Глава 38

Сэм вернулась в машину, откинулась на сидение, выдыхая. Вот, теперь у Генри такой выбор: молоденькая стажёрка или мисс начальница. Мужчины постарше всегда выбирают женщин помоложе. Но Генри другой. В глубине души Сэм верила ему и знала, что он искренен с ней. Что он не такой как все. Наверняка он оттолкнул Энни, а может и деликатно отстранил. Сказал, что любит другую и вот-вот вернётся. Но время шло, а Генри все не возвращался. Неужели у них там что-то серьезнее поцелуя? Сэм нервно смотрит на часы.

Генри появился на горизонте вскоре, виновато улыбаясь, хотя смотрела ли на него Сэм, он и не знал. Мисс Хилт выдохнула с облегчением. Прошло минут десять?.. Ей казалось, что целая вечность.

Линкольн аккуратно открыл дверь и уселся на сидение, смотря на девушку с улыбкой. С ней ему было не так тревожно.

Какой-то неимоверно трудный сегодня день, иначе не скажешь. Сэм не хотелось ни о чем говорить сейчас, она потянулась к ключу зажигания, чтобы увезти их отсюда поскорее. Нужно освежиться, переодеться и на вечер встречи… Хотя, логичнее было бы отменить это сомнительное мероприятие. Но Генри снова решил идти напролом, куя железо, пока оно горячо.

— Я скажу прямо, потому что я тебя уважаю и верю в твою осознанность. — Начал вкрадчиво говорить Генри, старательно подбирая слова. Признаться любимой, что даже против его воли был поцелуй не так легко, как кажется. Это сродни измене, и как к этому отнесётся Сэм, Генри не мог догадаться. Сам бы на её точно рассердился.

— Оказалось, что я нравлюсь Энни.

— Ам-м… э-эм-м… — Саманта неловко замялась, — ну, очевидно ведь, что ты ей интересен. Красивый, перспективный мужчина. Отбирая тебя в помощники, я понимала, что ты в глазах дам станешь ещё более желанным, но…

На этом откровении Генри не остановился. Сэм потерла переносицу смущённо.

— И у нас… был поцелуй. Но нет, не я инициировал его, Энни сама… Я постарался ей все объяснить, но не знаю… — Парень неловко замолчал и задумчиво смотрел перед собой, боясь взглянуть на Саманту.

— Угу, я видела. Прости, не знаю, зачем меня туда понесло…

Это личная жизнь Генри Линкольна. Он вправе сам решать, с кем, где и когда. Может, у него чувства к Энни?

— Ты меня захвалить решила? Нет, мне даже нравится, но слегка неуместно. — Засмеялся Генри, но осекся, когда услышал, что за ними наблюдали.

Некрасиво, но понятно, если быть честным. Он и сам ведь тогда с Вэйном побежал за ними и подслушивал, даже вмешался. Не ему её судить, так что Линкольн решил отнестись к этому легко и спокойно. Даже по-своему он и приятно удивлён, что Сэм тоже за него переживает.

— Я… я люблю тебя, Сэм. Правда. И я сам удивлён этой ситуацией. Мне стыдно, что я не понял всего ещё утром. И позволил случиться всему этому. — Пробормотал Линкольн и вздохнул, наконец вновь повернув голову в сторону мисс Хилт, принужденно, натянуто улыбнувшись.

Но Генри перешёл к признаниям. Саманта перевела на него взгляд, будто впервые видела.

Так он отверг стажёрку?

Не говоря ни слова, мисс Хилт подалась вперёд, целуя Генри в губы. Горячо, страстно, протискивая язычок в его рот, вжимаясь в грудь парня своей. Чтобы он не увернулся, подхватила его подбородок пальчиками и крепко сжала.

— Люблю тебя… Генри… Линкольн… ты — только мой! — шепчет в его губы, жарко выдыхая, вперемешку с поцелуями, — я ни за что тебя никому не отдам! — это говорит уже прямо, прижимаясь лбом ко лбу Генри, пока ручка протискивается под его рубашку между просветами пуговиц. Им нельзя делать это сейчас, тем более, здесь, на парковке, но мисс Хилт просто сгорает от желания стереть и отблеск памяти своего мужчины о другой женщине.

Он не успел ничего сказать, когда властно его поцеловали. Казалось бы, та же ситуация, но совсем другая. На этот поцелуй он с наслаждением ответил.

— Я тоже тебя люблю, Сэм. И никому не хочу отдавать. Так что мы оба жадные! — Улыбнулся Линкольн и вздохнул, когда горячая ладонь мисс стала поглаживать его грудь. Генри осторожно коснулся левой груди Хилт, нежно сжимая и прощупывая сосочек, желая поиграться с ним.

Она припадает на Генри сильнее, разворачиваясь корпусом, как только его ладонь касается ее груди. Саманта буквально перебирается на сидение Линкольна, садясь на его колени.

— Тебя прельщает заняться любовью в машине? Прямо тут? — удивлённо между поцелуями спросил парень, не сопротивляясь, но пытаясь хоть немного отрезвить мисс Хилт. Хотя ситуация его очень интригует, но на парковке камеры. Даже тонированные окна машины не спасут любовников.

— Мы только что страстно тут поцеловались, — ответила Сэм, водя ноготками по груди Генри, — думаешь, разница велика для тех, кто и так о нас болтает? Я не хочу отпускать тебя сейчас ни на пару минут даже. Только не сейчас.

— Давай хоть уедем куда-нибудь от офиса… Недалеко хотя бы. И я позволю тебе показать всю свою любовь, как тебе захочется. — Пообещал Генри, слегка обхватив плечи любимой и будто ласково останавливая. Он сам был красный, дышал тяжело, а брюки снизу не скрывали его возбуждения. Но взгляд был ещё не затуманен. Ещё оставались крупицы благоразумия после того разговора с Энни.

— На заднем сидении тонировка плотнее… — свободная рука Сэм ловит руку Генри и прижимает к ее промежности, два пальца мужчины касаются ширинки брюк Хилт.

— Я не против сделать это здесь и сейчас… Плевать, кто и что скажет. Если моя репутация тебя беспокоит больше собственной, то тем более. Ты — мой. Я хочу тебя. Остальное решай сам.

Она улыбается, нетерпеливо потираясь киской о ладонь Генри. Сосочки рыженькой мисс очень твердые и страшно подумать, какая она мокрая внизу сейчас, какая горячая.

— Такая страсть меня возбуждает… Сдаюсь! — Засмеялся игриво Генри, ощущая тепло мисс Хилт сквозь плотные брюки. Это, и правда, уже слишком. Они и так долго ждали, поэтому парень отступает и покорно улыбается. Он отпускает ладонь с груди Сэм лишь затем, чтобы нажать на рычажок, который опускает кресло спинкой назад, отчего теперь Линкольн почти лежит, а Хилт оседлала его сверху.

Но Сэм было совсем не до смеха. Более того, этой беспечной весёлости Генри она не понимала. Только что ее мужчину трогала другая женщина, посмела целовать. Мисс Хилт хотелось стереть из памяти Генри этот момент навсегда. Эгоистичное желание обладать любимым человеком единолично пробилось наружу и овладело Самантой.

Вот они уже откинулись на спинке пассажирского кресла. Саманта сверху, Генри под ней. Его рука ласкает ее промежность, мисс закатывает глаза и тихонько стонет.

— Да…да…но… внутрь…трогай меня ещё!

Пальцы прижимаются к лону, массируя и лаская его сквозь ткань, надавливая сильнее обычного. Впрочем, такая игра ему быстро надоедает: ладонь без особых проблем расстегивает штаны любимой, скользит прямо под нижнее белье, раздвигая влажные половые губки.

Пока Генри пробирается в ширинку ее брюк, Сэм расправляется с пуговками его рубашки, получая простор действий для ласки крепкой груди.

— А-а-ах-х-ха-а… м-м-мф-ф… — пальцы, стеснённых тканью белья и брюк, все же погружаются в узкое лоно Саманты. Приятная судорога сотрясает ее тело. Она сама подаётся вниз, насаживаясь на пальцы Генри, выдыхая. Как же хорошо…

Генри тянется вверх, жадно впиваясь в шею любимой, терзая бедную кожу губами и зубами, целуя её.

— Ты моё все, Саманта. И я желаю быть с тобой, в тебе, рядом и далеко. Всегда быть с тобой… — прошептал на ушко любимой Генри, бесцеремонно расстегивая верх женской одежды, являя своему взору прелестную грудь в шикарном белье. Он тут же припадает к ней ртом, оттягивая зубами чашечки вниз, жадно кусая и засасывая сосочки, продолжая рукой ласкать её снизу, проникая внутрь двумя пальцами сразу, медленно водя ими вперёд и назад.

Все, он сдался. Он слишком возбужден и слишком желает её, что ему плевать на все. Сейчас его заботит лишь наслаждение любимой. Услышать её стоны, мольбы или приказы. Неважно, как это будет сегодня. Он любит обе роли, хотя явно сегодня старается доминировать над ней, несмотря на то, что находится снизу.

Её пальчики скользят вниз по животу парня, скрипит пряжка ремня, трещит молния. Слова Линкольна заставляют сердце Сэм сжиматься, а ее киску сжимать его пальцы. Это лучший детектор ее ощущений.

— И я хочу быть с тобой, Генри. Ты — мой.

Она не против быть раздетой в своей машине, и пока Генри кусает ее, лижет и ласкает шикарную грудь в оправе кружевного черного лифчика, мисс уже опускает его брюки к бедрам, позволяя массивному члену лечь на живот Генри. Запах мужского секрета щекочет носик. Как же хочется ощутить его вкус, но сейчас желание ощутить больше куда сильнее. Поэтому Сэм отстраняется, чтобы перевернуться и лечь на Генри спиной. Свои брюки она спускает до колена вместе с трусиками и разводит ножки как можно шире в такой позе и тесноте.

— Пожалуйста, скорее. Не заставляй меня ждать!

Ее узкая спина на его груди, голова на плече затылком, но стоит Сэм чуть повернуться, как они смогут даже поцеловаться. И остренькие сосочки ее грудей торчат призывно вверх, голые ягодицы чуть приподнимаются, давая простор для маневра.

— Войди в меня!

Генри стонал от удовольствия. Его женщина буквально вся растекается в его руках, так что страсть поглотила его целиком. Он с трудом слышит её просьбы, скорее просто по ощущениям её прелестного тела понимает, чего она хочет. Её ласковые пальцы избавляют Генри от одежды. Член призывно дрожит и жаждет вновь заполучить свое.

Они оба не хотят долгих прелюдий. Саманта ложится на него, позволяя её поцеловать. Крепкие мужские руки охватывают упругие ягодицы, разводя их чуть в сторону. Наощупь очень сложно вот так… но Генри старается, медленно проникая членом во влажное лоно, раздвигая его и заполняя. Тело любимой вздрагивает от наслаждения, да и сам Линкольн стонет от удовольствия без стеснений, ловя губы Хилт в нежном поцелуе.

Она подмахивает бедрами и томно выдыхает, чувствуя, как упругий член погружается в нее снова.

— Боже… а-ах-х, да-а…

— Я смогу тебя сегодня тоже заполнить? Или быть аккуратнее? — Ласково спросил Генри, обнимая крепче любимую, помогая той двигаться вместе с его бёдрами. Прелестная поза. Тела скованны размерами машины и одеждой, они могут двигаться лишь медленно и аккуратно, потому одна ладонь скользит по низу животика Сэм, нащупывая клитор и нежно водя вокруг него пальцем, чтобы лучше стимулировать.

Судорожные, короткие вздохи тонут в поцелуе. В машине душно и тесно, а ещё темно. Сэм крепко сжимает Генри внутри, от скованности движений с ума сойти можно. Низ ее животика сводит, а ноги наливаются свинцом. Хочется ещё глубже, ещё резче, но получается мучительно сладко и осторожно. Их тела, пошло чавкая, сталкиваются, как волны. Оба двигаются. Сэм — упираясь руками в дверцу и в сидение, Генри ногами в пол, подталкивает мисс тазом, приближая к наслаждению. Его дыхание щекочет ушко, горячий язык вынуждает шею покрываться мурашками.

— Заполни. Не сдерживайся! Я хочу тебя до капли! — хрипло шепчет мисс, закрывая глаза. Пальцы касаются клитора, и от неожиданности Сэм ловит руку Генри, вздрагивая. Она сейчас там слишком чувствительная.

Влажные хлюпающие звуки раздаются внутри машины. Генри двигается все быстрее, но в такой позе многого не сделаешь. Поэтому и приходится дополнять все стимуляцией снаружи. Но ему это даже нравится. Необычно.

— Это просто невероятно… так хорошо… Генри… я люблю тебя… твой член самый лучший!

— Впервые я такое слышу… — прошептал удивлённо Генри, хрипло посмеявшись и после этого нежно целуя любимую в губы. Её слова о его достоинстве тронули Генри.

Для него, с «проблемами» в размерах, услышать такую простую похвалу было очень приятно. Поэтому он сразу же старается двигаться быстрее, водя при этом пальцем по клитору, но аккуратно, ощущая, как любимой тяжело даются такие ласки. Они слишком возбуждены, и любое новое действие вызывает болезненные чувства. И вместе с тем, это им и нравится.

Она знает, что Генри важно знать, что она думает о его размере. Да и у нее нет повода об этом молчать. Кроме того, тело куда красноречивее слов. Мисс подаётся навстречу, а не пытается сдаться, замереть, лишь бы сковать движения Генри. Ей не больно, а совсем наоборот.

— Я обожаю секс с тобой… он такой страстный… настоящий… хочется тебя трахать и при этом быть нежным… — шептал, вздыхая, Генри. Вдруг, остановившись, он прервал их прелестное единение и ласково погладил Сэм по щечке, успокаивая.

— Хочу тебя сзади… ты ведь тоже это любишь.

Его руки крепко обхватывают мисс, член покидает лоно. Конечно, Сэм удивлена, но когда Генри озвучивает задумку, от нетерпения кусает губы. Генри улыбнулся и оттолкнулся ногами, обхватывая любимую за талию, таким образом, вскоре оказавшись на заднем сидении. Его властные руки заставляют любимую встать на четвереньки, так ещё и сильно прогнуться в спине, буквально утыкаясь лицом в обивку заднего сидения, тем самым позволяя узреть во всей красе прелестную попку и промежность, что была влажной и розовой. Такой вид очень ему нравится, он встает на колени позади и нежно поглаживает ягодицы.

Она принимает желанную мужчиной позу, задирая попку вверх. Стройные ножки, согнуты в коленках, спущенные наполовину строгие брюки и сбившиеся в ком трусики, блестящие в полумраке от смазки. Блузка и жилет задраны на пояснице, от чего виден изгиб узкой спины. Эта поза для Сэм любимая, она хочет продолжения их близости, но Генри медлит. Любуется? Там, конечно, есть на что посмотреть! Пышные ягодицы, сочная киска и узкая звёздочка ануса, но мисс Хилт хочет большего, чем томные взгляды.

— Ген…а-а-ах-х-х!

Ладонь Линкольна вдруг шлепает её по попке, заставляя дёрнуться, но вторая ладонь на пояснице удерживает Сэм на месте. Ещё шлепок. И ещё.

Звонкий шлепок растекается по ягодице теплом, переходящим в бедро. Вздрогнула, Сэм вжимается обнаженной грудью в кожаное сидение. В сознании все путается, а уже второй шлепок обжигает вторую ягодицу. Колебание проходит по телу.

«Что⁈ Что это…? Почему мне так…?»

Не больно, но так жарко и томительно. Анус мисс Хилт сжимается крепче, киска выталкивает смазку тонкой ниточкой до самых трусиков. Неужели она от этого течет сильнее? Даже если соврет на вопрос Генри, ее тело уже честно отвечает.

Пикантный момент. Она не видит, как он смотрит на неё с вожделением. Как он рассматривает её кожу, что краснеет по форме его ладони. Член прижимается к лону и входит глубже и глубже, а ладони властно сжимают ягодицы, притягивая тело любимой ближе.

Член входит рывком. Саманта рычит, скребя пальцами по обивке сидения. Тускло блестит камушек в колечке на ее безымянном пальчике. А если пофантазировать о медовом месяце?..

Он двигается почти сразу, наращивая темп стремительно. С трудом сдерживается, чтобы не попытаться войти ещё, чувствуя, что внутренности тела любимой уже и так на пределе своих возможностей. Бедная шейка матки с каждым толчком ощущает горячую влажную головку члена, что дергается и явно желает вскоре спустить внутрь много горячей спермы, что скопилась в теле юноши за пару дней.

— Тебе нравится, когда я такой? Или ты больше любишь меня маленьким щеночком? — спросил тихо Генри, запуская ладонь в волосы любимой, и потянул на себя, заставляя Саманту отлипнуть лицом от сидения и хоть что-нибудь сказать вслух.

— Я люблю… те… бя… м-м-мф-ф… еще! Ещё… гос… боже…

Она что — то несвязно бубнит в обивку сидения, пока Генри не тянет ее за растрёпанные волосы вверх, давая вздохнуть. Пару мгновений Сэм просто судорожно и часто дышит. Она чувствует, что Генри не входит полностью, что его бедро толкает ее правую ягодицу, что яички не шлепают киску, но ведь в этой позе она чуть глубже.

— Мне нравится! Никто раньше меня не шлёпал… а-ах-х… Генри! — она поддалась. Кто бы мог подумать⁈ Увидел бы кто грозную Саманту Хилт, дающую в позе собачки стажёру на заднем сидении машины, стонущей от наслаждения, высунувшей язычок. Она просто тает сейчас, шепча несвязный бред, из которого Генри понятно лишь немногое. Но в такие моменты понимать женщину необязательно.

Он хочет её заполнить до отказа. Хочет проникнуть ещё дальше, пусть даже это будет для них обоих чуть и больно. Но вот толчки стали сопровождаться ударами паха об раскрасневшиеся влажные ягодицы любимой. Крепкие ладони мужчины упираются в поясницу Саманты, он буквально вдалбливает её в сидение, ускоряясь до предела. Их тела уже не могут контролировать себя, жадно спазмируя и преодолевая сопротивление друг друга.

Минуты даже и не смогло пройти, как Генри громко застонал. Горячая сперма врывалась внутрь бедного тельца Хилт, проникая в матку и заполняя её до предела. Только вот организм Линкольна считал иначе: он вытащил член, который щедро все ещё эякулировал, покрывая бедра и задницу девушки липкой спермой, как хлыст ударяясь о сочное тело, оставляя после себя жар.

— Не могу больше… Я… сейчас… хах!

От жара, что порождают разгоряченные тела, окна машины потеют. Саманта сладостно стонет, до хрипоты. До изнеможения сжимает судорожно Генри внутри, кончая от того, как резко и быстро он толкается в ее нутро. Нервные окончания как оголённые провода, искрят, эрогенные точки разогреты трением до предела. Мисс Хилт уже не ощущает, как в нее и на нее изливается Генри. Все словно в тумане и дышать совершенно нечем.

Вот это да! Такое у нее точно впервые. Обнаружив себя прилипшей спинкой к груди Генри, Саманта выдыхает.

Генри от внезапной усталости и расслабления откинулся назад и со смачным звуком ударился головой. Хилт слышать, как он ругается сам на себя и шипит.

— Ударился? — был звук удара, точно. Мисс с трудом поднимает голову, но в полумраке ничего не видит.

— Да, немного. Уже прошло, все нормально. — Генри демонстративно потёр затылок. Ну, приврал, слегка ещё ныло, но все вполне терпимо. Да и от ощущений его отвлекает прелестная картина уставшей после бурной страсти начальницы. Генри обхватывает любимую за талию, помогая улечься спиной на него. Ласково гладит её грудь, животик, а губы утыкаются в ушко.

— Второй заход? — он хрипло смеётся. Впрочем, его член все ещё призывно торчит между ножек Саманты, явно не желая опускаться даже после такого бурного оргазма.

— Аха! Какой второй⁈ Пощады! — она смеётся тихо в ответ, обнимая руки Генри. В его объятиях так спокойно. После горячей страсти томная нежность. И неужели они сделали это прямо на парковке?

— Я тебя люблю, Саманта Хилт. Всегда буду любить… — прошептал нежно Генри, взяв ладошку, любуясь небольшим колечком на её пальце.

Пусть кольцо лишь для обмана надето сегодня. Но Генри нравилось думать, что это все могло бы быть между ними по-настоящему. Что его Сэм была действительно его. Вся. Без остатка. Ведь именно он сам готов отдать всего себя ей прямо сейчас, если такое желание возникнет у любимой.

— Я думаю, это взаимно… — он рассматривает ее ручку, она улыбается, понимая это. Все кажется нереальным и, в то же время, словно они только что взломали матрицу.

— Помнишь, когда-то мы стеснялись друг другу говорить правду в игре на пикнике, а сегодня уже до одури любим друг друга прямо на парковке компании, в которой работаем. Кажется, это было так давно, а на деле всего-то прошло… — задумчиво тихо говорит Генри, отпуская ладонь любимой, и вновь гладит её по животику. — Интересно, а через пару лет тогда, что будем делать?

Он вновь улыбнулся и захихикал, ласково взяв девушку за подбородок и целуя в губы чувственным поцелуем.

— Помню, конечно. И правда, совсем недавно это было, а уже не могу представить вечер без тебя. Я попала, — смеется, сжимая крепче пальчиками руку Линкольна, — через пару лет?.. Интересный вопрос. Думаю, у тебя ещё будет стоять! — смеётся, — так что потрахаемся так ещё разочек.

Все она поняла. Просто решила избежать сейчас разговора на столь серьезные темы. Планы на будущее, да?.. Как знать.

— Рад, что ты хотя бы думаешь о сексе со мной через пару лет. — Засмеялся Генри, прижимая любимую к себе крепче. Да, после их страсти всегда тянет понежиться, поласкаться. Наверное, это и есть любовь?

— Не думать о сексе с тобой очень трудно!

Сэм смеялась тихо вместе с ним, играясь пальцами его руки. Конечно, это шутка такая. Кто знает, где эти двое окажутся через неделю, месяц. Что там с этим переводом… Саманту пугали эти мысли. Генри, должно быть, понимал.

Конечно, загадывать будущее пока очень и очень сложно. Они вдвоём даже серьёзной ссоры ещё не переживали. Пока ухитрялись как — то справляться без криков и взаимных обид. Но Генри прекрасно знал, что так не бывает. Если ссор нет — это тревожный знак.

— Так мы игнорируем встречу выпускников?

— Решать тебе, Сэм. Я бы поехал все же на пол часика, чтобы твои старички ощутили аромат секса и попускали слюни. Успешная красивая женщина, ухитряющаяся быть и деловой и страстной. Но если ты устала, то поехали домой. Поверь, с радостью принял бы ванну и отдохнул. — Протянул лукаво Линкольн, вздохнув. Если без шуток обойтись, то, конечно, он бы с удовольствием лучше отдохнул. Понедельник выжал очень много сил из них двоих.

Но пока… Он обнимал Сэм и не хотел отпускать. Ещё минутку. Потом уже стоит попытаться привести себя в порядок, что будет практически невозможно. Растрепанные волосы, оба потные и слишком уж не скрывают огоньки в своих глазах. Тут не надо быть гением, чтобы не увидеть в парочке удовлетворенных любовников.