Глава 34

– Странно, что старуха злобная затихла, – задумчиво сказала Люсе Даша, выслушав рассказ подруги, – Я от неё ожидала более рьяного «наступления». Не верю, что она просто так отступилась! Поди сидит, строчит письмишки по всяким там учреждениям! Змея! А Мишка хорош гусь! Пришёл, хоть бы пряник ребенку принёс. Зачем ты его выгораживаешь перед Алёшей, про шоколадку придумала? Он мальчишка смышлёный, сам понимает всё… – Да я про шоколадку не ради Миши выдумала, а как раз ради сына. Он ещё маленький, ты думаешь, в таком возрасте легко осознать, что не нужен ты отцу, да и не был нужен никогда! И что ему вообще никто не нужен, кроме себя самого. Мал ещё Алёшка, чтобы это понимать, да и я не хочу такого. Это у нас не сложилось с его отцом, а он должен знать, что совершенно не при чём здесь… Просто так получилось! – Ну, тебе виднее, – смягчила тон Даша, – Наверное, ты права, для ребенка и так потрясение… Ну, а что нужно-то было, чего приходил? Если не извинился даже. – Как я понимаю, он и виноватым-то себя не считает, – покачала головой Люся, – А приходил… убедить меня и, наверное, себя, что это я во всём виновата. Кто-то наплёл ему, что Макар приходил, он так радостно за это зацепился, что можно всё теперь на меня свалить. – Ой да глупости, кто ему поверит! – возмущённо фыркнула Даша, – Ты не забывай, у нас тут в Городище всё, как на блюде видать. Это Мишаня у нас всё катается где-то, а ты здесь, дома с ребёнком да на работе. Если и пришёл раз старый друг проведать, проездом, то что в этом такого. Кстати, не приезжал больше, Макар-то? – Нет, не был, – ответила Люся и не смогла сдержать грустного вздоха, – Наверное, уже уехал, куда направили. – Ну, человек военный, сам себе не принадлежит. Напишет тебе, я уверена. Хорошо, что ты этот адрес ему дала! Люся и сама думала, что была бы очень рада получить весточку от Макара… и всё чаще думала, каким же он стал… Встретила бы на улице, наверное, и не узнала бы. Только глаза всё те же, озорные и добрые. В субботу Люсе с самого утра почему-то не спалось, хотя накануне они с Алёшкой позволили себе совершенно ужасным образом нарушить режим. Они долго сидели на крыше сарая, потому что ночь была до того звёздная…хоть и прохладная. Закутавшись в старое шерстяное одеяло и прижавшись друг к другу, они долго говорили обо всём на свете, рассматривали скопления звёзд, и решили, что обязательно приобретут себе карту звёздного неба. Люся выглянула за калитку, улица была еще пуста, хозяйки собирались выводить скотину в стадо, во дворах квохтали куры и слышались расслабленные, неторопливые разговоры хозяев, как это бывает только в выходные дни. Заспанный Алёшка вышел на крылечко, когда Люся уже начинала топить баню. – Мам, а можно я пока погулять пойду? Пока баня топится? Меня Сашка сегодня ждёт, и Ромка Железнов, хотим в футбол поиграть на пустыре. – Иди, только сначала позавтракаем. И долго не бегай, баня быстро готова будет. Быстренько проглотив завтрак, Алёшка прихватил свой уже изрядно потрёпанный мяч и только пыль взвилась за ним по дороге. Люся усмехнулась, глядя в след сыну, казалось, что это было так давно… с нею самой, когда она так же бежала к Вере и Даше. Будто не одна жизнь минула с той беззаботной поры… Повязав волосы косынкой, Люся прибиралась во дворе, и раздумывала над тем, что к зиме нужно будет поправить дровяник, придётся кого-то нанимать. Дрова уже привезли, и теперь поленья высокой кучей лежали чуть не посреди двора. Люся взялась понемногу носить их к бане, складывая в небольшую поленницу. – Хозяюшка, доброго дня! – раздался у калитки мужской весёлый голос, и Люся вздрогнула. Макар стоял у калитки, одетый в старую, чуть потёртую ветровку и с сумкой в руках. – Макар! Входи, что же ты. А я думала, ты уехал уже, – Люся смущённо поправила выбившиеся из-под косынки волосы. – Скоро уезжать, – грустно кивнул Макар и отворил калитку, – Уже билет на руках. А я с племянниками оставался, сестра моя к мужу ездила, он на операции в городе. Дело серьёзное, но спасибо врачам, всё обошлось. Катя вчера вернулась, Андрея скоро выпишут, и я к вам… решил заглянуть, попрощаться. Ну, где твоё семейство, давай, знакомь! – Ну… я одна дома, у всех свои дела, – Люся немного покраснела, – Алёшка убежал с друзьями мяч гонять… Ну, ты проходи, я тебя сейчас накормлю! Макар внимательно посмотрел на Люсю, слушая её немного сбивчивую речь, и вдруг нахмурившись отвёл глаза в сторону. «Шрамы мои увидел, – подумала Люся, и покраснела ещё сильнее, – В прошлый-то раз уже вечер был, не видно… Сейчас спрашивать будет, откуда, почему…» Но Макар ничего не спросил и разглядывать Люсю перестал. Скинул куртку и принялся набирать охапку поленьев. – Не нужно, зачем ты! Мы сами сделаем, – воскликнула Люся, глядя на белоснежную и отглаженную рубашку Макара, – Испачкаешься… Пойдём лучше чай пить. – Ничего, не страшно, постираю. А чай… сначала дела, а ты посиди. Люся, конечно, сидеть не стала, и за делом потекли разговоры о том, что было в жизни обоих, когда судьба так надолго развела их. Люся старалась не касаться щекотливой темы личного и рассказывала про учёбу, и что с первого сентября она начнёт учить детей, как всегда и мечтала. Начал накрапывать мелкий дождик, невесть откуда налетели сероватые облака, Люся выглянула на улицу и приставив ладонь ко лбу разглядела, как вдалеке за домами на пустыре носятся маленькие фигурки. – Баня скоро готова будет, отмыть бы его еще, – усмехнулась она, – Совсем как мы с тобой в детстве, тоже ни одной лужи не пропускали. Ну всё, чайник вскипел! – Ох, я же забыл! Катя тебе послала гостинцев, да и я в магазин заглянул! – спохватился Макар. – А вот это я Алексею купил, мне кажется, ему понравится, – Макар достал из сумки большую книгу про звёзды, – Ты говорила, он любит… – Да он в восторге будет! – восхищённо гладя глянцевую обложку, сказала Люся, – Чудесно… спасибо огромное. – Люся… ты прости, что я не в своё дело лезу, – тихо проговорил Макар, – Но я не могу не спросить… что у тебя на лице? – А это…, – Люся покраснела и коснулась пальцами своих шрамиков, которые вроде бы и скрывали прядки волос, – Это… долгая история… – Я не про это, – удивлённо ответил Макар, подошёл к Люсе и коснулся её скулы, на которой остался еще небольшой, но заметный сине-зелёный след, – Кто это сделал?! – А…, – растерялась Люся, она и позабыла уже про этот синяк, за делами и прочими заботами иной раз и в зеркало глянуть было некогда, – Ну… – Это твой муж? Люся молча отошла к окну, она не знала, что ответить мужчине, который нахмурил брови, и знакомая жёсткая складка пролегла на его переносице. – Даша мне сказала, что вы переехали сюда, в бабушкин дом из колхозного, но я думал, что всей семьёй. Я когда приехал, сначала туда пошёл, но дома никого нет, и тогда я отправился к Даше… Расскажи мне, что случилось! Он что, бьёт тебя?! – Ударил один раз, – сказал Люся, голос её поник, вспоминать и говорить про это не хотелось… кроме того, было почему-то очень стыдно, – И мы теперь с сыном здесь будем жить, а муж… там, в колхозном доме, наверное. – Смотри, какой дождь начался! – глянула в окно Люся, – Где же Алёшка запропастился! Смутное беспокойство холодной струёй окатило душу, Люся глянула на часы, и хотя времени прошло совсем немного, ей показалось, что сына нет дома давно. – Ты посиди, я его поищу, – Люся торопливо накинула плащ и увидела, что Макар тоже одевает свою куртку, – Не ходи, промокнешь. – Не сахарный, не растаю, вместе пойдём. Только Люся шагнула за калитку, как мимо неё пробежал Ромка Железнов, мокрый и босой, со старыми кедами в руках. – Рома! А где Алёша? – крикнула Люся и мальчик обернулся. – Я не знаю, они с Сашкой ушли куда-то, я не видел! Вроде бы на старую конюшню, – ответил торопливо Ромка и побежал поскорее домой. – На конюшню…, – беспокойно вздохнула Люся, – Я же ему не разрешаю никуда, только где ребята гуляют… – Нас-то вспомни, – сказал Макар, оглядывая пустырь, – Много мы гуляли, где мама разрешает! Так, пошли на конюшню! Дождь разгулялся не на шутку, лил как из ведра, и Люся промокла насквозь, но не замечала этого. Вместе с каплями дождя по её щекам текли слёзы, душа дрожала.