Глава 40

Наступило утро: мирное, тихое и нежное. Саманта проснулась первой и решила побаловаться, чтобы день начался бодро. Тихонько пробравшись под одеяло, стянула бельё с Линкольна на бедра и нежно взяла в ротик его ещё мягкий и небольшой член. Вошёл полностью! Постепенно она начала посасывать его, заставляя кровь приливать интенсивнее.

Генри собирался проснуться пораньше и порадовать любимую завтраком, но если честно, немного поленился. И потому не стал вставать, а медленно вновь проваливался в сон. Причём удивительно, но ему сразу стало сниться нечто очень приятное.

В этом сне он и Сэм вдвоём. Лежат, обнимаются. Вообще подобные сны уже давно не снятся Генри из-за того, что близости с мисс Хилт много и в реальности. Но вот сегодняшнее утро такое… Мисс улыбается, плавно спускается ниже. Даже во сне он ощущает болезненный приятный спазм внизу живота.

Саманта слышит, что Генри задышал чаще, а его ноги слегка раздвинулись, позволяя ей «шалить» дальше. Даже подсознательно он не против такого внимания.

Член в ротике мисс медленно встаёт, наливается, крепнет. Так что вскоре Линкольн уже полностью проснулся хотя бы нижней частью тела, а разумом только-только.

Глаза чуть приоткрылись, открывшаяся картина казалась продолжением сна. Линкольн улыбнулся, поглаживая Саманту по голове.

Они встретились взглядами. Сэм не отстранилась, не смутилась, но в ее глазах проскочили озорные искорки. Видно, ей нравится то, что она делает, поэтому с наслаждением ротик мисс Хилт стал скользить по влажному, окрепшему стволу Генри, уже не в силах охватывать его полностью.

— Уф, мисс Хилт… Ты так классно это делаешь… — сонно пробормотал парень, вновь прикрывая глаза. Все ещё думает, что спит. Повезло Хилт: будь он уже проснувшимся, может и удивился и стал бы смущаться сначала. А тут просто отдаётся наслаждению.

Генри стал громче стонать, ощущая влажный ротик любимой. Она пыталась брать его больше и больше, но при его размерах все же настигал предел. Впрочем, он никогда об этом не переживал, ведь вся суть минета в головке члена, а она так и оставалась в ротике, ласкаемый горячим влажным языком.

Саманта вытягивает ещё свою соблазнительную шею, выдыхает, закрывая глаза, помогает себе ручкой, сжимая член Генри крепче, массируя его, а после, выпуская изо рта, задирает свою майку…

Полные, сочные груди мисс Хилт сдавливают член у основания, пока ротик накрывает головку и ствол почти до середины. Пошлые ласки и такая распутная картина с утра. Ее нежные округлости потирают яички, а горячие губки втягивают головку. Мисс Хилт смущена сейчас? Да, пожалуй, но ей нравится делать такое с Генри.

Окончательно его разбудило то, что мягкие, теплые округлости Саманты обхватили его член, сжимая и создавая ощущение, что он внутри неё. Язык ласкает головку, ноги сами подгибаются от наслаждения.

— Эй… это нечестно… быть такой ошеломительной прямо с утра. — Застонал Линкольн, улыбнувшись и открыв глаза. Ему нравилось то, что он видел. Прелестное ощущение, прекрасная женщина. И дикое желание остановить эту пытку, подмять шикарное тело Сэм под себя. Но не хотелось разрушать инициативу любимой своим эгоизмом. Тем более что ему очень даже нравится такое.

— Быстрее… ускорься… не бойся. — Прошептал сдавленно Генри, откидывая голову назад на подушку. Было слишком хорошо. Расслабленное после сна тело отзывалось на ласку очень ярко. Член пульсировал в такт сердцебиению, подрагивал, приводя мисс Хилт в восторг.

Она убрала ручку и теперь сжимала Генри с двух сторон только своими сочными дыньками. Горячий ротик ласкал крепкий член, проворный язычок ухитрялся обводить головку прежде чем она скользила глубже, достигая малого язычка. Саманта делает это без рук, сладко сосет Генри с самого утра, да ещё и так пошло… Но сейчас ускоряется, губы напрягает, Линкольну придется сейчас ещё слаще, чем было. Очевидно, мисс намерена позавтракать его молочком.

Генри стонет все громче и громче от удовольствия. Уже ничего не стесняет их обоих, поэтому парень отдается наслаждению полностью, стараясь не помешать как-либо.

Влажные звуки становятся громче. Сэм часто дышит, уже не поднимая глаз на Генри. Ей нравится чувствовать его дрожь в поджатых ногах, и от этого ей самой хочется стонать. Ещё и ещё… сильнее, чаще, глубже.

Округлые груди сжимают член сильно и приятно, а горячий язык ласкает все быстрее и быстрее. Ощущение непередаваемое. Поэтому справиться с подступающим оргазмом у него нет возможностей. Он сжимает мышцы пресса, невольно проталкивая член глубже в рот любимой и обильно кончает. Все равно выходит много, хотя они занимаются любовью часто, порой и пару раз в день. Сколько же сил в этом молодом теле? Мисс Хилт замирает, пока Генри, постанывая, изливается. Она облизывается, как довольная кошка.

— Доброе утро, мистер Линкольн! — Саманта лениво приподнимается, — хорошо ли вам спалось?

— Доброго утра, мисс Хилт. Очень хорошо спалось. А если будильник и впредь будет таким, я буду с улыбкой просыпаться на работу даже если умру накануне. — Генри присел и первым делом притянул Хилт к себе, жадно целуя, этот страстный ротик, не смущаясь вкуса спермы.

— Теперь я чувствую за собой должок. Так что запишите на мой счёт, расплачусь при первой же возможности. — Засмеялся Линкольн, потягиваясь и вставая с кровати. Как бы ему хотелось вместо работы сейчас затащить любимую в кровать, вжать тело в матрас и любить страстно и громко. Довести до настоящего наслаждения, перед которым померкнет все то, что было между ними.

Но, увы, им, правда, надо собираться на работу. Он тяжело вздохнул, хотя глаза его горели озорными огоньками. Похоже, он явно придумывает, что бы такое сделать теперь в ответ, чтобы мисс Хилт была на седьмом небе.

Саманта с улыбкой ответила на поцелуй Генри, обнимая его за шею, прижимаясь к его груди своими грудями.

— Я не против будить тебя так каждый день, милый, но за тобой и правда должок. Я теперь весь день буду хотеть тебя. А ещё блинчики с сиропом. Ты готовишь их как бог.

— Блинчики будут, хорошо. — Улыбнулся Генри. Благо время, несмотря на все шалости, позволяло их сделать.

Генри встал, потягиваясь, являя свое восхитительное тело, на которое Саманта обожает смотреть. Да, день предстоит долгий, но блинчики в качестве первого взноса — отлично подойдут.

— Сегодня на работу на байке. А после нужно не забыть забрать мою машину с парковки у твоего дома.

Сэм встала с постели, сбрасывая майку и шорты, полностью голая она собралась в душ.

— Так странно все это проделывать. Мы все ещё живём на две квартиры. Хорошо бы оба транспорта ставить в этом дворе. Места тут хватает.

— Да, ты права. С учётом, что нам всю неделю часто ездить, то поставлю здесь его. — Кивнул Линкольн.

Началась повседневная рутина. Блинчики, завтрак, разговоры о земном. О работе. Саманта вышла из душа, привела себя в порядок, как обычно. Строгий костюм синего цвета, черная блузка. Будто ее гардероб весь состоит из только лишь строгой одежды на каждый день месяца. И более ничего нет, так думали коллеги.

— Блинчики… Боже! Не оргазм от твоего члена, конечно, — смеется Сэм, — но они тоже просто великолепны.

Сэм погладила Генри по бедру с улыбкой. Саманта и видела, что парень смотрит на неё плотоядно. Он жаждет её. Потому что с самого утра делать такое было явно триггером для молодого организма. Он не освободился от напряжения, а лишь только больше желает её теперь. Но… это даже интересно.

Они сели за стол и принялись за еду. Генри пил чай, Сэм ароматный кофе.

— У меня есть предложение. Подумала ещё вчера вечером, и вот, решила предложить. Что думаешь насчёт поездки на выходные? Снимем загородный домик у озера. Покатаемся на лодке, посидим у костра, пожарим зефирки?

Предложение было интересным. Выходные за городом. Спокойствие и тишина. И они вдвоём. Вокруг есть немало таких небольших загородных домиков, специально для уставших от городской суеты.

— О, я увижу тебя в купальнике? Дни еще достаточно теплые, чтобы загорать. Если так, то я только за! — Засмеялся Генри, подмигивая начальнице. Конечно, дело не только в этом, но чуть подразнить её хочется.

— Да! Купальник… Закажу на «Ибэй». Красный, чтобы издалека было видно, вдруг начну тонуть! Плаваю я хреново.

— Я согласен, вечером посмотрим варианты и забронируем. Я давненько не выбирался из города. — С улыбкой проговорил Генри.

— Хорошо, да? — она рада, по-настоящему, что Генри поддержал идею. Побыть вместе вдали от суеты и шума, наедине.

— Мы ничего с собой не возьмём, кроме телефонов. Никакой работы, плевать, что сейчас разгар. Этим всем займутся продажники. Со следующей недели их черед перенимать эстафету. Кол центры, продвижение и прочий маркетинг.

Сэм уже предвкушает, кусая нижнюю губу.

Завтрак пролетел, как и сборы на работу. Сегодня они приедут вместе на его байке, и это уже будет открытым заявлением. Но… видимо, их обоих уже перестаёт волновать, что скажут на работе. Тем более, после вчерашних шалостей на парковке. Уж наверняка кто-то из охраны еще вчера это заметил. Огласка — вопрос времени.

К тому же, ситуация с Энни объяснила Генри, что и так все уже знают. Просто открыто не говорят и ничего не спрашивают, потому что не хотят лишать себя интересной темы за обедом.

До офиса они домчались быстро, минуя пробки. Поэтому оказались на месте даже рановато. Но это было и хорошо, их видел вместе лишь охранник.

Проехаться на байке с ветерком самое то с утра. Саманте, в самом деле, уже почти все равно, видят ли их с Генри вместе. Как раз случаю с Энни стоит сказать «спасибо». Мисс поняла, что у нее есть конкурентки и довольно близко. А после вечера выпускников… Идея быть с Генри настойчиво засела в ее голове. Нелепо отталкивать его и пытаться что-то строить в присутствии других. Этот парень решителен и крепче, чем она думала. Так может, стоит позволить событиям просто развиваться самим по себе?

— А куда едем сегодня, кстати? По планам есть несколько площадок, ещё просили на пару складов заскочить и оценить первые партии прибывших продуктов. — Спросил с интересом Линкольн, когда парочка зашла в кабинет. И вот, милая Сэмми исчезает, теперь перед ним вновь строгая мисс Хилт.

Да, их ждут поездки. Но сначала работа в офисе. Проект достиг зенита, так что их внезапные планы на выходные ещё могут рухнуть.

Но Линкольн старался не думать об этом. И в моменты задумывался о поездке. Хотелось да, чего-то такого. Лучше к озеру с лесом. Тишина и красота. И они вдвоём. Будут гулять, отдыхать. И костёр да. Прям как в детстве… только теперь не отец следит за тобой и передает жареные зефирки, а уже ты о ком-то заботишься.

— Едем в Атриум. Посмотрим место для съемок, его арендовали в пятницу. Нужно будет дождаться декораторов, принять их работу, потом в студию на пятой авеню, узнать о начале рабочего дня актеров. Заодно возьмём документы для бухгалтерии и назад. Вроде не сложно, но все дела практически зависят не от нас с тобой, а от третьих лиц. Это удручает, освободиться можем поздно.

— Придётся покататься. Благо я более-менее дорогу туда знаю. Так что прорвёмся. — Улыбнулся Генри, обнимая девушку сзади. Пока она ещё его девушка, потому последний момент он себе оставил.

— Надеюсь, все домики у озёр и красные купальники не успеют разобрать до вечера, хах!

— Красный тебе пойдёт… Это меня будет дразнить на озере, как быка… — шепнул ласково Генри, нежно укусив Сэм за ушко, и тут же её отпустил с ехидной улыбкой, садясь за свой стол.

Саманта вздрогнула от укуса в руках Генри, вытекла из его рук, словно мороженое и сердито глянула на парня. Правда этот взгляд был наигранно суровым, не всерьёз.

— Полегче, мистер Линкольн…

Сэм отошла к столу, включая ноутбук. Да… эта поездка, должно быть, что-то вроде спасательного маяка. Так будет надежда на что — то светлое в конце этого адского туннеля.

Люди вокруг пары Генри и Саманты вели себя как ни в чем ни бывало. По крайней мере, в глаза никто и ничего не говорил. Должно быть, и Энни молчала. Дулась, конечно, но помалкивала.

Мисс Хилт же о таких мелочах, как пересуды на работе, привыкла не думать вовсе. Она лишь перед ланчем продохнула. А после лапши с курицей и вовсе расслабилась.

Так что мечтательное лицо было у Генри весь день. Но время для поездок настало. Благо к его мотоциклу всегда закреплено пару кофров, куда и были уложены документы.

Уже идя к парковке, Линкольн приметил взгляды других работников. Даже пересекся на мгновенье с Энни, которая демонстративно отвернулась. Похоже, это и правда уже для всех понятно.

Почему же отдел кадров не стучит в кабинет Сэм? Не сказать, что в офисе жёсткие законы о рабочих романах, но… уж какую-то профилактическую беседу могли провести. Это даже напрягало.

Может, зря Генри переживает обо всем этом? Может, если отпустить ситуацию, слухи закончатся быстрее? Когда сам перестаешь обращать внимание на какую-то мелочь, она перестанет быть интересной другим.

— Ну, что, Генри, — вне офиса не было необходимости говорить официально, — сначала в студию. Посмотрим место для съемок…

Сэм села сама позади Линкольна, уже так привычно, наконец-то обняла его, получая истинное наслаждение и от близости и от поездки.

Но поездка на байке — единственное приятное событие за весь остаток дня. Правда, Генри бы добавил к этому списку из одного пункта еще один — объятия Сэм.

Остальное — откровенная рутина. То тут что-то забыли, то здесь опоздал кто-то, из-за чего уже им двоим пришлось в следующее место гнать без остановки. И то и это… Все было настолько в этом плане ужасно, что на выходе Генри откровенно матерился и пинал камни под ногами. Не будь они на байке, ничего бы за весь день не добились. Изнанка работы с людьми, она такая.

Парочка освободилась даже позже обычного. Уже было темно, когда Сэм вышла из павильона на воздух, с кипой смет.

— Ну и денек… Мне нужна ванна, пицца и бокал вина! — Устало потирает шею, — а как вы, мистер Линкольн?

— Если так будут трахать каждый день, то я лучше стану асексуалом. — Пробурчал устало парень, садясь на мотоцикл, и, все же, улыбнулся Хилт. — Бурбон хочу. У твоего дома есть алкогольный магазин, сейчас купим напитков, закажем пиццу и отдохнём немного.

Саманта обожала, когда ее парень вел себя так в критические моменты. Генри снова позволял мисс Хилт становиться маленькой девочкой, о которой позаботятся. Она обняла Линкольна крепче, стискивая обеими руками, улыбаясь, закрыла глаза. Его тепло ощущалось сильнее, чем встречные порывы ветра, а стук сердца, казалось, не перекрывал даже рев мотора. Впервые Саманта увлеклась кем-то так сильно. Все прочие романы и интрижки вдруг стали сущей ерундой на фоне этого сильного чувства к Генри. Потерять его — очень страшно.

Домой они ехали медленно, чтобы все же не свалиться от усталости под колеса какого-нибудь грузовика. И как обещал Линкольн, у дома он зашёл в алкомаркет.

Она проводила спину Линкольна до алкомаркета, ожидая его на парковке, прислонившись к байку. Сегодня он выбирает алкоголь. Пусть это будет бурбон или что-то ещё. Ей любопытно знать его вкусы.

— Скорей бы домой. Состояние такое, что хочется напиться и забыться часов на семь хотя бы, чтобы полегчало от всего происходящего, — бормотал Генри, заказывая пиццу через приложение, — так какую пиццу?

— Пиццу с ананасами? — смеётся Сэм, беря Линкольна за свободную от пакета руку, — если что, я всеядна. Мне и «Пепперони» на ура зайдет и «Маргарита» и «Четыре сыра».