Глава 8. Вкус морских волн

Катарина

Мы отплыли.

До последнего не верилось, что у нас получится собраться. По опустошённому, раздетому городу гулял промозглый весенний ветер. Мы оставили позади себя пустые дома, земляные утоптанные дороги, разобранные до основания здания и ополовиненный порт. Мы с Лимаром и другими пространственниками работали на износ. И сейчас я стояла на палубе, не в силах поверить, что впереди передышка. Конечно, я буду продолжать работать, тем более что даже в рамках одного корабля было, чем заняться. Ко мне подходили люди с небольшими просьбами, и никому больше не хотелось отказывать.

Я до самой погрузки думала, что мы поплывём на разных кораблях, но Танарил распорядился, чтобы Наташа, Лиля с Натом и мы с Лимом составили команду флагмана. Нам составили компанию Элариэл с семьёй. Тарила, его жена, баловала всех удивительными песнями по вечерам.

Штормы уже стихали, но море ещё беспокоилось.

Все последние недели я старалась держаться как можно дальше от Танарила, но теперь в узком пространстве корабля встречи оказались неизбежны. Кают было всего пять. Одну занимал капитан с семьёй, вторую — Танарил с Ангалаей, третью — Наташа, Лиля и я, четвёртую — Элариэл, а пятую Толедор, каждый со своими семьями.

Остальные спали в гамаках и на сворачиваемых матрасах на кубрике или даже в трюме. Женщинам выделили кают-компанию. Нам с Лилей повезло, что Наташа взяла нас к себе в каюту, которая ей полагалась по статусу. Корабли были переполнены людьми и грузами, пришлось даже убрать балласты с некоторых судов. Я постепенно приучалась к морской жизни. Привыкала к тому, что мы шли, а не плыли, отличала боковую и килевую качку, училась ходить под креном и даже разучивала названия мачт. Пока, правда, все эти леера, лисели, марсели, гордени, бизани и бимсы мало что для меня значили. Хотя команду «Из бухты вон!» я уже изучила на личном, едва не ставшем печальным, опыте.

Я стояла у борта и наблюдала за закатом. Небо сегодня хмурилось. Солнце садилось и раскрашивало многослойные облака в разные оттенки алого и розового. Мы шли курсом вдоль берега на восток и скоро должны были подойти к границе Шемальяны и Альмендрии.

Кто-то встал сзади, и мужская рука скользнула на талию. Я с удовольствием откинулась на плечо Лимара. Последние дни он постоянно оказывал мне особые знаки внимания, и я понимала, что он хочет большего, чем быть просто друзьями. Но я по-прежнему любила Танарила. И его отношения с Ангалаей делали только хуже: я отчаянно ревновала и ничего не могла предпринять. Танарил же вёл себя странно. С одной стороны, с Ангалаей он действительно встречался, а с другой — особо ласков с ней не был, напротив, из их каюты периодически доносились звуки выяснения отношений на повышенных тонах. Наташа говорила, что он с ней порвёт со дня на день, но дни складывались в недели, а этого всё не происходило.

Мои отношения с Ангалаей не просто испортились, а перешли в скрытую, но отчётливо ощущаемую вражду. Она искренне не понимала, почему мне неприятно говорить о том, насколько хорош Танарил в постели и какие перспективы ей готовит брак с ним. Зная эльфа, я очень сомневалась в том, что он состоится, но молчала. Попала в странную ситуацию, когда союз двух вроде бы близких по отдельности людей превращал их обоих в чужих.

— Не замёрзла? — вывел меня из созерцательного оцепенения голос Лимара.

— Нет, хотя зябко. Дует.

— Это муссон. Нам повезло, что в это время года есть попутный ветер. Быстрее доберёмся, — сказал Лимар и аккуратно обнял меня второй рукой.

Я устроила голову у него на груди и смотрела на море.

— Мне немного страшно, когда вокруг столько воды, — призналась я. — Не умею плавать.

— Ты не умеешь плавать? — громко воскликнул Лим. — Но как это вообще возможно?

— Я жила далеко от моря, — смутилась я.

— И что? Рек и озёр у вас тоже нет? Когда прибудем на место, я тебя обязательно научу. Будет легко, ты ведь владеешь стихией Воды в том числе, — по-доброму усмехнулся Лимар и обнял меня крепче. — Ты думала о том, чего хочешь, когда мы доберёмся до места?

— О, хочу, чтобы перестало качать. И чтобы не нужно было привязывать или складывать все вещи в подвешенные к стенам мешки, когда на секунду выходишь из комнаты. Ещё хочу спать одна, потому что Наташа по ночам наползает и закидывает на меня конечности, — рассмеялась я. — Хочу нормально искупаться, а не мыться в тазике размером с полведра. И ещё очень хочу снова иметь свою комнату…

— Мы могли бы построить свой дом, — задумчиво проговорил Лимар. И по тому, как напряглись его руки, я поняла, что он сейчас серьёзен и предельно откровенен. — Знаешь, маленький снаружи и большой внутри. Ты бы разрисовала стены. А я бы сделал его самым удобным и крепким. Я очень хочу построить дом для тебя, Ката.

Дыхание сбилось.

— Я бы очень хотела любить тебя так, Лимар. Ты замечательный, до слёз хороший и правильный. И мне самой больно оттого, что меня тянет к другому, — честно ответила я и обернулась, чтобы всмотреться в такие родные черты.

— Ты не пробовала, Ката. Если бы между нами совсем ничего не было, ты бы вряд ли поцеловала меня тогда, на свадьбе, — Лимар развернул меня к себе и накрыл шершавой ладонью скулу. — Позволь мне хотя бы попытаться…

— Но как же наша дружба, Лим? Что если мы сделаем шаг в ту сторону и лишимся того, что между нами есть сейчас? А романтических отношений между нами может и не сложиться…

— Тогда мы вернёмся обратно к тому, что есть сейчас. Я буду рядом в любом случае, Ката. Но мне отчаянно хочется попробовать. Я умею быть очень нежным. Поцелуй меня, — наклонившись, он прошептал в мои приоткрытые губы.

Его сердце билось часто и сильно, завораживая меня этим ритмом. В его объятиях было тепло и уютно. Я скользнула рукой по гладкой щеке и посмотрела в тёмно-карие, почти чёрные в сумерках глаза. Как же мне хотелось его любить!

— Ты заслуживаешь большего, Лим. Кого-то, кто будет сходить с ума от одного твоего прикосновения. Кого-то, кто пойдёт за тобой на край света. Не меня. Прости меня. Прости меня за то, что я не могу тебя любить так, как ты этого хочешь.

Ветер рванул паруса сверху, я прижалась лбом к его груди и спряталась от его взгляда. Мне было страшно смотреть ему в глаза.

— Как скажешь, Ката. Я подожду. Просто буду рядом до тех пор, пока ты не остынешь к нему, — Лимар поцеловал меня в макушку, разомкнул объятия и ушёл, оставив меня одну на холодном вечернем ветру.

Я повернулась к морю, которое темнело с каждой минутой. За спиной небо уже стало чёрным, а впереди ещё виднелась чуть зеленоватая светлая полоска. Как такое могло произойти, что я раз за разом вынуждена отказывать любимым мужчинам? Не пожалею ли я о том, что отказала Лимару?

Перед самым отъездом из Ковена туда прибыл корабль, который Танарил снаряжал в Минхатеп. На нём приплыли выкупленные из долгового рабства женщины, некоторые с маленькими детьми, но большинство юные и одинокие. Ими очень интересовались мужчины, даже дрались за право плыть с ними на одном корабле. Вдруг Лимар увлечётся кем-то из них?

Я прислушалась к себе. Мне бы хотелось, чтобы он нашёл своё счастье. И я бы порадовалась, если бы он построил отношения с кем-то ещё. Мне нужен был Танарил. Но что я могла сделать? Говорить с ним о своих чувствах сейчас, когда он встречается с другой, — просто непорядочно. Кроме того, мне вряд ли хватило бы смелости и решительности начать такой разговор.

Когда совсем стемнело, ветер набрал силу. Он рвался и шумел в парусах, забирался под тёплую одежду и трепал волосы. Пора бы уходить, но я наслаждалась этим водным простором. Запах моря, солоноватый влажный воздух, бескрайняя, свободная гладь.

Корабль качнуло, и в спину мне ударил особенно сильный порыв. От удивления я вцепилась в борт, попыталась обрести равновесие, но ещё одним шквалом меня сбило с ног и кинуло в полёт за борт. Всё произошло так быстро, что я даже не успела ничего понять.

Вода обожгла холодом и ввергла в шок. Волны, которые казались небольшими с палубы, захлёстывали с головой. У меня не было ни сил крикнуть, ни возможности сделать что-то осмысленное. Я яростно молотила руками и ногами, но намокшие вещи пудовым грузом тянули вниз. Соленая, горькая вода жгла глаза и нос. Я пыталась отплёвываться, но каждый вдох давался с трудом, в лёгкие попала вода и меня скрутило в бешеном приступе кашля.

Корабль исчез в тёмноте. Когда поняла, что никто не видел моего падения и не придёт на помощь, я осознала, что сейчас утону. Тело судорожно дёргалось, а разум словно застыл. Меня будто разделило на две части: одна боролась, а вторая смирилась. Вокруг была только чёрная вода — сверху, снизу, с боков. Лёгкие жгло, и я знала, что если я сдамся и вдохну, то это будет мой последний вздох.

Когда рядом раздался громкий ритмичный плеск, я скорее почувствовала, чем услышала его. Чья-то рука подхватила меня под грудь и потянула на поверхность. Я изо всех сил вцепилась в своего спасителя и замерла. Когда голова оказалась над поверхностью, я отчаянно начала хватать воздух ртом. Горло драло, из глаз хлынули слёзы, я хрипела и надсадно кашляла. В этот момент нас захлестнула волна, и я снова погрузилась в ненавистную горькую воду.

— Прекрати сопротивляться! Ката, магия Воды! Ты маг! — раздался злой властный голос Танарила.

От неожиданности я растерялась. Затем сосредоточилась и попыталась нащупать в себе силу. Вода откликнулась неохотно. Я плохо умела обращаться только к одной стихии. Подходящих заклинаний не знала, поэтому просто, как могла, постаралась её успокоить. Волны вокруг чуть стихли. По крайней мере, нас больше не накрывало с головой.

— Я не умею плавать! — с хрипами проговорила я, отплёвываясь от солёной воды.

— Это я уже понял! — раздражённо прорычал Танарил, а потом стиснул так крепко, что я охнула. — Расслабься! — властно приказал он, и я полностью подчинилась, ощущая, как он ритмично двигается в воде. Я обхватила его за шею руками и с ужасом осмотрелась — корабля не было видно!

— Как? — сипло спросила я.

— Увидел, как ты вверх тормашками летишь за борт. Хорошо хоть не под киль! — чуть спокойнее сказал он.

Я прижалась покрепче и насладилась этой законной, правильной возможностью быть рядом с ним.

— Спасибо. А что дальше?

— Заклинание согревающее помнишь? Применяй. Ждём, когда корабль развернётся и нас поднимут.

— Ты успел кому-то сказать?

— Нет, я так же молча, как ты, решил утонуть посреди моря! Лавры идиота не дают мне покоя! — съязвил он и после паузы ответил: — Успел.

Теперь, когда мы оба немного согрелись, стало почти хорошо. Он был так близко, и я даже погладила его рукой по волосам.

— Спасибо. Что ты за мной прыгнул, — прошептала я.

Плеск волн был не настолько сильным, чтобы заглушать речь. Наши лица находились очень близко друг к другу, я расслабленно висела на нём, обхватив ногами и руками.

— А какие у меня варианты были? — сердито ответил он.

— Не прыгать, — флегматично ответила я и сглотнула горечь во рту.

Мокрые волосы сосульками облепили лицо и шею, хотелось их убрать, но я боялась отрывать руки от эльфа. Наоборот, прижалась крепче.

— Ката, ты иногда бываешь такой умной, а иногда… говоришь ерунду, — уже спокойнее ответил он и улыбнулся. — Я скорее сам сдохну, чем позволю чему-то плохому случиться с тобой.

Дыхание сбилось, по телу разлилось странное тепло, и вдруг подумалось, что мы отлично купаемся. Тепло, романтично. Водичка морская, говорят, для здоровья полезна. Мокрый, взъерошенный эльф всё равно был прекрасен. Зелёные глаза горели злым весельем, короткие волосы только подчёркивали длину ушей. Мне до ужаса захотелось его поцеловать.

— Танарил, ты любишь Ангалаю? — тихо спросила я.

— А разве тебе есть до этого дело? — шкодливо спросил он, выгнув бровь.

— Есть. Ответь, — мягко попросила я и провела ладонью по его лицу.

— Даже не подумаю, — хмыкнул он и повернулся в сторону. — Они разворачиваются.

— Танарил, ответь, ты любишь Ангалаю?

— Нет.

Я прижалась к нему и затихла. Мне очень многое хотелось сказать, но разве я имела на это право? Он был в отношениях, и с моей стороны подло и непорядочно в них лезть. И вообще, последний месяц он вёл себя иначе. Отстранённо. Холодно. Я так и не решилась рассказать ему о своих чувствах, хотя момент выдался почти идеальный.

До самого возвращения корабля он не проронил ни слова. Когда нас подняли на борт, там царила суета. Лиля подскочила ко мне, помогла снять мокрую одежду с обувью и завернула в колючее одеяло. Натар чуть ли не насильно влил в рот какой-то горячий сладкий отвар, а Лимар подхватил на руки, я только и успела обернуться на Танарила. Ангалая повисла у него на шее и что-то выговаривала, яростно шипя.

Он тоже смотрел на меня. Следил за тем, как меня уносит Лимар, и молчал. Я не понимала, что будет дальше, и не знала, правильно ли поступила, промолчав.

Танарил

— Ты с ума сошёл? Ты что сделал? А если бы ты там погиб вместе с ней? — накинулась на меня Ангалая, когда нас вытащили из воды.

Я поморщился. То, что Ангалая обещала и то, что исполняла, оказалось двумя совершенно разными вещами. При этом сама она искренне верила в то, что всё делает правильно. «Я буду тебя поддерживать» приравнивалось к «я буду лезть в твои дела», «я буду рядом» — «ты от меня не отцепишься», «тебе со мной будет хорошо» — «я задушу тебя ненужной заботой».

— Значит, погиб бы, — холодно ответил я.

— Ты обо мне подумал?

— Я подумал о Кате. О том, что она могла погибнуть, — ответил я, буквально отдирая её от себя.

— И что? Ты для Ковена гораздо важнее, чем она! — некрасиво искривила губы моя любовница.

Мне сейчас вообще не хотелось говорить. Вернее, хотелось, но не с ней. Моя связь с Ангалаей, помимо того, что помогала снять напряжение, имела ещё один любопытный побочный эффект. Кажется, одна большеглазая лалара ревновала. Иначе к чему эти вопросы и разговоры про то, что ей больно? То есть когда я за ней волочился, то был не нужен, но стоило у меня появиться другой, как вдруг оказалось, что я ей очень даже необходим. И прижималась она сегодня ко мне вполне себе провокационно.

Я улыбнулся своим мыслям и усмирил желание послать Ангалаю на дно бездны. Или, как тут говорят, к иррету.

— Анга, всё удалось. Неужели ты во мне сомневалась? Идём, нечего тут стоять.

Она сощурилась. Чутьё у неё было неплохое, даже странным казалось, что при таком даре она умудряется так действовать на нервы.

Нет, отправлять её в отставку рано. Она ещё может быть полезна.

Смыв с себя солёную воду, я засел за планы. Ангалая вертелась вокруг, пришлось даже прицыкнуть на неё, чтобы отстала. Пока купался, мне пришла в голову одна интересная идея касательно водопровода. На Мёртвом Острове имелся свой источник пресной воды, но он был слишком мал для города. Соответственно, отсутствие воды может стать проблемой. Нужно использовать её аккуратно и с умом. А что, если сделать два канализационных отвода воды? Один — слив, а второй — для ирригации?

Как разделить потоки? Подвести к каждому дому трубы для «чистой» и «грязной» воды? И при этом устроить сбор дождевой воды с крыш таким образом, чтобы с каждого дома она вливалась в систему или хранилась в каком-то специальном месте на случай засухи.

Я примерно представлял план острова и уже наметил место для первого города — он должен встать на холме рядом с местом, где прошла магическая битва. Это самое высокое место на острове и подходит по многим параметрам. Однако источник воды находился далеко, в низине. Конечно, нужно будет бурить скважины и пытаться достать до водоносного слоя. Раз пресная вода есть, то достаточно просто подрядить магов, чтобы они отследили её источник. Кстати, о нём. Возможно, стоит сформировать небольшое пресное озеро? Сейчас вода впадает в море, но для жизни города и сельского хозяйства нужна будет адекватная система водоснабжения и ирригации.

А что, если сделать депозит с водой у каждого дома? Под крышей или, наоборот, под полом. В каждом решении есть свои плюсы. В жарком климате необходимо в любом случае строить с учётом продуваемого просторного чердака. Эх, знать бы ещё, насколько там жарко летом!

Я чертил планы и записывал идеи. Что-то из этого я вынесу на совещание Малого и Большого кругов, что-то отброшу, что-то смогу воплотить в жизнь.

В Великом лесу строили автономные дома. Ковенцы заряжали свои устройства магией и зависели от неё, а перворождённые научились черпать силы из самой Земли. Каждое древнее дерево служило источником. Но наш мир существенно отличался от Карастели. Здесь таких деревьев-источников я не встречал. Зато на Мёртвом Острове есть энергетическая аномалия, которая возникла после битвы с ширхами. Можно ли использовать ту дармовую магию, чтобы запитать город?

— Ангалая, как устроено освещение во дворце императора Альмендрии? Ты же жила там какое-то время? — задумчиво спросил я.

— Понятия не имею, я никогда этим не интересовалась.

— А как готовили? На углях, магии или был ещё какой-то способ? — продолжил расспрос я.

— Да откуда мне знать? Еду приносили уже готовой.

— Полагаю, что системой водоснабжения и канализации ты тоже не интересовалась, — усмехнулся я.

— Нет, конечно, я аристократка! Зачем мне это? Для чего вообще таким интересоваться?

— Например, чтобы знать, как устроено то, к чему ты привыкла. И при необходимости воспроизвести это. Тем, кому не интересны канализация с водопроводом, могу предложить вёдра с водой и выгребную яму во дворе.

— Ну вы же что-то придумаете. Вы же мужчины, поэтому должны всё построить и сделать сами, — уверенно сказала Ангалая.

— Наташа сделала гигантскую работу. У нас несколько кораблей забиты мороженым провиантом. Ката трудилась до полного истощения, наделяла корабли и предметы дополнительным пространством. Лиля сушила лес и помогала Натару. Они втроём с кузнецом разобрали и подготовили к переезду целое здание. А чем занималась ты? Кажется, я направлял тебя на производство бумаги, ты там появлялась? — поднял я на неё взгляд.

— Танарил, я не приспособлена к тяжёлому холопскому труду, — горделиво ответила она. — Я родилась в одном из древнейших и богатейших родов этого мира. Моё предназначение — быть рядом с тем, кто им управляет, а не делать грязную работу.

— Тогда у меня для тебя плохие новости, Анга. Сейчас все будут делать грязную работу, включая меня. Даже дети внесут посильный вклад, у Доккаля уже готов план, как привлечь их к делу. И моя пара тому не исключение. Она будет трудиться наравне со всеми. Вопрос только в том, будешь это ты или кто-то ещё, — скучающе ответил я и вернулся к документам.

Желания рассматривать её перекошенное лицо не было никакого.

Возможно, акцент стоит сделать именно на сборе дождевой воды? Климат там достаточно влажный. Наверняка осадков выпадает много. Даже в более сухом и континентальном Ковене недостатка в них не ощущалось.

В Ковене канализацию устроили самым паршивым образом. Отходы сливали прямо в море в районе порта, отчего вода там всегда была грязная, для купания и ловли рыбы непригодная. Кроме того, в тёплое время года там стоял запах, а в жару — откровенная вонь. Смесь амбре тухлой рыбы, отходов жизнедеятельности и стоячей затхлой лужи. Пристань уходила далеко в море и опиралась на каменную основу, которая перегораживала течение и затрудняла обновление воды. Следовательно, в новом порту этой ошибки необходимо было избежать и канализацию отводить подальше от города. Желательно ещё и продумать возможность очистки сточных вод. Нельзя загаживать море вокруг острова.

Кстати, пора придумать для него другое название.

Остров давно перестал быть мёртвым, в его южной части хорошо прижился тропический лес. А свободную землю займём мы. Я планировал обустроить северное побережье под город, а среднюю часть острова отдать под сельское хозяйство. Жаль, что среди моих горожан нет опытных земледельцев. Однако, и это решаемо. Как только мы обустроимся на месте, я создам программу привлечения безземельных крестьян, определю им наделы в пожизненное пользование с определённой продуктовой рентой. Пусть формируется новый социальный слой.

Ковен делал ставку лишь на магов. Такая форма развития возможна для города, но не для страны. Большую часть продовольствия они закупали, что само по себе странно — как Телиус, который так радел за Небесный город, допускал подобную зависимость? Да у них даже скота своего не было! Так, пара птичников, настолько скверно устроенных, что даже я понял, насколько они плохи, когда их осмотрел. Их мы, конечно, полностью перестроили и везли прекрасные, компактные, отлично оборудованные помещения с собой. Думаю, что в других странах нас сочли бы сумасшедшими: тратим бесценную пространственную магию на теплицы, птичники и все без разбора корабли, но иного выбора у меня не было.

Кстати, насчёт кораблей. Часть я планировал разобрать, но теперь мне пришла в голову мысль продать их северянам. У них именно с пространственной магией всегда имелись особые сложности. Что, если удастся выторговать что-то нужное? Руду или так высоко ценимую шерсть кошели, северной породы гривастых овец.

Когда я отвлёкся от своих мыслей, обнаружил, что уже поздно, а Ангалая спит. Это к лучшему, бодрствующая любовница раздражала меня всё сильнее день ото дня, и сегодняшняя её тирада вывела из себя. Я — принц чистейшей крови и самого высокого происхождения — таскал камни, увязая в грязи наравне со всеми. Значит, и она — смазливая беглая аристократка — будет работать. Лично за этим прослежу. Или даже лучше Наташу назначу. Я усмехнулся и разделся, чтобы лечь.

Соседствовать с Ангалаей мне больше не нравилось, но если я выселю её в кают-компанию, то это будет слишком красноречиво. Пусть одна сероглазая упрямица немного потомится и, возможно, придёт ко мне сама.