Глава 20Р

Я распахнул глаза за мгновение до того, как первый луч солнца коснулся подоконника. На лице ощущалось мягкое тепло: одно длинное ухо зайцелопа лежало на моей щеке, а второе свешивалось на лоб, слегка подрагивая.

Повернув голову, я увидел Люмина, раскинувшегося поперёк подушки, и Кроха, свернувшегося клубком у моего бока.

Я осторожно повёл плечом, освобождая руку.

— Подвинься, ушастый, — прошептал я.

Люмин фыркнул, перекатился на бок и с возмущением сунул нос под лапу.

Опустив босые ступни на прохладный пол, я невольно поёжился, быстро накинул рубаху, натянул сапоги и потёр шею.

До выхода осталось мало времени, так что нужно немедленно взяться за работу.

На цыпочках я вышел в коридор, аккуратно прикрыл за собой дверь и направился в погреб. Решив первым делом обогатить корм, протянул руку к ближайшему шарику, прикрыл глаза и принялся за дело. Энергия потекла ровной струйкой, как вода из наклонённого кувшина, и вскоре я напитал сотню порций. Затем немного передохнул, разминая пальцы и прикидывая, сколько корма взять с собой в Лес.

Лучше перестраховаться и захватить двухнедельный запас для Люмина и Кроха, но и про Крамеров забывать не стоит — мало ли кто-нибудь из их зверей заразится чужеродной энергией.

Я потёр висок, глядя на шарики.

У каждого приручителя по зверю, плюс мои питомцы — итого пять мохнатых. На две недели это семьдесят порций. Немало… Такими темпами я заберу небольшую часть обогащенного запаса, оставив Элиану с гулькин нос.

«А что, если… — я нахмурился, — взять не только обогащённые?».

Ну конечно! Захвачу на первый день пути три порции улучшенного корма, а остальные — обычного. Их я смогу насытить энергией в Лесу, как только восстановится запас маны!

— Ляпота, — произнёс я себе под нос и принялся перетаскивать шарики наверх.

Разложив всё на кухонном столе, принёс новый ранец и приступил к укладке. Шестьдесят восемь порций плотно легли в охлаждаемый отдел, но, что немаловажно, поместились, а две оставил на столе.

Застегнув клапан, приподнял ранец за лямку и хмыкнул. Хоть поклажа и стала тяжелее, но с таким весом я смогу нормально передвигаться, тем более что с каждым днём ноша будет становиться легче.

Затем я вернулся в погреб, захватил остатки еды и, зайдя на кухню, заметил в дверях жмурящегося Люмина, а из-за его пушистого бока выглядывающего… Кроха.

Сердце ёкнуло, я положил еду на стол и тут же активировал восприятие.

Голубые каналы ярко светились, а чёрные не пытались ни выйти наружу, ни пробиться через стенки. Мне на миг показалось, что Крох полностью здоров: дыхание было спокойным, а шерсть гладкой.

Я медленно опустился на корточки и выдохнул с таким облегчением, словно с моих плеч наконец скинули мешок муки.

— Ты у меня молодец, — тихо сказал я.

Крох подошёл, ткнулся влажным носом в мою шею и спокойно взглянул на меня, мол, всё нормально, хозяин, отставить панику.

Улыбнувшись, я погладил его между ушей, затем поднялся и сходил в спальню за мисками, стоявшими у изголовья кровати. Пока мыл их у колодца, звери устроились у стола и уставились на меня с жалостливым видом. Люмин даже глубоко вздохнул и опустил уголки губ.

— Балбес, — обронил я, ставя перед ними миски с кормом.

По кухне сразу разнеслось громкое чавканье, будто рядом завтракали два взрослых мужика. Я улыбнулся и принялся разогревать еду, поглядывая на мохнатых. Крох ел быстро, но аккуратно, а Люмин умудрился как-то запульнуть кусочек под стол, тут же сунуть нос под столешницу, отыскать его и с невинным видом вернуться на место.

Переложив еду с котелка в тарелку, я налил в кружку воды из кувшина и присел на табурет. Ел неспешно. Крох, позавтракав, прилёг у моей ноги, а Люмин, уморительно хрюкая, до блеска вылизывал пустую миску.

Закончив с трапезой, я перемыл всю посуду, наполнил флягу колодезной водой и закрепил её к ранцу. Затем направился к столу в главном зале, где вчера оставил обновки, и переоделся.

Выйдя в коридор, закинул ранец на плечи, затянул разгрузочный пояс и поправил лямки. Люмин с Крохом уже ждали у двери, я подошел к ним и на миг обернулся, вспоминая, не забыл ли что-то важное.

В доме царила тишина, редкие пылинки танцевали в лучах солнца.

— Мы обязательно вернёмся, — тихо пообещал я и толкнул створку.

Улица встретила нас прохладным утренним воздухом. Я запер замок и, спрятав ключ во внутренний карман, двинулся в сторону второго Спуска.

Район Отверженных неохотно просыпался. У пекарни сонная женщина в розовом платке вытащила деревянной лопатой первые булки из печи, и запах горячей выпечки поплыл по всему переулку, заставив меня невольно сглотнуть.

Из-за поворота показалась телега торговца рыбой. Пожилой возчик в промасленном фартуке подгонял тощего толстошкура, двигающегося с выражением философского безразличия ко всему сущему.

— Пошевеливайся, старина, — уговаривал он. — До рынка ещё три улицы, а ты плетёшься, будто камни везёшь.

Толстошкур моргнул и сделал очередной неспешный шаг, мол, твоя рыба никуда не денется, дай насладиться утренней тишиной.

Когда мы подошли ко Второму спуску, солнце уже показалось из-за крыш. Я замедлил шаг и нахмурился.

В прошлый раз мы с Корвинами отстояли здесь немалую очередь, а сейчас… по пустой мостовой ветерок гоняет клочок сухой соломы, а у ворот скучает лишь четвёрка стражников.

— Странно, — обронил я и остановился шагах в двадцати от массивных створок.

Стражники, скользнув по мне взглядом с ног до головы, занялись своими делами. Один из них прислонился к стене и уставился в небо, второй выудил из кармана яблоко и с наслаждением захрумкал, а двое других скрылись внутри крепости.

«Похоже, слухи о том, что Лес сходит с ума, уже вовсю гуляют среди добытчиков», — подумал я.

Минуты потянулись долго. Люмин поначалу тыкался носом в мой сапог, но, устав ждать, прилёг у ног. Крох сидел неподвижно, лишь изредка поворачивал уши, прислушиваясь к шороху вокруг.

Я мельком глянул на стражников. Тот, что жевал яблоко, повернулся к товарищу и, кивнув в мою сторону, что-то тихо сказал. Второй лишь пожал плечами, а я сделал вид, что не заметил.

Наконец, из-за поворота показались три фигуры.

Впереди неторопливо двигался приземистый Тибор с покачивающимися косицами в такт шагам. За ним следовали Иннар с длинным хвостом чёрных волос и расслабленный Эрек, держа руку у пояса.

Все трое были в добротной походной одежде, а за их спинами высились большие ранцы со скатанными снизу спальными мешками. У Иннара на бедре виднелся тонкий крюк на длинной верёвке, у Эрека покачивался нож в потёртых кожаных ножнах, а у Тибора… Ничего.

Однако рядом с ними не было зверей. Сперва я удивился, но почти сразу вспомнил: питомцев B-класса и выше запрещено выпускать на улицы города. Значит, приручители держат своих друзей в подпространственных карманах.

Вскоре тройка остановилась в шаге от меня.

— Прости, что заставили ждать, — произнёс Тибор с лёгкой хрипотцой. — Задержались в Ассоциации.

— Ничего, — я слегка улыбнулся. — Я сам недавно подошёл.

Старик кивнул и, уставившись на Люмина и Кроха, чуть прищурился.

— Целитель, — медленно произнёс он. — Ты уверен, что хочешь взять их на Третий слой?

— Уверен, — спокойно ответил я. — А что-то не так?

— Там опасно. — Тибор потёр косицу. — Мы не всегда сможем прикрыть твоих мохнатых. На Третьем слое всё происходит настолько быстро, что ты даже моргнуть не успеешь, как случится непоправимое.

Иннар слегка кивнул и посмотрел на меня спокойными тёмными глазами. Эрек скользнул взглядом по моей куртке, задержался на ранце и на скатанном спальном мешке. Видимо, ему понравилось моя экипировка, и он слегка расслабил плечи.

Я глубоко вдохнул. Крох через нить прислал образ: он спокойно идёт рядом со мной в Лесу. Люмин же прижался к моей ноге и ткнулся мордочкой в сапог.

— Я сам буду следить за ними, — спокойно произнёс я. — Если что-то случится, это моя ответственность.

Тибор долго всматривался в моё лицо, а затем вновь провёл пальцами по косице.

— Как скажешь, — отозвался он. — Тогда пора отправляться.

Старик развернулся и зашагал к воротам. Иннар пристроился на полшага сзади, а Эрек занял позицию по другую сторону. Я двинулся следом, поправив лямку. Люмин потрусил у моей ноги, а Крох засеменил чуть в отдалении.

Стражник с яблоком сунул огрызок в карман и вытер губы тыльной стороной ладони, а второй оттолкнулся от стены.

— Тибор, — уважительно кивнул старику первый. — С добрым утром.

— И тебе, Рун, — приручитель хмыкнул. — Нас сегодня четверо, вместе с целителем.

Стражник перевёл на меня взгляд, задержался на секунду и слегка кивнул. Второй тем временем принёс деревянный ящичек.

— Как обычно, пять серебряных за вход, — сказал он.

Тибор тут же передал серебро. Рун помялся пару секунд, а затем взглянул в глаза старика:

— Ты же в курсе, что сейчас творится внизу?

— Конечно.

— В любом случае я обязан предупредить, — стражник вздохнул. — Город никому не рекомендует спускаться. За последние восемь дней вниз ушло семнадцать отрядов, а поднялось… — он оглянулся на напарника. — Сколько, Терн?

— Пятеро, — бросил второй, отведя глаза.

Да уж. Я невольно посмотрел на Тибора, но старик даже бровью не повёл.

— В курсе, — повторил он. — Но нам нужно вниз.

Рун помолчал несколько секунд.

— На сколько дней идёте? — наконец спросил он.

— Как получится, — спокойно отозвался Тибор.

— Слой?

— Третий.

Стражник нахмурился, а Терн за его спиной тихо кашлянул, но промолчал.

— Предъявите документы о наличии магических каналов.

Старик, поймав его взгляд, слегка усмехнулся.

— Ты серьёзно?

— Ты сам знаешь правила, — стражник даже не улыбнулся.

Приручитель пару секунд смотрел на него, затем, махнув рукой, вынул сложенный лист из внутреннего кармана. Иннар, Эрек и я последовали его примеру.

Рун принял пергаменты и несколько секунд их изучал.

— Всё в порядке, — наконец произнёс он, возвращая листы. — Проходите. И… — он на миг замялся. — Будьте осторожны, ребята.

— Постараемся, — бросил Тибор, пряча лист во внутренний карман.

Ворота со скрежетом распахнулись, и как только мы шагнули внутрь, за нашими спинами раздался стук сомкнувшихся створок.

Внутри оказалось прохладно и полутемно. Сапоги гулко стучали по каменному полу коридора, который через несколько мгновений вывел нас к круглому залу с подвешенными над провалом массивными клетками.

Пока отряд подходил к одной из них, я решил, что стоит оставить метку запаха и здесь. Если дела внизу пойдут не очень, у Люмина появится дополнительный ориентир, чтобы вывести нас на поверхность. Потянувшись к нити, я послал зайцелопу образ: он присаживается и выпускает метку.

Ушастый тут же моргнул и, дёрнув усами, трусцой двинулся к ближайшей клетке. Подбежав, он на секунду присел, ткнулся мордочкой в пол и тихонько фыркнул. Из его ноздрей вырвалась крошечная светящаяся искра, которая мгновенно растворилась.

Тибор проводил зайцелопа мимолетным взглядом, но не произнёс ни слова, и остановился у первой клетки.

— Заходим, — бросил он.

Я подхватил Люмина и, посадив его на плечо, шагнул внутрь. Крох плавно скользнул следом. Стоило Иннару, замыкавшему нашу цепочку, переступить порог, как с металлическим звоном захлопнулась решётка. Где-то наверху скрипнул ворот, цепи лязгнули, и клетка медленно поползла вниз.

Тибор оперся спиной о прутья и скрестил руки на груди. Иннар встал напротив, а Эрек расположился ближе к центру.

— Целитель, — произнёс старик, глядя на проплывающие стены. — Пока спускаемся, есть разговор.

Я повернулся к нему.

— Слушаю.

Иннар и Эрек синхронно отвели взгляд, будто прекрасно понимали, о чём пойдёт речь.

— Мы… — Тибор задумался, теребя косицу. — Давно сработанный отряд, и внизу ты можешь увидеть такое… Что покажется тебе странным.

Он поймал мой взгляд.

— И я тебя очень прошу, — его голос стал серьёзнее. — Никому и никогда не рассказывай об этом.

Я слегка приподнял бровь. У Крамеров наверняка есть куча секретов, в том числе способ приручения зверей, но благодаря Системе существует большая вероятность, что я смогу понять, каким именно образом они это делают.

— Мы, в свою очередь, — старик слегка кивнул в сторону моих зверей, — поступим так же.

— Договорились, — я протянул ему ладонь.

Тибор крепко пожал её и тут же отпустил. Иннар выдохнул, а Эрек, глянув на меня, улыбнулся уголком рта.

Я же развернулся к прутьям и задумался: почему никто из них до сих пор не выпустил зверей? Мы уже спускаемся, рядом никого. Может, у Иннара или у Тибора слишком большие питомцы, которые попросту не поместятся в этой клетке? Или приручители привыкли делать это внизу?

Подъёмник тем временем выплыл из тоннеля, и перед нашими глазами раскрылась бесконечная мозаика биомов. Изумрудная чаща плавно перетекала в выжженную каменистую плешь, та упиралась в полоску болот, а чуть дальше поднималась гряда странных синих холмов, похожих на спины спящих китов.

Я скосил взгляд на спутников. Тибор всё так же стоял, оперевшись спиной о прутья, и изредка перебирал пальцами косицу. Иннар и вовсе прикрыл веки, а Эрек почесал бок с таким видом, будто мысленно произнёс: «Ну вот, добрались наконец». Вокруг не чувствовалось ни капли напряжения — для этих людей спуск был просто привычным путём на работу.

Да и чего им бояться на первом слое? Они ведь опытные мастера B класса. К тому же, сейчас нет никакой необходимости всматриваться в биомы, ведь наш путь лежит на Третий слой…

Наконец платформа мягко приземлилась на утоптанную землю, и цепи, остановившись, скрипнули, а решётка со скрежетом поползла вверх.

— Выходим, — произнёс Тибор и первым шагнул наружу.

Иннар и Эрек двинулись следом. Стоило нам всем оказаться на земле, как приручители без единого звука встали вокруг меня со зверями кольцом: Тибор впереди, Иннар слева, а Эрек справа. Эта молчаливая перестройка сказала больше любых слов — они не хотели потерять целителя.

Несколько минут мы стояли на месте. Тибор водил головой из стороны в сторону, прислушиваясь. Иннар застыл неподвижно, и мне показалось, будто он даже перестал моргать. Эрек скользил взглядом по тёмным просветам между стволами, а его пальцы уже лежали на рукояти ножа.

Лес встретил нас тихим шуршанием высокой травы, далёким птичьим криком и тёплым дуновением ветра из подлеска.

Внезапно Иннар повернул голову к Тибору и произнёс:

— Чисто.

— Чисто, — подтвердил Эрек.

Старик кивнул и повернулся ко мне.

— Целитель, не выходи из кольца и держи зверей при себе. Мы сразу двинемся к переходу на Второй слой.

— Понял, — ответил я.

Тибор кивнул и, вновь оглядевшись, неспешно двинулся вперёд. Иннар скользил беззвучно, как тень. Даже сухие ветки под его сапогами умудрялись не трещать. Я попытался повторить шаг мужчины, но тут же услышал звонкий щелчок под подошвой.

Эрек хмыкнул, не поворачиваясь.

— Не старайся, целитель. Он десять лет учился так ходить.

— Вообще-то пятнадцать, — уточнил Иннар.

— Ну, простите, магистр тишины, — съязвил Эрек.

Первый биом встретил нас высокими кряжистыми деревьями с золотистой корой, отслаивающейся длинными лоскутами. Между стволами пробивался мягкий свет, а под ногами лежал ковёр из хвои, пружинивший при каждом шаге. Где-то наверху заливисто перепевали друг друга птицы.

— Золотистый ясень, — вполголоса обронил Эрек, посмотрев на меня. — Кора хорошо горит, только жаль, рубить его опасно.

— Почему? — переспросил я.

— Если повезёт, не узнаешь, — он повёл подбородком в сторону ближайшего дерева. — В корнях водится… скажем так, длинная гусеница, которая очень не любит, когда её будят.

Повернув голову, я заметил шагах в двадцати справа, у одного из ясеней, крупного зверя. Внешне он походил на рысь, но был куда массивнее, а его бока покрывали тёмные пятна. Зверь не шипел, не припадал к земле и не готовился к прыжку, а просто… Провожал нас взглядом, слегка склонив голову набок.

Тибор едва заметно повёл подбородком, и Иннар тут же положил ладонь на странный крюк на верёвке.

— Пятнистая крадуха, — тихо пояснил старик, не сбавляя шага. — Обычно она вылезает только ночью, и то не приближается к человеку ближе, чем на сто шагов.

— А сейчас, стало быть, соскучилась, — Эрек хмыкнул.

Я невольно оглянулся. Крадуха продолжала рассматривать нас, плавно поворачивая голову вслед. Только когда мы удалились шагов на пятьдесят, зверь неспешно поднялся, отряхнулся и скользнул обратно в подлесок.

— Странно, — обронил я.

— Не то слово, — отозвался Эрек. — В прошлый раз мы встретили медведника, который так же просто стоял и палился на нас, хотя должен был либо сразу напасть, либо удрать.

Через пол часа золотистые деревья резко оборвались, будто кто-то провёл ножом ровную линию по земле, и перед нашими глазами предстал одинокий чёрный ствол шириной с башню, покрытый гладкой, будто отполированной корой.

От него расходились в стороны толстые корни, а между ними аккуратно лежали… десятки звериных черепов: от мелких, с кулак, до огромных, размером с телегу.

Крона распадалась на множество тонких ветвей, с которых свисали длинные стебельки с бледно-лиловыми плодами на концах, похожими на слёзы. Ветра не было, но они слегка покачивались.

Воздух здесь казался гуще, будто дерево не вырабатывало кислород, а наоборот, выделяло углекислый газ.

— Кровопий, — процедил Эрек и сплюнул в сторону. — Всё живое вокруг сожрал за пару сотен лет.

— Не трогай плоды, — предупредил Тибор, не оборачиваясь. — Даже если очень захочется.

— А может захотеться? — уточнил я.

— Ещё как, — бросил Иннар.

Когда мы обходили исполина по широкой дуге, Крох плотнее прижался к моей ноге, а Люмин на плече затих, спрятав нос в воротник. Один из бледно-лиловых плодов вдруг качнулся резче остальных, против воображаемого ветра, и я отвёл взгляд.

За чёрным стволом земля вновь резко оборвалась. Мы шагнули на каменистый склон, поросший серо-голубым лишайником, и я невольно поёжился: всего за один шаг температура упала на градусов десять.

— Так и не привык к столь резким переменам, — произнёс я.

— Никто не может привыкнуть, — отозвался Тибор. — Просто со временем все перестают удивляться.

На середине склона я почувствовал, что воздух стал ещё прохладнее и суше, а на языке появился едва уловимый металлический привкус.

Иннар первым остановился и, подняв ладонь, заставил отряд замереть. Люмин мгновенно напрягся, а Крох прижался к моей ноге.

Впереди, шагах в тридцати, из-за валуна показалась массивная голова, а уже через мгновение на тропу медленно вышло существо ростом с крупного пса, покрытое тёмно-серой шкурой, с покатым лбом и короткими, свёрнутыми внутрь рогами. Зверь встал поперёк пути и уставился на нас.

Перед глазами тут же развернулись системное сообщение:

[Существо: Каменный бурелом]

[Класс: E]

[Ранг: 2]

[Состояние: Настороженное. Агрессии не проявляет]

[Рекомендованные действия: Не приближаться. Не смотреть в глаза дольше трёх секунд]

Я быстро перевёл взгляд на его передние лапы. Бурелом ещё несколько секунд изучал нас, а затем развернулся и побрёл к валунам. Рядом с ними он обернулся через плечо, и я, подняв голову, вновь встретился взглядом с его жёлтыми усталыми глазами.

Через несколько секунд зверь скрылся из виду.

— Впервые вижу, чтобы бурелом сам вышел на людей, — тихо произнёс Тибор.

Иннар кивнул.

— Я думал, в прошлый спуск нам просто показалось, но звери и вправду ведут себя не как обычно. Слишком… Странно.

Эрек добавил вполголоса:

— Они скорее не странные, а… потерянные. Будто кто-то выгнал их из дома, и теперь бродят вслепую, не понимая, куда идти.

Тибор не обернулся, но плечи старика слегка напряглись.

— Запоминайте всё, что увидите, — произнёс он, продолжая путь. — Как вернёмся, сложим картину воедино и попытаемся понять, что за чертовщина здесь происходит.

Примерно через пятьдесят метров склон плавно ушёл вниз, и мы ступили на жёсткий тёмно-зелёный мох. Между валунами блеснул узкий чистый ручей, огибавший камни и уходивший в редкий подлесок.

Тибор, вскинув ладонь, остановился.

— Здесь можно перевести дух, — обронил он, оглядываясь. — Как попьете, не забудьте наполнить фляги.

Иннар скинул ранец на плоский валун, а Эрек хмыкнул, потянулся и первым присел у воды.

Я снял с плеча Люмина и опустил его на мох. Зайцелоп с возмущением отряхнулся, будто это я всё время на нём сидел, а не наоборот, и через нить прислал образ: он торжественно шествует к ручью во главе отряда, а мы почтительно следуем за ним в трёх шагах позади.

— Будь посерьёзней, мы всё-таки в Лесу, — прошептал я и отцепил флягу.

Крох, подойдя к воде, лакнул пару раз и отступил. Люмин же сунулся мордой в ручей по глаза.

Присев на корточки, я плеснул холодной водой в лицо и сделал несколько глотков из фляги. Затем наклонил горлышко к ручью и, дождавшись, когда воздух перестал булькать, поднял голову и… замер.

На противоположном берегу между стволами стоял приземистый серый зверь с ободранным ухом. Шагах в двадцати справа от него притаились двое поменьше, с плоскими мордами, а слева, у поваленного дерева, из тени вышла тварь, похожая на длинного хорька, и уселась, поджав под себя лапы.

За ней мелькнула ещё одна тень. И ещё.

Они тихо выходили со всех сторон, и с каждой секундой кольцо безмолвных наблюдателей становилось всё плотнее. Я, стараясь не делать резких движений, аккуратно закрутил крышку фляги.

Иннар застыл у камня, только пальцы его правой руки чуть согнулись. Эрек, не отрывая взгляда от воды, расправил плечи, а Тибор медленно выдохнул.

— Тихо, — произнёс он вполголоса. — Без резких движений.

Скользнув глазами по кольцу зверей, я попытался посчитать их. В куртке резко стало жарко. Я быстро сбился после пятнадцатого зверя и бросил это бесполезное занятие, потому что новые тени всё продолжали выходить из подлеска.

Я положил ладонь на загривок мелко дрожащего Люмина. Крох застыл рядом, приготовившись сорваться в любую секунду.

Кажется, самое время Крамерам наконец выпустить своих зверей.