Глава 26

Генри не среагировал вовремя, потому Саманта смогла его вовлечь в поцелуй. И какой! Её наглый язычок проник в его рот, даже дыхание перехватило. Хорошо, что она остановилась. Генри тяжело задышал, в ушах поднялся шум от этого внезапного нападения.

— Что? — Линкольн смотрел ошарашено на Саманту. Она же сама считала, что рановато им о чувствах говорить. Но сердце в груди парня колотится, как бешеное от восторга. Генри улыбается, а руки поглаживают милые веснушчатые щёчки Саманты.

«Может это и правда любовь?»

Линкольн вздохнул от ласковой ручки Хилт, которая явно решила его подразнить. Смущённо прикусил губу, чувствуя, как горят его щеки от таких порывов Саманты.

— Поехали. — Только и смог произнести в ответ, чмокнув Хилт в носик. Уже второй раз он едет к ней в гости вот так запросто. Наверное, рано или поздно об их романе станет известно на работе. Уж кто-нибудь заметит, что они стали практически неразлучными. Но, Генри вот к этому уже готов, а вот готова ли Хилт?

Саманта улыбнулась смущённо, поворачивая ключ зажигания. Сейчас ее ничего не тревожило, но очень хотелось снова окунуться в атмосферу уюта и тепла с Генри. Он особенный во всех отношениях. С ним мисс Хилт, словно заново родилась, и проживает новую яркую жизнь.

Да, им ещё предстоит многое обсудить, но стало немного легче. Саманта смогла сказать о чувствах. Это ведь хорошо, это правильно.

Дорога сегодня была полупустой, поскольку выехали они довольно поздно. А добрались, как говорят, с ветерком. Снова вредный старичок-консьерж встретил пару в лобби ворчанием, но сегодня он уже не такой напряжённый. Привыкает, видимо.

В квартире Саманты, едва Генри переступил порог, прибежало белое пушистое облачко поздороваться. Сегодня Мав решил угодить хозяйке и сперва стал ластиться к ее ноге, а уже потом, мяукая, привлекать внимание Генри. Линкольн улыбнулся, уже привычно разуваясь у порога и наклоняясь к котику, чтобы накрыть его ушастую макушку ладонью.

Сэм выпрыгивает из туфель, берет на руки Мава, лаская котика и извиняясь, что её долго не было дома.

— Поужинаем?

— Я не голодный после заказанного в офис обеда от Говарда, Сэм, если что. Он словно поперек горла встал. Мне бы чего лёгкого. Можно? — попросил Генри, дождавшись момента, и обнял начальницу сзади, уткнувшись носом в её тёплую шею. Мисс Хилт улыбается, закрывая глаза, наслаждаясь моментом.

— Я бы даже обошелся десертом… уж простите за наглость, — тихо посмеялся Генри, не отпуская любимую.

Впервые хоть в мыслях он её так уже назвал. Их разговор был тяжёлым, и ещё не все углы сглажены, но для себя Линкольн уже решил, что если это все настоящее, то они найдут способ остаться вместе.

— И что же вы хотите на десерт, мистер Линкольн?

Мав спрыгнул на пол, намекая, что тоже не прочь подкрепиться, но явно в ином смысле. Он зовёт людей на кухню, однако им сейчас точно не до этого.

— Вас в собственном соку, мисс Хилт. С удовольствием бы получил это головокружительное лакомство прямо сейчас… но не буду наглеть! — засмеялся тихо Генри, ласково проведя языком по шее Саманты, а ладони легли чуть ниже её живота.

— Знаешь, мне хочется сегодня потакать любому твоему желанию. Чего бы ты хотела? Могли бы вместе принять душ или, например, вновь в темноте побыть. Мне понравилось, ведь тогда все чувства обостряются и каждое касание вызывает трепет. — Шептал тихо парень, обхватив губами покрасневшее ушко мисс Хилт, слегка прикусив его, чтобы Сэм не расслаблялась.

— Ты подумай, а я пока… Покормлю котика, хорошо? — он отпустил ладони и обошёл начальницу с наглой улыбочкой. Сегодня Генри явно чувствовал себя увереннее. Может так подействовали слова Саманты? Он теперь очень воодушевлен и впервые не напряжен. Чувствует, что может позволить себе проявлять больше эмоций и не пытаться все время думать о том, что и как правильно… а просто любить.

— Пойдёмте, мистер кот. Ваша хозяйка сейчас явно в задумчивости будет смотреть на мою задницу, — засмеялся Линкольн и действительно, явно специально насыпал корм так для Мава, чтобы Саманта могла рассмотреть все с удобного ракурса.

Издевается? Да, именно. Отыгрывается за сегодняшние острые моменты, пощекотавшие ему нервы. Хочется ему пробудить в Хилт побольше страсти и желания. Посмотреть, какая она, если перестанет думать рационально и снова попробует пожить чувствами.

— Генри! — воскликнула Саманта и засмеялась, — я ревновать к своему коту не хочу!

Но Линкольн уже выпустил Саманту из рук и пошел за мяукающим облачком, сверкая своими аппетитными и булочками. И она смотрела, чуть наклонив голову, улыбаясь.

— Ну, извини, что твой кот просто чудо! — Засмеялся Генри, гладя на довольного кота и ехидно улыбаясь Саманте.

— Ты просто бесподобен.

А чего ей хочется на самом деле? Мисс Хилт ненадолго выпала из реальности. Жить не разумом, а чувствами?

— Ладно. Я наберу ванну. Мистер Линкольн, будьте готовы через десять минут!

Саманта ушла в ванную комнату, включила воду, добавив ароматной пены для ванн. Достала ароматические свечи, расставила по углам и погасила свет. Так атмосфера будет и расслабляющей и интимной.

Вернувшись на кухню, она заглянула в холодильник. Прекрасно, что есть свежие фрукты. Видимо, Сара заходила утром. Намыв клубнику, виноград и черешню, Саманта отнесла их на блюде в ванную. Лишь после стала неспешно раздеваться сама.

У нее раньше не было таких романтичных свиданий. Когда хочется удивить, порадовать и расслабить. А ещё это прекрасный шанс стать откровеннее с Генри. И в чувствах и в… желаниях?

Покормив кота, Генри терпеливо ждал на кухне, пока Саманта ходила туда-сюда, создавая особую атмосферу. Стажёр слышал шум воды, потом настала тишина. Он понял, что мисс Хилт раздевается, но решил её не смущать и заглядывать сейчас, а подождать немного.

Мысли от тепла и уюта путались, но как только оговоренные минуты прошли, Генри, шепнув Маву, чтобы не подглядывал, сам разделся и направился в ванную. Прежде чем войти, он постучал, чего никогда не делал в офисе.

— Разрешите войти, мисс Хилт?

— Разрешаю, мистер Линкольн!

— Уф! А это довольно романтично… — Генри осмотрел ванную комнату в мягком свете свечей, с блестящей и тихо шелестящей пеной в горячей воде, фрукты, — мне нравится, — улыбнулся Линкольн.

Роскошная женщина лежала в горячей воде, пена соблазнительно таила её соблазнительное тело в самых пикантных местах.

— А я могу присоединиться? — спросил Генри.

Саманта очень ждала Генри в ванной, и когда он зашёл, высказал ей свое одобрение, мисс Хилт расцвела. Смотреть на тело Линкольна, крепкое, молодое и красивое, очень ей нравилось, но ощущать нравилось ещё больше.

— Не просто можешь, ты должен, — ответила Сэм, придвигаясь к бортику довольно просторной ванны, наполненной горячей водой и ароматной пеной. Упираясь руками в бортик и подтянувшись, она села на край. Ее блестящее от влаги тело блестело в свете свечей, по изгибу спинки стекала пена, но намочить коврик мисс Хилт явно не боялась.

— Или сюда, малыш, — притянув Генри за руку, Саманта поцеловала его в грудь, прижалась горячими округлостями к его животу, обняла за талию и, подняв взгляд, посмотрела в лицо.

— Есть, мэм! — засмеялся Генри, подходя ближе и наслаждаясь их близостью.

— Знаешь, я немного переживаю, что события развиваются быстро. Мы разные, Генри, но я хочу показать тебе себя настоящую.

Мисс Хилт поцеловала живот Генри, языком провела по коже вниз, лаская его.

— Я люблю тебя. И хочу, чтобы ты был моим полностью. Если, конечно, сможешь довериться.

— Нет ничего такого, что нельзя обсудить, — улыбнулся Генри, ласково поглаживая Саманту по голове, — так что я тебе доверяю, милая.

Линкольн аккуратно потянул Саманту с собой в ванну. Громоздкое тело Линкольна устроилось в одном углу, что позволило им с Самантой сесть друг напротив друга. Было тесновато, так что Сэм пришлось положить свои прелестные ножки на плечи Генри. Он этого ждал, тут же начал их поглаживать и ласкать осторожно, снимая усталость легким массажем.

Спущенная Саманта села в ванну, закинула ножки на Генри и, набрав воды в ладошки, умыла красное лицо. Жарко от воды или от ее поспешных заявлений? Но, в любом случае, раз уж начала, отступать поздно.

— Я тоже несколько удивлён тем, что все идёт так легко и стремительно, но стараюсь всегда все понять и разложить по полочкам в голове и душе. И не вижу ничего ужасного. Тем более, Сэм, мы с тобой даже к классическому сексу не подошли ещё. И скрываем наши отношения на работе. Поверь, мы с тобой ещё только в самом начале, но мне это нравится. Нравится все, что связано с тобой, — хмыкнул Генри, взяв виноградину и шутливо замахнулся, прося Саманту открыть рот. Меткий бросок прямо в цель.

Генри кидает виноградинку, Сэм ловит ее ртом и медленно жуёт.

— Скрывать на работе все… приходится. Я думаю, в первую очередь о тебе. Как на тебе это скажется, на твоей карьере. Но ты прав, спешить ни к чему. Мы взрослые люди.

Мисс Хилт подгребла пену в ладошки и положила ее на голову Генри, словно корону.

— Взрослые да. Это не претензия, Сэм. Просто иногда хочется, конечно, прийти в офис за руки, поцеловать тебя и пожелать удачного дня, а не выкать ещё за квартал до работы. Но я все понимаю, честно. — Улыбнулся Генри, наслаждаясь своей внезапной короной, что оказалась на его голове. Мягкая пенка приятно охватывала кожу головы. Мило, тепло так.

— У тебя есть какие-то фетиши? Что-то такое, что ты всегда хочешь пробовать с партнёром, когда начинаешь доверять? — спросил вдруг со смущённой улыбкой Генри, облизнув губы. — Я вот схожу с ума от секса в примерочных. Знаю, что это незаконно и опасно, но ничего с собой поделать не могу. Так что со мной по магазинам надо ходить аккуратнее!

Линкольн от души засмеялся. Хоть он и расслабился, но ещё о многом тяжеловато говорить прямо. Он старается открыться, тем самым подбадривая и Сэм.

— Ещё обожаю чулки на женских ножках. Мой горячий фетиш — это колготки. Точнее разорвать их в порыве страсти… вот чего у меня не было, а так хочется! — Пробурчал тихо Генри, уже угощаясь виноградом сам.

Она слушала смущенную, сбивчивую речь Линкольна, улыбаясь. Так, значит, в примерочной. А что, это неплохо! Ещё и капрон на ножках. Это очень мужской фетиш, и довольно легко реализуемый.

— Да, есть, конечно. Как и у всех людей. Я люблю позу догги, очень. Не знаю, какие там струнки внутри задевает член в этой позе, но я просто выть готова, хах. Никому в этом не признавалась.

Как же неловко об этом говорить сейчас, но Сэм старается быть откровенной. Щеки ее краснеют то ли от смущения, то ли от горячей воды.

— Да, поза действительно шикарная. Правда с моими размерами приходится быть осторожным, — засмеялся нервно Линкольн, но в голове сделал пометочку на будущее. Почему бы и нет?

— Если ты решишься на такую позу со мной, мы будем осторожны, — Сэм улыбнулась, — но если нет, то ничего ведь страшного. Я просто говорю о том, что нравится или что кажется интересным.

— Конечно, решимся. Просто… мне потребуется время понять, как правильно… — Генри откровенно смутился и не мог выговорить нужные слова. Как-то тяжело сказать о том, что он её хочет, конечно же, в такой позе, и не только в ней.

Немного неловко «обнажаться» вот так. Пусть и атмосфера очень располагающая к откровениям. Саманта не говорила по душам с другими мужчинами, это было как-то не принято.

— Еще мне очень нравятся всевозможные гели и смазки. Разогревающие и охлаждающие. И игрушки. У меня есть парочка, я покажу тебе как-нибудь… Считаешь меня извращённой?

Мисс Хилт, как маленькая девочка, наматывает на пальчик порядку волос.

— Я смазкой пользовался часто, это важно, так что тут ничего не смущает меня. А игрушки… однажды мы с бывшей купили вибропулю. Это был интересный эксперимент. Так что, кое-какой опыт у меня есть, Сэм. В будущем можешь меня приучать к таким играм, я буду «за».

— Мне тоже этого хочется, Генри, и иногда я сама не знаю, чего жду. Наверное, я хочу быть более уверенной в серьезности наших отношений.

Ведь до сегодняшнего дня они не обсуждали, кем стали друг для друга и просто плыли по течению. Сегодня же поняли, что являются парой, но и дальше этого момента не говорили. В будущее смотреть ещё ни один из них не решается.

Линкольн отпустил стопу и приблизился, отчего вода чуть не пролилась через борт ванны.

— Саманта. Я хочу пробовать с тобой все, что захочешь. Можешь даже меня плетью отстегать… Я помню, ты рассказывала о том, что тебе приходилось таким заниматься, но может со мной это тебе даже понравится? Не стесняйся, предлагай. Глядишь, и я подтянусь и буду сам что-то просить. — Легкий поцелуй Линкольна становился постепенно страстным и властным. Ладонь парня оказалась на груди Саманты, ласково сжимая её.

Она права. Истинного наслаждения достигают только те, кто друг другу верят и полностью открыты. Руки Генри мягко массируют стопу Саманты, она тает, закрывая глаза. Да, все так. Они могут и должны пробовать что-то вместе и не бояться, что не понравится. Они пара, их сексуальная жизнь должна быть разнообразной и полной.

Но прежде чем мисс собралась с мыслями, Линкольн приблизился, поцеловал ее и игриво сжал сосочек.

— Я люблю тебя, моя милая Саманта. И готов сделать тебя довольной и счастливой. Так что проси, требуй, умоляй… можешь, как хочешь это преподносить, но не скрывай желания, — попросил тихо Генри.

— Я запомню это, Генри.

— Доверие очень важно, Саманта. Потому… я и интересуюсь. Хочу знать твои предпочтения и начать приносить тебе ещё больше наслаждения.

— Что ж, после таких слов, я просто обязана!..

Саманта отстраняется и даже встаёт в полный рост, выбирается из ванны, бросив на ходу Генри «минутку».

Линкольн проводил Сэм глазами. Пена вообще ничего не скрыла, так что взгляд Генри был «голодный». Но разрушать их доверительное общение своим низменным порывом не хотелось. Напоминало их первое свидание, где они много обсуждали. Будто вернулись к тому дню и вновь стали открываться, но уже не боялись этого.

Возвращается в ванную голенькая, блестящая Сэм с коробкой, которую ставит на пол и, улыбаясь, открывает крышку.

— Хоп! — в ее руке реалистичный фаллоимитатор, покачивается, как веточка дерева. Саманта смеётся, ставя его на бортик ванны.

— Неплохой размер. Близко очень даже близкий к моему… — задумчиво проговорил Генри, смотря на фаллос, и даже шутливо опустил взгляд и руку ниже своего пояса… потом примерился к игрушке и улыбнулся. Нет, все-таки у него немного больше. Но все равно уже неплохо! Впервые Генри задумался о способности Саманты принимать его.

— Во-о-от… — два зажима для сосков с бубенчиками на концах тоже оказываются на бортике. Ещё наручники с меховой опушкой, ошейник с поводком и ушки, которые Сэм надевает на себя. Анальная пробочка-хвост мелькнула перед глазами Генри, но, чтобы не намокла, отправилась обратно в коробку, два дистанционных вибратора: пуля и яйцо, да смазка в бутылочке. Посмотрев срок ее годности, Сэм отправила ее в ведро.

Зажимы. Ну, тут неудивительно. Ей нравится, что он ей сжимает сосочки. Далеко не все женщины обожают такой вид ласки, он, все же, болезненный. И наручники вполне понятны. Правда, слабенькие, его точно бы не удержали. А вот ошейник, ушки и хвост заставили Линкольна приподнять бровь.

Миленько. И удивительным образом интересно было бы все это увидеть на Саманте. Забавно шептать ей о том, что она кошечка или лисичка… М-м-м-м-м. Да, интересно, надо будет её к этому тоже привести.

А вот и дистанционные игрушки. С ними он знаком, ему этот опыт нравился. Интересно так выходить на прогулку… или на работу бы? Не, Сэм в жизни не решится. Это будет пока выше её чувств и сил.

— Вот такое у меня хозяйство, мистер Линкольн. Забавно, правда? Ах, да! — достала кожаную плётку красного цвета и показала Генри, пожимая плечами.

Саманта, закусив губу от волнения, наблюдала за Генри. Она ждала его реакции, его вердикта, переживая, что будет отторжение. Но ничего страшного не случилось. Какое же облегчение!

Мисс Хилт перебралась через бортик ванны, опуская ножки в воду.

— Очень даже неплохой набор. И причём не только для тебя, но и партнера. Мне нравится… хочется даже что-то попробовать… только глаза слегка разбегаются, — засмеялся Линкольн, ещё раз постучав пальцем по фаллосу и улыбнулся шире.

— Сэм… Ты та ещё штучка. Но мне нравится… — честно проговорил Генри, опять краснея и говоря тише. — Я даже уже и завёлся. И ушки милые. И хвостик. Особенно, если на тебе…

Он смущенно фыркнул, убирая пену с головы и приблизился к ней вновь, заглядывая в глаза. Смотрит преданно и с интересом. Он будто вновь стал стажером, который теперь ждёт от начальства советов и практики в работе. Только вот работа эта совсем другая… о том, как расширить их доверие и сексуальные отношения. Проявить свои чувства ещё больше и жарче.

— Мы можем попробовать все это, конечно же. Тебе нравится хвостик и ушки? Я примерю их для тебя, если захочешь, в спальне, — подмигнула и сняла свой ободок с ушками, передавая его Генри, — но и здесь мы можем поиграться, например, с этим, — Сэм достала ошейник и, сев в ванну снова, надела его на Генри и затянула, — черт… Т ы слишком милый в нём! Просто невыносимо! Я представляла на работе ошейник на твоей шее, но это и рядом не стояло с таким зрелищем наяву!

— Даже так… я бы посмотрел на то, какая ты с хвостиком, — томно произнёс Генри, позволяя Сэм надеть ему и ушки и ошейник. На мощной шее парня он смотрелся весьма впечатляюще. Саманта в восторге и, резко подавшись вперёд, она прижала Линкольна к бортику ванны, нависая сверху. Ее груди чуть наклонились, с сосков срываются капельки воды. Одной рукой мисс Хилт упирается в кафель, не давая Генри сбежать.

Её взгляд изменился. Стал таким страстным и жадным, отчего Линкольн немного удивился, но вместе с тем и радовался этому. Его холодная, сдержанная начальница вдруг стала такой хищной.

— Хороший мальчик… — второй рукой Сэм поглаживает щеку Генри, сдвигая пальцы вниз и приподнимая его подбородок, — очень хороший… — дыхание обжигает его губы, но касается их язык. Саманта страстно лижет губы Генри, закрыв глаза от наслаждения. Пальцы отпускают подбородок и оказываются снизу, зажим сдавливает сосок Генри.

Генри не сопротивляется, когда Саманта начинает ненавязчиво доминировать. Внезапный зажим заставляет Линкольна издать тихий рык наслаждения. Боль… но приятная, разливается по телу. Генри улавливает новые интонации Саманты и хочет ей подыграть.

— Я не такой хороший, мисс Хилт. Иногда я представлял, как забираюсь под ваш стол и наслаждаюсь вашим вкусом и стонами прямо там, в офисе… — зашептал смущённо Генри и улыбнулся, облизнув губы, — мысленно я позволял себе слишком многое, поэтому я плохой. И заслуживаю строгого наказания.

Не спугнуть бы только такое игривое настроение Сэм. Она сейчас не просто любимая или начальник. Она… госпожа? Да, ей это звание очень бы подошло, только понравится ли ей такое обращение? Потому Генри пока что не спешил. Но, черт возьми, возбуждался всё больше.

Вид Генри с ушками и в ошейнике, его рычание от зажима на соске произвели на мисс Хилт сильное впечатление. Словно хищница, загнавшая свою вожделенную добычу в угол, Саманта облизнула губки, будто собралась съесть Генри. Пальчиком водит по его лицу, рисуя заново глаза, нос, скулы, губы, затем сдвигает руку на его шею, играясь с брелоком ошейника.

— Так ты, и правда, плохой мальчик, раз представлял себе такое. Языком и киску начальницы! Мистер Линкольн, вы заслуживаете наказания.

Саманта слегка потянула за зажим на соске Генри, но тут же наградила его поцелуем за терпение.

— А я мечтала повалить тебя на свой стол, скидывая бумаги на пол и сворачивая трубки стационарных телефонов, так, чтобы они беспомощно гудели, пока я спутываю твои руки проводами.

Румянец мисс Хилт и от жара воды в ванне и от ее откровения. Она чуть крепче сжимает шею Генри, желая ощутить контроль над его дыханием.

— Мне очень хотелось расправиться с пряжкой твоего ремня, оставляя на шее засосы и укусы, с жаром отсосать тебе и спустить на твой же живот, пачкая лицо… Хотелось видеть твой взгляд, слышать, как ты извиняешься, за то, что спермы слишком много.

Мисс Хилт касается колена Генри. Вода мягко шелестит от ее движения. Ладошка гладит бедро, но не касается паха.

— И знаешь, я даже мастурбировала раз в туалете на работе, думая о тебе. На работе, Генри! Это совершенно на меня не похоже… Только это наш секрет! — усмехнулась, снова целуя Генри в губы, но, уже сжимая шею, не давая дышать и жадно вытягивая воздух из его легких.

Она занималась БДСМ в прошлом, ради денег, но это никогда не приносило ей удовольствия. Теперь же, узнав Генри Линкольна, мисс Хилт захотела чего-то пикантного именно с ним.

Саманта прям изменилась кардинально. Её властность с рабочих моментов стала личностной. И Линкольн был крайне приятно этим удивлён. Он слушал слова Хилт, чувствуя её крепкие пальцы, что натягивали поводок и сжимали горло, из-за чего дышать становилось все труднее. Прилив жара к голове и члену был неописуемо приятен.

— Я хотела, чтобы ты шептал: «простите, мисс Хилт, мне очень жаль!»

В этот момент пару отвлекли поскребывания в дверь ванной комнаты и мяуканье. Очевидно, Маву стало скучно одному, и он намерен прервать уединение хозяйки и её гостя. Сэм улыбнулась, отпуская Генри, заглянула в его глаза.

— Прости, наверное, это слишком… хах, — неловко почесала щечку, — но ты такой милый. Ничего не могу поделать!

Жаль, что весь момент испортил Мав. Точнее, он не испортил, просто остановил. Саманта сразу же потеряла почти весь свой только проявившийся господский антураж и вновь перед ним оказалась миленькая Сэм. Только вот Генри явно после такого уже будто бы немного для себя понял…

— Поздравляю, вы открыли мой новый фетиш! — улыбнулся Генри, поправляя ошейник, — никогда не был «снизу». И черт… это оказывается интересно. Чувствовать беспомощность и при этом желать хоть немного благодати от другого… Сэм, это было шикарно!

Должно быть, в Саманте Хилт живут две полярные личности, а может просто она открывается только тем, кому доверяет? Удивительно, но в офисе мисс считали полярной: либо она ледяная, фригидная ведьма, либо наоборот, пламенный суккуб. Лишь Генри Линкольн видел, пусть и вскользь, обе эти стороны. Теперь же, сбитая с волны, Саманта улыбалась, смущённо глядя на ошарашенного Генри. А он… впечатлён?

— Правда? — теперь уже очередь мисс Хилт округлить глаза, — воу… Хах! Генри, ты нечто.

Она осторожно сняла зажим с его соска и ласково поцеловала его в качестве извинения.

Парень засмеялся и придвинулся ближе, обняв мисс Хилт и погладил по голове, будто успокаивал после произошедшего. Все очарование госпожи пропало в один миг. В его объятиях снова милая и нежная Сэмми.

— Надеюсь, я ещё увижу такую мисс Хилт, — прошептал ласково Генри, проведя языком по щечке любимой и ехидно засмеялся.

— Если будет уместно, я бы могла… — ей такое впервые слышать от парня, который нравится. Жизнь научила Сэм, что мужчинам приятны более нежные и скромные особы, но Генри, кажется, готов принимать ее такой, какая есть. И от того хочется любить его сильнее и прекратить уже тянуть резину, взять его самой, прижимая к себе за ягодицы, целуя плечи и шею… но нет, нельзя спешить. Так ведь не принято.

— И да, это нечестно, что ты удовлетворяла себя на работе! Прощу, только если в следующий раз пришлёшь фотографию!

— Ах, фото хотите, мистер Линкольн? А что, это была бы интересная практика… Пожалуй, я за! — Сэм засмеялась.

Так и оставшись в ошейнике и ушках, Генри поднялся на ноги и помог встать и выбраться из ванны Саманте. Набросив полотенце на бедра, и осторожно закутав мисс Хилт, Линкольн вынес её на руках в спальню, словно пушинку под радостное мяуканье Мава, и поставил на пол.

— Иди ко мне, Сэм. Давай полежим вместе, — попросил с милой улыбкой Линкольн, ложась на кровать и похлопав по матрасу рядом с собой.