Глава 17

Калитка, вот неожиданность, оказалась заперта изнутри. Снаружи, во всяком случае, даже скважины не было. И почему я не проверил этот момент через паучка? Теперь то уже поздно. Химера была одноразовой и разрушилась после отключения.

Морозов хотел было решить вопрос по старинке – попросту выбить, но я придумал способ попроще и куда тише.

Костяной клинок легко рассёк металл в районе петель и здоровяку пришлось ловить довольно массивный дверной лист. Грохот от его падения мог бы привлечь нежелательное внимание раньше времени. Когда преграда была убрана, мой спутник тихо присвистнул.

— Это сколько надо было выжрать?

— Много. А давай, ка ты их оживишь.

— Я? Может ты сам…

— А учиться на чём? Не бродяг же собирать. Это негуманно. А тут два свежачка, как раз. На, вот, тебе мел, черти ритуал. У тебя книжка для этого есть.

Недовольно сопя, ученик вычертил со второго раза нужную фигуру, постоянно сверяясь с Кодексом и запитал её силой. Тела гвардейцев задёргались, а после неуверенно встали на ноги. Покачиваясь и держась друг за друга, они отлично изображали пьяную вдрызг парочку. Учитывая исходившее от них амбрэ, подмена вскроется далеко не сразу.

— Отличная работа, ученик. А теперь отправляй их бродить. Пусть отвлекают внимание.

— Да какая это отличная. Кривые, косые. На ногах еле держатся.

— Для первого раза, результат превосходный. Обычно, у начинающего некроманта зомби начинают ходить, хорошо если после третьего поднятия.

Пока неживая парочка привлекла внимание патруля, мы подбежали к ближайшему складу. По счастью, ворота в нём были нараспашку и ничто не помешало проникнуть внутрь. Едва глаза привыкли к темноте, Митрофан тихо присвистнул.

— Это то, о чём я подумал?

— Не знаю о чём подумал ты, а я вижу контейнеры для энерго-кристаллов.

Не сказать, что сильно редкая штука, но их всегда не хватает, потому что используются везде, где нужны накопители. Из энкрисов они получаются одними из самых лучших, в плане ёмкости, долговечности и сложности обработки.

Разумеется существуют материалы и получше, но они редко встречаются или требуют сложной переработки. Зачастую и того и другого.

Мой автомобиль, например, имеет четыре накопителя на кристаллах.

Предвкушающие улыбки наползли на наши лица. Сырые энкрисы были достаточно нестабильными, поэтому требовали особые контейнеры для перевозки. А, судя по количеству ящиков на складе, завезли их сюда в очень большом количестве. Я даже на секунду задумался — успеем ли мы сбежать на достаточное расстояние, но сразу отмёл эту малодушную мыслишку.

— Хорошо, что удалось сюда тихо проникнуть. Сейчас всё замини… — мою речь прервал рёв тревожной сирены. По бетону загрохотали подкованные ботинки, раздалась быстро стихнувшая стрельба.

— Жалко парней. — поморщился Морозов.

Ещё бы. Откат после уничтожения зомби довольно неприятный. С непривычки, разумеется. Потом привыкнет.

— Новых сделаешь. Ходу, пока нас не заметили.

Увы, нас заметили. Снова пришлось ставить баррикады и перебегать от укрытия к укрытию. Митрофан отстреливался из трофейного ствола. Вроде даже результативно.

— Может гранатами их? – с надеждой спросил ученик.

— А если кристаллы зацепит? Я, может быть, выживу, а ты – нет.

— Понял, не дурак. Что делать-то?

— Убивать.

Ситуация возле аномалии повторилась. С той лишь разницей, что тяжёлое вооружение не рисковала применять ни одна из сторон. Ну и отравителя не было. Вместо него нашёлся маг земли. И, судя по масштабности воздействий, с Кодексом. Территория завода превращалась в укрепрайон. Появились окопы, насыпи, даже подобие бункера из гранита но без крыши.

Наша диспозиция стремительно ухудшалась. Враги окопались и достать их стало гораздо сложнее.

— Чёртов геомант. Завязнем тут до прихода подкреплений.

Без мощной штурмовой группы, этого засранца не сковырнуть. Когда действуешь против мага земли, время работает против тебя. Относительно слабые в атаке, они гении защиты. Могут нарастить вокруг себя столько слоёв обороны, что его будет просто не достать.

— Ты заметил, что он укрепил вон те два корпуса?

— Какие? Прямо за дотом? Вижу. Думаешь, энкрисы там?

— Скорее всего.

— Тогда это всё меняет. Ты знаешь что делать. – сказал я, создавая некро-гранаты.

— Моя преле-есть.

Митрофан едва не запрыгал от радости. Схватив первую, он прижал её к щеке и с широким замахом отправил в сторону врага.

Похоже, навык метания успел восстановиться. Граната взорвалась чётко над скоплением гвардейцев, кучковавшихся в доте. Криков раненых не было, всех посекло наповал.

Быстро раскидав ещё несколько “лимонок”, бывший гренадёр заставил врагов залечь. Даже геомант перестал строить новые укрепления, сосредоточившись на собственной безопасности.

Наделав ещё с десяток сюрпризов, я сосредоточился на уже испробованном на суккубе ритуале. Гранаты выявили примерную позицию геоманта. А резкий прирост активности в одной точке, выдал его, что называется, с головой.

Во второй раз чертёж получился быстрее чем в прошлый раз. Да и сил вытянул немного меньше. Не сказать, что это стало проблемой, я стал в разы сильнее, но всё равно было неприятно.

Луч некротики ударил в земляной вал. Практически испарив его, начал прожигать толстый слой гранита, которым закрылся вражеский маг.

Видимо почуяв что дело пахнет нефтепродуктами, он попытался сбежать. Но собственная трусливость сыграла с ним злую шутку. Каменный кокон быстро не разломать, будь ты хоть трижды магистром геомантии. Одна ошибка и тебя скорее погребёт многими тоннами породы. Я такое видел, кстати.

Луч прожёг камень быстрее чем маг сумел его разрушить с другой стороны. Защитный саркофаг стал могильным. Интересно. Получится из бедолаги лич?

Гвардейцы, которые увидели кончину мага, совсем пали духом. Ещё и их бывшие товарищи добавляли сумятицы. В окопе особо не развернёшься и зомби издалека не заметишь. Угловатая форма фортификации тоже не способствовала сквозной видимости. Поэтому за каждым поворотом бойца мог ждать его бывший соратник. Мёртвый, голодный и совершенно нечувствительный к боли.

Бойцы по привычке старались выстрелить в тело или конечности. некоторые пытались сойтись в рукопашной. Всё это было бесполезно. Только разрушение мозга искажало заклятие нежизни, от чего зомби становился обычным трупом.

В будущем попробую сделать неживые бомбы из таких умертвий. Чтобы при их уничтожении, они взрывались в скоплениях солдат. Я уже говорил, что некромантия профессия творческая? Вроде да. Мёртвую плоть можно использовать любым способом. было бы воображение.

Хотя этот принцип справедлив и для других направлений магии, да только стихийники предпочитают развивать лишь голую мощь. Зачем придумывать как обойти препятствие чтобы достать цель за ней, если можно снести сразу всё?

Зачистив сектор впереди, мы почти продвинулись вплотную к целям.

Почти, потому что сзади на нас напали. Едва слышный, на общем фоне, свист раскручивающегося блока стволов я не услышал, а скорее почувствовал. Вернее, почувствовал я, что Она слегка протянула руку в мою сторону. Этого было достаточно, чтобы кувырком откатиться в сторону ближайшего укрытия. Воздух разорвала очередь крупнокалиберных пуль, взрыхливших бетон в том месте где я только что был.

Митрофан, такой феноменальной реакцией не обладал, но неким боевым чутьём владел в полной мере, поэтому тоже почти смог уклониться. Одна из пуль рикошетом задела ему руку, вырвав изрядный кусок мяса.

Обычный человек уже умер бы от болевого шока. К счастью, мой ученик таким не был. Ругаясь как сапожник, он перетянул руку, останавливая кровотечение и хрипло крикнул мне.

— Дело труба. Это джаггернауты.

— Да ну. – не поверил я и быстро выглянул.

Какого хрена!? Эти ходячие маготанки есть только в личной охране Императора. И то, штук пять, не больше. А тут они с гербами Шуйских на броне. Да ещё и сразу два.

Или британская разведка плохо работает, или фактор коррупции на моей новой родине настолько велик, что образцы передового вооружения уходят не в те руки. Не удивлюсь, если они их даже за границу продают, раз так широко используют на своих объектах.

Заклинание игл оказалось бессильным против этих броненосцев. Даже перенасыщенное энергией копьё разбилось в пыль. Лишь всколыхнув щит.

Прализация с такого расстояния не работала, а понос просто не подействовал из-за того же щита. Такое ощущение, что я малый крепостной купол-щит пробить пытаюсь.

Идея пришла как всегда неожиданно. Над этими ходячими танками проходила высоковольтная линия электропередачи. Пара серпов и на левый доспех очень удачно упали два провода. Щит опять замерцал, отражая электрическую атаку, но продержался сравнительно недолго, будучи просаженный моими предыдущими атаками. Оператор только начал реагировать, как оба провода коснулись корпуса доспеха. Так он и застыл с поднятой рукой и исходя лёгким дымком.

Его товарищ, заметив неладное, поспешил покинуть зону возможного поражения. А жаль, там ещё одна фаза осталась.

Махнув Митрофану отступать окопами, поспешил воспользоваться собственным советом. Неизвестно сколько ещё здоровяк сможет продержаться без помощи. По ощущениям, жабий амулет успел накопить некоторый заряд, что будет совсем не лишним. Даже после того как я его подлатаю.

Джаггернаут продолжал утюжить позиции. Складывалось впечатление, что боезапас ему поставляют прямо со склада телепортом, а стволы зачарованы арктическим холодом.

Вселенная будто бы подслушала моё мысленное возмущение. Стрельба прекратилась, но жужжащий блок раскалённых стволов продолжал целиться примерно в нас. Тяж осторожно начал сближение. Кроме минигана на нём угадывалась гранатомётная установка, сложенная за спиной и жуткого размера тесак на бедре. Таким можно танки шинковать. Не то что пехоту. Обычный человек такую рельсу и не поднимет даже.

Некротическое лечение привычно вытянуло всю доступную энергию из оружающей среды. Досталось даже немногочисленным зомби, выжившим после добивания остатков гвардии. Их просто упокоило. Зато Морозов снова мог пользоваться рукой. Разве что шрамов прибавилось. Тут даже сапфировый амулет оказался бессилен, исчерпав запас энергии на долечивание. Всё же моё исцеление действует довольно топорно. Больше напоминая полевого санитара, стабилизирующего раненого. В отличие от хирурга в госпитале, который полностью устраняет повреждения. Ну или не совсем.

Снова заговорил пулемёт, напоминая нам, что засиживаться смерти подобно. И так и эдак покрутив ситуацию, под градом пуль проникли в производственный цех.

Ожидаемо, хранилище кристаллов оказалось заперто. Как и не было готовой продукции. Даже в заглушенной линии было пусто. Похоже работали до упора и попутно эвакуировали товар. Молодцы, война войной, а экономика должна быть экономной.

Я уже не первый раз замечаю, что Митрофан фартовый парень. Он и в этот раз смог удивить. Сунув руку под какой-то кожух, он вытащил практически обработанный энергетический кристалл. Удивил, впрочем, не самим этим фактом, а тем, что кристалл был красного цвета.

В отличие от самых распространённых, синих, красные были на порядок более ёмкими и обычно шли на нужды армии.

Теперь было понятно и обилие гвардии и даже пара Джаггернаутов, высланных на подмогу. Мы двумя ногами влезли в афёру государственного масштаба.

И тем слаще будет осознание, какую свинью я подложу своим врагам. Осталось ведь сущая мелочь. Взломать хранилища и уничтожить второй доспех.

Долго размышлять нам не дал ходячий танк. Вломившись в цех, он устроил ураганную пальбу. Пытаясь задеть нас, он то и дело попадал в довольно дорогостоящее оборудование, безвозвратно превращая его в металлолом.

Мы, насколько позволяли укрытия, помогали ему в этом благородном начинании.

Очевидно, потеряв терпение от того что мы постоянно прячемся, оператор решил пойти ва-банк. Гранатомёт на его плече со щелчком пришёл в боевое положение, а сам доспех застыл для лучшего прицеливания.

— Жопа. – мрачно констатировал здоровяк наше положение.

И в целом я был с ним согласен, если бы не одно но. За нами очень удачно оказалась дверь усиленного хранилища.

— На счёт два, ложись и затыкай уши.

— Я был рад служить…

— Раз.

— Вам, ваше…

— Два!

Митрофан не сплоховал. Едва раздалась команда, он тут же выполнил приказ, рухнув на пол. Плюхнувшись рядом с ним, я накрыл нас обоих максимально доступным слоем укреплённых костей. Эдакая пародия на бункер геоманта.

За нами громыхнуло. Сперва не слишком громко. Зато потом грохнуло так, что я оглох. Нас сорвало вместе с костяным колпаком и унесло куда-то вперёд и вверх.

На наше счастье, третий взрыв, мы встретили будучи повёрнутые к нему щитом. Иначе нас бы по нему размазало тонким слоем. А может и толстым. Кто знает.

А потом, полуконтуженные, мы познали радость свободного полёта. Более крепкий до всяких неурядиц Морозов, первым пришёл в себя. Одной рукой он сгрёб меня, второй схватил наш щит и, используя его на манер парашюта, спланировал прямо в ближайшее озерцо.

Мокрые, но живые, мы выбрались на берег. Ученик что-то восторженно говорил, но я покачал головой и показал пальцем на уши. Тот понимающе покивал и замолчал, давая мне время прийти в себя. Только показал рукой в ту сторону, откуда мы прилетели.

А там было на что посмотреть. Над городом вырастало грибовидное облако подсвеченное изнутри молниями. Охренеть, это сколько же там было этих чёртовых кристаллов. И чем думали Шуйские, притащив эту бомбу в столицу?

Слух возвращался неохотно. Сперва появился мерзкий писк. Постепенно он перешёл в рокот, а после и вовсе пропал.

— Митрофан, в следующий раз, когда я соберусь воевать с джаггернаутом, пожалуйста, останови меня, ладно?

— Как скажешь. – кивнул соратник и кивнул в сторону взрыва.

— А ведь красиво.

— Угу. Лепота. Даже матом ругаться не хочется.

Мы молча посидели ещё немного, пока кое что не вспомнили.

— Надо бы машину забрать.

— Если она уцелела…

— Проверить всё равно надо.

До того места, где мы оставили транспорт, добрались довольно быстро – нас выбросило в ту же сторону, с которой мы приехали. Повсюду были разрушения. Чем ближе к эпицентру, тем более обширными они были.

От вида попадавшихся руин, надежда найти свою собственность таяла с каждым пройденным шагом. Если честно, заглядывать проулок, где мы припарковались, было страшно. И это после всего, что с нами случилось. Здания в этом районе были разрушены весьма капитально. Местами даже частично перекрыв дорогу.

Но, обошлось. Над автомобилем было нагромождение металлоконструкций, накрывших её шалашом. Единственной проблемой стало то, что нам было не открыть двери – стальные балки рухнули почти впритык к кузову.

Сага о том как мы вытаскивали свой броневик, достойна отдельной истории, поэтому приводить её здесь не буду. Скажу только, что это было нелегко.

Когда транспорт был освобождён, в кармане у Морозова неожиданно пиликнуло. Под моим удивлённым взглядом, он достал телефон модели “кирпич неубиваемый” и вчитался в сообщение.

— Саныч зовёт. Пишет, что срочно.

— Ну поехали, раз срочно.

Утренний Питер, в отличие от ночного, выглядел сонно. Мы быстро промчались по полупустым улицам. Митрофан лихо затормозил перед самым баром и мы дружно высыпали на улицу.

А всё потому, что на пороге нас встречал сам загадочный бармен, и по совместительству, хозяин заведения.

Его хмурое лицо изображало крайнюю степень озабоченности. Поэтому едва мы подошли ближе, он приглашающе махнул рукой и поспешил внутрь.

Проведя нас через зал в подсобные помещения, он остановился возле неприметной, на первый взгляд двери. Всё бы ничего, только из-за неё веяло аурой ужаса.