Глава 4. Долги

— Райан, — я беспомощно глянула на мужчину, который опустил руки и отступил на шаг от Хейда. — Это же зов. Они же…

Закончить не получилось. Ком встал у горла, мешая говорить, и я прислушалась, пытаясь выделить сквозь сладкий дурманящий зов рык ягуаров.

— Знаю, — хмуро ответил тот и перевёл взгляд на Листа. — Мы можем что-нибудь сделать? Защитить их? Убрать воздействие или максимально снизить его?

— Если только прямо сейчас ринемся в бой и своими силами закроем их глотки. Хейды нам сейчас не помощники. Лес слишком густой, много веток и мало места для манёвра, придётся действовать самостоятельно.

— Тогда вперёд, — делая еще два шага в нашу сторону, произнёс Райан. — Может, Боги будут на нашей стороне, и перевёртыши не успеют попасть под зов этих тварей, не услышат его.

Я отлично понимала, что мужчина пытается сейчас успокоить меня, внушить хоть какую-то надежду. Сам же Обсидиан отлично знал, что с таким острым слухом шансы на подобный исход ничтожно малы. И я знала, но всё равно уцепилась за этот крохотный шанс.

Вой ягуаров раздался еще ближе и эхом прошёлся по лесу.

— Они не сбавляют скорость, — заметил Дарен, прислушиваясь и оглядываясь.

До восхода солнца оставалось еще несколько часов, и в лесу было еще достаточно темно.

Зов болотников стал еще пронзительнее, уши заложило, а чужая магия неприятно покалывала на коже. Я видела, как они раскачивались из стороны в сторону — бледные тени в сумрачной мгле, как задирали вверх головы и протяжно выли.

— Времени ждать больше нет. Не знаю, как вы, но я совершенно не хочу воевать с обращенными перевёртышами.

Это и не понадобилось.

Их было семеро. Огромные кошки, которые в темноте казались серыми. С длинными толстыми хвостами и гибкими телами. Гораздо больше обычных ягуаров. Они выскочили из-за деревьев, ярко сверкая жёлто-зелёными глазами, и сразу бросились в атаку на болотников.

— Всем стоять на месте, — скомандовал Лист.

Но это было лишнее. Маги и так замерли, безотрывно следя за разворачивающейся на их глазах бойней.

Свет костра выхватывал отдельные эпизоды и фрагменты битвы. Смотреть на это кровавое действо было страшно. Раньше в Затопках мы боролись большей частью магией, минимизировав кровавые подробности. Я хорошо помнила, как болотники вспыхивали и рассыпались золой от прикосновения моих кнутов, но сейчас всё было иначе.

Зов стих.

Горьковатая после корня слюна подкатила к горлу, и меня вновь замутило. Если бы это было возможно, я бы закрыла глаза и прикрыла уши руками. Сделала всё что угодно, лишь бы не слышать предсмертных хрипов болотников, звука ломающихся костей, булькающей из рваных ран крови, падающих тел и громкого довольного урчания ягуаров.

Но руки были всё еще обморожены и перебинтованы, и единственное, что мне оставалось сейчас — стиснуть зубы и не отводить взгляд, изо всех сил стараясь не позволять собственному неуёмному воображению дорисовывать картинку в голове. Ту, что скрыта в ночи. Но получалось плохо.

Тихо шептали проклятья маги. Тяжело дышал и судорожно сглатывал Дарен. Ему это зрелище тоже не доставляло удовольствия, но он молчал и ждал окончания. Хлопая крыльями, вверх взлетел Вир, чтобы присоединиться к остальным птицам, которые кружили над нами. Райан подошёл и неслышно сел рядом, осторожно обнимая за плечи. Слов было не нужно, я и так знала, что он скажет и что это сейчас не поможет.

Неожиданно всё стихло.

Затем раздалось шуршание, захрустели под ногами тонкие ветки и прошлогодняя листва. Звук шагов становился всё ближе и ближе.

— Кто здесь главный? — раздался спокойный мужской голос, от которого я вздрогнула и ещё теснее прижалась к Раю.

Высокий широкоплечий светловолосый мужчина с зелёными глазами. Его волосы слегка вились и красиво обрамляли волевое лицо с прямым носом и квадратным подбородком. Одет он был в простые тёмные штаны и светлую рубаху, которая была расстёгнута чуть ли не до пупка, открывая грудь и небольшой камень-амулет.

Я отлично знала, что это. Личное изобретение Киана. Амулет, который очень сильно облегчал жизнь перевёртышей во время трансформации. Активировал его перед обращением, и одежда исчезла, активировал после — и она снова появилась.

Киан на его производстве сделал целое состояние. А какие опыты он ставил на родственниках, словами не передать. Я помнила Мика в дамском белье и Ригана в бабушкином платье.

— Зейн Лист.

— Найл Ягуар, — желто-зелёные нечеловеческие глаза смотрели прямо на меня. — Посол долины в Империи, — опять пронзительный взгляд, тишина и контрольный удар по самому больному. — И наул Алики Снежной. Откройте завесу.

Всего одно слово, и я проиграла.

Если до этого момента еще были какие-то силы для того, чтобы поспорить с ним или повоевать, то сейчас всё растаяло как дым, усиливая горечь во рту. Я сама заключила это соглашение. Сама согласилась на эти условия…

И я проиграла.

Мы оба это хорошо понимали.

Я чувствовала, как напрягся и словно отдалился от меня Райан, как пристально смотрели на меня маги и зло кривил губы Солод. И от этого было еще тяжелее. Да, хорошая из меня получилась ведьма. Сначала считалась девушкой одного, а потом спала с другим, и это при живом и вполне здравствующем науле.

— Господин Посол, — медленно проговорил Лист, который совершенно не спешил выполнять приказ Ягуара. — Прошу прощения, но у меня есть к вам вопрос.

— У меня тоже есть, — резко перебил его перевёртыш, скрестив руки на груди. — Что с моей луаной, почему она едва сидит, у неё перебинтованы руки и внешность ожившего мертвеца?

Это слово вновь ударило по натянутым нервам, и я отвела взгляд в сторону, лихорадочно пытаясь придумать, что делать и как поступить. За всей этой суетой, спасая свою жизнь и жизнь магов, забыла о самом главном — мне нельзя попадаться ему. А я попалась.

— Вы слышали зов? — игнорируя его вопросы, задал свой Лист.

Я даже еще больше зауважала этого пожилого мага. Не каждый решится бросить вызов перевёртышу, который к тому же обладал властью в Империи и мог весьма жёстко наказать за подобное оскорбление.

— Что? Какой зов?

— Зов болотников, — произнёс Райан, вставая и делая шаг в их сторону.

Я видела лишь его спину и стриженый затылок, который казался тёмно-красным в свете костра.

Найл недовольно поджал губы и огляделся, рассматривая изувеченные тела бледных созданий тьмы:

— Этих существ? Да, мы слышали какую-то песню, но к чему эти вопросы? — было видно, что Ягуар теряет остатки терпения.

Тяжело ему, видимо, пришлось. Так спешил меня поймать, что нёсся с самой столицы практически без остановок.

Всего пара часов, и мне удалось бы уйти. Но свой шанс я упустила, и теперь придётся отвечать.

— Дело в том, что эта песня является мощным заклинанием, которое без специальной защиты уничтожает разум и превращает в подобие этих болотников, — продолжил Лист.

— Вы хотите сказать, что мы заражены?

Стоящие за его спиной ягуары напряглись и повели носами, пытаясь распознать, меняется ли их запах в связи с новыми обстоятельствами. Интересно, а как пахнут болотники? Тиной и грязью или мертвечиной?

— Я не утверждаю, а предполагаю. И пока мы не убедимся в обратном, открывать завесу крайне небезопасно и нецелесообразно.

Ягуар что-то тихо прорычал, раздраженно почесал затылок и вновь взглянул на меня.

— Алика, ты в порядке?

Я сглотнула и медленно кивнула, понимая, что скрываться и делать вид, что мы незнакомы, крайне глупо.

— Вполне.

«Райан, пожалуйста. Не отдаляйся. Позволь всё объяснить. Я действительно не думала, что так всё получится. Прости меня», — кричало в отчаянии сердце, но я чувствовала, что опоздала. Если бы только я могла всё изменить.

— Что с руками?

— Обморозила, когда использовала сырую магию.

Ягуар рассеянно кивнул и вновь повернулся к Листу.

— Как долго нам ждать?

Тот переглянулся с Обсидианом и ответил:

— Не меньше часа.

— Как вы вообще здесь оказались, господин Посол? И почему поспешили на помощь? — тут же спросил Райан, пользуясь передышкой.

— Я уже сказал. Здесь находится моя луана.

— Она посылала вам весточку? — тихо уточнил мужчина, и я вздрогнула от того, как безжизненно прозвучал его голос.

— Алика активировала амулет, — жестко ответил Найл, смерив Обсидиана злым взглядом.

Я могла не спрашивать, чем вызвано такое отношение. Ягуар не дурак и сразу понял, что нас связывает. Мало того, являясь сильным перевёртышем и наследником одного из Двенадцати Лордов, он отлично чувствовал на Рае мой запах и понимал, что это означает. Отличный и бескомпромиссный повод отказаться от чести быть его луаной. Если бы не наше соглашение.

— Ты поставил следилку? — сухо спросила у него.

А вот это было не по правилам.

— Она активируется только в случае полного раскрытия амулета, что ты и сделала прошлым утром. Не хмурься, Лика, должен же я был как-то обезопасить нас. И Миа тоже согласилась с таким условием.

— Только мне ты забыл об этом сказать.

— Это всё очень мило, — перебил наш разговор Лист. — Но проблема никуда не делась. Мы не можем убрать защиту, пока не убедимся, что вы не попали под воздействие зова.

— А меня больше интересует, ПОЧЕМУ они под него не попали, — вставил Райан, и мужчины обменялись тяжелыми предупреждающими взглядами.

У меня была мысль вмешаться, но я и так сильно провинилась, поэтому в данной ситуации лучше было помолчать.

— Хорошо, — произнёс наконец Ягуар. — Если вам нужен час, то он у вас будет. После этого вы откроете завесу и позволите мне забрать Алику.

— Если она сама этого захочет, — вставил Рай.

— У неё нет выбора, — спокойно парировал тот и отвернулся, отдавая приказы своим людям: — Изор, Марк, на разведку.

— Лика, что происходит? — тихо поинтересовался Дарен, поворачиваясь ко мне. — Ты действительно его луана?

Спросил он, а ответа ждали все. Даже ягуары за завесой.

Вновь взглянув на напряженную спину Райана, который так и не обернулся, я сглотнула и призналась:

— Да.

На меня больше никто из присутствующих не смотрел. А я не знала, куда себя деть и как всё исправить.

Необходимо было срочно поговорить с Райаном, но как это сделать? Мы находимся в замкнутом пространстве, вокруг нас ходят полтора десятка любопытных магов, а за завесой еще и семь перевёртышей, обладающих потрясающим слухом, один из которых официально является моим наулом.

От бессилия и злости на саму себя я готова была выть, рычать и биться головой о ствол дерева, на который опиралась.

Выхода не было. Куда ни глянь — одна сплошная засада, и виновата в этом лишь я одна.

Обсидиан всё решил за нас.

Мужчина не спеша подошёл ко мне, и пока я собиралась с мыслями, достал из кармана пузырёк с синей жидкостью и бросил его на землю. Стеклянный сосуд разбился, и нас в одно мгновение заволокло дымом, который так же быстро отступил, образовав небольшой круг, в центре которого была я.

— Заглушка? — прошептала одними губами, поднимая на него глаза.

— Да, — спокойно ответил он и как ни в чём не бывало сел на землю прямо напротив меня. — Не волнуйся, маги нам сейчас не помешают. Умные ребята. Понимают, что мы должны поговорить без свидетелей и лишних ушей.

— Рай… — произнесла я срывающимся голосом.

Сколько всего надо было сказать, а слова не находились.

— Подожди, — он вскинул руку, призывая меня помолчать. — Давай сначала я скажу всё, что думаю, а потом уже ты. Если посчитаешь нужным.

Начало было не очень хорошим, и я невольно сжалась от осознания того, что всё кончено. Но дальше пошло совершенно по иному сценарию.

— Аля, мне совершенно всё равно, как и при каких обстоятельствах ты оказалась луаной Посла.

— Что? — прохрипела в ответ, не ожидая такого поворота.

Но Райан был так же спокоен, сосредоточен и равнодушен.

— Насколько я знаю, луана — это что-то среднее между женой и любовницей.

Я замялась. Сложно объяснять чужаку свои традиции, которые шли в разрез с общепринятыми нормами морали.

— Примерно так. Дело в том, что у нас в долине не существует разводов. Если перевёртыши вступают в брак, это навсегда. Поэтому появился промежуточный союз: луана и наул. Когда двое живут вместе, как муж и жена, растят детей, которые считаются наследниками наряду с детьми, что могут родиться в законном браке, и заботятся друг о друге. Таким образом проверяют свои отношения, прежде чем сделать такой ответственный шаг, как брак. Быть луаной почётно.

«Потому что обычно этого хотят двое влюблённых, а не кто-то еще».

Райан кивнул и произнёс:

— Ты сбежала от него.

— Нет, не сбежала, — я покачала головой, продолжая смотреть в чёрные как ночь глаза.

— Я был твоим первым мужчиной, Аля, — спокойно продолжил тот. — Ты ушла от наула, не позволив вашим отношениям стать столь близкими, сбежала в Империю, скрывалась от него все эти годы. Я ничего не упустил?

— Всё не совсем так. У нас есть соглашение, условия которого я нарушила.

— Я так и понял. Родные могут заставить тебя быть с ним?

Я покачала головой:

— У нас не такое ужасное общество, как думают в Империи. Принуждать меня не могут. Но я дала слово, что вернусь и… дам нам шанс.

— Но без принуждения? — продолжал допытываться Обсидиан.

— Без.

— Отлично, — неожиданно довольно протянул Райан и даже улыбнулся, вызвав у меня небольшой ступор. — Это очень хорошо.

— Не понимаю, — медленно проговорила я.

— Посол сопроводит тебя в долину, где ты будешь в безопасности.

— Райан, — я покачала головой.

Мужчина подсел ближе и убрал прядь волос с лица.

— Я приду за тобой, Аля, — тихо и уверенно произнёс он.

Сердце будто пропустило удар, и я робко улыбнулась.

— Клянусь Богами, что приду за тобой. Как только это всё закончится, как только болотники будут истреблены, я приду за тобой в долину и заберу с собой.

— Тебя не пропустят через перевал, — прошептала в ответ, чувствуя, как слёзы наступают на глаза.

— Пусть только попробуют. Ты моя жизнь, Аля, и я не собираюсь так просто сдаваться.

Как же мне хотелось коснуться его в ответ, провести пальцами по лицу, разгладить эту морщинки на лбу. Но руки всё еще были перебинтованы и страшно ныли.

— Но я не могу тебя здесь оставить.

— Мы это уже обсуждали, Алика. Можешь и должна, — твердо произнес Райан, а потом уже мягче добавил: — Ты и так слишком многим рисковала, пострадала, спасая остальных. Сейчас я прошу тебя лишь об одном: вернись и дождись меня.

Его голос был таким проникновенным и тихим, что я просто не могла сказать ему «нет», хотя очень хотелось.

— Хорошо.

Райан осторожно обхватил моё лицо руками и тихо произнёс, глядя мне прямо в глаза:

— Я люблю тебя, Алика Снежная. Моя девочка с глазами цвета грозового неба.

Слезинка медленно скатилась по щеке, и Обсидиан тут же стёр её большим пальцем. Как же мне хотелось ощутить его поцелуй на своих губах, но этого делать было нельзя. Ситуация и так слишком напряженная. И Ягуар не простит такого унижения.

— Обещай, что придёшь за мной.

— Клянусь. А ты обещай, что будешь ждать.

— Всегда.

Через час перед Ягуарами открыли полог, позволяя войти внутрь нашего лагеря. Найл не сказал мне ни слова, лишь принюхался и отвёл взгляд. Оправдываться перед ним я не собиралась, мы оба взрослые люди, чтобы понимать очевидные вещи.

Все это окончательно выбило меня из колеи. Сил и так было мало, а в свете последних событий, перенервничав, я почти сразу отключилась.

Разбудили меня на рассвете.

Лист вручил настойку, которая помогла бы мне добраться до долины и выдержать полёт на Хейде.

— Я буду сопровождать тебя. Попросишь своих птиц принять меня? — спокойно поинтересовался Ягуар.

Сейчас я могла хорошо рассмотреть его. Он почти не изменился за эти три года — всё такой же высокий, мускулистый и в то же время гибкий и стройный. Волосы пшеничного цвета зачесаны назад, открывая красивое лицо с желто-зелёными глазами, чёрными бровями и прямым носом.

— Ты же Посол, тебе нельзя покидать империю без особого на то распоряжения, — попыталась отказаться я, разминая ноги и затёкшие плечи.

— У меня есть сообщение для Совета Двенадцати.

Потом было прощание. Я поблагодарила за всё Листа, извинилась перед Солодом (сделав пометку попытаться разыскать в долине его сестру), крепко обняла Дарена и застыла перед Обсидианом, не зная, что делать дальше.

Не было слов, чтобы выразить наши чувства, но и молчать я не могла.

Мгновение, показавшееся вечностью. Мы стояли друг напротив друга, не в силах разорвать зрительный контакт. А потом Райан поднял руку и нежно коснулся моего лица, провел пальцами по щеке.

— Обещай, — прошептали губы.

— Всегда, — ответила я.

Следующая наша встреча состоялась через два месяца и была совершенно не такой, как мы ожидали.