Глава 8

— Это ты так решил? — фыркнула Марго, не отрывая враждебного взгляда от Влада. — С какой стати? Не много ли на себя берёшь?! — Если бы ты тут не верещала, как резаная, не устраивала концерт, ползая по столу, а дала дочитать завещание, то и вопросов бы не возникло, — протянул Дёмин со свойственным ему превосходством над всеми и вся. — Сергей возложил на меня обязанность блюсти интересы Полины и дал все полномочия полностью контролировать полученное ею наследство. Это не было простым решением, но я согласился, — Влад бросил взгляд на стол в углу, за которым он совещался с нотариусом и юристом, давая понять, что его поставили перед фактом и почти не дали времени на размышления. — И я подойду к этому вопросу максимально ответственно. Делиться наследством с тобой, Марго, или с Марком – не в интересах Полины, значит, я этого не допущу. Без моего одобрения Полина не может снять со счёта даже символическую сумму, так что не бегайте к ней и не клянчите. В голове и так царил хаос: муж, вместо ближайшего родственника, Марка, сделал наследницей меня, а новость о том, что он вдобавок назначил именно Дёмина меня опекать, и вовсе добила. Быть накрепко связанной с Владом большими деньгами – последнее, чего я хотела. — А если Полина откажется от наследства, в этом случае оно будет распределено между мной и Марго? — спросил Марк у нотариуса, затем, словно извиняясь, повернулся ко мне и пояснил. — Я ни в коем случае не прошу тебя отказываться, просто хочу уточнить все детали. Нотариус только открыл рот, чтобы ответить, как Дёмин перехватил инициативу, стремительно поднявшись и приблизившись ко мне. — Если Полина откажется от наследства, её доля будет передана нескольким благотворительным фондам, — эту часть фразы Влад произнёс громко, чтобы все слышали, а следующую – почти шёпотом, мне на ухо. — Только заикнись об отказе, и ты тут же попадёшь в список пропавших без вести. Я не позволю пустить с молотка половину моей компании. — Марк, мы должны подать в суд! — с надрывом выкрикнула Марго. — Нас обокрали! Не удивлюсь, если они в сговоре, — женщина ткнула пальцем в меня и Влада. — Ваша парочка всегда казалась мне подозрительной. Когда вы смотрите друг на друга, аж искры летят! Между вами определённо что-то есть. Вы любовники! Молодая жена и деловой партнёр – идеальный союз, чтобы обвести вокруг пальца доверчивого Сергея. Одна нашёптывала в постели, лёжа рядом на подушке, другой обхаживал в кабинете. — Маргарита Леонидовна, подача иска – ваше законное право, — вмешался в разгорающийся скандал Артём Петрович. — Однако, во-первых, ваше заявление, скорее всего, отклонят ввиду необоснованности обвинений. А во-вторых, не забывайте, злоупотребление правом и ложный донос – деяния наказуемые. — А ты, пронырливая морда, лучше помалкивай, наверняка имеешь свой процент с этой аферы, — прошипела Марго на юриста, а затем обрушила свой гнев на меня, завопив. — Это ты, тварь, всеми манипулируешь! — женщину аж колотило от ненависти. Марго лихорадочно оглядывалась, будто что-то выискивая… и только потом я поняла, что она ищет, когда, не найдя ничего более опасного, она схватила со стола бутылку и запустила в меня. Судя по траектории, несмотря на похмелье, Марго бросила на удивление метко, бутылка летела прямёхонько мне в лоб. Всё происходило настолько спонтанно и быстро, что я не успела отреагировать и просто стояла. Быть бы на моём лбу шишке, если бы Дёмин одним резким движением и буквально в последний момент не задвинул меня себе за спину. После чего снаряд Марго угодил всего лишь в стену. Странный этот Дёмин… минуту назад обещал включить меня в список пропавших, и тут же, действуя явно на инстинктах, пусть от малой угрозы, но уберёг. Видимо, даже подсознательно он защищает своё право прибить меня лично. — Вызвать охрану, чтобы проводили Маргариту Леонидовну до двери? — спросил Артём Петрович, причём не у нотариуса, что было бы логично, ведь он глава нотариальной конторы, а у Дёмина, который здесь всего лишь фигурант, но, как и всегда, всё решает именно он. — Сейчас выясним, — ответил Влад, строго взглянув на Марго. — Как ты предпочитаешь покинуть помещение, сама, сохранив остатки достоинства, или силой? Ноги Марго широко расставлены, кулаки воинственно упёрты в бока, глаза гневно сверкают, судя по всему, она бы выбрала «силой», но Марк, думая о её же благе, решил иначе. — Мы с Марго уходим, — отрезал парень, взял женщину за локоть, а когда она резко выдернула руку, зашипел на неё. — Уходим, я сказал! С трудом, но Марк уволок упирающуюся Марго к вешалке, где чуть ли не силой одел её, после чего они вместе ушли. — Полина Алексеевна, вот ваш комплект документов, — обратился ко мне нотариус, протягивая толстую синюю папку. — Завещание я не дочитал, но здесь вся необходимая информация. Если у вас возникнут вопросы, звоните Артёму Петровичу, он вас проконсультирует. А когда решите оформить наследство, запишитесь ко мне на приём. В папке есть список с нужными адресами и телефонами. — Спасибо, — поблагодарила я и поспешила уйти, потому что Артём Петрович и нотариус уже живо собирали со стола свои вещи, а оставаться с Дёминым наедине мне совсем не улыбалось. — Ты ведь знала, что Сергей всё оставил тебе? — прозвучал вопрос, как только за юристами закрылась дверь, а я, к сожалению, даже пальто не успела надеть. Нет ничего проще, чем послать Дёмина ко всем чертям и, не сказав ему больше ни слова, уйти. Но проблема в том, что просто – не всегда правильно. Как заявлял сам Влад, я у него под прицелом, и теперь у него есть то, чего ему так не хватало для вынесения мне приговора — мотив. Если я наследница, значит, он у меня есть. И хоть оправдаться перед Дёминым – это из области фантастики, я должна хотя бы попробывать. Крайне неохотно повесила пальто обратно на вешалку и подошла к Владу, чтобы видел мои глаза. Да, он меня ненавидит и уже решил, что Серёжу убила я, но ведь он далеко не дурак, должен разбираться в людях и видеть, лгут они ему или нет. — Нет, я не знала. Так же, как ты и Марк, — сказала я, а заметив на лице Дёмина саркастическую усмешку, добавила. — Ну давай, начинай сочинять свои излюбленные теории заговора. Может быть, я соблазнила Артёма Петровича, чтобы быть в курсе всех юридических дел мужа? Или, нет, затащила в постель сразу нотариуса, чтобы уж точно получать всю информацию из первых уст? А лучше сразу обоих, чтобы наверняка. Почему ты улыбаешься? Теории как раз в твоём стиле, не лучше, но и не хуже. — Тебе мог сказать сам Сергей, — заявил Дёмин, слегка наклонив голову набок. Прикрыв глаза, мысленно матерюсь. Нет, никогда мне не достучаться до этого бронебойного барана. — Хорошо. Давай предположим, я та, за кого ты меня принимаешь — изворотливая алчная змея-жена, которая только и ждёт, как бы избавиться от мужа, чтобы заграбастать все его деньги. И вот случилось чудо, я стала наследницей, об этом мне муж сам сказал, но ведь вместе с этим он бы и про твой контроль наверняка упомянул. Дура я, что ли, набитая соглашаться на такие кабальные условия? Неужели бы я не подождала и не нашла способа измазать тебя в грязи перед Серёжей, чтобы ты исчез из завещания? Уловив во взгляде Дёмина некое подобие сомнений, я поспешила закрепить достигнутый результат. — Сам посуди. Я ведь теперь богатая наследница только в теории, а на деле… цитирую тебя: «Полина не может снять со счёта даже символическую сумму». Охренеть, как много я получила от смерти Сергея! Абсолютный ноль называется. — Про символическую сумму это я так сказал, чтобы к тебе Марго с Марком не вязались, — прорычал Дёмин, отвернувшись в сторону. — Если именно на себя и в разумных пределах трать сколько нужно. — Ну да, — зло рассмеялась я. — Только прежде, надо будет сходить к тебе на поклон, часов десять подождать аудиенции, потом на пузе подползать к Его Величеству, заикаясь и бледнея объяснять, для чего и зачем оно мне надо? Вот ты от процесса-то кайфанёшь. — Ты считаешь меня совсем уж монстром?! — взревел Дёмин, наступая на меня. — Конечно, нет! — заверила я, невинно хлопая ресницами. — Любой монстр по сравнению с тобой – пушистый зайчик. Ты гораздо более… злобная сущность. И вездесущая! После похорон я думала, что больше никогда не увижу Дёмина Владислава Викторовича. И что? Вот он – передо мной! Опять! — Думаешь, я горю желанием с тобой встречаться? — ещё сильнее вскипел он. — Ты хоть представляешь, до какой степени я наступил себе на горло, согласившись блюсти твои интересы? И заметь, я уже это делаю! В душе мне хотелось тебя удавить, но вместо этого я оттащил от тебя эту пиявку Марго. — Раз уж тебе это настолько в тягость, не нужно было соглашаться, — заметила я. — Отказать другу в последней просьбе? Нет, это не вариант. Но я могу снять с себя это бремя, если докажу, что ты убила мужа. Тогда по закону ты станешь недостойной наследницей, и имущество Сергея перейдёт Марку. И твои интересы мне больше не придётся защищать. — Марку? А почему не благотворительным фондам? Ты же говорил, если я откажусь… — Вот именно, если сама откажешься, а если признают недостойной наследницей, то твоя доля перейдёт Марку. — И что, мы теперь связаны, пока из нас кто-то не помрёт? — спросила я устало. Если Дёмина, судя по всему, скандалы бодрят, то из меня вытягивают последние силы. — Нет. Я должен опекать тебя, пока тебе не исполнится тридцать пять лет или пока ты не родишь, и ребёнок не достигнет семи лет. — То есть – вечность. Минута рядом с тобой равна году, причём в аду. А что будет, если ты, например, погибнешь? — Дёмин удивлённо на меня посмотрел, а я лишь пожала плечами. — Всякое бывает. Все мы под Богом ходим. — Точно не знаю. Может, я какой-то пункт и пропустил, но мне кажется, что этот вариант Сергей не предусмотрел. Полина, ты собираешься ещё раз выпачкать руки в крови? — поинтересовался Влад без намёка на страх, скорее – с лукавой усмешкой. И подошёл так близко, что наши тела едва не соприкаснулись. — Чтобы выпачкать второй раз, их сначала надо выпачкать в первый, — отозвалась я. — И хотя насилие в любых проявлениях – это вообще не моё, для тебя я бы сделала исключение. Даже не представляешь, сколько раз я фантазировала, как колочу тебя по голове железной палкой или загоняю иголки под ногти. Кстати, ты при этом плакал и визжал. — Мы не договорили, — сказал Дёмин, когда я направилась к выходу, и попытался схватить за руку. Но я изучила его достаточно хорошо и, предвидя этот манёвр, успешно увернулась. — Поговорим позже. Я устала. — Когда? — уточнил он, но хоть догонять не побежал. Уже прогресс. — Когда пропью курс успокоительных и буду морально готова. В общем, я тебе напишу.