, что вызывал тошноту в первый наш визит, развеялся, подозреваю, что это заслуга Гарма и его прожорливости. Но это сейчас не так важно, как то, что нас ждёт внизу.

Быстро проходим вперёд и…

Картина, поражающая воображение, даже мы, видавшие всякое, весьма удивились.

Пожарский смог каким-то образом пробраться в «тамбур» туда, где нет воздуха. А теперь дверь захлопнулась, и он попался как мышь в мышеловку, и задохнулся бы, но Гуннар непонятно как делает ему искусственное дыхание, удерживая на краю жизни.

— Твою ж мать! Если не открыть вторую дверь, то первая захлопывается. Как он открыл-то её?

Не отвлекая Гуннара от спасательной операции, мы быстрее достали книгу, и начали читать под диктовку Фени.

Довольно длинное заклинание нам пришлось проговаривать так быстро, как только возможно. Чувствую, что Пожарский скоро сам станет призраком.

Наконец, в двери что-то звякнуло, Фирс рывком дёрнул на себя за кованую ручку и открыл. За шкирку выдернул Богдана на воздух. И нам пришлось его откачивать, Феня быстро нашёл короткое заклинание, сам прочитал над посиневшим от асфиксии безумцем, и через несколько минут Пожарский закашлялся, словно его из воды вытащили.

— Живой! Вот ненормальный, как прошёл-то? — проворчал Фирс и помог Богдану сесть.

На этот вопрос я уже знаю ответ, он побоялся выдрать из книги листы, но переписать смог, Корри ему подсказал нужную страницу. Не терял даром времени, пока прятался с книгой, а вот без кольца и моей крови дальше пройти не смог.

— Дверь сейчас закроется, предлагаю всё же войти! Раз так получилось, нужно глянуть на эти артефакты ужасные! — это риторическое предложение я прошептала, уже входя в тамбур, протянула руку Фирсу и всё как в прошлый раз, капля крови на кольцо, и приложила к магическим самоцветом стене. Ещё одно короткое заклинание и вторая дверь со скрипом открылась.

— Гуннар, достань эти короба, надо кое-что проверить. Я, когда видела эти ужасные картины гибели Велеса, там был не секстант, а какой-то иной прибор. Надо глянуть и тогда уже закрывать навсегда.

Гуннар молча достал кованый короб, пока Фирс предусмотрительно связал руки и ноги Богдану, приговаривая, что это временно, чтобы он не сбежал и не совершил очередные глупости, но тот уже, кажется, если и побежит, то наверх или ещё хуже нас запрёт в ловушке. С него станется.

Тем временем ящик открыт, и мы смотрим на «прибор», особенно я смотрю на него ошарашенно. Что угодно могла бы принять: пентаграмму, череп козла, любое магическое приспособление. Но чтобы вот это?

— Откуда этот прибор? — не обращаю внимания на испуганный вздох Дмитрия, беру в руки металлическую коробку с циферблатом, кнопками и переключателями.

— Ты его узнала? — Фирс уже пришёл и тоже рассматривает то, что я вытащила из сундука.

— Это из современного мира, вот написано «Радиополукомпас», насколько понимаю, это из самолёта, вот этот секстант тоже лётный и самолёт, должно быть, со времён Великой Отечественной войны. Гуннар, где-то у вас должен был пролететь и разбиться самолёт из нашего мира, заблудился в небе.

Гуннар рассмотрел устройство в моих руках, но трогать не решился, тоже ощущаю от прибора пощипывание. Явно, где-то зарядился магической энергией, потому и не отключается. Чувствую, что есть ещё какие-то предметы, собранные с места крушения.

— Да, была история, помню. Погонщики оленей на севере видели, как с неба с диким воем упал горящий дракон, потом грохот, и столб дыма, однако смельчаки нашлись и сходили на место гибели зверя. Но там нашли погибшего странного человека, запутавшегося в огромной белой тряпке и верёвках. А вокруг вот эти опасные вещи. Они сияли, странным светом. Мы их забрали, как и любые другие магические артефакты.

— Это военный самолёт, лётчик, возможно, попал в пространственную дыру, скорее всего, во время магнитной бури или северного сияния его сбили с пути какие-то помехи. Влетел от нас там, а попал сюда. Этот прибор – позволял ориентироваться в пространстве и двигаться по радиоволне, волны невидимые, но этот прибор их улавливает, как запах улавливает пёс, когда ищет добычу. Это всё, что я знаю, и то по старому фильму про военных лётчиков.

Гуннар достал ещё один короб, открыли и там радио. Удивительно, но эти приборы всё ещё действуют и без батареек. Точнее сказать, они действуют, стоит мне взять их в руки.

Гарм – батарейка для этих приборов. Забрали пса – и приборы затихли.

Включаю радио, и мы слышим очень тихую мелодию вальса, она словно ниточка из нашего мира тянется сюда. Вот так сюрприз.

— Это музыкальная шарманка?

— Я не сильна в физике, но это определённо радио. Все эти приборы оживают, стоит им соприкоснуться с кем-то типа Гарма или меня. Магическая энергия их включает. И они становятся маяками, указывают волну, на которой можно попасть в этот мир. Во время случайного перехода между мирами они приобрели некоторые магические свойства, спонтанные артефакты. Сложно объяснить, так чтобы вы поняли. Сейчас отключу их. Просто закроем, заберём отсюда самые сильные артефакты и опасности не будет. Это я вам точно гарантирую!

Быстро выключаю всё, что понимаю, как выключить. Складываем приборы в коробки, и Гуннар убирает осколки нашей цивилизации подальше на полки магического хранилища.

— Подозреваю, что и мне эти приборы помогли вернуться. Но возможно, что это совпадение. Бедный мой Велес думал, что магия закроет этот портал, а она его усиливала. И случилось непоправимое. Сейчас мы действуем правильно, обесточим приборы, и они замолчат навсегда. Посох Повелителя стихий придётся забрать, и вот эта штука сильно фонит магией, это что такое? — сама уже чувствую, что в хранилище может подпитывать опасную технику.

— Это магический рог, разжигает боевой настрой в бойцах. Лишает страха перед боем и делает яростными. Опасная вещь, — Гуннар покрутил горн в руках, но отдал Дмитрию, не решаясь его оставить в хранилище, не самая миролюбивая штука, надо сказать.

— Закрывать врата, как пытался это сделать Велес, мы не будем. Подозреваю, что это естественная особенность нашего мира. Чем больше магии около этих приборов, тем активнее они работают. Не хочу, чтобы в один прекрасный момент какой-то заблудший Боинг где-то здесь разбился с тремястами пассажирами на борту.

Мужчины смотрят на меня как на диковину, мало чего понимая из моего фантастического лепета.

Ещё раз всё проверив, мы вышли из хранилища, и Феня предложил прочитать такое заклинание, которое уже невозможно открыть.

Так и сделали, Гуннар на всякий случай усилил запрет ангельской руной, и она, кажется, не активировала эти артефакты с разбившегося когда-то самолёта…

Гарм где-то носится, вылавливая оставшуюся мелкую нечисть. Дима и Фирс под руки вытащили наверх Пожарского, а я и Гуннар вынесли магические артефакты.

Вроде бы всё закончилось, но как-то тревожно теперь. Оказалось наши миры не такие уж и далёкие, главное, чтобы какие-то мины, бомбы, беспилотники-камикадзе и прочая дурь не прилетела к нам нехорошим приветом из слишком агрессивной цивилизации. Мы тут лучше тихо-мирно с магией как-то сами по себе.

Мои невесёлые размышления прервал стон Богдана:

— Вы оставили там богатства, глупцы! Запечатали?

— Да. Это не магия, милый мой мальчик! Это техника из другого мира – технологии и для нас ценности не представляет, только опасность. Так что спи теперь спокойно, придётся тебя снова посадить под надзор, и лечить, как алкоголика. Иначе окончательно сойдёшь с ума. Но ты сын моего любимого Матвея, и родной мой, не могу тебя оставить. Так что насильно тебя вылечу, даже если будешь сопротивляться, понял?

— Да как тут не понять. Не оставь меня, матушка, не оставь, тяжко одному в этом мире быть, ой как тяжко.

Богдана развязали ещё внизу, и он вдруг упал передо мной на колени, обхватил ноги и зарыдал, как мальчишка. Проняло, смерть-то рядом стояла.

— Ну всё, всё. Я с тобой. С того света вернулась поднять вас с колен. Пойдём, через пару недель отпустит! — шепчу и помогаю постаревшему «внуку» подняться, Дмитрий подхватил с другой стороны, и мы повели его в карету.

Непутёвый, но наш.