Глава 16

Холодные камни пещеры пронизывали ледяным холодом, даже сквозь плотный, качественный плащ, который Катерина позаимствовала у принца. В голове царил настоящий хаос, смешанный с острой, почти невыносимой болью в затылке, пульсирующей с каждым ударом сердца. Мысли были затуманены, а перед глазами стояла непроницаемая чернота. Однако слух уловил едва различимый треск костра где-то неподалёку, жизнь продолжалась вокруг, несмотря на её состояние.

Катерина попыталась пошевелиться, но тело словно перестало ей подчиняться – оно казалось чужим и неподвластным. Когда сознание немного прояснилось, она поняла, что лежит лицом вниз на холодном каменном полу пещеры, связанная и тяжело дышащая. Каждое движение давалось с трудом, а горло саднило так сильно, будто она проглотила горсть сухого перца.

Что произошло? – мысли путались. Кажется, она бежала через пустошь, стремясь обогнать сам ветер. А потом… темнота.

– Проснулась? – раздался голос из темноты. – А я уже и не надеялся. Думал, что ударил слишком сильно. Прости уж… Иногда сложно контролировать новообретённую силу.

Катерина с трудом разлепила веки и попыталась сесть. Чернота перед глазами медленно рассеивалась, и перед ней начал вырисовываться образ глубокой пещеры с высоким сводом. В центре пылал костёр, но его жар был слишком далёк и не мог согреть её замёрзшее тело. Она сидела у самой стены во мраке, отрезанная от тепла и света.

– Не слишком оригинально, – хрипло произнесла девушка и закашлялась. Голос был слабым и дрожащим. – Как ты меня нашёл, Томас? Выслеживал?

Фигура у костра шевельнулась. С головы похитителя медленно сполз тяжёлый капюшон, открывая длинные чёрные волосы и глаза, полные ненависти и мрачной решимости.

Он молчал.

– Что случилось? Язык проглотил? – усмехнулась коммандер сквозь потрескавшиеся губы, не обращая внимания на саднящие ранки на них. – Как был никчёмным, так и остался… Даже несмотря на то, что теперь ты – дракон.

Её слова прозвучали как вызов в тишине пещеры, но Томас всё ещё молчал.

Лейтенант вскочил на ноги с молниеносной скоростью, а его лицо исказилось свирепой гримасой, словно вся накопившаяся ярость вырвалась наружу.

– Да когда же ты уже исчезнешь?! – рыкнул он, с трудом сдерживая себя.

Катерина, несмотря на своё положение, не упустила возможности уколоть его ещё раз.

– А почему не убил сразу? Зачем тащил сюда? Или ты просто трус? Ох, Томас, я и не думала, что ты можешь пасть в моих глазах ещё ниже. – Её голос звучал насмешливо, но в нём чувствовалась скрытая горечь.

Дракон выпрямился, его глаза сверкнули злобой. Он медленно, почти лениво двинулся к ней с вальяжной походкой хищника, который знает, что жертва уже никуда не денется. Подойдя вплотную, он остановился так близко, что их лица разделяли лишь несколько сантиметров.

– Никак не пойму: ты действительно сумасшедшая на всю голову, как о тебе говорят по всей звёздной системе, или просто дура? – прошипел он сквозь зубы. Его дыхание обжигало её лицо. – На твоём месте я бы помалкивал и вёл себя смирно. Ты не в том положении, чтобы дерзить.

Девушка ответила ему широкой улыбкой – вызывающей и дерзкой.

– А я вот никак не пойму: ты действительно такой слабоумный, как о тебе говорили на нашем корабле, или просто недоумок? – её голос прозвучал холодно и язвительно.

Едва она закончила говорить, резкая боль пронзила щёку. Томас ударил её безжалостно и сильно. Кэмбел рухнула на бок, чувствуя металлический привкус крови во рту. Но вместо страха или боли её охватил истерический смех. Она сплюнула кровь и посмотрела на него с вызовом.

Томас ожидал увидеть слёзы или хотя бы страх в её глазах, но вместо этого услышал смешок. Ему было невдомёк, что Катерина уже ничего не боялась. Причина была проста: индикатор на её коммуникаторе наконец-то загорелся зелёным. Это означало лишь одно – связь восстановлена. Всё, что теперь требовалось от неё – нажать одну кнопку и отправить заранее подготовленное сообщение.

Дракон вдруг сменил тему с нарочитой небрежностью:

– Кстати… А что случилось с твоей второй рукой? – спросил он с фальшивым интересом.

Девушка медленно поднялась в сидячее положение, её взгляд был холодным и полным ненависти. Единственная свободная рука была тщательно примотана к груди – мера предосторожности со стороны Томаса. Это позабавило её: выходит, дракон настолько боялся её, что видел угрозу даже в однорукой девушке.

– Боишься меня до сих пор? – усмехнулась она про себя. – Сломалась, – коротко ответила Катерина, надеясь, что у Томаса не хватит ума проверить её коммуникатор.

– Надо же, какая досада, – протянул он с нарочитой задумчивостью, словно смакуя каждое слово. – Полагаю, ты пыталась сбежать из лап правителя? – добавил он с ехидной усмешкой, наслаждаясь ситуацией.

Катерина не удостоила его ответом. Её взгляд был прикован к каждому его движению, словно она ожидала от него чего-то худшего. Нехорошее предчувствие сдавило её грудь, как будто воздух в пещере стал тяжелее.

– Я ещё не решил, что с тобой делать, – продолжал Томаранг, расхаживая по пещере туда-сюда. Полы его длинного плаща плавно колыхались в такт шагам. – С одной стороны, я могу убить тебя прямо сейчас и исполнить свою давнюю мечту. Но что это мне даст? Лишь минутное удовлетворение.

Он остановился на мгновение, задумался и снова двинулся вдоль стены пещеры.

– С другой стороны, я могу продать тебя… и обеспечить себе безбедную жизнь. Я видел Аландиса и слышал его зов. Правитель места себе не находит, – с издевкой скривился дракон. – Потерял свою единственную и сходит с ума.

Катерина затаила дыхание. Щека всё ещё горела и пульсировала после удара, но она старалась игнорировать боль. Весь её разум был сосредоточен на одном: как воспользоваться коммуникатором в этих обстоятельствах? Она знала, что времени остаётся всё меньше.

– Я мог бы вернуть тебя правителю в обмен на свою свободу, – продолжил Томас с ленивой усмешкой. – Но знаешь что? Меня не особо радует перспектива дарить тебе светлое будущее. Ты всё же глупа, Кэмбел, если сбежала от него. Драконы осыпают своих истинных такой любовью, какую ты ни в одной вселенной не найдёшь.

Его слова были полны яда и насмешки. Он наслаждался каждым мгновением своего монолога, словно пытался задеть её за живое. Но Катерина не дала ему этого удовольствия – её взгляд оставался холодным и сосредоточенным на главной цели: дождаться нужного момента и нажать кнопку на коммуникаторе.

– Меня это не интересует, – мрачно ответила Катерина, её голос был холоден, словно лед.

– О, ну конечно, – с издевкой протянул Томас. – Ты ведь всегда была трудоголиком, помешанным на своём деле. Всё остальное для тебя не имело значения.

Он остановился на мгновение и щёлкнул пальцами. Пламя костра тут же вспыхнуло ярче, отбрасывая на стены пещеры жуткие, танцующие тени, словно ожившие кошмары.

– Так о чём это я? Ах да… – продолжил он с ленивой усмешкой. – Поскольку в мои планы не входит даровать тебе жизнь в стиле «долго и счастливо», я нашёл другой вариант.

Бывший лейтенант присел перед ней на корточки и внимательно осмотрел, слегка склонив голову в сторону, как будто изучал диковинное существо.

– Честно говоря, я не понимаю, что они все в тебе находят. Но вот что интересно: вожак дикарей разыскивает беглянку, которая по описанию очень похожа на тебя. И знаешь что? Вознаграждение за твою голову обещают весьма щедрое.

Катерина сжала зубы, но не дала себе сорваться.

– Значит, решил сдать меня варварам? Себе на потеху? – её голос был полон презрения.

– Убью двух зайцев одним махом. И тебе жизнь испорчу, и свою немного подправлю. А то знаешь ли, быть предателем короны – дело непростое. Ищейки Аландиса уже идут по моим следам.

Девушка прищурилась, её глаза сверкнули гневом.

– И что же ты планируешь делать дальше, глупец? Думаешь, Алан оставит это без последствий? Да он тебя из-под земли достанет, если потребуется. Ни в самых дальних лесах джунглей, ни в стане врага ты не найдёшь покоя. Ты ужасно наивен, если считаешь иначе.

Томас тяжело вздохнул и покачал головой.

– Вот эта твоя надменная гордость – одна из причин, почему я тебя так ненавижу. Работать под твоим командованием было сущей пыткой.

Катерина взглянула на него с холодным презрением.

– Ты завистлив и алчен. В тебе нет ни одной черты настоящего офицера Звёздного флота. Ты опозорил звание лейтенанта. – В её словах звучала неподдельная горечь. Она сожалела о том дне, когда впервые доверилась этому человеку. Кто мог знать тогда, что за маской милого и доброжелательного парня скрывается эгоистичный психопат?

Томас усмехнулся и поднялся на ноги.

– Говори что хочешь, но разговор окончен. – Он неспешно двинулся к выходу из пещеры. – Я не собираюсь тянуть время. Отправлю сообщение потенциальному покупателю и вернусь. Можешь даже не пытаться выбраться – верёвки заговорённые.

Его шаги эхом разносились по пещере, а Катерина осталась сидеть в темноте с пульсирующей болью в щеке и единственной мыслью: как использовать этот момент для побега?

* * *

Девушка буквально рычала от напряжения, стиснув зубы в отчаянной попытке освободиться. Проклятый дракон оказался прав – веревки действительно были магическими. Снять их не удавалось, развязать тоже. Тем временем, зеленый огонек на коммуникаторе мерцал все настойчивее, как будто подгоняя её. В какой-то момент Катерина начала опасаться, что вот-вот упустит единственный шанс на спасение.

Попытки освободить руку не увенчались успехом. Пришлось искать другие пути. Девушка извивалась, словно уж на сковородке, пытаясь перетереть плотную ткань веревок о острые выступы скал. Но вместо этого лишь поранила кожу, оставив на руках кровавые следы.

Когда надежда почти угасла, и отчаяние сковало её сердце, неожиданно из складок плаща выпала заколка. Она была изящной – длинный острый шип с круглым навершием, украшенным сверкающими зелеными камнями, которые напоминали её собственные глаза. Грани камешков переливались в свете догорающего костра, словно обещая спасение.

Катерина замерла на мгновение, пораженная неожиданной находкой. Но быстро взяла себя в руки: с трудом подцепив заколку ногами, она ловко извернулась и одним точным движением разрезала веревки. Заколка была зачарована? Возможно, но сейчас это не имело значения.

– Эй, что ты делаешь?! – взревел Томас, гася пламя магией и погружая пещеру в полумрак. Его голос был полон ярости и страха.

Он бросился к ней, преодолевая расстояние в несколько прыжков, но было уже поздно. Освободившись от пут, Катерина со всей силы ударила коммуникатором по колену, отправляя сигнал бедствия всем ближайшим космическим кораблям. Теперь оставалось только надеяться, что кто-то услышит её призыв.

– Тебе конец, мерзавка! – прошипел разъяренный дракон, поднимая девушку с пола своей мощной силой.

* * *

Катерина с яростью сверлила взглядом того, кто когда-то уже пленил её волю.

Тадеус торжествовал, словно победитель на поле боя. На его полных губах играла хищная, издевательская усмешка, как у зверя, что наслаждается видом своей добычи. Жадный взгляд скользнул по её телу, оценивая каждый изгиб с бесстыдной алчностью.

– Товар испорчен, – холодно бросил он, кивнув на место, где некогда была её металлическая рука.

– О сохранности товара речи не шло, – равнодушно парировал Томаранг и, схватив девушку за шкирку, грубо толкнул её вперёд. Его сила была непреодолима, и Катерина, не удержавшись на ногах, рухнула на колени, больно царапая кожу о каменистую землю.

– Если не нравится, могу вернуть её владыке, – с вызовом добавил дракон, явно испытывая терпение дикаря.

Тадеус выдержал многозначительную паузу, словно размышляя над предложением. Но по его жадному взгляду Катерина понимала: этот человек ни за что не отпустит её. Скорее он сожрёт дракона живьём ради забавы. А ведь это было бы неплохим исходом для неё.

– Смотрю, жизнь тебя ничему не научила? Варвар остаётся варваром! – не сдержалась она, бросив ему в лицо язвительное замечание. – Мало тебя Аландис потрепал в прошлый раз?

Тадеус закрыл глаза с выражением блаженства на лице, наслаждаясь её дерзостью. Её сопротивление лишь разжигало в нём азарт.

– Всё такая же гордая! Похоже, дракон тоже не смог тебя укротить? – Он был доволен до крайности. – Обожаю ломать чужие игрушки.

– Так ты берёшь её или нет? – Спросил Томаранг, явно теряя терпение.

Дикарь резко перевёл свирепый взгляд на дракона. Его чёрные глаза метали молнии гнева, а ноздри раздувались от ярости, словно он готов был взорваться в любой момент.

– Не смей говорить со мной в таком тоне, червяк, – мрачно произнёс варвар, его голос был полон угрозы. – Девушку я заберу. Но твой характер терпеть не намерен. Ты просил у нас помощи, и мы её окажем. Проведём тебя через лес к нашему поселению, а дальше – сам по себе.

– Мне и этого достаточно, – холодно ответил Томаранг, его глаза блестели от скрытой злобы. – Как и договаривались: с меня товар, с вас безопасное проживание в вашем племени.

Катерина внезапно разразилась истерическим смехом, её голос звенел в воздухе, как натянутая струна.

– Ты полный идиот, если думаешь, что Аландис не найдёт тебя, – язвительно бросила она, её слова были полны презрения.

Томаранг не выдержал и схватил девушку за волосы, резко оттягивая её голову назад. Его пальцы впились в её кожу с такой силой, что она невольно вскрикнула.

– Советую заткнуть свой прекрасный ротик, пока я тебе кляп не вставил! – прошипел он сквозь зубы. – Уж поверь, варвары быстро собьют с тебя всю спесь.

– Не трогай мою женщину! – угрожающе прорычал дикарь, выставив перед глазами дракона острие копья. Его голос был низким и хриплым, как у зверя перед прыжком. – Теперь она моя собственность!

Томаранг поднял руки в знак примирения и медленно отпустил девушку из своего стального захвата. В этот момент Катерина почти почувствовала благодарность к варвару за его вмешательство… до тех пор, пока он не подхватил её на руки и не усадил на спину жуткого на вид ящера.

Сам устроился позади неё, крепко обхватив девушку одной рукой и ухватившись за поводья другой. Ящер взбрыкнул от раздражения – ему явно не нравилось пополнение на своей спине. Свернувшись в попытке ухватить Катерину за ногу своими острыми зубами, он щёлкнул челюстью всего в нескольких сантиметрах от её стопы.

Тогда варвар резко натянул поводья сильнее, заставив ящера успокоиться и устремиться вперёд по тропе.

Девушка чувствовала себя крайне неуютно, сидя буквально на коленях у дикаря, его грубые руки крепко удерживали её, словно она была всего лишь вещью. Каждый толчок ящера под ними отдавался в её теле, заставляя напрягаться ещё сильнее.

Мрачные мысли не оставляли её. Она размышляла о своём тяжёлом пути, который привёл её в это безысходное положение. В душе она отчаянно надеялась, что коммуникатор сработал, что сообщение было доставлено. Если не за ней, то хотя бы за профессором и Эндрианом кто-нибудь придёт на помощь. Эта мысль была единственной ниточкой надежды в её тёмных раздумьях.

О своей собственной участи она старалась не думать – слишком болезненно было признавать, что её судьба теперь зависела от прихоти варвара. В таком положении ей оставалось полагаться лишь на случай и удачу, которые до сих пор редко были на её стороне.

* * *

Кэмбел сидела, облокотившись спиной на жёсткую кору дерева, чувствуя, как холодный древесный ствол впивается в её спину. Перед ней стояла небольшая плошка с супом, приготовленным на костре, но аппетита не было. Как, впрочем, и настроения или желания что-либо делать. Внутри царила полная апатия, словно все эмоции были выжжены.

Дикари устроили привал в редкой части леса, где деревья стояли не так густо. Ящеры паслись неподалёку, с жадностью поедая брошенные куски свежего мяса. Пылающий костёр разбрасывал вокруг себя искры, его огонь был окружён магической заслонкой, которая не позволяла дыму подниматься высоко и выдавать их местоположение. Котелок с ужином тихо булькал над пламенем, но даже этот уютный звук не мог пробудить в Кэмбел ни малейшего интереса.

Она лениво ковырялась ложкой в супе, не обращая внимания на окружающее, когда рядом с ней на землю опустился Тадеус – вожак варваров. Его присутствие было тяжёлым и давящим.

– Ты должна хорошо питаться, – сказал он с холодной уверенностью. – Тебе нужны силы, чтобы вынашивать крепкое и сильное потомство.

Катерина раздражённо скривилась от его слов, её глаза вспыхнули гневом.

– Какое ещё потомство? Я не собираюсь рожать тебе детей, варвар! – выплюнула она с презрением.

Тадеус, казалось, вовсе не услышал её возражений или просто проигнорировал их.

– В моём гареме восемь жён, но у меня лишь двое детей. Ты станешь девятой. И на тебя у меня большие планы.

– Какая досада! Столько жён и все бесполезны? – язвительно бросила девушка, её голос был полон сарказма.

Тадеус ответил спокойно, словно её колкости его не касались:

– Не каждая способна понести от дракона.

Эти слова заставили Кэмбел замереть на мгновение. Она бросила подозрительный взгляд на варвара, её сердце внезапно забилось быстрее.

– А ты думала, мы простые люди? – на губах вождя заиграла хищная усмешка, его глаза сверкнули в полумраке. – Мы безкрылые драконы. Племя, проклятое семьёй правителя сотни лет назад. Мы вынуждены жить изгоями. Изгнанные за пределы столицы и всего общества. Нас никогда не примут назад.

Катерина задумалась, её взгляд на мгновение потух. Она даже не подозревала, что варвары, живущие на первый взгляд свободной и дикой жизнью, на самом деле несут на себе такое тяжёлое проклятие. Но, несмотря на эту печальную историю, её отношение к дикарям не изменилось – сочувствия она не испытывала. Однако молчать она не собиралась.

– Не мои проблемы, – холодно бросила она.

– Верно, это не твои проблемы, – согласился Тадеус с лёгкой усмешкой. – Но я надеюсь, что ты сможешь от меня понести. У меня, как у вожака, должно быть много детей.

– С чего ты вообще взял, что я смогу? – резко спросила она, её голос был полон недоверия и скрытого гнева.

Тадеус окинул её фигуру плотоядным взглядом, словно оценивая товар на рынке.

– Ты сильная и выносливая. Твоё тело сможет вынести дитя дракона. А если нет… – Он сделал паузу и усмехнулся ещё шире. – Тогда станешь младшей любовницей в гареме.

Катерина едва не взвыла от ярости, сдерживая крик в горле.

– Дракониц что ли мало? – прошипела она свирепо, её глаза метали молнии.

Вожак мягко покачал головой, словно укоряя её за наивность.

– Глупая ты… Если взять в плен драконицу, правитель этого нам не спустит с рук. Нас уничтожат без колебаний. А так… пока мы держимся подальше от столицы, у нас развязаны руки во всём остальном.

Катерина была ошеломлена его словами. Её разум лихорадочно пытался осмыслить услышанное.

– Но ведь за пределами столицы тоже есть поселения… – пробормотала она в замешательстве.

Тадеус жестко усмехнулся, его губы искривились в холодной усмешке.

– Аландиса это не особо волнует, – произнёс он с презрением. – Все драконы живут в столице, а простой люд ему не интересен.

Перед глазами девушки тут же всплыл образ правителя. Статный, высокий, с гордой осанкой и пронизывающим взором, который казался способным видеть насквозь. Могла ли она когда-нибудь представить, что Алан, тот самый Аландис, окажется тираном и деспотом, безразличным к своему народу? Конечно, нет. Он всегда выглядел как дракон чести, говорил и действовал в интересах всех жителей его королевства. Не только драконов, но и простых смертных. Для неё он был воплощением справедливости и благородства.

И всё же слова варвара посеяли болезненное сомнение в её сердце. Мысль о том, что правитель мог быть безразличен к судьбам простых людей, грызла её изнутри.

– Что ж, в таком случае тебя ждёт самая неадекватная любовница из всех возможных! – с ехидцей в голосе бросила Катерина, её глаза сверкнули вызовом. – И я тебе искренне не советую брать меня. Сам же потом выть начнёшь!

Тадеус поднялся на ноги с тяжёлым вздохом. Его взгляд стал ещё более суровым.

– Ты строптивая, это мне известно. Но я и не таких приручал. Лучше смирись со своей участью и будь покорна. Иначе последуют наказания, – мрачно предупредил он и развернулся, удаляясь прочь.

Катерина опустила взгляд и вдруг столкнулась с насмешливыми глазами Томаса, который наблюдал за происходящим с явным удовольствием. Вот уж кого эта ситуация устраивала целиком и полностью.

* * *

Спустя два долгих дня отряд наконец-то вышел из душных джунглей и оказался на широкой пустоши. Вдалеке возвышался массивный деревянный забор, за которым виднелись крыши домов, укрытые сухими листьями и соломой. Это был их конечный пункт – деревня варваров.

Ящеры радостно заголосили, издавая странные урчащие звуки, словно приветствуя возвращение домой. Их радость была почти осязаемой, как если бы они чувствовали облегчение от того, что снова оказались в привычной среде.

Массивные ворота с гулким скрипом отворились, пропуская отряд внутрь. Первое, что бросилось Катерине в глаза, была грязь. Все дороги деревни представляли собой сплошное месиво серой грязи, по которой варвары небрежно ходили, мешая её своими кожаными сапогами. Грязь была повсюду – она липла к ногам и одежде, создавая ощущение запущенности и хаоса.

Прямо за воротами раскинулась большая площадь, где можно было остановиться, спешиться и разобрать вещи. Здесь же стояли телеги, а ящеров сразу же уводили в стойла вдоль забора под широкими навесами. Их поили, кормили и тщательно мыли после долгого пути.

С появлением Тадеуса начался настоящий ажиотаж. Местные жители стекались со всех концов деревни, чтобы поприветствовать своего вожака. Среди них были даже дети – они с любопытством разглядывали новоприбывших и с восторгом смотрели на высоких воинов в лёгких кожаных доспехах.

Тадеус помог Катерине спуститься с ящера и аккуратно поставил её рядом с собой. Его зверя тут же подхватил ловкий юнец, который за свою работу получил крупную монетку. Всё происходило быстро и слаженно.

– Я должен поприветствовать свой народ, как подобает вожаку племени, – сказал Тадеус с ноткой гордости в голосе. – Но сначала я отведу тебя в свой дом.

Катерина побледнела и судорожно вцепилась пальцами в край плаща принца, словно это была её единственная защита от надвигающейся опасности. Меньше всего ей хотелось оставаться наедине с этим дикарем. Она быстро огляделась вокруг в поисках Томаранга и заметила его чуть поодаль – он разговаривал с местными жителями, казалось, совершенно не замечая её.

– Ты собираешься оставить его здесь? – вырвалось у Катерины прежде, чем она успела себя остановить. – Он ведь не станет тебе подчиняться. Как не подчинился и Аландису. – Она бросила взгляд снизу вверх на Тадеуса, стараясь вложить в свой голос как можно больше уверенности, хотя внутри её терзали сомнения. – Ты не знаешь его так, как знаю я. Тебе следует выгнать этого дракона.

Тадеус лишь покачал головой, его лицо оставалось непроницаемым.

– Моё слово – закон, – спокойно ответил он, не проявляя ни капли сомнения. – А я обещал этому чешуйчатому свободу и помощь в обмен на тебя. Не бойся, он тебя не тронет. За ним будут хорошо присматривать.

Однако слова вожака не смогли развеять тревогу, поселившуюся в душе девушки. Её сердце сжалось от предчувствия беды, но она понимала, что спорить с Тадеусом бесполезно. Ей пришлось молча последовать за ним.

Деревня оказалась гораздо больше, чем она ожидала. Дороги – если их можно было так назвать – представляли собой запутанный лабиринт из узких тропинок и грязных улочек, которые то расходились в разные стороны, то вновь сходились в неожиданных местах. Катерина уже давно потеряла счёт времени и все попытки запомнить маршрут оказались напрасными. Одинаковые безликие домики с резными тотемами на фасадах смотрели на неё пустыми глазницами окон, словно наблюдали за каждым её шагом.

Все жители деревни собрались у ворот, приветствуя возвращение отряда и своего вожака. Их лица были полны уважения и почтения к Тадеусу, но Катерина чувствовала себя чужой среди этих людей.

Тадеус привёл её к внушительному двухэтажному дому, который возвышался в самом центре очередной площади. Дом выглядел добротно, словно был построен на века, но его суровые линии и массивные стены придавали ему совершенно недружелюбный вид. Это было место, которое внушало уважение, но не давало ощущения уюта или безопасности.

Перед входом стояли восемь девушек, облачённых в тонкие одеяния из грубой ткани. Материя струилась по их телам, плотно облегая фигуры, как вторая кожа, не оставляя пространства для воображения. Их лица были спокойны и отрешённы, словно они давно смирились со своей участью.

– За домом есть просторный двор с садом, – начал Тадеус, его голос был ровным и холодным. – А ещё есть внутренний двор с растениями, фонтанами и мягкими подушками. Там девушки любят отдыхать в жару. Но запомни: покидать стены моего дома можно только для того, чтобы приветствовать возвращение. В остальных случаях считай себя пленницей.

Его слова прозвучали как приговор. Катерина нервно сглотнула, чувствуя, как холод пробежал по её спине. Она осознала всю тяжесть своего положения – этот дом был не просто жилищем, а клеткой, пусть и с красивыми садами и фонтанами.