Глава 37. Черноводов и книга

Владимир Алексеевич Черноводов сам не понял, как вытолкнул Радмилу из кареты.

Она что-то по своему обыкновению трещала языком, потом от бешенства в его сознании случилось помутнение. А когда очнулся, место напротив оказалось пустым.

Влад встряхнулся, пытаясь очиститься от странного состояния.

Вдруг в сознании промелькнула последняя важная мысль: «Мне нужна Лебедева!»

Выпрямился, взглянул на окровавленный платок на руке и внезапно постучал в стену кареты, заставляя кучера притормозить, открыть дверцу и спросить, что изволит требовать хозяин.

— Поезжай в дом на улице…— хотел назвать адресок одного заведения, но осёкся. Карету боярина заметят и непременно донесут о неподобающем везите к девкам, да ещё средь бела дня. — Домой! Да, пока домой.

Окошко закрылось, и карета снова полетела по заснеженным улицам. Кучер уже привык к внезапным приказам.

— Как же её забрать? Написать донос, тогда она вообще никому не достанется, а Магическая управа получит молодую и красивую девицу в своё полное распоряжение, и тогда о кольце точно можно забыть. Нанять молодцов, чтобы приступом взяли дом князя и отбили её? Не успеют, дом укреплён, и дружина личная у Дмитрия слишком большая.

И в этот момент его внезапно посетила гениальная идея. Устроить гуляния в Кремлёвской слободе, причём так, чтобы никто не подумал на него. Гуляние с ряжеными и кулачными боями, и чтобы песни и хороводы. Создать толчею. Дмитрий вынужден будет приехать, потому что Ярополк никогда не пропустит хорошее веселье, а уж с мордобоем бойцов и подавно. И накануне магического отбора все кланы решат себя показать, пройтись гоголем перед соперниками.

А для этого нужен всего лишь большой приз.

И у боярина Черноводова такой есть. Золотой самородок весом более сотни золотников. За такой редкий камень биться будут даже калеки и старики.

Довольный своей идеей решил всё же не спешить с реализацией. Дома привести себя в надлежащий вид. Составить письмо боярыне Волошиной, и попросить её организовать от своего имени гуляние. А его называть безымянным щедрым дарителем. Возможно, и другие рода решат принять участие в организации.

В толпе затеряются его ряженые бойцы, устроят потасовку и отобьют девицу у Дмитрия, лучше б и князю воткнуть что-то меж рёбер, чтобы не дёргался на приличных людей, слишком дерзок стал.

И снова образ лебёдушки перед глазами, она не даёт ему шанса отступить…

Мысли, что Катерина не приедет на это гулянье, даже не возникло в воспалённом воображении боярина. Никто не пропускает такие веселья.

И она не посмеет.

Уже дома Владимир позволил своей экономке промыть рану, перевязать. Подать чай и тут же позвали дьяка, которому пришлось записывать все важные поручения, составлять письма и просьбы к друзьям, посодействовать боярыне Волошиной, она ещё не дала согласие, но непременно даст.

— Ваше высокопревосходительство! А когда и в каком порядке письма доставлять? Имеет ли значение?

— Да. Первой боярыне. А после, когда она даст согласие, всем остальным, если вдруг Марфа откажется, то всё придержи, решим, как и что дальше сделать.

Дьяк всё записал, листы с посланиями аккуратно сложил и каждое запечатал сургучом и личной печатью Черноводова.

— Слушаюсь! Ещё поручения будут?

— Теперь самое важное и тайное, позовите ко мне Распутина, лучше бы сегодня вечером, для него есть задание.

Дьяк услышал имя и едва заметно поморщился. Распутин – один из самых неприятных типов во всём стольном граде, говорят, что был сотником у северного князя, да за провинность его высекли и сослали на каторгу, но вернулся он очень быстро, и изменившийся. Словно душу продал, и теперь выполняет самые пакостные поручения некоторых знатных господ.

А ещё ходят слухи, что Распутин — это вовсе и не один человек, а банда, и никто не знает наверняка, кто они такие. Позвать к себе такого человека опасно, но несложно. В одной небольшой харчевне на стене оставить знак мелом, и к тебе подойдёт кто-то на переговоры…

Они лучше всех справятся и с Воронцовым и с магической управой, умыкнут девицу, никто и не поймёт, что произошло.

— Вот теперь всё и не строй из себя праведника, мой хлеб ешь, а мне приходится дела творить, чтобы процветать! Иди! Вечером, чтобы нужный человек пришёл, и не последний, а кто-то важный от них, дело очень непростое.

— Слушаюсь! — дьяк поклонился и вышел. А через час вернулся бледный, и прискорбным голосом сообщил новость. — Приехал стряпчий от Роговых. Негодует. Вот просил передать вам послание племянника Григория Елисеевича с отказом.

— Каким отказом? — Владимир не сразу понял, но взял письму у дьяка и пробежал взглядом по строкам, написанным красивым почерком. А ниже дописано корявой рукой имя Григорий Черноводов, прошу просить и далее в таком же духе.

Простить за то, что отказывается жениться на сосватанной девице из знатного рода Роговых, потому что…

В этот момент Черноводов чуть язык от бешенства не откусил, но письмо перечитал:

«Мой дядя, не испросив моего пожелания, прислал сватов, чем обнадёжил ваше семейство. Но мне жаль. Наши интересы в этом вопросе не сходятся, и я давно люблю другую, не извольте гневаться, о помолвке между нашими родами ещё никто не узнал, надеюсь, что достоинство не посрамлено будет, от нашего полюбовного расторжения обязательств. Коих с моей стороны и не было. Если дядюшке угодно, пусть сам возьмёт в жёны вашу прекрасную дочь…»

И дальше ещё несколько строк.

— Сам боярин Рогов, к сожалению, уже прочёл письмо и в гневе отправил стряпчего к нам. На словах велев передать, что предполагал наличие желания жениться у молодого Чернововдова, а так выходит форменный обман! — несчастный дьяк побледнел, передавая устную часть послания. Если боярина Владимира охватит гнев, то и убить может.

— Зови сюда стряпчего, — неожиданно спокойный голос хозяина испугал больше, чем ругань. Но судьбу лучше не испытывать, дьяк поклонился и сбежал за тем, кому сейчас точно достанется.

Стряпчий бесшумно вошёл в кабинет, ещё раз выразил недовольство недоразумением и получил короткий и ёмкий ответ:

— Мой племянник изменил своё мнение о вашей барышне, когда увидел её на балу. Она толстая, некрасивая и глуповата. Сожалею, но он прав, становиться посмешищем в обществе не самое хорошее начало карьеры. Так что, он решился, а мне уже нет до него дела. Мы разорвали отношения с Григорием Емельяновичем. Если есть претензии, поезжайте к нему и разговаривайте, но это пустое. Он влюблён в Радмилу Аксёнову, и решение не поменяет. Всего хорошего! Письмо можете забрать на память о неудачном сватовстве.

Такие дела так не делаются, обычно выплачиваются откупные, приносятся искренние извинения. А тут неслыханная дерзость…

Стряпчий забрал письмо и поспешил сообщать ужасные новости своему хозяину.

— Вот ещё один враг добавился. Скоро у меня и Гришки ни одного соратника не останется. Однако, какая Радмила прыткая. Я ведь только её выкинул…

Подумал и понял, что письмо написано накануне. Григорий вчера решился и составил отказ от женитьбы с Роговой, как там её зовут-то, теперь уже и неважно.

В доме все притихли…

Никто не желает попасть под горячую руку хозяина. Владимир поднялся на этаж выше, в уединённый кабинет, куда никто не смеет войти.

Запер двери изнутри, несколько секунд размышлял, стоит ли сейчас пытаться спросить совет у книги. Неподходящее настроение.

Но кольцо!

— Почему я не отобрал у неё кольцо? Охранник помешал? Мелкий бесёнок или дух, он привязан к кольцу? И плохо, что кровь гадёныш попробовал.

Медленно достал огромную книгу из чёрного ящика. С неё и началось обращение Владимира в чернокнижие, книга мощнее кольца, но не работает так, как если бы у него были настоящие магические силы, как у Катерины.

Открыл книгу на первой странице и прошептал:

— Сегодня я чувствовал кольцо, оно было так близко, только протянуть руку, но не смог. Как? Умоляю, скажи, как уговорить кольцо, выбрать меня?

Страницы ожили, показалось, что невидимая рука перелистывает их, выискивая подходящую…

Владимир знает, что это действительно нечистый слуга книги, он служит охранником, точно таким же, как тот, что укусил его сегодня. Невидимый и молчаливый, из жалости или от скуки порой помогает Черноводову советом, оплачивая охрану старинного фолианта. Лишь однажды он видел его во всей ужасающей красе: огромный, клыкастый бес с когтистыми лапами, показался лишь на миг и седых волос у Влада добавилось. Больше часа сидел в оцепенении, а когда пришёл в себя, осторожно закрыл книгу, и несколько дней боялся даже притронуться.

Но сейчас всё изменилось, на кону и бесконечная жизнь, и богатство, и власть…

Книга снова, играючи перелистнула страницы, словно размышляя… И вдруг захлопнулась!

В сознании испуганного боярина возник сначала скрежет, а потом и слова: «Мы чувствуем её след на тебе! Снова ожившая, наследница князя Гуннара, так вероломно сожжённого тобой этой ночью. Она его наследница, не ты! Мне нужна её магия! Приведи её к нам, иначе мы убьём тебя!»

Сообщение завершилось таким же скрежетом, с какого началось. На книге закрылись массивные замки, это значит, что боярин разжалован до раба. И теперь вынужден выполнять приказы, за ослушание – смерть!