Глава 27. Конспираторы

(От лица Алисы)

Пауза затянулась. Фирсов молча смотрел на меня и ждал ответа. Внешне он был спокоен. Но я прекрасно знала это его умение скрывать переживание под маской хладнокровия и научилась распознавать по еле уловимому движению скул, когда он на самом деле нервничает. Вот как сейчас…

— Ну? — не выдержал мужчина. — Да или нет?

Страхи начинали шевелиться внутри меня. Все выходные, проведённые с Павлом, я отбрасывала мысли, принципы, выстроенные за последний год. Собиралась, как водится, подумать об этом завтра, через неделю, через год. А приходится сейчас. Но хочу ли я? Готова? Что будет, если из этого ничего не выйдет?!

Мурашки прошлись по спине, и я нервно передернула плечами. Фирсов прямым текстом предлагает мне отношения. А я, как дура, хлопаю глазами и о чем-то еще раздумываю! Разве не этого я хотела?! Разве не потому сердце колотится, как ненормальное?! Разве важно, что будет потом?! Принципы эти и прочая ерунда?! Разве это все имеет значение?!

Как только я задала себе все эти вопросы, ответ на вопрос Павла был очевиден.

— Да, — сказала я твердо.

Фирсов улыбнулся уголком рта, поднялся и поцеловал меня, снова сгребая в охапку.

— Только… Моя просьба, насчет коллег… Я бы все-таки пока не торопилась…

— Да понял я, понял. Строгий начальник. Который, кстати говоря, терпеть не может опаздывать, — он сдвинул брови и постучал пальцем по циферблату наручных часов. — Поехали. Много дел сегодня.

— Угу.

Закончив с переодеванием, мы спустились вниз. Рука Павла лежала на моем бедре всю дорогу до машины, словно подкрепляя наш новый статус. И все моё нутро трепетало от осознания этого.

— Стой! — я опомнилась, коснувшись двери авто.

— Что ещё?

— Нам нельзя ехать вместе!

— Здрасьте приехали. Все время ездили, а тут нельзя? Новый закон вышел пока ты одевалась?

— Если кто-то увидит, что мы приехали вместе, начнутся сплетни.

— А ничего, что ты мой ассистент? И что все время со мной ездила до этого дня.

— Ты не понимаешь, — начинала нервничать я. — Не утром же! Подозрительно это.

Павел поджал губы.

— Ммм. У нас же в офисе что ни сотрудник, то мисс Марпл. Еще на полиграф посадят, иголки под ногти втыкать начнут. Где это видано, чтобы…

— Это не смешно! Ну сам подумай. Понедельник, утро, а мы вместе…

— И что ты предлагаешь?

— Ты поезжай, а я на автобусе, как обычно.

— Детский сад, — фыркнул он. — Давай, если кто-то спросит тебя, скажешь, что встретились по дороге и я тебя подвез. Логично?

— А если тебя спросят?

— Если меня спросят, пошлю на хер. Поехали, опаздываем.

Он открыл мою дверь и махнул рукой, подгоняя. Я переставила ногу через порог, но тут же остановилась.

— Подожди! Все равно не то. Давай… Давай, раз уж времени не остаётся, ты высадишь меня за пару остановок до офиса. А там я доеду. И никто не догадается.

— Ты сейчас серьёзно? — он иронично выгнул брови.

— Угу.

Мужчина цокнул, закатил глаза и снова махнул мне на дверь, понимая, что я не сдамся.

— Садись… Алиса Романовна Штирлиц.

Я хихикнула и запрыгнула на сиденье. Павел еще побурчал по пути, но все же высадил меня в указанном месте. Я встала под крышу автобусной остановки, а он остался стоять у обочины и смотрел на меня с издевкой из машины.

— Ну уезжай уже! — шепнула я одними губами и махнула ему рукой.

Он с усмешкой покачал головой, завел двигатель и уехал.

Как назло, нужного автобуса не было. Когда же он наконец приехал, я уже катастрофически опаздывала. Влетела в офис, взмокшая и лохматая.

— Там что, ураган начался? Или ты под трактор попала? — брезгливо фыркнула Саша, когда я остановилась у её стойки забрать документы.

Я открыла рот, чтобы ответить на её выпад, но за спиной раздался знакомый бас:

— Опаздываете, Алиса Романовна. Рабочий день начался полчаса назад. Или за выходные вы успели забыть?

Дааа, вот это называется вошёл в роль. Ни тени улыбки, строгий, отчитывающий голос. Если бы в его глазах не мелькнул озорной огонек, я бы и впрямь поверила, что час назад со мной говорил совсем другой человек.

— Извините, Павел Борисович. Автобуса долго не было.

— Значит нужно раньше выходить из дома, — он отвлекся на Сашу, которая протянула ему документы с мерзким, довольным выражением лица. — Или выбрать другой маршрут…

Ничего больше не добавляя, он развернулся к лифтам. Я закончила с бумагами под пламенным взглядом администратора. Теперь непременно весь офис будет в курсе того, как Фирсов отчитал меня за опоздание. Информационное агентство «Саша» впитало информацию и готово нести её в массы. Зато подозрений в романтической связи между мной и Павлом ни у кого уж точно не возникнет. Всё, как я и хотела. Ай да Фирсов! Ай да сукин сын! Еще и про выходные напомнил…

Я поднялась на свой этаж. Дверь в кабинет Павла была открыта, а сам он стоял у своего стола и с серьезным видом перебирал бумаги. Закрыв дверь, подошла ближе, прислонилась бедром к столешнице.

— Что будем делать?

— В смысле?

— С «Максимой». Нельзя же все так оставить.

— Нельзя… — он задумчиво побарабанил пальцами по столу. — Надо ехать к генеральному. Извиниться, объяснить… что-то.

Павел стянул пиджак со спинки кресла и задумчиво запихивал руку в рукав.

— Поедем вместе?

Он качнул головой.

— Сам натворил, самому и разбираться. Пожелай удачи.

— Удачи, — грустно улыбнулась ему.

Чмокнув в лоб, Фирсов вышел, оставив меня наедине со своими мыслями. На выходных мы не касались вовсе этой темы. Не хотелось рушить вопросами о работе ту романтическую идиллию, которая возникла в эти дни. Хоть каждый из нас догадывался, чем эта выходка Павла может обернуться для компании. Сам он это понимал лучше, чем кто-либо, и уж точно пожалел о ней не раз.

Следующие два часа я сидела, как на иголках. Понимая, что сделать что-то серьезное из-за волнения попросту не смогу, решила навести порядок на рабочем столе. Разложила и упорядочила документы, канцелярские принадлежности. Даже скрепки по цветам и размерам рассортировала. Лишь бы не думать о том, чем может закончиться эта встреча Фирсова.

Наконец, он явился. С серьезным видом вошёл в холл на первом этаже и, проходя мимо меня, холодно распорядился:

— Алиса Романовна, захватите документы по «Максиме» и зайдите ко мне. И побыстрее.

Глянул исподлобья на сотрудников у кофейного аппарата и те, прервав праздные беседы, поспешили на свои рабочие места.

— Ну что? — я вихрем влетела в кабинет Фирсова вслед за ним и прикрыла дверь. — Поговорил?

— Угу, — угрюмо промычал он в ответ.

— Что он сказал? Отказался от контракта? — сердце от волнения выпрыгивало из груди, а Павел оставался все таким же безэмоциональным.

— Нет, — он сел в своё кресло, сложил кисти домиком и довольно улыбнулся. — Теперь положение «Омеги» стало ещё более выигрышным, чем было.

Опешив, я оперлась на край стола рядом с ним, положила документы.

— Как?

— Вот так. Поговорили. Генеральный оказался нормальным мужиком. Оценил, что я не стал сваливать вину на другого и вилять. Что сам к нему пришёл. Иии намекнул на дальнейшее сотрудничество.

От избытка эмоций, чувства облегчения, я крепко обняла Павла, наклонилась к креслу, отставив попку назад. Его руки от талии опустились к бедрам и поднялись обратно.

— Как же ты будешь радоваться, когда мы заключим контракт, — усмехнулся он.

После этих его слов, в голове что-то щелкнуло. В кабинете мы одни. Время обеда. На этаже никого. Или почти никого. Адреналин, ещё гуляющий по венам, подталкивал к действиям. А невыплеснутые фантазии поддакивали в голосину.

Чуть отпрянув от него, я положила руки на мужественные скулы Павла, притянула к себе и страстно поцеловала. Как в кино. Похотливо выдыхая и извиваясь от его прикосновений. Фирсов хотел было перехватить инициативу, но я остановила его. Уперлась рукой ему в грудь, игриво облизнула губы и, уселась на стол прямо перед ним. Он вопросительно выгнул бровь, а в глазах все ярче разгорался огонёк.

— Что это ты придумала, Алиса Романовна?

Я прикусила губу, чуть прогнулась назад и медленно повела носком ноги по внутреннему шву на брюках Фирсова. От голени, через колено, к паху. Мужчина шумно вдохнул и вцепился пальцами в подъем моей ноги.

— Лисова…

Он поглаживал мою голень, тяжело дышал, все сильнее теряя контроль над собой.

— Чтооо? — протянула я и чуть погладила ногой его ширинку.

Его рука поднялась выше, задела край задравшейся юбки. Я развела колени чуть шире и провела пальцем по внутренней поверхности бедра. Фирсов прохрипел:

— Ты же знаешь, если я начну, то не остановлюсь.

— Очень на это надеюсь, — с вызовом сказала я, тут же вздрогнув от неожиданности, когда Павел резко вскочил, оказавшись между моих ног и придвинул мой таз ближе к себе.

Он грубо, прерывисто целовал меня. Так страстно и жадно, как будто женщины у него не было несколько лет. Но я-то знала точно, что это не так. От одной мысли, что настолько его возбуждаю, я заводилась сама. Ловила его поцелуи, царапала ноготками ткань его рубашки и ощущала как его руки подбираются к моим трусикам. Он погладил рукой мокрую ткань, чуть надавливая средним пальцем. Я тихо застонала от предвкушения того, что он может сделать со мной этими пальцами.

Одной рукой Павел сдвинул трусики в сторону, второй провёл по клитору. Удовлетворенно хмыкнул, когда я задышала чаще, и тут же медленно вошёл в меня пальцем. Вытащил и добавил второй. Я была возбуждена настолько, что они с лёгкостью проскользнули внутрь. Он ласкал меня пальцами, продолжая целовать губы, опускался к шее и декольте. Это было настолько приятно, что почти на каждый толчок я издавала непроизвольный стон. Тихий, еле слышный, но для него этого было достаточно.

Большой палец Павла принялся ласкать мой клитор, а меня неумолимо накрывал оргазм. Мышцы сжались вокруг его пальцев, я дернулась, застонала громче и Фирсов закрыл мне рот поцелуем, не прекращая движений, пока я не кончила и не перестала дергаться в его руках. Я все еще пыталась отдышаться, держалась за плечи Фирсова, вдыхая его аромат. А он рывками стягивал мои трусы.

Осознавая степень его возбуждения, я возбуждалась опять. Расстегивала ему брюки, желая ощутить его в себе. Снова. Он не заставил меня ждать долго. Как только его член в полной боевой готовности выпрыгнул из боксеров, он натянул презерватив, вогнал его в меня одним толчком до самого основания и, не щадя, трахал прямо на собственном столе. Прямо на документах, над которыми мы работали все эти недели.

Интересно, что бы сказал генеральный «Максимы», если бы узнал, что стало с контрактом, который он отказался подписать? Сейчас я сидела на нём с задранной юбкой, елозила обнаженной задницей и захлебывалась воздухом в собственных лёгких.

Ножки стола поскрипывали под моим весом. Стоны было бы слышно на весь этаж, если бы Фирсов не припадал вовремя к моим губам, чтобы их заглушить. Он крепко держал руками мои бедра и вколачивался в меня с такой силой, что синяки мне были обеспечены.

Тепло скапливалось внизу живота, мышцы снова начали сжиматься, и терпеть больше не было сил. Я схватилась рукой за шею Фирсова, откинула голову назад и, слыша, как участилось его дыхание, отпустила себя. Чтобы сдержать стон, закусила губу, когда очередной оргазм накрыл меня волной удовольствия. Павел последний раз резко вошёл в меня, согнулся и, нечленораздельно промычав мне в шею, замер.

Мы некоторое время так и оставались плотно прижатыми друг к другу, оба пытались заново научиться дышать и ждали, когда в голове перестанут кружиться вертолёты. Фирсов, немного придя в себя, чуть отстранился, иронично посмотрел на меня.

— Это так ты хотела держать все в тайне от коллег? — спросил он с одышкой. — Дверь-то хоть закрыла?

— Неа.

Он отодвинулся, удивленно посмотрел мне в лицо, а я почему-то расплылась в ехидной улыбке.

— Ну… Мышка… — хмыкнув, он вытащил член, стянул презерватив и достал из ящика влажные салфетки.

Я спрыгнула со стола вниз, одернула юбку, поправила волосы.

— Пойду я, Павел Борисыч… Может ещё на обед успею.

Павел усмехнулся.

— Ничего не забыла?

Он держал указательным пальцем мои трусики и улыбался уголком рта. Я подошла к нему вплотную, провела руками по широкой, вздымающейся груди, забрала белье и сунула в левый карман его пиджака.

— Отдашь мне их вечером, — шепнула ему и поцеловала в губы.

— То есть я до вечера буду думать о том, что ты разгуливаешь по офису без белья? И как мне к этому относиться?

— Просто помни, кто тому причиной…

Я отошла на шаг, бросила на Фирсова игривый взгляд и вышла из кабинета.

— Ну ты, Лисова, и чокнутая! — смеялась сама над собой, спускаясь в лифте. — А стол ничего, крепкий.

После обеда нас ждало совещание. Начальники отделов вновь были собраны в конференц-зале и давали отчет о проделанной работе за последний месяц. Строгий голос и грозный вид Фирсова заставляли некоторых из них мямлить, как школьников у доски перед учителем. Кого-то Павел и вовсе вгонял в ужас. Все сотрудники, как один, вытянулись по струнке, слушая его наставления. Все. Кроме меня…

Я не сводила глаз с его левой руки, которую он время от времени запускал в карман пиджака, бросая на меня короткие взгляды. Мстит, зараза. Играет. Перебирает кружево в кармане, заставляя меня испытывать очередной прилив возбуждения.

Из конференц-зала я выходила с пунцовыми щеками и четким намерением оседлать сегодня вечером этого демона.

Вечером, пока шли к лифту, снова поспорили на тему того, на чем ехать домой.

— То есть соблазнять меня в моем же кабинете в разгар рабочего дня можно, а сесть со мной в одну машину — нет? — бухтел он, нажимая на кнопку.

— Ну а куда бы мы поехали вечером вместе?

— Куда угодно. Мы вон не так давно с финнами ездили в ресторан.

— Да. И все знали, что это был деловой ужин. А сейчас в планах ничего такого не значится. И если покопаться, можно легко это понять.

— Да кто будет копаться-то? Кому здесь настолько нечем заняться, чтобы изучать чужой распорядок дня?!

— Ой, поверь, такие люди есть везде.

— Покажи мне их. Загружу по самые помидоры, чтобы нос не совали в чужие дела, — раздражался Павел.

— Чшшш, приехали.

Фирсов надул щеки и, тут же приняв обычный угрюмый вид, вышел вперёд меня из лифта.

Автобус снова пришлось подождать. Погода к вечеру испортилась. Ветер нахально поддувал снизу под юбку, отчего становилось прохладно, а по коже бегали мурашки. Выйдя на своей остановке, я огляделась. Улыбнулась, когда разглядела в нескольких метрах знакомый автомобиль, приветливо моргнувший дальним светом. Подошла и запрыгнула внутрь.

— Ну что? Хвоста нет? Можем ехать? — с напускной серьёзностью спросил Фирсов.

Я цокнула, а он хищно улыбнулся.

— Держи, — он протянул мне мои трусики. — Убери. Они тебе не скоро пригодятся.

Павел выкрутил руль, отъехал от обочины и автомобиль резво помчался по вечернему городу в сторону его дома. А по его довольной ухмылке я поняла, что ночь спокойной уж точно не будет.