Глава 13
Сморщив нос, я продолжала перебирать в памяти возможные варианты для быстрого обогащения. Что ж… Пожалуй, снова придется заниматься грабежами.
Только на этот раз кошмарить не гопников, а людишек покрупнее. Тех, на кого у Карепанова был компромат! Помнится, семейство Селивановых почило всем составом. Можно наведаться в их дом и поискать тайнички с добром. Вдруг какие остались? Кто там сейчас вообще живет? Чем дело кончилось? А ещё можно сходить в гости к барону Голубеву. Посадили уже его сынка или нет? До борделя прогуляться… Взорвать всё к чертям собачьим!
А ещё можно вывезти все ценности из тайной квартиры Карепанова-старшего и продать её! В центре Москвы, в старинном здании… Это будет оч-чень выгодная сделка! Надо только найти людей, которые помогут её оформить. Куплена-то она на несуществующего человека.
Четыре оставшиеся квартиры тоже заманчивы… Но нет, их трогать не будем. И вообще, надо подкинуть Матвейке документики на имущество и прочие арендованные площади. Пусть сам разбирается с наследством, мы и так на их семействе неплохо поживились. Даже капельку неприлично.
В общем… Мы ещё не банкроты, это радует. Но руку с пульса убирать рано. Надо действовать!
К ужину вернулся суровый донельзя Николай и рассказал, что Ибрагим — не просто барыга, а ещё и преступник — в его пивнушке бойцы нашли кучу канистр с паленым алкоголем и легкие (но все равно незаконные к распространению) наркотики, так что торгаш тоже арестован и ждет своей участи в кладовке гарнизона, имущество будет изъято полностью в бюджет города и графства, а на месте пивнушки надо ставить нормальное кафе. С нормальным управляющим и меню. Кстати, раньше там было именно кафе, но в последние десятилетия оно не пользовалось у горожан популярностью и потихоньку превратилось в захудалую пивнушку и рассадник наркотической заразы.
Кстати, о кафе!
Заверив мужа, что есть у меня на примете семейство, которое может взять на себя эту задачу, я сразу же после ужина позвонила маме Нонне, описала проблему и она пообещала прибыть завтра на место со старшим племянником и его супругой, которые давно подумывали об открытии новой точки общепита, и глянуть перспективна ли моя идея или даже браться не стоит.
Саша тоже приехал не без приятных новостей: четыре раза он заходил в аномалию с тачкой, вывозя в среднем по сорок жал (сердца удавалось собирать далеко не все), так что, конечно, задолбался, но девять с половиной миллионов для нас добыл. Умничка!
Успел он узнать и о судьбе охотников, которые бросили на произвол судьбы моего мужа. Оказывается, дело там очень и очень мутное. Из семерых двоих уже нет в живых, просто не вернулись из аномалии класса А. Один спился и родственники поместили его в дурку, когда ему в каждом прохожем начали чудиться монстры. Двое уехали чуть ли не на Сахалин. Ещё один сидит в тюрьме за убийство в состоянии аффекта и лишь один живет в Александрово и вроде как продолжает работать по специальности, но ходит только в Мошнинскую аномалию, где обитают относительно безобидные крысени и ящнуры. Без команды. Один.
— Ого, — озадачилась. — Вот это их помотало. Почему мне кажется, что не просто так?
— Мне тоже кажется, что дело нечисто, — кивнул Саша. — Хочу завтра проехать к нему, поговорить. Даже если ничего не получится, надо прояснить ситуацию. Не нравится она мне.
— Как его зовут? — напряженно уточнил Николай, всё это время просидевший в угрюмой задумчивости.
— Щеглов Федот.
— Щеглов… — граф тускло улыбнулся. — Хороший парень. Веселый, порядочный. Молодой совсем, и двадцати пяти нет. Не понимаю… Просто не понимаю! Убийства, алкоголь… Не могли они, Ева! Это же охотники! Да у них психика крепче титана!
— Судя по всему, что-то на неё повлияло, — качнула головой, пока не торопясь делать определенные выводы. — Не волнуйся. Завтра мы с ним встретимся и всё выясним. А сейчас прошу простить, но меня манит вдохновение!
И тут же наставила на мужа палец.
— В десять приду делать массаж. В четверг поедем к врачу, я запишу тебя сама. Всё, не скучайте.
Оставив мужчин обсуждать свои мужские дела, я заранее поставила внутри себя таймер на без пяти десять, после чего вошла в свою мастерскую, чувствуя, как начинаю улыбаться уже заранее, а потом…
Вспышка, буря, безумие!
И пронзительный звонок таймера!
Пришлось даже мотнуть головой и проморгаться, чтобы действительно понять, что прошло больше двух часов. Вот это я понимаю: реальность с полным погружением! А сделала-то…
Пф, да ничего толком не сделала!
Цыкнув с нескрываемой досадой, тем не менее отложила кисточку, отошла на пару шагов и изучила крупный холст, на котором решила писать маслом. Замахнулась я, конечно… Смело!
При этом до конца работы очень и очень далеко, тут и одного дня не хватит, чтобы передать все те полутона и энергетическое сияние кристаллов, какими их видит моя маленькая внутренняя художница. Да, от реальности далековато, многие краски видно лишь в магическом спектре, но тем проще будет объяснить это персональным видением прекрасного.
И никто никогда не догадается, что я взяла фантазию не из головы!
Разве что только Саша будет знать правду. Ну и я.
Ладно, продолжу в четверг. А ведь у нас ещё прием на носу…
— Ждешь меня? — спросила, с улыбкой заходя в спальню к мужу, который снова лежал в кровати в очках, но на этот раз с книгой. — Что читаешь?
Мне предъявили обложку, а потом и прочли вслух:
— «Рычаг богатства. Технологическая креативность и экономический прогресс» за авторством Ивана Макарова.
— Это о чем? — удивилась.
— Как ни странно, о технологическом прогрессе, как об основном источнике экономического роста, — приглушенно рассмеялся Николай и слегка развел руками. — Понимаю через слово, всё-таки это не мой профиль, но написано интересно. Я просто подумал, что пора мне уже начинать действительно тебе помогать, а не только… — он поморщился, — числиться мужем.
— О, опять ты себя накручиваешь, — поцокала и, отобрала книгу, впрочем, не забыв положить между страницами закладку. — Прекращай. Каждый занимается тем, чем умеет и что у него лучше всего получается. Между прочим, ты сегодня тоже отлично поработал. И с Суриковым по-мужски разобрался, и с Ибрагимом. Что, кстати, в итоге с директором и его любовницей? Есть хотя бы промежуточные итоги?
— Там не просто промежуточные, там… — граф скривился, — квартира в Александрово, записанная на сына; машина, записанная на любовницу; машина, записанная на жену; про украшения и шубы просто молчу. Кстати, в квартире любовницы нашли любопытный антиквариат… Девицу пока задержали до выяснения, кто она вообще такая и что ещё у неё есть, в том числе на счетах, жена успела сбежать на машине к сыну в Александрово, но я уже пригласил группу следователей из Владимира, будут разбираться. Своими силами мы этот клубок долго будем распутывать.
— Из Владимира? — засомневалась в разумности подобного решения. — Уверен, что они не сольют информацию Касаткину и не будут действовать в его интересах?
— А какие у меня варианты, Ева? — Николай смотрел на меня так внимательно, словно действительно ждал, что я враз решу и эту проблему, достаточно щелкнуть пальцами.
Впрочем… Почему бы и нет?
— Завтра мы не пойдем на охоту, и после «Олимпа» сами займемся этими вредителями, — произнесла твердо. — Саша — начальник службы безопасности рода, у него очень широкие полномочия. А Суриков обворовывал прежде всего род. Нецелевое использование господских средств в особо крупных масштабах свыше пяти миллионов, статья двести восемьдесят пятая уголовного кодекса. Допрос проведем в присутствии понятых, твоих бойцов. Женушку… — ухмыльнулась жестко, — привезем, не проблема. А как подпишут признательные показания и вернут всё украденое, сдадим следователям. Пусть тоже поработают. Заодно посмотрим, как справятся. А сейчас раздевайся, дорогой. Время получать удовольствие!
Глянули на меня… Неоднозначно.
Хмыкнули даже. С легким недоверием.
Но потом всё равно доверились моим нежным ручкам, постонали от удовольствия и заверили, что я лучшая в мире жена.
Ну так!
— Спокойной ночи, дорогой. Отдыхай.
Ну а у меня вечер только начинался!
Первым делом я отправила Саше сообщение-вопрос о том, где он сейчас находится, на что братишка сообщил, что отдыхает от трудов праведных у себя в комнате, попутно изучая умную книгу Варвары Тимофеевны.
Ага!
Спустившись к братцу на второй этаж, порадовала его прямо с порога:
— Поехали кататься!
— Интригующе, — ухмыльнулся Саша. — Куда на этот раз и почему на ночь глядя?
Пришлось рассказывать ему всё. Вот просто вообще всё. И про генеральный план развития города, а вместе с ним и рода, и про наши на самом деле не самые бурные финансовые реки, и про антиквариат-квартиры, и про необходимость создания собственной строительной фирмы… Закончила я всё это директором и хозяином пивнушки, которые внаглую обворовывали Евтушенко, но своих следователей у него нет, а значит надо успевать самим, пока не приехали ставленники князя и всё нам не испортили.
— Понял, — кивнул Саша. — А скататься-то куда надо?
— В Александрово, — улыбнулась, когда поняла, что не сказала главное. — Туда сбежала жена директора школы на машине, которую он ей купил, в квартиру сына, которую он ему купил. В общем, в идеале нам ещё надо своего ушлого юриста завести, который бы всё это имущество конвертировал обратно в деньги. Где бы его только найти…
— Пф, — многозначительно ухмыльнулся братишка. — Один звонок Фельдштейну — и он даст нам контакты самого ушлого юриста Москвы. Но и брать он будет дорого.
— А знаешь, это идея, — кивнула, хорошенько обдумав его предложение. — Только надо будет его на оклад посадить, а не на процент от сделки. Ну так что с поездкой? Ты со мной?
— Конечно, Ева. Я с тобой.
И мы, переодевшись во всё темное и неприметное, а ещё заранее узнав у Константина всё, что стало известно по родственникам Сурикова, отправились в соседний город, который располагался буквально в пяти километрах от нашего.
При этом узнали мы и то, что воровал директор на свой страх и риск, никто его к этому не принуждал. Ну, разве что жена и юная, жадная до денег любовница. На посту он был последние пятнадцать лет и раньше особо не наглел, в пределах разумного, но в последние два года как с цепи сорвался и тащил всё, что не приколочено.
Более того, серьезно задерживал зарплату работникам школы, выплачивая её то раз в два, то раз в три месяца и кормя сотрудников обещаниями и печальным состоянием графа, а сам скупал антиквариат, драгоценности и прочее, что можно было купить быстро и за деньги.
— И носит же земля таких тварей, — пробормотала уже сидя в машине, которую Саша вел с невозмутимым лицом. — Нет, я понимаю, воровать у тех, кто и так в чужих деньгах купается… Но у работяг⁈ Моя б воля — я бы таких без суда и следствия давила!
— Ты чего разошлась?
— Да бесит просто! — Я насупилась. — Тут стараешься, жилы рвешь ради людей, а они такими скотами оказываются. И ладно бы просто директор… Ну там, магазина! Но нет, это директор школы! Храма знаний! Гнида!
— Ну всё-всё, успокойся. — Саша положил ладонь на мою коленку и легонько сжал. — Разберемся, накажем. Вернем деньги людям. Ты, кстати, к субботе хоть чуть-чуть готовишься? Помнишь ещё, что у вас прием на полсотни гостей?
— Забудешь тут… — буркнула морщась и вздохнула. — Завтра утром напомни мне обсудить с Колей необходимость найма службы кейтеринга. Евдокия одна точно не справится, даже с помощницами. Сегодня хотела, да из головы вылетело.
— Напомню, — кивнул Саша. — О, а вот и нужный нам дом…
Суриков Илья Семенович, безработный неженатый оболтус двадцати семи лет, проживал в многоквартирном кирпичном доме по улице Стадионной. Трехкомнатную квартиру отец купил ему около года назад. У нужного подъезда стояла новенькая машинка свежего года — на ней приехала жена Сурикова, успев сбежать из Карабаново до того, как в квартиру вежливо постучались гвардейцы рода.
Что ж, нам не сложно, мы и сюда сейчас постучим.
Шел двенадцатый час ночи, когда мы, без особых усилий и в считанные секунды взломав электронный замок на подъезде, поднялись на четвертый этаж и там, превратив обманчиво крепкие замки в металлические лужицы, вошли в квартиру Сурикова.
Да, в глобальном смысле слова это было незаконно. Но мы никому не скажем. И Суриковы не скажут…
Вороватая семейка не спала: сынок директора надирался пивом перед компьютером, спрятавшись от внешнего мира за наушниками и расстреливая врагов из танка, а мадам Сурикова надиралась коньяком, вперив пустой взгляд в телевизор и идущий по нему бесконечный сериал о доярке из Задрюпинска, которая приехала в Москву поступать в магическую академию и там за её благосклонность боролись три графа и два княжича.
Тот ещё бред!
Первым делом Саша метнулся к женщине, пережав ей сонную артерию, затем то же самое приключилось с Ильей, после чего мы хорошенько обыскали квартиру, из ценностей найдя в ней лишь документы и пять пачек пельменей в морозилке, да в чемодане директорской жены я нашла соболью шубу и три роскошных колье.
Ещё одно висело на шее Зинаиды Павловны, и я не поленилась его снять, как и все остальные украшения — два браслета и пять колец. Оставила ей лишь обручальное, оно точно куплено более пятнадцати лет назад.
После этого, прихватив обоих кандидатов в заключенные, их коммуникаторы, документы на квартиру-машину, ключи и не забыв чемодан, а так же запаяв квартиру на магическую сварку в районе замка, мы погрузили свою добычу по машинам и поехали обратно в Карабаново.
Сдали живой груз ну очень озадаченным гвардейцам и, пересев на Газель, отправились по адресу, где жила Анжела Борисовна — уже не очень юная, но очень ушлая любовница Сурикова.
Двухкомнатная квартирка в самом центре городка была выкуплена три года назад, но скорее всего Суриковым — Анжела Борисовна нигде не работала и по признаниям самого Сурикова была дамой его сердца как раз чуть больше трех лет. Ключи у нас были, как и адрес, так что взламывать ничего не пришлось, а вот поразиться было чему.
Квартира и впрямь была обставлена с шиком. Но совершенно безвкусно. Много алого разных оттенков и золота, картины в тяжелых рамах и навороченная техника, буфет позапрошлого века и футуристический диван… Как говорится: были б деньги.
Тут мы, первым делом найдя документы, вынесли всё, что представляло хоть какую-то ценность.
Старинную мебель, картины, драгоценности.
Последнее место, куда мы заглянули, было домом Сурикова. Как и большинство карабановцев, он жил в частном секторе, но это был добротный кирпичный дом в два этажа с современными коммуникациями, и внутри было чем поживиться: в основном антиквариат, причем преимущественно мебель и предметы интерьера: чайные столики, вазы, напольные часы, книги.
В сейфе я нашла коллекцию старинных монет разных стран и эпох, и это тоже отправилось на вынос.
— Фух. Всё. Теперь можно и домой, — заявила я, когда мы с Сашей вынесли роскошное старинное зеркало в серебряной раме, предусмотрительно подъехав к чужому дому на Газели. — Как, кстати, книга? Всё забываю спросить.
— Невероятно увлекательное чтиво, — кивнул Саша, заводя мотор. — Думаю, завтра дочитаю, дам. Кстати, не забывай медитировать, лучше перед сном после капель.
И покосился на меня.
— Что?
— Мне тут аккуратно намекнули, что ты, оказывается, менталист… Почему я не в курсе?
— О, это… — я с досадой поморщилась, — не факт. В школе психанула и, кажется, сорвалась. Коля что-то почувствовал, а директор обоссался.
— Да ладно? А поподробнее?
Ну, я и рассказала. Хотя было бы что!
— Да, это был скорее эмоциональный магический срыв, чем полноценный ментальный, — пробормотал Саша. — Но ты всё равно будь аккуратнее. Хорошо? Нам сейчас не стоит привлекать к себе чересчур много внимания хотя бы в плане магии.
— Извини. — Я неловко улыбнулась. — Меня иногда заносит. Особенно, когда вижу явную несправедливость. Видимо, какие-то личные триггеры. Я постараюсь быть сдержаннее. Допрашивать этих уродов сейчас будем или с утра?
— Давай с утра. Тебе стоит отдохнуть. И про капли не забывай.
В общем, пришлось вспоминать, что я всё-таки не бессмертный пони и отдыхать иногда надо, но утром… О, утром мир стал капельку лучше!
Понятия не имею, спал ли Саша и когда всё успел, но уже в семь утра к нам в гости приехал рекомендованный Фельдштейном юрист, довольно молодой и щуплый, но юридически подкованный юноша по имени Даниэль в забавных круглых очках, готовый сотрудничать с нами четко по закону, но исключительно в наших интересах «всего» за триста тысяч в месяц. За ним следом прибыли Кронос с Фобосом.
И Суриковы, а затем и Анжела, глядя на их «добрые» лица, начали каяться с такой страстью, что я слушала и улыбалась.
Молодцы. В следующей жизни им это обязательно зачтется.
Более того, Семен Матвеевич в присутствии понятых и юриста подтвердил, что приобрел две квартиры и три машины (себе, любовнице и жене) на деньги, украденные у графа, после чего раскаявшиеся Зинаида, Илья и Анжела написали на них нотариально заверенные дарственные на имя графа — прямо сейчас это был оптимальный вариант перехода собственности из рук в руки.
Дом я пока конфисковать не стала, но получилось наложить на него предварительный арест, так что без нашего ведома продать его не получится. После этого ровно к девяти в наш особняк прибыли долгожданные следователи из Владимира и забрали не только подозреваемых, но и копии их признательных показаний. Для суда. Ну или для следствия. Вдруг что ещё вскроется?
При этом бухгалтером в школе, как стало известно из речи старательно кающегося Сурикова, работала его жена. И воровали они сообща.
Кто бы сомневался?
— Ну всё, дорогой, нам пора на «Олимп», — заявила я шутливо ближе к десяти после того, как мы позавтракали и договорились, что кейтеринг нам жизненно необходим, и поцеловала мужа в щеку. — Не скучай, скоро вернусь.