Глава 21

В ресторацию мы всё-таки попали. Такэда-старший на удивление быстро справился, — радовало, что нотариус успел быстро всё оформить и так же быстро удалиться восвояси, — и потащил нас ужинать. Время до полуночи, когда Офстайл должен был со мной связаться, ещё было, поэтому мы не сопротивлялись. Еда несмотря на изысканную подачу и сервировку не впечатлила. Хотя, это может быть, было следствием переживаний: я совсем не ощущала её вкуса.

После ужина герцог открыл портал и переместил нас в замок. И Люцию. Куда ж без этой прилипчивой огневички! Вот, что ей опять от меня надо? Теперь я — замужняя дама, вроде как. Или, может, она боится, что мы успеем расторгнуть брак до понедельника? Тогда запись о нашем бракосочетании занесут в книгу регистраций и брак официально будет признан. Расторгнуть быстро его не получиться. Придётся какое-то время побыть леди Такэда.

Избавившись от горничных, экономки и дворецкого, мы наконец остались одни. Вернее, втроём.

— Ну, показывай свои владения! — воскликнула Люция, окидывая взглядом просторный холл.

— Какие?

— Как какие? Лабораторию, берлогу гения, секретную мастерскую или что там у тебя тут есть? — удивилась девушка. — Где мы будем «мило беседовать» с «дорогим» родственником?

Ольдэк сразу же обрадованно потянул нас в подвал. Ожидаемо!

Подвальное помещение, отданное Ольдэку, оказалось просто огромным. Целый комплекс комнат, соединённых между собой узкими проходами, напоминали средневековый лабиринт. Одна комната полностью была заполнена стеллажами с книгами и бумагами, другая — приборами и какими-то механизмами, а в третьей стояли столы и над каждым ярко сиял световой шар. Здесь же около стеночек притулились маленькие диванчики и стулья.

— Ну, вот тут я и работал, — неуверенно сказал Ольдэк.

А я хмыкнула про себя: похоже, Такэда — старший любил своего брата, раз такие условия здесь созданы! Размах впечатлял. Не хватало только личной столовой. Но с этим у Ольдэка беда — он всегда, когда творил, забывал и про еду, и про сон.

— Значит, тут и будем ждать, — сказала Люция, умащиваясь на хлипком стульчике.

Тот жалобно скрипнул. Я посмотрела сочувственно на реликтовую мебель: досталось, тебе, голубчик. Люция — дама, скажем так, не субтильная. Плюс ещё вес накачанных мышц. Как бы на развалился, болезный.

— Вы ждите, а я поработаю, — пробормотал Ольдэк, скрываясь в комнате с приборами и механизмами.

— Как ты можешь работать? В такое время! — возмущённо прокомментировала его уход огневичка.

— Очень плодотворно! — раздалось из соседней комнаты, а затем парень высунулся в дверной проём и пояснил: — Хочу сварганить незаметную следилку. Вряд ли Офстайм захочет лицезреть группу поддержки. Скорее всего, он прикажет Тине явиться одной. И как мы узнаем, где она и что ей требуется помощь, в случае чего?

Люция кивнула:

— Ты прав, как всегда. И что надо делать? — она встала с облегчённо вздохнувшего стула, и, полная решимости, направилась в смежную комнату.

— Надо найти чего-нибудь незаметное, — с этими словами техномаг вновь скрылся среди хаоса мелких деталей. — Такое, что можно прицепить к одежде и не вызвать подозрение.

На несколько минут эти двое с головой ушли в поиски. В полном смысле! Стеллажи с  коробками, где находились мелкие детали, возвышались до потолка. Одна я осталась не у дел и чувствовала себя пятым колесом в телеге. От волнения и неопределённости стала перебирать содержимое коробки, которая стояла на ближайшем столе.

Вдруг Люция вскрикнула:

— Смотрите, что я нашла!

В руках она держала небольшую хрустальную сферу.

— Что это?

— Не знаю, — призналась  девушка. — Но она какая-то странная. Я ничего не чувствую.

Сфера, как бы смеясь над студенткой-магичкой, переливалась всеми цветами радуги, а внутри, в самой середине, клубился маленький вихрь.

— Дай-ка я посмотрю, — подскочил Ольдэк и выхватил сферу из рук Люции.

Он поднёс её к своим глазам и принялся внимательно всматриваться.

— Хм, — пробормотал он. — Интересно…

Ему интересно. А мне-то как интересно! От нетерпения кончики пальцев закололо.

— Что там?

На несколько секунд в лаборатории установилась тишина. Мы с Люцией боялись даже дышать громко, чтобы не спугнуть идею техномага.

— То, что нужно! — наконец воскликнул он.

А у меня с рук сорвались магические искры, ударились о стол и рассыпались, оставив после себя три чашки кофе, от которых поднимался тонкий ароматный парок.

— То, что нужно, — провозгласила Люция, схватив одну чашку.

— ЧТО нужно? — я в непонимании переминалась с ноги на ногу. Интересно, это я намагичила кофе или со столовой переместила?

— Великолепно! — продолжал восторгаться Ольдэк. Он даже не заметил, как Люция поднесла к его носу чашку с кофе. Сделав пару глотков на автомате, техномаг вдохновлённо ощупывал сферу. — С помощью этого шарика мы сможем следить за Тиной!

— Ты серьёзно? — скепсис, прозвучавший в моём голосе, можно было есть ложкой, как десерт к кофе.

— Абсолютно! — уверил техномаг.

— Да, уж, — поддержала меня Люция. — Совсем «незаметный» шарик!

— Конечно! — Ольдэк сверкал глазами, и сейчас был похож на одержимого. Все гении такие…ненормальные? — Я сделаю так, что мы можем не только слышать, но и видеть всё, что происходит вокруг Тины!

Я разочарованно допила свой кофе, поставила чашку на стол и озвучила своё опасение:

— Не получится. Граф — не дурак. Он перво-наперво проверит меня на наличие артефактов.

Ольдэк озадаченно моргнул:

— А кто сказал, что это, — он потряс сферой, — артефакт?

— Ну, как же, — я совсем растерялась. — А как вы сможете слышать и видеть, если не напитаете его магией и не поместите внутрь заклинания?

— Техника! — расхохотался мой понарошковый муж. — Техника, дорогая моя, и никакой магии!

Сзади фыркнула Люция. О, всё возвращается на круги своя! Моя врагиня уже начинает снимать маску перемирия!

Ольдэк же с победным кличем скрылся в самой дальней комнате и оттуда прокричал:

— Нужно только немного доработать!

Хоть бы успел!

Как мы с Люцией не старались, никак не могли попасть в заветную комнату, где скрылся Ольдэк. Замуровался, зараза! Пришлось ждать. Хорошо — недолго. Вот что значит — гений!

— Принимай, жена, работу — венец инженерной мысли! — с показным пафосом техномаг триумфатором появился из своих катакомб, держа на вытянутой руке крохотную брошку-заколку с таким видом, словно это был ключ ко всем дверям во всём мире.

— Это … что? — с опаской спросила я, подозревая, что у Такэды-младшего начался приступ безумия.

— Это — изобретение века! Прорыв тысячелетия!

Мда. А ведь буквально пару часов назад производил впечатление тихого гения в очках. Сейчас от этого образа ничего не осталось. Куда делся скромный ботаник? Я, каюсь, решила, что Такэда-старший был прав, когда говорил, что его младший брат немного не в себе. Да, по-моему, он как вышел из себя, так до сих пор где-то и болтается в параллельной вселенной: волосы вздыблены, глаза лихорадочно блестят… О-о-о-ой.

— Ты чё несёшь, полоумный? — не растерялась Люция, пока я мысленно примеряла смирительную рубашку на своего новоиспечённого мужа, пусть и липового. Но, что-то мне подсказывало, что эта липа вполне может прилепиться пиявкой на моём фамильном древе. — Что это за хрень гламурная? — меж тем продолжала возмущаться врагиня.

Я её прекрасно понимала. Мы тут волнением исходим, на иголках сидим, а он брошки мастерит!

— Это не хрень, — возмутился  Ольдэк. — Это — миниатюрная подслушка! Никакой магии! Смотри!

Он подскочил ко мне реактивным веником, приколол бусинку к лифу платья, затем, схватив за руку Люцию, потащил ту в соседнюю комнату и уже оттуда заорал:

— Тина! Походи по лаборатории и чего-нибудь скажи!

Я пожала плечами: и впрямь, ненормальный. Побродила, пихнула туфелькой коробку на полу, из которой с воплем выскочила упитанная мышь. Я мышей не боюсь, сказала только этой толстухе:

— Брысь!

Она презрительно посмотрела на меня, мол, я не кот, чтобы на меня «брыськать», пошевелила усиками и гордо удалилась под стеллаж, переваливаясь на ходу. Зато соседнюю комнату огласил такой визг, что прима королевского оперного театра захлебнулась бы завистью.

— А-а-а-а, мышь! Тинка, хватай её! Мне для реферата надо живую мышь исследовать воздействием различных огневых волн.

— Ага, щас, — огрызнулась я. — Разбежалась мышей из-под стеллажей выковыривать. Сама с ней договаривайся.

И тут меня осенило: они ВИДЕЛИ мышь! Видели, находясь в ДРУГОЙ комнате!

Артефакт, или как там его, короче, — подслушка работает!

Втроём мы исполнили коллективный танец бешенной кошки и упали на тощий диван. Ага. Диван тощий, а мышь упитанная.

— Теперь ждём, когда граф свяжется, — объявил Ольдэк. — Сколько до полуночи?

— Совсем немного, — Люция мельком глянула на миниатюрные наручные часики.

Переговорник ожил за минуту до полуночи.

— Ну, дорогая племянница, готова к обмену?

Я ждала этого звонка, но всё равно страх за сестрёнку снова сковал. Еле разжала челюсти, чтобы пробормотать:

— Готова.

— Тогда в течении час жду тебя в твоём шикарном тоннеле. Посередине, где эльфийская принцесса витает под потолком, а потом исчезает в стене, есть небольшая дверь для технического персонала. Вот туда и зайдёшь. Там будет магопед. Сядешь в него, он сам довезёт тебя куда надо. И дарственную не забудь! Иначе я Линку всю до смерти выпью! — рявкнул он, отключаясь.

Я не успела ничего сказать. Хотела услышать голос сестры, и не получилось. Жива ли она ещё? От этого толстого борова всего можно ожидать.

— У меня один вопрос, — прозвучал голос Люции, полный отчаяния. — Как мы попадём в тоннель за час? Даже верхом на предельной скорости лошади, мы не успеем! Нам нужен маг-портальщик!

— Звони Марку! — распорядился Ольдэк.

После нескольких попыток, переговорник так и не загорелся. Это означало только одно: Марк сейчас там, где нет магической энергии. Что делать? К кому ещё обратиться? К лорду Жильверну? Так Офстайм может засечь посторонний энергетический флёр. Нужен кто-то близкий… Тот, с кем я в последние два-три часа общалась.

— Остаётся  только Бригантес, — Ольдэк изрёк это имя с такой миной, словно ему предложили съесть тарелку жаб, откормленных на местном хоздворе. — Но это вряд ли прокатит.

— Почему это?

— Потому, что он в последнее время ничего не делает просто так. Мы должны предложить что-то в оплату. Не деньги! — пресёк он явные попытки Люции предложить именно деньги.

Но энтузиазм Люции был неистребим:

— А в долг? Скажем, что сделаем что-нибудь потом? Поклянёмся кровью!

— Нет, — огорчённо мотнул взлохмаченными вихрами техномаг. — Он не согласится.

Я решительно встала и направилась к выходу.

— Согласится! Показывай, где его покои!

— Тин, бесполезно, — мрачно процедил Ольдэк. — Я его знаю. Он никогда не делает ничего в долг. Даже для меня.

— Он сам мне должен! — прорычала я, упрямо двигаясь к двери.

Да, должен. Я вспомнила условия нашего договора, что призрачной кувалдой висел надо мной: если я хоть когда-нибудь вынуждена буду обратиться к Такэде за помощью, то за этим неизбежно последует свадьба. Моя и Ольдэка. А так как брачный договор заключён, так сказать, авансом, то будь добр, Такэда, отрабатывай! И пусть только попробует увильнуть. Магия свидетель и судья!

Не помню, как мы добрались до хозяйского крыла. Очнулась уже у самой двери, в которую усердно колотил мой липовый муж.

— Какого чёрта? — недовольно проворчал герцог, являя нам свою невыспавшуюся физиономию.

Не говоря ни слова, я отодвинула друзей в сторону, и гордо,  под удивлённый взгляды и звуки падающих челюстей, ворвалась в покои Такэды-старшего.

— Ты мне должен! — заявила я, уперев палец в белоснежную рубашку хозяина замка.

Герцог поперхнулся воздухом от такой наглости.

— Должен? — переспросил он, явно намекая, что, возможно, известие о долге ему послышалось, и я должна подтвердить это. Не дождавшись, уточнил: — Это когда же я успел задолжать вам, прекрасная леди?

— По нашему договору! — выпалила я, чувствуя, как щёки заливает краска. — Ты мне должен одно желание! Мне нужен портал. Немедленно!

Выражение лица Такэды менялось с каждой секундой. Сначала это было недовольство, затем раздражение, которое трансформировалось в недоумение. Последней эмоцией стало удовлетворение. Я уже готова была ликовать, предвкушая победу, но…

— Как мне помнится, — невозмутимо промурлыкал он, — то в договоре было: сначала просьба о помощи, затем — брак с моим братом. А не этот балаган, который ты тут устроила! — кривая усмешка застыла на губах герцога. — Так что, милая невестка, я вам ничего не должен, — отрезал этот гад и спокойно, развернувшись ко мне спиной, вальяжно направился в спальню.

И я решилась на отчаянный шаг — призвать на помощь магию. Конечно, это потребует много сил, но у меня нет другого выхода!

— Я взываю к справедливости! — громко сказала я, начертав в воздухе огненную руну. — У нас был договор!

Такэда резко передумал уходить спать. Он мгновенно оказался рядом и как клещами схватил за руку.

— Нарываеш-ш-шься! Никто не смеет мне указывать!

Но как ни старался, уничтожить руну Воззвания, пламенеющую в полутьме, не смог. Она так и висела, мерцая и пульсируя. Пальцы герцога сжимали моё запястье с такой силой, что, казалось, ещё немного и захрустят ломающиеся кости. Хотелось кричать от боли, но я нашла в себе силы и продолжила призыв:

— Герцог Такэда, ты выполнишь одну мою просьбу в счёт уплаты долга?

Руна слегка повернулась в сторону моего должника, ожидая ответа:

— Нет никакого долга! — прорычал герцог. Его глаза метали бешеные молнии. — Сначала просьба — потом свадьба!

Однако магия решила иначе. Руна плавно преобразовывалась в огненную плеть. Я знала, что она требовала другой ответ. И, если Такэда продолжит настаивать на своём, то ему придётся о-о-о-чень плохо. Магия вольна забрать его силу полностью. Где-то на краю сознания я ликовала, что договор магический. Теперь герцогу не отвертеться!

— Хорошо, — процедил он сквозь зубы. — Будет тебе портал! Говори куда!

Указав место, где должна буду оказаться на выходе из портала, я сжалась в комок. Что будет дальше?

А дальше, Такэда пассом одной руки открыл портал, а другой рукой, той, которой сковывал моё запястье, швырнул моё тело в его чёрный зев.

«Как хорошо, что на мне прослушка Ольдэка!» — успела подумать я, кубарем летя в неизвестность.

Хоть Такэда и подтвердил моё мнение о себе, — сволочь, гад и мерзавец, — но маг он, и правда, сильный. Магическая клятва на договоре не дала герцогу сжульничать, так что портал выкинул меня как раз перед дверью. В самом деле, она оказалась совсем неприметная. Таких дверей по тоннелю было построено несколько: они прикрывали небольшие углубления, где помещались артефакты для обеспечения энергией иллюзионные представления. Только за этой дверью обнаружился ещё один тоннель — узкий, с грубо обработанными стенами и низким сводом. Рядом стоял магопед с тележкой, а немного впереди маячил тусклый световой шарик.

Я поднялась с коленей, поморщившись от боли — приложилась о камни знатно. Ускорение, которое придал мне Такэда, только увеличилось в вакууме портала. Я, буквально, вылетела из пламени перемещения на каменный пол.

— О, как я долго этого ждал! — мерзко хихикнул… Офстайм. — Моя строптивая несостоявшаяся невеста у моих ног!

— Граф! — процедила я сквозь зубы, обернувшись на голос. Но ничего не увидела: темнота скрыла всё, что находилось дальше пары метров. Света от магического шара было совсем немного. Непонятное чувство коснулось души холодным языком. — Где Лина?

— Принесла? — тусклый свет выхватил злобное лицо опекуна. — Дарственную?

Я невольно потянулась мыслями к корсажу — именно там находилась бумага, которую так вожделел граф. Листок, сложенный несколько раз, благополучно грелся в маленьком кармашке. Отлично. Не потеряла. Можно торговаться дальше. Я сделала шаг к толстяку. Фу, даже тюремная пища не смогла уменьшить количество жира на его теле!

— Где Лина?

— Сейчас-сейчас, дорогая племянница, мы сейчас туда поедем, — снова захихикал Офстайм.

Неожиданный удар по затылку погрузил меня в темноту.

В себя пришла…наверное, быстро. Вероятно, сыграло ощущение липких потных рук на своём теле. Это граф «заботливо» вытаскивал меня из тележки магопеда. Инстинктивно я врезала ему по толстой морде. А потом ещё добавила, уже осмысленно. А нечего меня лапать!

— Тина! — услышала я голос сестрёнки и метнулась к ней.

— Ты как?

Лина сидела на камнях, прислонившись к стене. Господи, они же холодные! Малышка может простудиться и заболеть! Я рухнула рядом с ней и пересадила её себе на колени.

— Всё хорошо, Тина! — лицо сестрёнки озарила улыбка.

Мысленно запустила сканирующее заклинание — вдруг, этот гад навредил ей? Конечно, вылечить я не смогу, но первую помощь оказывать нас в Академии учат. Всех магов учат, как Отче наш. На удивление, у Лины ничего не сломано, только одна шишка красуется на затылке. Я облегчённо выдохнула.

— Убедилась? — хмуро осведомился Офстайм. — Давай дарственную!

С плохо скрываемым злорадством, я протянула бывшему опекуну сложенный лист бумаги с гербовой печатью.

— Что-о-о-о? — завопил он возмущённым поросёнком. Я догадалась — это он дошёл до того места, где перечислялось даримое. — Всего одна задрипанная заимка? Ты издеваешься?!

— Но, дядя, — я скромно опустила глазки, едва сдерживаясь, чтоб не расхохотаться. — Вы же сами всё благополучно продали герцогу Такэда! Неужто запамятовали?

— А замок? — не унимался жирный. — У тебя ещё оставался замок и деревни около него!

— Они сейчас под юрисдикцией моего супруга, — я притворно вздохнула.

Не знаю, правильно ли я сказала, но очень уж слово красивое — «юрисдикция».

— Какого супруга? — глаза графа опасно прищурились.

— Такэды, — я снова беззастенчиво захлопала ресницами. — Теперь я — леди Такэда! А вы, разве не знали? Ах, да, вы же никак не могли знать: в тюрьму новости доходят с большим опозданием.

Каюсь, не смогла удержаться от колкости. Граф зарычал раненным зверем и ломанул в темноту. Это он куда?

— Там Софа укладывает драгоценности, — прошептала мне на ухо Лина. — Они нашли здесь тайник!

Сейчас мне не было никакого дела до любовницы дяди и её драгоценностей. Гораздо больше интересовал вопрос: как Лина сюда попала и где её охранник крыс? Он же бил себя лапами в грудь, доказывая, что сестрёнка под его защитой, как за каменной стеной! Впрочем, она сейчас, в самом деле, спрятана за каменной стеной от всего мира.

— Лина! Где твоя пресловутая «прелесть»?

В ответ малышка потянулась пальчиком к антимагическому ошейнику. Я пригляделась повнимательнее: между шеей и металлом проглядывалось что-то тонкое и  розовое. Крыс? Это он обвил шею своей хозяйки, не позволяя металлу прикасаться к коже? Лина может пользоваться своей магией?

Сестрёнка утвердительно кивнула.

— Почему ты не позвала на помощь сама? И, вообще, молчала? Как ты тут оказалась?

— Мы домой ехали. Экипаж остановился, чтобы мы досмотрели сказочное представление. Сначала меня по голове ударили, — принялась рассказывать она. — А потом я очутилась здесь.

— Понятно, — я так и не услышала ответ на один из вопросов: — Почему ты САМА ничего мне не сообщила?

— Простите, леди, это я попросил вашу сестру, — тихо прошелестело совсем рядом, и кожа покрылась мурашками от внезапно холода.

— Кто здесь? — я по-прежнему ничего не видела дальше метра, освещаемого слабым световым шаром.

— Сейчас, я покажу его, — тихо прошептала Лина, вытянула ручку и пальчиками скастовала заклинание.

И в тот же миг рядом с нами стал проявляться силуэт мужчины.

— Кто вы? — спросила я, чувствуя, как сердце забилось быстрее. Не от страха, Нет, — бояться я уже перестала от всех сегодняшних переживаний. Меня волновала неизвестность и неопределённость.

 Прошло немногим менее минуты и черты лица призрака, — а это был на самом деле призрак, — проявились чётче. И они мне кого-то напоминали…

­— Герцог Такэда, — призрак с достоинством склонил голову. Я немного опешила: ещё один Такэда? Сколько их на мою бедную многострадальную  головушку? — Почивший, — добавил он, уловив моё замешательство. — Так сказать, ваш несостоявшийся свёкр.

— Почему «несостоявшийся»? Мы с вашим сыном заключили брак.

Такэда — дваждыстарший улыбнулся:

— Полно вам, леди Ромеро, я в курсе вашей с Ольдеком затеи. Уверен, вы успеете забрать документ из мэрии до понедельника. Впрочем, о такой невестке можно только мечтать.

Так, хватит раскланиваться. У меня тут сестра мёрзнет, и опекун куда-то слинял. Надо воспользоваться моментом и тоже побыстрее убраться  отсюда, пока это «гостеприимное» местечко не решило приютить нас тут навеки.

— Что вам нужно? — я постаралась придать себе как можно больше строгости, хотя внутри всё дрожало.

— Прежде всего,  хотел бы перед вами извиниться, леди, — призрак снова церемонно согнулся в поклоне. На этот раз он был низким, а в голосе звучало искреннее раскаяние. — В том, что вы здесь оказались, есть отчасти и моя вина. Но, поверьте, у нас не было другого выхода. Ждать больше нельзя.

— Вы о чём?

— Тин, — Лина настойчиво дёргала меня за рукав. — Их здесь много!

— Кого?

В полумраке я видела только одного призрака. Однако, зная о способностях сестрёнки, предполагала, что тут целая армия неупокоенных душ.

— Они всё подходят и подходят, — прошептала малышка. — Их очень много! И они злые!

Я судорожно прижала сестрёнку к себе. И где, спрашивается, мои спасатели? Где, чёрт возьми, Ольдек? Или его прослушка не работает?

— Не волнуйтесь, леди Эйтина, мы не держим зла именно на вас. Виновного в нашей смерти мы уже вычислили, и он не уйдёт от расплаты за своё злодейство. От вас мы ждём лишь помощи.

От этого признания моё бешено колотящееся сердце немного успокоилось. Ведь что я могла сделать одна против ватаги обозлённых призраков? Как известно, злость придаёт потусторонним сущностям энергии. А я всего лишь бытовик, пусть и с непонятными способностями, а не супергерой.

— Что вы хотите?

— Похороните нас, — прошелестело, казалось, отовсюду. — Предайте наши тела земле!

— Не понимаю…

— Ваш опекун, леди Ромеро, — вступил в объяснения призрак Такэды, — был начальником по технике безопасности при первом строительстве этого тоннеля.

— Можете дальше не говорить, — перебила я герцога с мрачным видом. — Он присвоил себе часть казённых денег?

— Совершенно верно. Он закупил гнилой лес, оформил, как качественный, зачарованный от возгорания, а разницу поделил с сообщником. После леса были световые шары с дефектами. Их должны были утилизировать, но Офстайм распорядился оснастить ими глубинную шахту. Были ещё несколько махинаций с системой вентиляции. И как результат — природная огненная искра, взрыв, гнилые леса не выдержали нагрузки и сломались, позволив обрушиться своду тоннеля на рабочих. А вспыхнувший пожар уничтожил все следы: и тела погибших, и вентиляционные каналы с артефактами очищения воздуха, ведь огонь беспрепятственно перекинулся на незащищённые заклинанием леса.

— А как мы вас похороним, если вы сами говорите, что всё уничтожено?

— Кое-что осталось, — уклончиво ответил призрак. — Юная леди, — поклон Лине, — покажет вам место, где сейчас лежат наши останки.

И тут Лина с силой сжала мою руку. Я не на шутку переполошилась — сестрёнка выглядела такой встревоженной, словно увидела саму леди Смерть!

— Что, милая? Что случилось?

— Т-т-там-м-м… — она вытянула ручку, указывая в темноту. На маленьких пальчиках вспыхнуло голубое пламя. Оно ручейком потянулось вглубь каменного мешка, где мы сейчас находились, распалось тысячами искр, высвечивая вдалеке знакомые фигуры.