Глава 13.

Прыжок прошел без приключений. Или я просто его проспала. Сказалось нервное напряжение, допрос Кейлона, его пистолет, направленный на меня. А потом объятия Кассиана, его тепло, его руки на моем животе. Я отключилась еще до того, как корабль вошел в гиперпространство.

Проснулась я от того, что мне было жарко. Очень жарко. И тесно. И что-то тяжелое лежало на моем боку, не давая пошевелиться.

Я открыла глаза. Свет в каюте был приглушенный, ночной. Иллюминатор затянут шторкой. А на мне… на мне лежала рука. Большая, тяжелая рука Кассиана. Он спал рядом на боку, лицом ко мне. Его ладонь покоилась на моем животе, пальцы слегка сжаты, словно он даже во сне охранял детей.

Мы были не в моей каюте. В какой-то другой. Больше. Просторнее. Кровать — огромная, мягкая, с кучей подушек. Я такой раньше здесь не видела. Когда мы успели переехать?

Я попыталась вспомнить. После лазарета Кассиан сказал, что Илания велела ему быть рядом постоянно. Практически двадцать четыре часа в сутки. Стабилизировать нейронный фон обоих детей. Я задремала и он, не спрашивая моего мнения, просто перенес меня в эту каюту. Самую большую на корабле. Архонтскую. С кроватью размером с небольшой космодром.

— Не ворочайся, — раздался сонный голос над ухом. — Разбудишь.

— Я уже проснулась, — прошептала я. — И мне жарко.

— Мне тоже, — он не убрал руку. Наоборот, притянул меня ближе. Теперь я лежала, прижатая спиной к его груди, а его ладонь по-прежнему лежала на животе. — Еще рано. Спи.

— Который час?

— Который надо, чтобы выспаться.

Я фыркнула. Вот это архонтская логика. Но спорить не стала. Во-первых, было правда рано. Во-вторых, лежать вот так, в тепле, в тишине, чувствуя за спиной его ровное дыхание… было удивительно спокойно. Девочка внутри тоже спала, свернувшись калачиком. Мальчик притих, только иногда легонько толкался, будто проверял, все ли на месте.

— Кассиан, — позвала я тихо.— Ммм?— Почему мы здесь? Я имею в виду… ты всегда спал в своей каюте.

— Илания сказала, что теперь мне нужно быть с тобой постоянно. Для стабилизации. А бегать туда-среди ночи неудобно. — Он зевнул. — Так что теперь это наша каюта.

— Наша? — я удивилась.— Наша. Моя, твоя. Общая. Возражения не принимаются.

Я усмехнулась. В этом был весь Кассиан. Сначала ставит перед фактом, потом объясняет. Но, честно говоря, я не возражала. После того, что случилось, после Кейлона и его пистолета… мне не хотелось оставаться одной. Даже если это означало делить постель с высокомерным архонтом.

— А как же твои дела? Твои отчеты в Совет?

— Подождут, — он провел пальцами по моему животу, рисуя круги. — Сейчас у меня дело поважнее. Вы.

Я почувствовала, как девочка внутри шевельнулась, потянулась к его теплу. Она всегда так делала. Чувствовала отца и тянулась к нему, как цветок к солнцу. Мальчик же решил оправдать свое прозвище и наоборот, толкнулся резко, будто ревнуя. Буйный.

— Осторожнее, — засмеялась я. — Он у тебя ревнивый.

— Как и отец, — пробормотал Кассиан, и я не поняла, шутит он или нет.

Мы лежали молча. Его пальцы продолжали гладить мой живот. Медленно, успокаивающе. Я чувствовала, как тепло разливается по телу, как расслабляются мышцы, как уходит остаточное напряжение после вчерашнего.

— Кассиан, — снова позвала я.— Ммм?— Что ты будешь делать с Кейлоном?

Он помолчал. Потом ответил, и в голосе появилась сталь:— Он нужен нам живым. Чтобы привел к свому«Хозяину». Чтобы рассказал все, что знает об артефактах. А после… после я передам его Совету. Пусть они решают его судьбу.

— А что сделает Совет?

— Если повезет — пожизненное заключение в изоляторе психической блокады. Если нет… — он не договорил.

— Смертная казнь?

— За предательство клана, за сотрудничество с вей’корами, за покушение на беременную Истинную Пару… да. Вероятнее всего.

Я вздрогнула от мысли, что человек, который еще вчера стоял у моей двери с пистолетом, может быть казнен. По закону. По справедливости. Но все равно…

— Ты жалеешь его? — спросил Кассиан, словно прочитав мои мысли.

— Нет, — я честно подумала. — Но… он говорил про моих родителей. Про Элизиум. Про то, что был там с ними. Это значит, он знает больше, чем говорит.

— Значит, мы это из него вытащим, — твердо сказал Кассиан. — Честно или не очень. Мне плевать.

Я повернулась к нему. В полумраке каюты его глаза светились мягким, теплым светом. Не опасным. Почти… ласковым.

— А что ты знаешь про Элизиум-6? — спросила я. — Про Разлом Титанов?

Он вздохнул. Убрал руку с моего живота и подложил ее под голову, глядя в потолок.— Элизиум-6 — планета-загадка. Открыта двести лет назад. Необитаема, но с уникальной геологией. В экваториальной зоне — гигантский разлом. Глубиной в несколько километров. Его назвали Разломом Титанов, потому что первые исследователи нашли там останки существ, похожих на гигантских рептилий. Или механизмов. Никто не понял.

— А Предтечи?

— Предтечи — это древняя раса, которая исчезла миллионы лет назад. Они оставили по всей галактике артефакты. Технологии, которые до сих пор никто не может понять. Элизиум-6 — одно из предполагаемых мест их присутствия. Твои родители… они были ведущими специалистами по Предтечам. Им дали разрешение на экспедицию, финансирование и команду. Кейлон был в той команде, как я понимаю.

— А что случилось?

— Никто не знает, — он повернул голову ко мне. — Связь пропала. Через месяц спасатели нашли пустую базу. Без следов борьбы, без тел. Только оборудование и дневники. Твои родители исчезли. Как и все члены экспедиции. Кейлона среди них не было.

— Он сбежал, — прошептала я. — Он знал, что случится. И сбежал.

— Возможно, — Кассиан нахмурился. — Или его отправили. С заданием. Или… — он замолчал, видимо, не желая озвучивать другие варианты.

— А что там, в дневниках? Ты их видел?

— Видел. Совет засекретил их сразу после исчезновения экспедиции. Но мне, как Архонту, дали доступ. Там были странные записи. Твой отец писал о «пробуждении», о «голосе из камня», о «ключе, который откроет все». Он верил, что артефакт Предтеч в Разломе — не просто машина. Он считал, что это… живое существо.

— Живое? — у меня перехватило дыхание.

— Или искусственный интеллект. Или нечто, что мы не можем классифицировать. Он писал, что оно ждет. Ждет того, кто сможет его услышать. Того, кто связан с Кодом Единения.

— То есть… меня? — я указала на себя. — Он ждал меня?

— Или того, кто носит твою кровь, — Кассиан снова положил руку на мой живот. — Или их.

Мы замолчали. В голове не укладывалось. Мои родители исчезли, разгадывая тайну, которая теперь стала моей. Артефакт, который ждал «ключа». Код Единения, связавший меня с Кассианом. Дети, которые теперь носят эту связь в себе.

— А Совет? — спросила я, вспомнив слова Кейлона. — Что они думают про все это?

— Совет разделился, — голос Кассиана стал суше, официальнее. — Консерваторы считают, что артефакты Предтеч нужно законсервировать и забыть. Они боятся, что технологии древних могут уничтожить Империю. Прогрессисты, наоборот, хотят их активировать и использовать. Получить преимущество над вей’корами и другими расами.

— А ты?

— Я… я хочу понять, что случилось с твоими родителями. И защитить свою семью. Если артефакт опасен — я его уничтожу. Если полезен — я его спрячу так, чтобы никто не мог использовать во вред.

— Даже если Совет будет против?

Он усмехнулся. Усмешка была кривой, но решительной.— Совет — это семь Архонтов. И я один из них. У меня есть свои ресурсы, свои союзники, свои… методы убеждения. К тому же, — он посмотрел на меня, — теперь у меня есть то, чего нет у них. Истинная Пара. И наследник с наследницей. Это дает мне больше власти, чем любой артефакт.

Я хотела спросить про «методы убеждения», но в этот момент Буйный внутри решил, что настало время для утренней зарядки. Он толкнулся так, что я охнула и схватилась за бок.

— Опять? — Кассиан приподнялся на локте. — Что он там делает?

— Тренируется, как ты сказал, — простонала я. — Будущий воин.

— Покажи, — он накрыл мой живот обеими ладонями. И через секунду его глаза расширились. — Сильный. Очень. Он будет… непростым ребенком.

— Все дети непростые, — фыркнула я.

— Ксилонские дети особенно. А этот… — он покачал головой, — он будет сильнее многих взрослых воинов. Уже сейчас его нейронный импульс выше нормы.

Я с ужасом представила себе ребенка, который с рождения будет сильнее взрослого дяди. И который, судя по всему, унаследовал характер Кассиана.

— А девочка? — спросила я. — Какая она?

— Тихая, — он осторожно переместил ладонь на другую сторону живота. — Спокойная. Но… глубокая. Она как колодец. Не видно дна.

Я вспомнила ее тонкий, нежный импульс. Ее страх, когда пришел Кейлон. Ее доверие, когда Кассиан ее успокаивал.

— Она похожа на тебя, — сказала я. — Такая же… загадочная.

— На меня? — он удивился. — Я не загадочный. Я прямой, как клинок.

— Ты не прямой. Ты просто делаешь вид, что все просто. А на самом деле внутри тебя… тоже колодец. Без дна.

Он посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом. Потом наклонился и поцеловал. Не в лоб. В губы. Легко, почти невесомо. И сразу же отстранился.

— Может быть, — сказал он. — Но этот колодец теперь твой.

Я почувствовала, как краснею. Вот так просто, с утра пораньше, взять и поцеловать. Без повода. Без требований. Просто так. Мне понравилось.

— Кассиан, — начала я, не зная, что сказать.

— Лира, — передразнил он. — Хватит вопросов. Давай просто полежим. Скоро вставать, будем готовиться к выходу на орбиту Элизиума. А сейчас… сейчас просто полежим.

Я кивнула. Уткнулась носом ему в плечо. Он обнял меня, прижимая к себе. Рука снова легла на живот. Дети успокоились. Девочка посылала слабые, довольные волны. Буйный фыркал где-то в глубине, но больше не пинался.

Мы лежали так, наверное, с час. Я почти заснула снова, когда в дверь постучали. Тихо, вежливо. Три раза.

— Архонт, — раздался голос рядового механика с мостика, имени которого я не знала. — Мы выходим из гиперпространства через двадцать минут. Зори просила вас подняться на мостик.

— Иду, — ответил Кассиан. Он неохотно убрал руку, сел на кровати. Я открыла глаза. Он был в одних штанах, торс голый, волосы растрепаны. Выглядел он… очень не по-архонтски. Почти по-человечески.

— Ты чего смотришь? — спросил он, заметив мой взгляд.

— Ничего, — я отвернулась. — Просто ты обычно такой… собранный. А сейчас…

— Сейчас я дома, — он встал и потянулся. — Со своей женщиной и со своими детьми. Могу позволить себе расслабиться.

«Своя женщина». От этих слов у меня внутри все перевернулось. Приятно перевернулось.

Он быстро оделся — черная туника, штаны, сапоги. И снова стал тем самым Кассианом, Архонтом Империи, властелином «Серафима». Но я-то знала, что под этой броней — просто мужчина, который боится разбудить дочку слишком громким голосом.

— Ты останешься здесь? Я думаю мое присутствие там понадобится недолго, и я скоро вернусь,— спросил он, застегивая ворот.— Можно с тобой? — попросила я. — На мостик. Я хочу увидеть Элизиум в живую.

Он задумался. На секунду.— Хорошо. Но если Илания скажет, что тебе вредно — вернешься в каюту. И никаких споров.

— Спасибо, — я улыбнулась. — Ты слишком заботливый и мнительный...

— Не льсти, — буркнул он, но я заметила, как дрогнули уголки его губ.

Я быстро оделась. Простая туника, удобные штаны, теплые носки — на корабле всегда прохладно. Волосы собрала в пучок, как привыкла в академии. Кассиан посмотрел на меня, хмыкнул.

— А ты красивая, — сказал он. Просто. Как о погоде. И вышел в коридор.

Я пошла за ним, чувствуя, как щеки снова горят.

На мостике уже все были в сборе. Тал за пультом управления. Зори у навигационной консоли. Горги — с огромной кружкой кофе в углу. Увидев нас, гномид подскочил.

— Лир! Ты как? Этот гад вчера ничего не повредил?— Все нормально, Горги. Спасибо.

— Я ему еще в изолятор сахар с солью подсыплю, — пообещал он мстительно. — Пусть знает, как на мою начальницу руку поднимать.

— Твою начальницу? — Кассиан поднял бровь.— Ну, технически вы начальник, Архонт. Но Лира… она моя, так сказать, подшефная. Я за нее отвечаю.

Кассиан посмотрел на меня. Я пожала плечами.— Горги меня спас однажды в академии. Он хороший.

— Хороший, — Кассиан кивнул. — Будет тебе премия, гномид. За преданность.

Горги чуть не поперхнулся кофе. Зори хмыкнула, не отрываясь от приборов.

— Выход из гипера через три минуты, — доложила она. — Все системы в норме. Сканеры готовы.

— Отлично, — Кассиан подошел к центральному креслу. Не сел. Встал рядом, скрестив руки на груди. Я подошла к иллюминатору. Сердце билось быстрее обычного.

— Ты уверена, что хочешь это видеть? — тихо спросил Кассиан, оказавшись рядом.

— Я должна, — так же тихо ответила я. — Мои родители были здесь. И я… я хочу увидеть то, что они видели.

Он кивнул. Взял меня за руку. Просто так. При всех.

— Выход через десять секунд, — объявила Зори. — Пять, четыре, три, два, один…

Пространство за иллюминатором взорвалось звездами. Мы вынырнули из гиперпространства прямо на орбите незнакомой планеты. Я замерла, глядя на нее.

Элизиум-6 был красив. Огромный шар, раскрашенный в серые, зеленые и голубые тона. Атмосфера — плотная, с легкой дымкой. И прямо посередине, опоясывая планету, как глубокая рана, тянулся Разлом Титанов. Я видела его даже с орбиты — темную полосу, уходящую вглубь, в недра планеты.

— Вот он, — прошептал Кассиан. — Разлом. Там, на дне, база. И артефакт.

Я смотрела на эту черную трещину и чувствовала, как внутри, глубоко, девочка вздрогнула. Не испуганно. Скорее… узнающе. Будто она уже была здесь. Будто она знала это место.

— Кассиан, — сказала я, не отрывая взгляда от Разлома.— Да?— Мне кажется… мне кажется, она знает. Девочка. Она знает, что там.

Он посмотрел на меня. Потом на мой живот. Потом снова на Разлом.

— Возможно, — сказал он. — Возможно, она чувствует то, что мы не можем. Генетическая память Предков.

— Или артефакт, — добавила я. — Тот самый, который ждет.

Мы замолчали. Корабль медленно двигался по орбите, сканеры выискивали место для посадки. Тал что-то докладывал Зори. Горги бубнил про атмосферное давление. А я смотрела на Разлом и думала о родителях. Они были здесь. Они видели это. И они исчезли.

— Архонт, — голос Зори прозвучал напряженно. — У нас проблема.

Кассиан обернулся.— Какая?

— Сканеры зафиксировали на орбите еще один корабль. Класс — тяжелый крейсер. Сигнатура… — она помолчала, перепроверила данные. — Сигнатура принадлежит Имперскому флоту. Это корабль Совета.

Я похолодела. Кассиан побелел.— Они уже здесь, — сказал он тихо. — Опередили нас. Но как они узнали...

— Что им нужно? — спросила я, хотя уже знала ответ.

Кассиан посмотрел на меня. В его глазах была тяжелая, мрачная решимость.— Они пришли за нами. За детьми. За артефактом. За всем сразу.

На экране связи замигал вызов. Кассиан взял себя в руки, нажал кнопку приема. Голограмма развернулась, показывая фигуру в парадной форме Империи. Высокий, седой ксилонец с холодными, оценивающими глазами.

— Архонт Вал’Эриан, — голос был ровным, безэмоциональным. — Совет приветствует вас. Нам нужно поговорить. О вашей… ситуации. И о том, что вы везете на эту планету.

Кассиан сжал мою руку. Я чувствовала, как дрожит его рука. От ярости. Или от страха. Или от того и другого.

— Мы поговорим, — ответил он. — Но сначала я хочу знать, кто дал вам координаты.

— Ваш старый друг, Архонт, — усмехнулся ксилонец. — Кейлон позаботился о том, чтобы Совет был в курсе. Он всегда был… предусмотрительным.

Вот тебе и раз. Кейлон не просто сбежал. Он успел сообщить Совету. И теперь они здесь. На орбите Элизиума-6. Ждут нас.

Я обернулась к иллюминатору. В черноте космоса, на фоне серо-зеленой планеты, уже виднелись огни чужого корабля. Большого. Сильного. Идущего прямо на нас.