Глава 17

Где-то в Многомерной Вселенной

Хранитель Дорничев… Да-да, у Хранителей не было имён. Все они были просто Хранителями.

Дело в том, что, общаясь друг с другом, они, в принципе, не могли перепутать кого-то с кем-то. Точно так же Многомерная Вселенная общалась с ними напрямую. Тем более, что Хранители практически всю свою жизнь пребывали в одиночестве. Но бывали нюансы, типа запретных миров, где Хранители защищали все уровни мира. Но даже в этом случае их общение было сильно ограничено.

Но вот теперь у Хранителя было имя, и звали его Дмитрий Дорничев. Так решил он, и так решили его жёны. И прямо сейчас он пришёл для того, чтобы получить ответы. Вот только сущность, которая предстала перед ним, эти самые ответы давать совсем не собиралась.

— Кто меня предал? — устало повторил Хранитель, наверное, уже в сотый раз.

Он пытался быть вежливым, но в ответ получал полное игнорирование и непонимание важности вопроса.

— Кто меня подставил?

В ответ снова было молчание.

Что бы сделал Хранитель раньше? Ну, кроме того, что он, в принципе, не пришёл бы в это место пытаться собрать информацию. Так вот, прежний Хранитель, если бы он сюда добрался и не получил ответа, он смиренно бы покинул запретное место и вернулся обратно. Почему? Да потому, что такова воля Многомерной Вселенной, и он, Хранитель, должен следовать правилам.

Вот только сейчас он был не просто Хранителем. Он был ещё и графом Дорничевым, мужем прекрасных жён и отцом чудесных детей.

А ещё, оказывается, у него есть честь, которую он должен защищать, ведь его и его семью предали и хотели убить. Если бы покушение на себя, как на обычный винтик Многомерной Вселенной, причём заменяемый винтик, он готов был бы простить, то покушение на его любимых… это нечто за гранью. За той гранью, на которую он должен получить ответ.

— Если ты не дашь мне нужную информацию, я тебя уничтожу!

В первый раз могущественная сущность, что находилась перед ним, соизволила ответить. И первое, что было — это мерзкий смех.

— Хранитель, ты сломался. Уничтожить меня? У Хранителей нет такой функции. Они не могут причинить мне вред. Поэтому уж пошёл бы ты отсюда подальше. Ты и так в чёрном списке не сумевших выполнить задачу Вселенной. Вряд ли у тебя появится второй шанс, поэтому возвращайся в ту дыру, откуда ты вылез, и молись, чтобы Вселенная не решила тебя аннигилировать.

— Меня аннигилировать? — недобрая усмешка появилась на лице у Хранителя, что несколько смутило сущность. Ведь всем известно, что Хранители не способны на проявление эмоций. — Да, возможно, она это может сделать. Это в её силах. Где я, где Вселенная? Но кое в чём ты ошибаешься, а именно в том, что я не могу тебя уничтожить.

— Хранитель, ты сломался. Тебя следует отремонтировать или аннигилировать.

— Да что ж ты заладила-то, долбаная бездушная сволочь, — покачал головой Хранитель.

Через секунду его глаза сверкнули светом, и в помещении, где они находились, явственно поднялась температура и запахло палёным.

— Как? Ка-а-ак⁈ Это же невозможно! Хранитель не может нанести мне вред!!!

Кажется, бессмертное существо, которое никогда в жизни не испытывало боли, было несколько… гхм… встревожено.

В этот раз Дорничев рассмеялся в голос.

— Ты прав, Хранитель не может причинить тебе вред. А я могу, ведь я уже не Хранитель.

— Как? Как так может быть⁈ Такое невозможно! Такого не было никогда! Не случалось никогда в Многомерной Вселенной!!!

И снова весёлый смех Дорничева был ему ответом. Он развёл руками и с улыбкой добавил:

— Как говорит один мой друг: «Всё когда-то случается в первый раз». И да, предвосхищаю твой вопрос, что, вроде, у Хранителей не может быть друзей. Теперь это тоже не так. А ещё у меня есть семья, которую я выбрал вместо службы, и на которую отдал слишком много времени и сил. Я считаю, что отслужил достойно и заслужил отдых. Да-да, заслужил отдых, на который я хочу отправиться. Вот только до этого момента мне нужно знать, кто меня предал. И ты ответишь на мой вопрос.

— Но…

— Никаких «но»!!! — голос Хранителя грянул со всей мощью.

Температура увеличилась, и сущность протяжно завыла. Боль. Она познала, что такое боль. И теперь ей явно это не понравилось.

— Имя!!! Немедленно имя, или я тебя уничтожу!!!

В это же время

Пространство Хранителей

— Этого не может быть!

Хранитель смотрел на большой экран, на котором появилась невероятная строка.

Да, это был необычный компьютер. Это был вообще не компьютер, да и сообщения передавались другим путём. Но если переводить это на обычный человеческий язык, то там только что появилась надпись: «Хранитель вышел из чата».

— Он… он не может! Это невозможно! — сидящий перед терминалом Хранитель негодовал. — Как? Как это может произойти⁈

Сразу же, слева и справа, вокруг него начали проявляться другие свободные Хранители, которые также находились в этом пространстве в ожидании новых приказов от Многомерной Вселенной.

Один заслуженный древний Хранитель оттеснил оператора в сторону и сам уселся за терминал. Усилием мысли он получил новые данные.

— Я чувствую… в этом замешан Охотник. Я не понимаю, каким образом, но он как-то смог освободить Хранителя от его обязанностей. Я не понимаю, как это… но это случилось!

— Но это же… это же нарушение самих законов и основ Многомерной Вселенной! — тут же вмешался Первый Хранитель. — Как это могла допустить Вселенная?

— Пути Вселенной неисповедимы, — тихо ответил Древний Хранитель, задумчиво перебирая струны реальности в поисках ответа. — Мы чувствуем след Охотника. Мы должны найти его и наказать за невиданный проступок.

Группа молодых Хранителей в данный момент меняла формы и цвета, что подразумевало крайнюю степень негодования.

— Вперёд! Накажем их!

— Стойте! — рявкнул Древний, но молодые Хранители уже исчезли из общего пространства.

— Молодые дураки, — вздохнул Древний. — Собрались наказать Охотника. А ведь они ещё и тысячи лет не прожили. Что ж, — он глубоко вздохнул, — придётся искать им новую смену. Кто у нас там дошёл до нужного возраста?

Первый оператор смотрел на Древнего с непониманием и с ужасом.

— Но как? Как же так? Как же так⁈

Древний усмехнулся и жестом заставил его замолчать, ткнув конечностью в потолок.

— Слышишь мать-Вселенную?

— Нет, — прислушавшись, сказал оператор.

— Вот и я не слышу. Это значит, что всё идёт согласно её плану. Так что давай мне списки, кем мы можем заменить эту бестолковую импульсивную молодёжь.

Иркутский Эпицентр

Кодекс благословил Волка на поиски Сандра. Многое, что было услышано, Волк не смог нормально разобрать. Честно говоря, насчёт «благословения» он не был уверен, ведь до конца разобрать слова Кодекса он всё ещё не мог. Но тешил себя надеждой, что всё делает правильно. Поэтому, когда Волк вернулся на поляну, он был твёрд в своём решении найти Сандра и помочь ему.

Паладины стояли уже здесь, непривычно серьёзные, без своих обычных шуточек.

— Кого-то ещё ждём? — спросил Андросов.

— Да, — нахмурился Волк, прислушиваясь к ощущениям. — А вот и они.

Одна за другой на поляне появились три тёмные богини, полностью экипированные в доспехи и готовые к бою.

— Рад вас видеть, госпожи, — лёгким кивком поприветствовал Волк богинь.

— А мы тебя — нет, — скривилась Тёмная.

Увидев, как внезапно Волк нахмурился и побагровело его лицо, она быстренько поправилась.

— Нет-нет, мы готовы пойти с вами. Но хочу заметить, что делаем это без удовольствия.

— Точно так же, как Сандр периодически спасает ваши тощие задницы, — презрительно скривился, Волк. — Уверен, что он тоже не испытывает от этого восторга.

— А вот тут ты неправ, мой лысый друг, — появился рядом разговорчивый Макс Самохвалов. — Сандр знает толк в веселье. И спасать такие, как ты выразился, очаровательные задницы — это ж одно удовольствие. Да, позвольте представиться! Максим Самохвалов, абсолютно свободный мужчина в поисках той самой единственной.

— Макс, ты вообще в курсе, что они — богини? — на всякий случай поинтересовался Волк.

— Ну… так-то я тоже не пальцем деланный, — хмыкнул Макс. — Если вы, девочки, не поняли, то я — Паладин.

— Из тебя Паладин, как из говна пуля, — скривилась Морана, тем не менее, заинтересованно глядя на дерзкого мужчину. — Я помню настоящих Паладинов. Я уверена, будь здесь их долбаный капеллан, как там его звали… Август Соларис. Так вот, сейчас бы ты у него отжимался до потери пульса.

— Как… как ты сказала? — внезапно рядом оказался Андросов, и лицо его побледнело.

— Боевой капеллан Ордена Паладинов Август Соларис… редкой занудности дед. Въедливый, как клещ. Если вцепится, то хрен отпустит, — скривилась Морана. — А что, ты знаком? — она на секундочку сделала перерыв и скептически улыбнулась. — Командор?

— Возможно, — Андрей находился в глубокой задумчивости.

— Ладно, не отвлекаемся, — сказал Волк. — Подходим к порталу, объединяем силы и…

И прямо в этот момент из Разлома буквально выпал Сандр, покатившись кубарем по земле. Тут же он ловко вскочил на ноги, оглядел их всех и широко улыбнулся.

— Ну и куда вы намылились, такие нарядные? — хмыкнул он. — Хотя, вы-то мне и нужны!

Потом его взгляд упал на Волка.

— Ни фига себе, Волчара! А как так-то? — он ощупал себя. — Я вроде не умер. Место не освободилось. А ты уже Охотник? Ну, охренеть, вообще. Ну, сейчас ты мне всё расскажешь…

На этих словах какое-то серое щупальце, огромное, вырвалось из Разлома, обхватило Сандра поперёк и потащило обратно в Разлом.

— Да ну на хер!!! — услышали они встревоженный голос своего друга и господина, и он снова пропал в Разломе.

— Внимание! Все на спасение Сандра!!! — Волк натурально озверел. Кровь клокотала в его жилах.

Все остальные участники эпичного рейда также разделяли желание Волка, поэтому дружно бросились к порталу. Вот только… Разлом снова моргнул, и оттуда вышел Сандр. Снова.

Прямо сейчас, несмотря на свои обычные размеры, он напоминал могучего титана, который рвёт оковы, с трудом переставляя ноги. В него вцепилось сразу несколько десятков щупалец. Лицо, перекошенное от ярости и напряжения, покраснело. Но он тяжело, шаг за шагом, ступал по земле и удалялся дальше.

Громкий вопль ярости пронёсся над поляной, когда Сандр наконец остановился, широко расставив ноги. Он разом вытащил оба меча и рубанул ими по щупальцам. Было видно, что по энергетическим щупальцам ударили не простые клинки, а заряженные какой-то сумасшедшей энергией Охотника или чего-то похожего, потому что они лопнули со звоном, как натянутые струны, одна за другой, убираясь обратно в портал.

— Да вы охерели!!!

На Сандра было страшно смотреть даже друзьям. Он находился в крайней степени ярости.

В этот момент зашевелились замершие до недавнего времени окружающие Разломы, и из них тоже попёрли щупальца. Волк, Паладины и богини тут же обнажили оружие и заняли защитную стойку.

— Нет, вы точно охерели!!! — это был снова голос Сандра.

Громкий хлопок в ладони, и вокруг него завертелось голубое торнадо. Медленно поднимаясь над землёй, оно возрастало в размерах, пока воронка не стала размером с поляну. А затем она резко упала вниз, накрыв находящиеся здесь порталы, как будто лассо было накинуто на стоящие кругом столбики.

— Свалили быстро!!! — рявкнул Сандр, глядя на товарищей.

Глаза его горели неистовым голубым светом. Поэтому находящиеся здесь сразу поняли, что им делать. Кто справился прыжком, кто ушёл сквозь тень, кто-то просто телепортировался. На поляне не осталось никого, кроме Сандра. А «лассо» начало затягиваться, сжимая порталы к центру.

Когда оставалось совсем немного места, Сандр подпрыгнул и завис в воздухе. А все порталы сомкнулись в единое целое. Стоящие вокруг услышали, как захрустело пространство, и тогда Разломы начало корёжить и перемалывать. Нет, они всё ещё не исчезли из нашего мира, но они явно потеряли свой функционал, застыв изломанной кучей разнообразной перемешанной энергии.

Секунда, и Сандр опускается рядом с наблюдателями. Обычный Сандр, без всякого праведного огня в голове, улыбающийся и весёлый.

— Ну что вы за люди? Стоит вас совсем ненадолго оставить без присмотра, и сразу у вас что-то случается, — он перевёл взгляд на богинь. — Есть что сказать?

— А что ты на нас смотришь? — сказала Тёмная. — Мы тут вообще ни при чём. Нас Аня попросила помочь. Ну, ты жив-здоров, всё хорошо, так что мы, наверное, пойдём… наверное…

Все трое, как по команде, развернулись в пол оборота, но, тем не менее, никуда не уходили.

Сандр не выдержал и рассмеялся.

— То есть вы ждёте моего разрешения?

— Ну, как бы да, — сказала Морана.

— Как бы не унизительно это ни звучало, — добавила Пандора.

— Да идите уже. Спасибо, что помогли.

* * *

Это было что-то с чем-то. Эта долбаная Вселенная не хотела меня отпускать. Причём охренела настолько, что решила сделать это силой. Щупальце, которое меня утащило обратно, явно было наполнено энергией той странной книги, которую я почувствовал. Вот только не на того, блин, напало.

Уже в процессе перехода я, не ожидавший такого нападения, начал сопротивляться. К слову сказать, рассчитано было всё хорошо. Я-то ожидал немедленной погони. А всё произошло тогда, когда я, собственно, уже перешёл обратно к себе в мир и немного расслабился, чувствуя себя в безопасности. Мой косяк.

Ну, короче, обратно я выскочил, вот только щупальцев добавилось. Поэтому пришло время распечатать заначку, а именно наполненную под завязку печать энергии я расконсервировал слегка необычным способом, создав энергетическую удавку. Между прочим, моё собственное изобретение, которое, кроме меня, смогли повторить очень немногие из сильнейших Охотников.

Все находящиеся Разломы, ну или порталы, в этот странный мир я спеленал и законсервировал до лучших времён. Уничтожать их полностью не хотел, потому что наглость должна быть наказана. Это Охотник выбирает, куда ему идти, а не кто-то пытается затащить его к себе в гости. Я уже понял, что жители того мира очень ограниченно понимают, кто такие Охотники и с кем они связались. Ну, ничего страшного, я готов преподнести ему наглядный урок и продемонстрировать, так сказать, товар лицом.

— Ш-ш-шандр, ш-ш-шука ш-ш-шабака!!! — первым бросился обниматься мой Шнырька, который, судя по всему, сильно переживал.

Потому что, как только я погладил его по жёсткой шерсти и поприветствовал в ответ, он тут же на секунду пропал и появился снова с огромным ведёрком мороженого, которое начал поглощать прямо на наших глазах. Это был ещё один индикатор переживаний мелкого, ведь поедание мороженого всегда было слишком интимным процессом, которым он занимался у себя в тени. И да, я точно знал, что таким образом он заедал стресс. Ну вот, прямо сейчас, видимо, он боялся, что его любимый Сандр снова пропадёт куда-то. А стресс заедать было нужно, поэтому он плюнул на свои правила и ел мороженое огромной ложкой у всех на виду.

— Ты там не лопни, да, смотри, — беззлобно хмыкнул я.

— Не дождёш-ш-ша… — сказал Шнырька с набитым ртом, продолжая поглощать холодную сладость.

Я же подошёл к хмурому Волку.

— Командир… — смущённо сказал он.

— Никаких командиров, брат. Шнырька, шампанское! — крикнул я.

— Экш-ш-шплуататор! — раздалось уже привычное ворчание сзади.

Шнырька исчез, но тут же возник с большой бутылкой шампанского. Где он его взял, я понятия не имел. Я такие только видел на местных гонках. Победителям выдают специально, чтобы они друг друга на пьедестале почёта обливали.

Мгновение, и с громким хлопком пробка вылетела из бутылки. Из горла потекла белая пена. Я протянул бутылку Волку.

— Давай, ты первый.

— А бокалы? — нахмурился изумлённый Волк.

— Какие, нахрен, бокалы? Кто подменил моего Волка? А кто пил летом водку из мыльницы в женской раздевалке? — я сделал удивлённые глаза. — Из горла, брат!

Волк сначала поперхнулся, затем ухмыльнулся и сделал щедрый глоток, возвращая мне бутылку. Дальше она пошла по кругу Паладинов.

— Я же не ошибся? — кивнул на Волка Андросов.

— Конечно, нет, друг мой. Как тут можно ошибиться? За каким-то хреном Кодекс посчитал Волка достойным. Расскажешь, что тут произошло? — повернулся я к Волку.

— Ну… — неожиданно оробел большой лысый Волк. — Я же говорил, тут пришёл один перец с книгой. Назывался Хроносом. А книгу назвал Хроникой. Сильный перец.

— И ты долбанул его Кодексом? — не выдержал и заржал я.

— Ну не то, чтобы я его долбанул им, но Кодекс, да, оторвался по полной!

— Красава! — хлопнул я его по плечу. — Теперь всё немножко проясняется.

— Да? — заинтересованно спросил Волк, снова беря бутылку шампанского и отпивая. — И что именно проясняется?

— А вот это мы как раз сейчас выясним окончательно. Пойдём, немного поболтаем. Господа, — я повернулся к Паладинам, — как вы уже поняли, сегодня у нас большой праздник. У меня появился новый брат, а у вас…

Я на секундочку задумался, кем Волк является для них. Не найдя ничего нужного, я просто сказал:

— А у вас остался старый добрый лысый Волчара. Вот так он стал немного сильнее, и в ближайшее время он будет вести себя немного неадекватно. Так что давайте бегом в усадьбу. Сделайте там всё красиво на столах… Мы скоро будем.

Когда Паладины улетели Волк призадумался.

— Эй! Что это я буду вести себя неадекватно? — спросил он.

— Это я тебе потом расскажу. После того, как мы поговорим.

— А куда мы пойдём поговорить? — нахмурился Волк.

— Неправильный вопрос. Не «где», а «с кем», — хмыкнул я.

— И с кем же? — кажется, Волк начал немного нервничать.

— С кем-с кем… с начальником, — я многозначительно ткнул вверх. — С самим Кодексом.

— Э-э-э… — затупил Волк. — А где?

— Да вот ты баран! — у меня сбился весь пафосный настрой. — В Арктике. Около пламени Кодекса.

— Так я, вроде, там уже был и говорил.

— Вот как? — заинтересовался я. — И что он тебе сказал?

— Ну, он типа сказал найти тебя… типа он благословляет… типа, вот.

Я не выдержал и снова заржал.

— А мне кажется, что «типа» ты тупишь, друг мой. Ты не можешь слышать Кодекс, в принципе. В ближайшие пару сотен лет он будет постоянно находиться у тебя в голове. Вот только воспринимать ты это всё будешь просто фоновым шумом с редкими раздельными словами. Просто он сильно много сил в тебя влил при инициации, вот и придется немного пострадать. Сила требует жертв!

— Это как? — Волк совсем поплыл от такой новой информации.

— Да жопой об косяк, — хмыкнул я. — Не парься, всё будет нормально. Обычно, когда это происходит у молодых Охотников, то они всё это время проводят со старшим братом, который всё знает, умеет и всё покажет.

— А ты часто был этим самым «старшим братом»? — осторожно спросил на меня Волк, чувствуя подвох.

Я снова рассмеялся.

— Вот за что тебя люблю, Волк, так это за твою интуицию. Да нет, ни разу я не был. Каждый раз удавалось пропетлять. Нахрена мне этот геморрой с психической молодёжью? Мне всегда было чем заняться.

— Я так и знал, — нахмурился Волк.

— Да не расстраивайся ты, — я не выдержал и, глядя на расстроенного Волка, от умиления подёргал его за щёку. — Я же Сандр. Помнишь? А Сандр всегда затащит!

— Это-то я знаю, — немного повеселел Волк. — Вот только вопрос — куда именно он затащит?