Глава 22

С утра пятницы я заперта в квартире, сейчас уже поздний вечер воскресенья, а ничегошеньки не происходило и не происходит. За всё это время Марк позвонил мне лишь один раз, спросил о самочувствии. Ещё он прислал с курьером корзину с шоколадом и фруктами. Корзину, естественно, сразу Дёмин с Фроловым конфисковали и отправили на экспертизу. Но в лаборатории, кроме нитратов в фруктах и разрешённых добавок в шоколаде, ничего криминального не нашли. Скука смертная. Развлекать себя сериалами и соцсетями нет никаких сил, столько всего пересмотрела и перечитала, что уже реально тошнит. Набрала номер Дёмина, узнаю последние новости и хоть с кем-то поговорю. Оказывается, разговоров тоже может не хватать. Вчера я впервые в жизни завела диалог с умной колонкой. Задавала ей каверзные вопросы, например, что она думает о мужиках… Но мне не зашло. Показалось странным и будто я немного чокнутая. А ещё побоялась, что это прямой путь к разговорам с пылесосом или посудомойкой. — Да?! — Влад ответил после первого же гудка, и его встревоженное «Да?» прозвучало как «Что случилось?» — Тебе не кажется, что мы ошиблись насчёт Марка? Воскресенье, десять вечера. Если бы он что-то планировал, то был бы уже здесь. — Впереди ещё вся ночь и утро понедельника, — спокойнее произнёс Дёмин, поняв, что у меня всё в порядке. — Я бы сказала, осталась только ночь, а понедельник вообще в расчёт не беру. Марк не стал бы всё оставлять на последний момент. Он не знает, к какому нотариусу я записалась, каким маршрутом поеду, во сколько и на чём, может, на своей машине, а может, на такси. Где Марк сейчас? Чем занят? — Он с девушкой в ресторане, — сообщил Влад. — Ну хотя бы на одном грехе мы его точно поймали. Марк врал мне, когда признавался в любви, — усмехнулась я. — Полина, не расслабляйся, — строго сказал Дёмин. — Девушка, возможно, нужна ему лишь для алиби. Он её подпоит, привезёт к себе домой, а когда она отрубится, поедет к тебе. Из расчёта, что утром ляжет с ней в постель, а после она подтвердит, что они всю ночь провели вместе. Мы, конечно, дальше порога твоей квартиры его не пропустим, но ты всё равно будь наготове. — Ладно, — протянула я, сбросила вызов и побрела на кухню. Открыв морозилку, искренне удивилась, как это я умудрилась слопать столько мороженого? После инцидента в магазине Дёмин прислал мне полный пакет мороженого, целый отсек морозилки был им забит. А сейчас осталось всего две штуки. Ой-ёй, надо бы попробовать надеть свои специальные «измерительные» джинсы. Есть вероятность, что они налезут лишь до колен. Решив, что если набрала вес, борьбу с ним начну со вторника, я переложила оставшееся ванильное и фисташковое мороженое в тарелку, взяла большую ложку, плюхнулась на диван перед телевизором и включила первую серию нового сериала. Судя по рейтингу, он просто обязан понравиться. Мне уже второй раз показалось, что я слышу невнятный звук с балкона. Может, это не у меня, а у соседей? Наши балконы расположены рядом, возможно, кто-то просто открыл или закрыл окно. Если когда-нибудь созрею на покупку собственного жилья, обязательным условием будет застеклённый балкон, так теплее, безопаснее и тише. Только расслабилась и поднесла ко рту очередную ложку, как на балконе опять громыхнуло. Взяла пульт, убавила громкость на телевизоре и секунд десять прислушивалась. Тишина. Либо я путаю звук из телевизора со звуками на балконе, либо мозг, запрограммированный на ожидание нападения, банально меня обманывает. Вернула громкость на прежний уровень и продолжила смотреть. Сериал, кстати, оказался ничего — интересный. По сюжету мужчину средних лет вдруг осенило, что он хочет работать в полиции. И вот опять — какое-то шуршание. На этот раз я не стала убавлять звук, а просто выключила телевизор и отчётливо услышала, как на моём балконе кто-то скребётся в дверь. Соседский кот! Как потеплело, несколько раз видела, как он гуляет по парапету. Видимо, перепрыгнул с соседского балкона на мой. Вскочила с дивана, чтобы выручить животинку, а то он ещё попытается вернуться домой и свалиться. По дороге улыбалась, представляя, как угощу хвостатого курочкой и молоком, а если он не сильно царапучий, прежде чем вернуть его хозяевам, мы с ним поиграемся полчаса, или даже час. Соседи, конечно, могут потерять кота и забеспокоиться, но ничего, это пойдёт им только на пользу. Впредь будут лучше следить за пушистым и не пускать на балкон, с которого он может сорваться. Подойдя к балкону, я одёрнула штору — и в ужасе замерла. По ту сторону двери стоял высокий, плечистый мужчина. Он был весь в чёрном, на голову натянута то ли шапка, то ли маска, в прорезях виднелись лишь глаза. Незнакомец ковырял дверную ручку. За долю секунды сердце сначала рухнуло вниз, потом подпрыгнуло к горлу, а, вернувшись на место, забилось как сумасшедшее. Поборов оцепенение, я взвизгнула и со всех ног рванула к входной двери — она под камерой. Мне нужно только добежать до неё, открыть, дать понять, что я в беде и помощь придёт. В панике, с гулом в ушах, я не слышала, как открылась балконная дверь или шаги позади. Но в коридоре, когда до спасения оставалось лишь протянуть руку, на мою шею накинули верёвку, и кто-то невероятно сильный начал душить. Я пыталась кричать, царапаться, пинать, но напавший с лёгкостью пресекал все мои потуги сопротивляться и приговаривал: — Не шуми. Больно не будет и быстро закончится. Сладковатая, терпкая жидкость обволокла язык и хлынула в горло. Я рефлекторно глотала, и после каждого глотка по груди и животу разливалось тепло. Почему я ещё что-то чувствую? Разве я не умерла? Последнее, что запомнила, как на шее туго затянулась верёвка, тело, обмякшее как тряпка, тьма в глазах. И ровно за мгновение до того, как потерять сознание, я мысленно попрощалась с жизнью. — Пей, — резко приказал грубый мужской голос. Пальцы в шершавых перчатках сдавили мне челюсть, заставляя шире открыть рот. Спутанность сознания медленно отступала, позволяя осмыслить кошмар. Человек, забравшийся в квартиру через балкон, напал на меня, но не убил. Вместо этого он уложил меня на диван и насильно вливал в рот вино. Зачем? Ответ пришёл быстро — и ужаснул. После того как мужчина влил в меня как минимум четверть бутылки, он с пугающей методичностью и даже какой-то извращённой заботой вытер моё лицо и грудь — там, где, естественно, пролилось вино — и заставил меня прикоснуться к бутылке с бокалом. Затем он оставил меня в покое. Взял в кухне стул, поставил его прямо под люстрой в центре комнаты и ловко забросил верёвку на крюк, на котором она крепилась. Он не просто собирается меня убить. Он планирует создать видимость самоубийства. Сделать так, будто я напилась и повесилась. Я попыталась сказать, что его план изначально провальный — никто не поверит в моё самоубийство, что ему нужно бежать, пока не поймали. Но вместо слов из горла вырывалось лишь бессвязное бормотание. Он даже не обернулся. Влад — Ты же должен дежурить у ресторана, — усмехнулся Фролов, тяжело плюхаясь на пассажирское сиденье моей машины. — Там и так хватает людей, — отозвался я, не отрывая взгляда от двери подъезда напротив. — Одна группа — у главного выхода, вторая — у чёрного, третья, под видом клиентов, наблюдает за Марком с соседнего столика. — Им хоть есть за чем наблюдать, — устало выдохнул следователь. — А у нас здесь полный штиль. Из подъезда уже час никто не выходил и не входил. Завтра понедельник — народ, видимо, пораньше лёг спать. Кстати, мы тут недалеко нашли круглосуточный магазин с неплохим кофе навынос. Хочешь, отправлю кого-нибудь, чтобы тебе принесли стакан? — Нет, — резко бросил я. — Все должны оставаться на местах! — Влад, да ладно тебе. Если Марк и появится, то ближе к трём-четырём ночи. Чего такой напряжённый? — Плохое предчувствие, — признался я. — Это не предчувствие, это нервы, — отмахнулся Фролов. — Пошли последние сутки, вот ты и взвинчен. В кармане завибрировал телефон. Новое сообщение из чата оперативной группы в ресторане. На первый взгляд — ничего интересного: Объект №2 (девушка Марка) отошла в дамскую комнату. Объект №1 (Марк) подозвал официанта, уточнил время подачи десерта — ровно в 22:30. Часом ранее он уже так делал — напоминал официанту. В голове металась какая-то рваная несобранная мысль, которая никак не обретала чёткие формы и смысл, но грызла изнутри. — Это отчёт из ресторана? — спросил Фролов, и я кивнул. — Что пишут? Я зачитал сообщение вслух. — Если бы Марк с этой девушкой только вчера не познакомился, я бы предположил, что в десерте помолвочное кольцо, — заметил Фролов. — Ну, знаешь, как в кино. — Но кольца там нет. Так зачем ему дважды напоминать официанту о точном времени? — задался я вопросом, и вдруг меня осенило. — Ему плевать на десерт. Он создаёт железное алиби. Потому что сам к Полине не пойдёт — он нанял профессионала. А профессионал… — я уже хватал ручку двери, — в квартиру может проникнуть не только через дверь. Возможно, он уже там, — последние слова я выкрикнул, выскакивая на улицу и срываясь на бег к подъезду. — Влад, ты что творишь?! — рявкнул следователь и помчался за мной. — На хера мы здесь двое суток ползали чуть ли не на пузе, чтобы ты сейчас спалил всю конспирацию?! Стой! Или хотя бы не беги. Если Марк нанял кого‑нибудь следить за двором, считай, всё, мы зря суетились. — На время-то посмотри: как раз половина одиннадцатого! — гаркнул я в ответ, уже у двери подъезда, прикладывая таблетку к замку домофона. — Марку подадут десерт в момент нападения на Полину — то есть сейчас! А ты предлагаешь мне идти прогулочным шагом? Распахнув дверь, я, перескакивая сразу через несколько ступеней и минуя лифт, который наверняка пришлось бы ждать, полетел на этаж Полины. Олег, напротив, не проигнорировал лифт, и это было разумно: если кабина на первом этаже, есть шанс, что следователь поднимется хоть на секунду быстрее меня. А сейчас не то что секунда — каждое мгновение на счету. У двери квартиры Полины мы с Фроловым оказались почти одновременно, я совсем немного его опередил. — Может, хоть для приличия постучим? — предложил Олег. — Если всё в порядке, перепугаем её. Вдруг она в ванной или легла спать? — Ещё чего! — прокручивая ключ в замке и толкая плечом дверь, рявкнул я, врываясь внутрь. — Полина?! Из гостиной практически одновременно послышались звуки: упала какая-то мебель, также на пол свалилось что-то ещё, но уже более мягкое, раздался сдавленный стон Полины, быстрые тяжёлые шаги и звук открывающейся балконной двери. Когда мы со следователем оказались в гостиной, Полина, поджав ноги и скрестив на груди руки, лежала на полу. Рядом валялся опрокинутый стул, с люстры свисала петля, а за распахнутой балконной дверью мелькнула мужская фигура. — Стоять, падла! — выкрикнул Олег и помчался к балкону. Я же бросился к Полине. Полина Я ни черта не соображала от страха и не могла говорить, зато рыдать получалось отлично. Поток слёз и невнятное «бу-бу-бу» — вот и всё моё сопротивление, пока этот тип ставил меня на стул, чтобы надеть на шею петлю. Удивительно, как много значит надежда и сколько сил она придаёт. Я дрожала, мычала, но когда услышала за дверью голоса и звук поворачивающегося ключа, сразу же чётко и ясно произнесла: — Всё, капец тебе! Мужик в маске насторожился, посмотрел на верёвку, на меня и, поняв, что уже не успеет, толкнул меня и кинулся к балкону. Я рухнула со всего маха и крайне неудачно. Отбила локоть, колено, плечо, возможно, что-то сломала или вывихнула. И всё равно я улыбалась. Кости срастутся, синяки сойдут — главное, я жива! Когда Влад поднял меня с пола и, раз за разом повторяя моё имя, крепко обнял, мне стало совсем хорошо. Пусть он сжимал меня так, что от боли из глаз сыпались искры — это ничего, ерунда. Я готова терпеть боль в десять раз сильнее, лишь бы ощущать это прекрасное чувство, когда ты в безопасности, тебе больше ничего не грозит. Чтобы Дёмину даже в голову не пришло меня отпустить, я вцепилась в него мёртвой хваткой, даже прикусила зубами ткань его куртки, так что меня от него теперь фиг отдерёшь. Спустя несколько мгновений я почувствовала, как Влад повернул голову в сторону балкона и напрягся. Я тоже посмотрела туда. Через распахнутую дверь, на фоне ночи, в ожесточённой схватке схлестнулись двое мужчин. Фролов хоть и сильно уступал напавшему на меня по комплекции, но, на мой взгляд, явно брал верх. По крайней мере, именно следователь атаковал, а тот, кто чуть не убил меня, оборонялся. Дёмин, видимо, разделял мою оценку боя, потому что немного расслабился и уже не выглядел как человек, готовый в любой миг сорваться и броситься в драку. Буквально через минуту уставший, с разбитой в кровь губой, но невероятно довольный Фролов втащил с балкона в гостиную мужчину в маске и усадил его на пол в пустой угол. Причём выглядел следователь так, будто он охотник, принёсший из леса домой добычу. — Ну, давай знакомиться, — Олег Владимирович наклонился и сорвал с мужчины маску, открыв довольно молодое лицо: крупный нос, насупленный взгляд, массивный подбородок и короткие светлые волосы. — Что, блондинчик, готов назвать имя своего заказчика? Или сам в одиночку ответишь за попытку убийства по всей строгости и выйдешь на волю дряхлым, изломанным зоной стариком? — Я готов сотрудничать, только если получу гарантию минимального срока, — пробормотал парень. От его голоса, который ещё недавно обещал мне быструю смерть, меня бросило в дрожь. — Не охренел ли? — Фролов пнул парня по ботинку, не с целью причинить боль, а скорее показать его место. — Гарантии ему подавай! Да я перерою всю твою жизнь, перемещения, связи, и за пару часов выйду на нанимателя. У тебя один шанс получить снисхождение на суде — заговорить сейчас, чтобы я отметил в рапорте твоё активное содействие следствию. Единственное, что я могу тебе гарантировать, будешь молчать — получишь по полной. Имя заказчика? Быстро! — закричал Фролов не своим голосом. — Сабитов, — глядя в пол, выдохнул парень. — Сабитов Марк. — Переписку или звонки с ним фиксировал? Страховался на случай провала? Есть чем подтвердить слова? — Да, — поморщившись, кивнул парень. — У меня есть запись нашей встречи. Фролов от радости даже слегка подпрыгнул и довольно потёр ладони. — Ну всё, можно вытаскивать этого Гаврика из ресторана и вести в отдел. Влад, ты как, с нами? В задержании участвовать не дам, но со стороны тоже интересно понаблюдать. Поняв, что Дёмин может уехать, я крепче обвила его шею руками и прижалась теснее. Не пущу! — Нет, Олег, дальше с Марком разбирайся сам, я останусь с Полиной, — отказал следователю Влад, погладил меня по волосам и, кажется, поцеловал в висок.