Глава 34

Кажется, прошел день. А может, уже и два… Я спала, а когда просыпалась, то иногда находила возле себя горящую свечу и хлеб с водой, а иногда распахивала глаза в темноту, даже примерно не догадываясь, вечер ли, утро или ночь… Сколько-то лежала без единой мысли в голове или желания что-то делать, а потом снова засыпала.

Два, три, четыре?.. Сколько раз мне приносили хлеб и воду, к которым я больше не притрагивалась, не считая самых первых? Я не помнила. Что это было: завтрак, обед и ужин или только завтрак и ужин? Или тут кормили раз в день? Нужно было заставить себя думать, но не получалось. На это просто не оставалось желания. Мне все время хотелось спать. И я не могла не понимать, что такое состояние не нормальное, что со мной что-то происходит.

Дошло до того, что вынырнув из сна в очередной раз, я не смогла открыть глаза. Все слышала, хоть тут и не было никаких звуков, кроме потрескивания свечи, но ничего не видела. Но у меня ничего не болело, не считая ужасающей слабости, что завладела телом.

Так продолжалось несколько раз, пока я не очнулась от звука открываемой двери. Точно знала, что до этого ее никто не открывал. Оставалось тайной, как в камере появляется еда.

— Рона, — донесся до меня голос Николы. Я его сразу узнала, сознание свое контролировала отлично. Но даже пошевелиться не смогла. — Что с тобой? — коснулись меня его руки и слегка встряхнули.

Больше он не говорил — перешел к делу. Никола подхватил меня на руки и куда-то понес. Сначала я улавливала все ту же затхлость, но постепенно воздух становился более свежий и прохладный, пока я не поняла, что Никола вынес меня на улицу. Сразу же стало зябко, но поежиться я не смогла. Тело по-прежнему не слушалось меня. Хорошо хоть Никола покрепче обхватил меня руками и прижал к себе. Так стало гораздо теплее. Я даже уловила его запах, и он мне понравился.

Шли мы довольно долго. Я слышала тяжелое дыхание волка и понимала, что с такой ношей ему приходится нелегко. Но руки Николы продолжали прижимать меня к себе, и судя по всему, шаг его не сбивался и не притормаживался.

— Наконец-то! — услышала я еще один знакомый голос, но на этот раз не сразу сообразила, кому он принадлежит.

— Я не знаю, что с ней. Вроде дышит, но в сознание не приходит, — поделился опасениями Никола, не останавливаясь, продолжая куда-то идти.

— Это все тлен подземелья, — тут я узнала Мария в говорившем. А он-то тут откуда? И почему Никола говорит с ним так, будто именно он устроил мне побег из темницы. Оставалось надеяться, что я не сошла с ума, все это мне не мерещится, а происходит на самом деле. — Пробудь она там еще хоть день, спасти бы уже было невозможно.

— Вот, …! — довольно грязно выругался волк. Но я была с ним солидарна, понимая, кого он сейчас имел в виду. — Дрянь она, а не королева!

— Надо поторапливаться, — просопел Марий. — Скоро орлы бросятся в погоню, а мы еще не пересекли черту видимости.

Никола прибавил шагу, практически побежал. Мне же оставалось только удивляться его выносливости и жалеть, что не могу даже поблагодарить. Очень надеялась, что не умру вот так вот и смогу хотя бы отблагодарить.

Кажется, я снова умудрилась уснуть, прямо на руках у Николы, вновь разорвав нить действительности.

Очнулась я в кромешной темноте и звенящей тишине. Первым делом попробовала пошевелиться и поняла, что свободно могу двигать руками, ногами, да и всем телом. Еще раньше я спокойно открыла глаза, только вот ничего не увидела, правда. А когда села на том, на чем лежала и коснулась босыми ступнями ледяного пола, почему-то сильно испугалась. Где я? И почему тут так темно и тихо?!

— Никола, — позвала сначала шепотом, а потом уже громче. — Никола!..

Сразу же различила какой-то звук — то ли скрип, то ли хруст. Испугаться вновь не успела — знакомый голос произнес:

— Тише, малышка, ты в безопасности. Я сейчас…

И снова до меня донеслись какие-то шорохи, звук падающего чего-то… Никола ругнулся… А потом загорелся слабый огонек, выхватывая из темноты самого волка, небольшой стол и часть стены с окном. Правда почти сразу мне удалось разглядеть и комнату, в которой находились мы с Николой. Не больше моего лесного домика и примерно такая же убогая. Только кроватей тут было две и вместо очага большая белая печь посередине. Свет исходил от лампы, настраивать фитиль которой Никола и закончил.

— Ну как ты? — приблизился он ко мне. А потом и вовсе опустился на кровать и приобнял за плечи, прижимая к себе. — Как чувствуешь себя?

— Вроде нормально, — прислушалась я к себе. — Гораздо лучше, чем до этого, — усмехнулась я.

— Есть хочешь?

— Хочу! — призналась, думая о другом. Неловко было находиться в такой близости от волка. Мы ведь с ним и знакомы-то всего ничего, да и я не совсем одета, — окинула я беглым взглядом свою сорочку без рукавов. Но и пошевелиться я не рискнула, боялась обидеть. Он ведь просто приобнял меня по-дружески, а я уже себе надумала не весть что…

— Так, — встрепенулся Никола, и я поняла, что до этого он о чем-то думал. Потому, наверное, и прижимал меня к себе слишком долго. — Садись-ка поудобнее, — устроил он меня в подушках, со всех сторон подтыкая одеяло. — Я сейчас… — и ушел к печи, принялся теперь доставать что-то из нее.

Поняла, чем еще мой домик отличался от этого. Здесь была настоящая постель: с простынями и подушками. В моем же мне приходилось довольствоваться шкурами.

— Что б все съела, — вручил мне Никола миску, полную еды. А перед этим извел просто аппетитными запахами.

Я глазам своими не поверила. Настоящее мясное рагу! Когда же я еле такое в последний раз? Дома?.. Мне казалось, что это было так давно, что даже вкуса его не могла вспомнить.

— Откуда? — посмотрела я на довольное лицо Николы.

— Сам приготовил, — улыбнулся он. — Попробуй же, чего ты?

И я попробовала. Так попробовала, что не смогла остановиться или хотя бы прерваться на разговор, пока все не съела. Кажется, это было вкуснее даже, чем то рагу, что готовила мама дома.

— Не знала, что ты умеешь так вкусно готовить, — поблагодарила я, чувствуя, что готова вновь уснуть, на этот раз от обжорства.

— Одиночество многому учит, — уклончиво ответил волк. Я тоже не стала развивать эту тему, понимая, о чем он.

— Никола, а где мы? И как у тебя получилось спасти меня из темницы?

Это были те вопросы, которые я хотела задать ему еще тогда, когда нес он меня неподвижную. И сейчас я надеялась получить на них ответы.

— Как ты вообще узнал, что королева велела схватить меня?

— Давай обо всем по порядку… — снова опустился он на мою кровать, но на этот раз оставив между нами приличное расстояние. Да и приобнять больше не пытался. — Начну с того, что я и не знал, что с тобой приключилась беда. Уж прости… Два дня назад ко мне пришел Роун и рассказал, что тебя бросили в темницу.

— Роун? — собственно, удивило меня не то, что тот узнал об этом сразу же. Ведь не зря же он первый маг королевы. — Зачем он пришел с этим к тебе?

Почему Роун не спас меня сам, раз уж так этого хотел? Или наоборот не хотел? Кажется, мне нужно не перебивать, а внимательнее слушать. По лицу Николы я поняла, что думает он примерно о том же.

— Вот и я его об этом спросил, но он мне не ответил, — странный какой-то получался рассказ. Вместо ясности я запутывалась еще сильнее. — Вместо этого маг спросил, хочу ли я попасть домой, забрав с собой сына. И даже не это больше всего поразило меня, — Никола замолчал ненадолго, задумчиво глядя на меня. Я же не перебивала, терпеливо ждала. — Отгадай, что за условие он мне поставил?

— Даже примерно не знаю…

— Забрать тебя с собой.

— Меня? Роун отпускает меня из Млеки?

Это стало потрясением. От мага я такого не ожидала. Эта новость даже разбавила неприятный осадок от признания Николы, что согласился освободить меня только лишь ради того, чтобы вернуть сына. Впрочем, он имел на это право. Кто еще ему ближе Марка?

— И ты ему поверил?

— Он оставил мне метку обещания, — Никола задрал рукав и показал мне красный круг с черной точкой в центре. Даже я знала, будучи человеком, что если маг дает обещание и подкрепляет его меткой, то нарушить его он не может уже ни под каким предлогом. — И посмотри на свои руки.

Я взглянула на ладони и ахнула. Клеймо рабства исчезло.

— Ты теперь тоже свободна. Роун освободил тебя, как и вылечил после темницы.

— Он был здесь?

Никола кивнул, не переставая о чем-то размышлять.

— И когда мы сможем отправиться домой? — задала я главный вопрос.

— Роун велел ждать его здесь. Сколько, не знаю…

— А здесь, это где? — оглядела я комнату.

— Этот дом принадлежит Марию, и находится он за пределами королевства. Он получил вольную еще от матери Марго, как и этот дом. Вроде как оказал ей какую-то услугу, за что та и отблагодарила его. И в королевстве он работает по доброй воле.

— И тут королева не сможет до нас добраться?

— Нет. На эту территорию власть ее уже не распространяется. Тут она нас даже засечь не может.

Я не понимала настроения Николы. Почему он такой задумчивый, когда надо радоваться. Ведь совсем скоро он сможет убраться отсюда вместе с сыном.

— Я любил лживую женщину, — ответил он на мой вопрос. — И больше десяти лет я прожил во лжи. Она рассказывала, что скрывалась от магов коалиции, а сама работала на них. К тому же еще и оказалась наследницей трона. Она мне все время лгала.

— Что ж, хорошо, что хоть сейчас ты узнал о ней правду.

— Давай спать. Возможно, завтра придет Роун и принесет какие-нибудь новости.

Какой там спать! Наверное, я выспалась на несколько недель вперед. А вот мыслей в голове было столько, что я не знала, на какой сосредоточиться. Почему Роун освободил меня и решил отпустить? Или он затеял какую-то одному ему известную игру, где возможен только один победитель — он сам? Как со всем этим связан Марий? Что предпримет Марго, когда узнает, что я сбежала, да к тому же с Николой? Долго ли нам тут прятаться?.. Столько вопросов и ни одного ответа. И Никола знает не больше моего. Оставалось надеяться, что правду мне удастся узнать от Роуна, когда тот придет сюда.

И все же сон сморил меня снова. Горазда же я спать оказалась! Уже засыпая, я подумала, что если больше не вернусь в королевство, то никогда уже не увижу Ерка. И эта мысль вызвала слезы.