Глава 47

Генри улыбнулся, когда увидел Сэм. Он уже не лежал с болезненным видом в кровати, спрятавшись за одеялом, а сидел на краю и болтал ногами, явно откуда-то только вернувшись. Капельниц вокруг не было, похоже, он уже не нуждается в особом уходе и пристальном внимании. Кризис медленно проходил, хотя за эти дни Генри слегка осунулся и стал будто бледнее. Видимо все же плохо ест ещё.

— Как мило, цветы. Я тебе ни разу не дарил, а мне вот сколько. — Засмеялся Генри, аккуратно поднимаясь и забирая у Саманты букет, ласково проведя по её ручкам своими.

— Цветы обычно дарят к случаю, — Саманта пожала плечами, отдавая букет Генри, — тебе просто пока не представился случай. Я специально взяла полевые цветы, чтобы запах тебя радовал и перебивал больничный.

Кажется, Сэм не считала дарение букетов чисто мужской прерогативой, от того и не смущалась. И даже рада была, что Генри не вспомнил про Вэйна с его розовыми пионами.

— Ты прекрасная женщина, это уже хороший случай. — Засмеялся Генри, но цветы все же оценил. Она окружала его лаской и заботой. Но дело не только в их чувствах.

Понятно, что некоторую вину Саманта ощущает за собой. И Генри должен её от этого избавить. Никто не виноват в случившемся, кроме него самого. Надо было ехать медленнее и аккуратнее, вот и все.

— Благодарю на добром слове! — Сэм всегда было приятно слышать комплементы от Генри. Этот раз не был исключением, вот только, после ссоры все воспринимается по-новому.

— Спасибо, красивые. Я поставлю их в вазу.

Потом они сели вместе на кровать. Генри сразу же приобнял мисс Хилт и притянул к себе, вдыхая аромат её духов и урча, как кот от удовольствия. Сэм обняла Генри, положила голову на его плечо, пока парень вдыхал ее запах.

— Соскучился ужасно… Мне не хватает твоего строгого взгляда и игривой улыбки. — Честно проговорил Линкольн и улыбнулся. — Док говорит, что все неплохо. Конечно, второе сотрясение в жизни получить не очень полезно для организма. Поэтому мне рекомендовано больше не кататься на мотоцикле и вообще поберечь себя.

— Ты уже попадал в аварии раньше? Или как ты получил травму? — она подняла взгляд, вопросительно глянув на Генри.

— Не, в армии. Взрыв, удар, контузия и сотрясение. Потому я уже знаю, как проходит моё восстановление. Поверь, в тот раз обо мне так не заботились. — На лице Генри появилась тень, глаза стали мрачными, но он постарался поскорее убрать эти воспоминания из головы и натянуто улыбнулся.

— В армии, значит… кхм.

Она догадалась, что, возможно, случай в армии может быть связан с гибелью Мэтью. Не хотелось ворошить прошлое и бередить раны Генри так или иначе. Вот бы сегодняшняя их встреча была безоблачной и приятной. К тому же Линкольн идёт на поправку.

— Но гроб покупать еще рано. Так что, день-два — и можно домой. Домой же? К нам?

Генри смущённо спрятал взгляд. Кто знает, что и как у них на самом деле теперь. Вроде уже решили, что останутся вместе, Саманта его навещает и все же, лёгкие сомнения у Генри оставались. Не будь он таким мальчишкой, все было бы нормально.

Впрочем, их размолвка должна укрепить отношения, если они настоящие. Не случись всего этого, они так и встречались бы с розовыми очками. Теперь реальность напомнила им, что отношения — такая же работа. Что нужно действовать сообща.

— Господи боже! Ну, конечно, какой гроб! Стукнула бы тебя, но битого не бьют… Скоро домой. А куда же ещё? Ты поправишься. Если Мав не увидит тебя вскоре, у него появится слишком много вопросов! — засмеялась, отстраняясь, — так может, когда тебя выпишут, поедем в домик у озера? Я вчера посидели, повыбирала…

Кажется, не только Линкольн предавался мечтам, любуясь недвижимостью в Италии, мисс Хилт присматривала коттедж на уик-энд.

— Может, тебе было бы полезно побыть на свежем воздухе, в тишине, подальше от суеты? Покатаемся на лодке…

Она взяла Генри за руку.

— Я буду о тебе заботиться.

— Почему бы и нет. Озеро, воздух, удобные постели. Там есть веранда с креслом-качалкой? Я обязательно должен по-стариковски там посидеть и побубнить себе под нос, как все плохо. — Засмеялся Линкольн, сжимая ладошку любимой и заглядывая ей в глаза. Боже, какая же она чудесная.

— Да, веранда есть. Можем прихватить с собой банджо и побрякать на нем. И губную гармошку! Хах. А, ну, если побубнить… тогда возьмём еще и лакрицу с плевательницей!

— Ненавижу лакрицу. Идеально. — Засмеялся Генри, наслаждаясь таким незатейливым общением с Сэм.

Все же между ними возникла некоторая дистанция. Наверное, со временем это пройдёт. Когда они вновь смогут общаться в более непринужденной обстановке. Но произойдет это не раньше, чем Генри выпишут. Сейчас же Линкольн своеобразная жертва обстоятельств, это сказывается и на Хилт.

Он подаётся вперёд и легко целует её приоткрытые губы ненавязчивым поцелуем. От него пахнет лекарствами, совсем иной запах, чем был раньше. Но и Хилт пахнет сегодня иначе. К аромату её духов привязался ещё слегка щекочущий ноздри запах пыльцы полевых растений.

Поцелуй с привкусом больницы был и приятным и грустным. Саманта огладила плечи Линкольна, улыбнулась, ничего не комментируя. Он для нее сейчас — хрупкая ваза, которую стоит беречь. Мало ли как ее страсть может повлиять на состояние Линкольна? Нужно держать себя в руках!

— Я тебя люблю. Помни об этом. — Попросил серьёзно парень и широко улыбнулся. — Я есть хочу. У меня тут ещё много осталось от твоего прошлого визита. Угадаю, что ты сегодня не стала есть из-за нагрузки на работе. Давай хоть фруктов поедим, ладно?

Сэм и правда не ужинала. Вообще со времени аварии она стала безответственно относиться к режиму дня. Видно, что спит недостаточно, видно, что пропускает приемы пищи. Конечно, она охотно согласилась.

— И я тебя, Генри. Давай перекусим. А вообще, отрадно слышать, что у тебя появился аппетит!

Сэм взяла корзинку фруктов и поставила на кровать, давая понять, что сама будет ухаживать за Генри, начиная чистить апельсин.

— Сегодня присылали Колина. Помнишь его? Это твой товарищ из стажёрского. Сбежал в середине дня…

— Бедный Колин. Он плохо работает наедине. Компанейский парень. Знаешь, из тех, кто в групповой работе всюду вносит свой вклад, но при этом спроси, что он делал, не скажет. Хороший специалист, его бы в групповые проекты ставить почаще. — Улыбнулся Линкольн, спохватившись. Звучит как начальник, уже думает о том, кто и где лучше бы пригодился.

Ему это не светит ближайшие времена. Пока голова восстановится и будет адекватно мыслить… Пусть Сэм и говорит, что отложит переезд, он будет против этого. И уговорит не искушать судьбу и ехать.

И сам поедет сразу же за ней. Плевать на эту карьеру в этом офисе. Без Сэм все равно будет сложно… морально. Он и правда прикипел к ней, даже в работе плохо мыслит без неё.

— Вот, я всегда это знала! — воскликнула Сэм, — замечала, что ты очень талантливый управленец. Ты так чуток к людям и их талантам, можешь каждого поставить на свое место. Генри Линкольн, я горжусь тобой!

— Ну… это потому что я не начальник, вот и знаю особенности сотрудников. Когда ты становишься выше, теряешь эту связь. — Проговорил Генри с грустной улыбкой. Это, кстати, одна из причин, почему в начальство рваться иногда и не стоит. Как бы ты не желал сохранять доброжелательность, ты становишься выше обычного работника. И уже не можешь с ним травить анекдоты про гендиректора или же обсуждать, как хороши ножки у какой-нибудь девчонки в офисе.

Сэм и сама понимала, что не может просить Генри утратить связь с коллегами, стать на голову выше, но ее вдохновлял потенциал Линкольна. На миг ее взгляд стал таким туманным, влюбленным, но больничный запах развеял этот налет романтики, как и слова Генри. Да, забываться не стоит.

Сэм тоже понимает, что о работе теперь говорить не приходится. Она расстроена, но этого Генри на за что не покажет. Его здоровье и настрой куда важнее ее амбиций и тем более важнее проекта компании. А переезд… Сэм и думать сейчас о нем не хотела, как и о разлуке с Генри. Он ел с ее рук так доверчиво, что сердце сжималось от умиления.

Она рассказывала о работе, делилась новостями, давая понять, что Генри не хватает. Он незаменим для Сэм. Но и утомить его не хотелось.

— Открой рот! А-а-а! — Саманта кормит Генри с рук, умиляясь.

— Вкусненько. — Линкольн в ответ взял банан, аккуратно его почистил и со смешком протянул Саманте, облизывая губы. — Справишься ведь?

О, впервые он сделал пошловатый намёк. Ненавязчивый и лёгкий, чтобы Сэм не было неловко. И вместе с тем он показывает, что все хочет сохранить и лишь улучшить, а не делать в их отношениях откаты какие-либо.

А вот когда Генри подал Сэм банан, мисс смущённо улыбнулась, убрала локон за ушко и, наклонившись, обхватила банан губами. Подняла глаза на Генри и замерла… Нет, какого черта происходит? Нужно кусать, но Сэм лишь краснея, отводит взгляд. Соскучилась, крошка.

Все же, откусив, мисс выпрямилась. Линкольн очень заинтересованно смотрел, как Хилт есть банан, чувствуя давление внизу живота. И понимает, что завидует этому банану сейчас.

Перекусили они неплохо. Хотя фрукты все же не такое сытное блюдо. Но для организма Линкольна пока хватало и этого.

— Тебе домой надо собираться. Не хочу, чтобы ты ночью одна была на улице… — тихо проговорил Генри с грустной улыбкой. Конечно же, лучше она бы осталась. Даже можно пойти бы и договориться… но это уже как-то странно. Саманте нужно отдохнуть в нормальных условиях.

— Я не хочу… — она, будто озвучила мысли Генри, — можно остаться?

— Ладно. Я сам не хочу расставаться, поэтому… Подожди меня тут, хорошо? — парень поднимается, подхватывая телефон, и медленно выходит из палаты.

Его нет минут десять, прежде чем Генри возвращается с улыбкой и слегка обедневшим банковским счётом (по мелочи, но все же надо было задобрить и врача, и дежурную медсестру, чтобы они «не обращали внимания» на эту палату). А ещё он нёс в руках огромную чистую безразмерную больничную рубашку.

Мисс выразила свое эгоистичное желание остаться, как ребенок, молча ожидая решения Генри, и, вместе с тем, понимая, что он ничего не решит… но, решил-таки!

— У меня тут есть небольшой душ, но напор слабоват, так что понежиться не получится. — Будто это он виноват, рассказывает со смущённым взглядом. — Я тебя жду тут.

Линкольн плюхнулся на кровать. Он не сказать, что устал, но ещё трудновато долго ходить без отдыха. Сразу же голова слегка туманится и требует принять горизонтальное положение хоть на минутку.

Саманта цепко поймала одежду и, чмокнула в щеку Линкольна, убежала «готовиться ко сну». Зашумела вода в душе. Сэм повесила офисную одежду на стул. Вышла с сухими волосами, но в рубашке, вытирая лицо полотенцем.

— Я теперь часть твоего мира, — усмехнулась Сэм, снова забираясь на больничную койку Генри, — прости за эти неудобства, но без тебя я не могу заснуть. А если и удается, то снится всякое…

— Брось. Я тоже сплю без тебя явно хуже обычного. Никогда не думал, что такое бывает. Потому все понимаю. — Улыбнулся Генри, глядя на вернувшуюся Хилт. Огромная рубашка скрывала многое, но из-за лёгкой влажности тела после душа все-таки даже сквозь ткань слегка вырисовывался силуэт её тела, заставляя Линкольна смущённо улыбаться.

Сэм было приятно узнать, что Генри без нее плохо спит и, в то же время, она переживала за него. Должно быть, даже слишком сильно, поэтому старалась не замечать взгляд Генри, поедающий ее сочную, зрелую фигуру в тех местах, где ткань приставала к влажной коже. Сейчас как раз такое время, когда стоит проявить сдержанность.

Она обнимает Генри одной рукой, согревая теплом своего тела.

— Я люблю тебя и очень скучала… Даже не верится, что нам позволили! Ты сильно потратился?

— Да нет, ничего такого. У нас с доком хорошие отношения. Он весёлый мужик, так что попросил не шуметь громко. Видишь, даже верит в меня в таком состоянии. — Ответил парень. Он гладил волосы Саманты, водил пальцами по личику, ощупывая все, будто впервые. Её слова о том, как она его ощущает, заставляют улыбаться и прикусывать губы.

Она беспокоится о таких вещах сейчас? Гиперопека Генри Линкольна выходит на новый уровень.

— Повезло с доктором. Хах, но я бы не была так уверена на его месте, — Сэм беспокоил усталый и бледный вид любимого, хоть он и старался всем своим непринуждённым видом говорить об обратном. От него пахло лекарствами, то и дело улыбка сползала, давая понять, что Генри страдает от головной боли и слабости.

— Ты сейчас пахнешь больницей, лекарствами, но я все равно улавливаю твои собственные нотки… Кожа, волосы… Боже, Генри! Как ты можешь заводить меня даже травмированным⁈ Аха! Скорее поправляйся!

Они вдвоём в тишине устраиваются удобнее перед сном. Он прижимается к ней сзади, обнимает покрепче. Она ощущает его возбужденное дыхание, напряжение ниже живота. Генри смущённо улыбается и целует её за ушком.

— Я тоже скучаю по нашей страсти… — честно говорит Линкольн, закрывая глаза. — Я сейчас… успокоюсь.

Он и рад бы… Но такие нагрузки ещё ему противопоказаны. На её замечание о времени он молчит. Понимает все. Она и так делает слишком многое, так что все нормально. Потому Линкольн лишь улыбается и пытается унять свое желание и уснуть в объятиях своей любимой Саманты.

Словно доверчивая девочка, мисс Хилт улыбалась, позволяя Генри ласково прикасаться: ерошить распущенные волосы, водить пальцами по щекам и губам. Она то и дело прикрывала глаза, щурясь, словно кошка на солнце. Будто Генри был ее солнцем.

Они болтали ещё какое-то время, а потом Сэм, засыпая, вздохнула:

— Прости, у меня будильник на 7. Я уйду тихо, а ты отдыхай…

Они устраиваются спать в позу ложек, Сэм улыбается, чувствуя напряжение Генри. Как же хочется его подразнить! Хочется прижаться крепче к его паху попкой, игриво сжать член бедрами и поерзать, а после… Но нет. Сейчас это совершенно лишнее. Как бы ни хотелось Сэм близости с Генри, сейчас и не время и не место. Она даёт ему остыть, попутно остывает сама, закрывая глаза, не двигаясь, почти не дыша, потому и уснула быстро. Удивительно, как спокойно спалось рядом с Линкольном. Сэм не любила больницы, но сейчас в голове не было ни одной мысли.

Генри Линкольн уснул крепко, впервые за эти дни. Не чувствовал волнения, страха, боли. Потому что его начальница была рядом с ним. Тёплая и уютная.

Потому утро и настало так неожиданно. Будильник возвестил о том, что пора собираться на работу… Чертова работа! Именно это и пробубнила Сэм себе под нос, осторожно выбираясь из объятий Генри. Так они и спали всю ночь в одной позе, не шелохнувшись.

Сэм выключила будильник и взглянула на Генри… Какой он милый, когда спит! Раз у него появился аппетит, может, стоит сходить в ближайшее бистро и порадовать его чем-то помимо больничной еды? Поесть вместе? Может Сэм чуть и опоздает на работу, но это ведь неважно!

Поцеловав Линкольна в щеку, мисс Хилт встала и переоделась, после выпорхнула из палаты. Её не было какое-то время. Генри ничего не заметил, он крепко спал. Организм отрицал недавно услышанный сигнал будильника и утянул сознание Линкольна в пучину быстрого сна. Ему даже что-то снилось, когда Саманта вернулась с двумя пакетами завтрака на вынос: скрэмбл с беконом, круассан с джемом и капучино. Она села на постель, погладила Генри по плечу.

— Эй, милый! Доброе утро!